Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Рудольф Шустер, президент Словацкой Республики

8 ноября 2001, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы

[ литературная версия ]

РУДОЛЬФ ШУСТЕР:

«Я получил признание... А мог бы закончить свой путь в тюрьме....»

 

Родился 4 января 1934 г.
В 1959 г. окончил высшую техническую школу в Братиславе.
С 1962 г. по 1972 г. работал на металлургическом комбинате в Кошице.
С 1974 г. – на руководящих административных постах Словакии.
С 1983 г. по 1986 г. и с 1994 г. по 1999 г. – мэр города Кошице.
29 мая 1999 г. на первых всенародных выборах избран президентом Словацкой Республики.

 

 

Рудольф ШУСТЕР (по-русски): Знаете, когда мы встречались раньше, мы всегда говорили на русском языке и учили русский язык.

 

Президент Словакии Рудольф Шустер, действительно, неплохо владеет русским. Поэтому во время нашей беседы легко переходил со словацкого языка на русский и обратно.

 

Михаил ГУСМАН: Я слышал о вас, господин президент, такую историю. Рассказывают, что однажды пассажиры скорого поезда Кошице-Братислава вошли в вагон и увидели, что в одном из купе едет как рядовой гражданин президент Рудольф Шустер. Чем вызвано подобное отклонение от традиционного президентского протокола?

Р.Ш.: Я всегда был близок людям. Когда едешь на поезде, появляется возможность поговорить с людьми по душам, сфотографироваться с ними. Как-то в поезд села одна женщина, и свободное место оказалось только возле меня. Она заняла его, а потом испугалась и говорит: господин президент, я совершила ошибку, я не должна была этого делать. Я ее, естественно, начал успокаивать: вы все правильно сделали, оставайтесь здесь.

Мы разговорились. Оказалось, что она, как и я, инженер. По ходу беседы попутчица даже стала критиковать меня за некоторые государственные решения, которые ей не нравились. Я думаю, в этом нет ничего плохого. Это нормально. Я хочу хотя бы раз в неделю вот так, в поезде, общаться с людьми.

 

И это не показная простота. Отсутствие высокомерия имеет свои корни, уходящие теперь уже в далекое прошлое президента Словакии.

 

М.Г.: Размышляя в детстве о своей будущей профессии, кем вы мечтали быть, господин президент?

Р.Ш.: Отвечать на словацком?

М.Г.: Как вам удобнее.

Р.Ш.: Хочу сказать, что я родом из бедной семьи. Отец мой был лесорубом. Нас было семеро детей, двое умерли. Осталось пятеро. Так вот, я никогда не думал, что у меня будет возможность учиться. Мой друг был в Банске-Бистрице кондитером. И моя мама была превосходным кондитером и поваром. Ее приглашали обслуживать все свадьбы. А я всегда был сладкоежкой и тоже мечтал о том, чтобы стать кондитером. Потом мечтал быть официантом. Я предполагал, что, окончив школу, пойду работать. Но в последнем классе восьмилетки родители сказали мне, что если я хочу учиться, они меня поддержат. Я стал заниматься лучше и собирался поехать в Кошице на вступительные экзамены в строительное училище. Директор школы, отец моего друга, круглого отличника, был уверен, что я не смогу там учиться и брошу училище. Он говорил, что я способен только к физическому труду и спорту. Но он оказался неправ. И когда я окончил училище и поступил в институт, директор отправил своего сына учиться туда же, где учился я. Вот как все переменилось.

 

Спортом студент Рудольф Шустер, действительно, увлекался больше, чем учебой. Играл в волейбол, настольный теннис, занимался легкой атлетикой. Но больше всего любил футбол, и, если бы постоянно ходил на тренировки, мог бы даже играть в команде высшей лиги. Однако наступало время экзаменов, которые Рудольф ради принципа всегда сдавал с первого раза, и спорт отодвигался на задний план.

 

Р.Ш.: В институте я любил заниматься культурой и всегда организовывал разные выступления. Но при этом делал и всякие глупости, озорничал. В пятидесятые годы коммунистические настроения были очень сильны, а я, студент, тогда еще не был членом партии. Однажды мы организовали проводы на военные сборы подобно парадам, которые проходили в Праге. Я нарядился в генеральскую форму и отдавал честь. На мое счастье, заведующий военной кафедрой не выдал меня, сказал, что я согласовал с ним свое выступление. У меня сохранились фотографии, был и фильм, правда, его у нас отобрали, который снял один из студентов. Хотели меня из института выгнать, но все-таки оставили.

А в 1959 году однажды после лекций я опять-таки устроил цирк. Переоделся начальником и в трамвае выступил перед пассажирами с речью. После этого в газете появилась статья с моей фотографией, на которой я запечатлен в позе оратора. Статья называлась «Не берите пример». В то время это была очень опасная затея. Опять меня должны были исключить из института, но меня спас декан, заявив, что моя речь была согласована с институтским парткомом. Это не было правдой, но таким образом меня спасли. Вот так я куролесил.

 

В 1959 году студенческое веселье завершилось. Толкового выпускника оставили в Братиславе, в научно-исследовательском институте Академии наук. Но за три года кабинетная скука так надоела молодому инженеру, что он вернулся в родной город Кошице и устроился работать на крупнейший в стране Восточно-словацкий металлургический комбинат, где и возглавлял десять лет инвестиционно-плановый отдел. Время показало, что не зря Рудольф Шустер вернулся в родные места – в 1983 году он был избран мэром города Кошице. При нем Кошице из маленького городишка превратился в один из известных европейских городов.

 

Р.Ш.: Я думаю, если у вас есть опыт, и вы хотите работать для людей, вы сумеете правильно руководить. Ведь в городе невозможно скрыться, нельзя сказать, что сегодня у меня нет времени. Все на виду. Этот опыт я приобрел, работая в Кошице. Особенно богатым он был в те годы, когда в городе шла реконструкция. Будучи инженером-строителем, я постоянно приезжал на объекты и всегда критиковал, если что не так. Однажды строитель возразил мне, мол, это нельзя сделать по-другому. Если вы знаете, как – покажите. И я показал. С тех пор, когда я приезжал на эту стройку, рабочие смотрели на меня как на человека, который не только умеет отдавать распоряжения, но может и сам что-то сделать.

 

Делать же в Кошице пришлось немало, и, прежде всего, решать проблему водоснабжения. Это была настоящая беда города: несмотря на близость Дуная, питьевая вода поступала в дома, в том числе и в дом самого мэра, всего два раза в день на четыре часа. И тогда Рудольф Шустер решился на очень опасный для своей политической карьеры шаг.

 

Р.Ш.: Наперекор правительству и коммунистической партии я сделал водопровод. Премьер тогда пригрозил мне тюрьмой. Но я настаивал, говорил, что люди не имеют питьевой воды, могут начаться эпидемии. Премьер по-прежнему запрещал, а я, не имея ни денег, ни поддержки, начал строительство. Когда же через несколько месяцев строительство завершилось, ко мне пришел один журналист из «Литературной газеты», и написал про меня статью, в которой назвал меня кошицким Горбачевым (в Москве в это время уже шла перестройка). И вдруг после публикации наши политические деятели как-то по-другому стали относиться к моей деятельности. Из Праги позвонил председатель парламента и сказал: «Очень хорошо, что мы имеем своего Горбачева в Кошице, продолжайте строительство».

М.Г.: Вот видите, мой коллега5журналист оказался прозорлив – вы, как и Горбачев, стали президентом.

Р.Ш.: Я получил признание, когда работы уже подходили к концу, и проблема с водой была решена. А мог бы закончить свой путь в тюрьме.

 

Если бы Рудольф Шустер поступал только так, как надо, он не стал бы тем, кто он есть. Но он умудрялся даже в жестких рамках социалистической системы сохранять свои ценности, свои нормы жизни. Он знал, что близкие люди его поймут и поддержат.

 

Р.Ш.: Должен сказать, что я женился при старом режиме. Это произошло здесь, в Братиславе, в Примациональном дворце. Я работал тогда в Словацкой академии наук. Шел 1962 год, и венчаться в костеле было опасно. Но я пошел на это, так как и я, и моя жена – она родом из Оравы – выросли в католических семьях. Должен сказать, что если бы о венчании кто-нибудь узнал, меня бы выгнали с работы, никогда не разрешили бы вступить в коммунистическую партию. А вот когда я крестил своих детей в костеле города Кошице, я уже был членом партии и боялся, что об этом узнают и меня обязательно исключат из партии. Но верующим я был всегда. Только в костел не ходил, а молился тайно.

Это мое личное дело. Сейчас я хожу в костел спокойно, потому что нет необходимости кого-то бояться и скрывать свои верования. Но важно не то, ходит ли человек в костел, а то, как он живет. Некоторые критиковали меня: «Ты был коммунистом, а теперь стал верующим». Но я всегда был верующим и не переставал быть им. И это по убеждению, а не для показухи. В этом разница.

М.Г.: После окончания коммунистической эры и в Словакии, и в России начались иные времена. Каждая из стран шла своим путем общественного и экономического развития. Как вы оцениваете современную динамику российско5словацких отношений?

Р.Ш.: Я думаю, мы сделали много ошибок. У нас раньше были хорошие отношения, ведь вы шли той же дорогой, какой и мы. Но после революции наступила эйфория, и вы посчитали, что вам не нужна Словакия, в то время еще Чехословакия, а нам не нужна Россия. А теперь мы как будто открыли глаза и по-иному посмотрели на наши отношения.

Мы вновь убедились, что у нас, действительно, есть хороший партнер, старинный друг, и наши народы хотят добрых отношений между нашими странами. Я очень рад, что получил приглашение посетить Россию от вашего президента. Думаю, президент Путин делает много не только для русского народа, но и для всего мира. Я высоко ценю дипломатию, которую он сумел продемонстрировать за столько короткое время. Хорошо запомнилась мне первая встреча с ним.

М.Г.: Если я не ошибаюсь, с президентом Путиным вы встречались в Австрии.

Р.Ш.: Мы встретились в Австрии. Я немного побаивался первой встречи с президентом Российской Федерации. Но вернулся домой с легким чувством. Думаю, что мы вместе сможем выстроить хорошие отношения между нашими странами.

 

Уже в самом названии этого государства заложено то общее, что роднит наши страны. Словакия – это славяне, открытая, радушная, доброжелательная нация, на долю которой выпала непростая судьба и трагическая история, обернувшаяся многовековой зависимостью от других государств. Венгерское феодальное государство, турецкое владычество, наконец объединенная Чехословакия – все эти эпохи оставили свой след на земле Словакии, известной на всю Европу великолепными горами Татрами, старинными городками и рыцарскими замками.

 

Р.Ш.: Наши люди, словаки, как и ваши, россияне, очень добры, любят принимать гостей. Когда приезжают гости из других стран, мы умеем принять их так, как не может никто.

 

Не зря говорят, что в душе каждого человека находится миниатюрный портрет его народа. Портрет словаков, окрашенный добротой и гостеприимством, мы имели возможность рассмотреть в общении с Рудольфом Шустером.

 

М.Г.: При всей близости славянских народов традиции и обычаи у каждого из них свои. Скажем, у чехов любимый напиток – пиво. А у вас?

Р.Ш. (по-русски): В Словакии – боровичка.

М.Г.: Боровичка?

Р.Ш.: Да. Я имею в виду особый напиток, который называется «дринковица».

М.Г.: Это что такое?

Р.Ш.: Сейчас принесу. У меня есть немного. Сделано из дринок – ягод кизила, это такие красивые маленькие ягоды, которые растут только в Восточной Словакии. Я всегда, когда встречаюсь с президентами, достаю такую бутылку.

М.Г.: Из своих запасов?

Р.Ш.: Да, по пол_литра. Президент Квасьневский всем президентам о ней рассказал. Он назвал ее «шустровкой».

М.Г.: «Шустровка»? Оригинальное название.

Р.Ш.: Все президенты знают эту «шустровку».

 

Президент Польши Александер Квасьневский об этом напитке высказался так: «Для меня это было смесью космического топлива с какими-то невероятными добавками. Это то, что в самом деле моментально ставит на ноги. И в то же время это круто, очень круто!».

 

Р.Ш.: Однажды такая история произошла. На вашем месте некогда сидела Хилари Клинтон, супруга Билла Клинтона, бывшего тогда еще президентом. У нее что-то случилось с горлом, и она не могла говорить. Я предложил ей напиток, но ее телохранители сказали: «Нет, алкоголь нельзя». Я объяснил: это не алкоголь, это лекарство.

М.Г.: Специальное словацкое лекарство.

Р.Ш.: Его нельзя купить ни в одной гостинице или магазине. Госпожа Клинтон все-таки дринковицу попробовала, но совсем мало, надо было больше.

М.Г.: Для Хилари, наверное, было бы полезнее выпить граммов 200?

Р.Ш.: Нет, не 200, гораздо меньше. Я не думал, что и один глоток дринковицы даст потрясающие результаты и ее проблемы с горлом будут решены всего за один день. У Хилари Клинтон состоялось много разных визитов, и я как-то в другой раз поинтересовался: как поживает горло? Прекрасно, – ответила она, – ваше лекарство меня вылечило. И попросила еще два литра с собой.

М.Г.: На будущее.

Р.Ш.: В самолет. Я все свои резервы ей отдал.

М.Г.: Теперь остатки «шустровки» надо искать у Хилари Клинтон? Крепость – 52 градуса, а не чувствуется. Теперь я понимаю, где истоки особого словацкого характера.

 

Год назад именно стойкий характер и необычайная воля к жизни помогли президенту Словакии пережить страшный недуг, когда его жизнь висела буквально на волоске. В тяжелейшем состоянии Рудольф Шустер был доставлен в больницу Братиславы, где врачи не только не смогли правильно поставить диагноз, но и сделали две неудачные операции.

 

Р.Ш.: В Австрии мои шансы выжить оценивались в 2%, а словацкие врачи, которые все и устроили, давали 1%. Но Бог решил, что я должен еще вернуться, чтобы закончить свою работу. И вот я здесь, и очень этому рад. Моя дочь написала книгу об этом.

Многие врачи в Словакии боялись появления этой книги, но в конце концов она им понравилась.

 

Теперь у Рудольфа Шустера два родных города – Кошице и Инсбрук – и два свидетельства о рождении. Одно – выданное его родителям, когда он только появился на свет, второе – подписанное двумя австрийскими профессорами, которые его оперировали. В эти тяжелые дни рядом с президентом находилась вся семья – жена Ирэна, дочь и сын.

Когда же Шустер поправился, он сделал своим близким подарок – взял их с собой в путешествие по реке Амазонке. Об этом семейном путешествии Рудольф Шустер мечтал много лет. Ему было важно отвезти своих детей туда, где когда-то в далеком 1927 году побывал их дед, Алоис Шустер – лесоруб, рабочий, и, кроме того, основоположник чехословацкого документального кино.

 

Р.Ш.: Мальчиком я много слышал от отца об Амазонке, индейцах, Бразилии и в 1991 году оправился туда в экспедицию по маршруту моего отца. Нас было трое. У меня и моего друга были видеокамеры.

М.Г.: А фильмы сохранились?

Р.Ш.: Я сделал семь фильмов для телевидения, по 25 минут каждый. Это много. Все они были показаны. Наш поход был буквальным повторением пути отца. Мы встретили индейцев. Их встречал и мой отец.

М.Г.: Потрясающе.

Р.Ш.: А недавно я был там с сыном, дочкой и супругой. Таким образом, уже третье поколение прошло по этому маршруту. Мы побывали в тех же местах, где и отец, снова увидели индейцев. У меня было два фотоаппарата, две видеокамеры, и я постоянно снимал. Получились очень интересные кадры: охота на анаконду трех с половиной метров длиной, ловля крокодила... После этого мы с нашим самым известным оперным певцом Дворским записали, вы не смейтесь, песню.

М.Г.: Потрясающе.

Р.Ш.: Я выступаю как солист. Он поет вторым голосом.

М.Г.: Мне доводилось брать интервью у многих глав государств, но с настолько разносторонне одаренными людьми пока беседовать не приходилось.

Р.Ш.: А еще я уже много лет пишу книги, написал семнадцать книг: и детективы, и многое другое. Но я не профессиональный писатель и считаю, что это только пробы пера.

М.Г.: Существуют такие понятия – вершина карьеры, вершина власти, вершина успеха. Президент Рудольф Шустер достиг всех трех вершин. Думаю, это заслуженно и справедливо. Что бы вы могли пожелать молодым людям в Словакии, в России, во всем мире, которым еще только предстоит покорить эти вершины?

Р.Ш.: Молодому поколению я хотел бы пожелать одного: будьте терпеливы и выдержанны. Пусть первая неудача не подорвет веру в себя. Набирайтесь терпения, упорства и, идя к цели, повторяйте попытки раз за разом. Успех придет к каждому – к кому-то позже, к кому-то раньше. А достигнув успеха, не возноситесь высоко, оставайтесь на земле. Так же, как я, стать президентом могут сто тысяч других людей. Это было делом случая.

И я должен помнить, что могу быть на этом посту, а могу и не быть. А человеческие отношения, терпимость к людям необходимо сохранять всегда. Главное – не отвечать злом назло. Как сказано в Библии, «когда в тебя кидают камнем, ты ответь хлебом». Так надо поступать на самом деле. Я верую в Божью мельницу, которая мелит понемногу, но уверенно.

М.Г.: Господин президент! Огромное вам спасибо за беседу. Она была чрезвычайно интересной.

Р.Ш. (по-русски): Спасибо за эту встречу и вам. Я бы хотел приветствовать всех граждан Российский Федерации, пожелать им хорошего здоровья и всего наилучшего из того, что может человек человеку пожелать.

 

2001 г.

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
В других СМИ
Реклама
Реклама