Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Стипе Месич, президент Республики Хорватия

18 июля 2002, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы

[ литературная версия ]

СТИПЕ МЕСИЧ:

«В тот момент, когда у меня был наивысший политический рейтинг, я вновь ушел в оппозицию...»

 

Родился 24 декабря 1934 г. в городе Ораховица.
Окончил факультет права Загребского университета.
В 1991 г. – последний председатель президиума единой Югославии.
В 1994 г. основал партию Хорватских независимых демократов.
С 7 февраля 2000 года – президент Республики Хорватии.

 

С распада СССР начался крах всего социалистического блока.
Разделением Сербии и Черногории завершился десятилетний период мучительного распада еще одного государства — Югославии, появившейся на карте мира в XX веке и исчезнувшей с нее в XXI столетии.

Социалистическая Федеративая Республика Югославия просуществовала около пятидесяти лет. В начале 1990-х годов первыми о своем суверенитете заявили Словения, Хорватия, Македония, позже Босния и Герцеговина. Процесс разделения был кровопролитным и жестоким, здесь была война, и память о ней еще очень близка.
Сотни тысяч жертв, два миллиона беженцев, многомиллиардный материальный ущерб, исчезновение с лица земли ценнейших культурных памятников... Каждый из участников этой трагедии уверен в собственной правоте, и поиск виноватых – не наша задача.

Мы лишь хотим рассказать о тех политических лидерах, кому судьбой было назначено возглавить свои страны сегодня, когда на Балканском полуострове, кажется, наступает мир.
Кто они – новые политики, пережившие последний в ХХ веке балканский кризис?
Куда они ведут новые, независимые страны, образовавшиеся на месте некогда объединенной Югославии?
Наш собеседник – президент Республики Хорватии Стипе Месич.

 

 

Михаил ГУСМАН: Господин президент! В числе лозунгов вашей предвыборной кампании два года назад был такой: «Приходите на кофе с президентом!». Говорят, здесь, в Загребе, неподалеку есть кофейня, где по субботам можно вас встретить. Вы приходите сюда как простой загребец на чашку кофе или на кружку пива.

Стипе МЕСИЧ: Это традиция. Я и раньше любил по субботам приходить к своему другу Чарли в кафе, которое находится в центре Загреба, рядом с гостиницей «Дубровник». Когда я приглашал граждан прийти ко мне на чашку кофе, я имел в виду только то, что все наши граждане равны. Когда мы сидим за одним столом и вместе пьем кофе, мы тем самым как раз и демонстрируем равноправие.

 

Здесь, в кафе, за этими столиками, создавалась политическая программа нынешнего президента. Возможно, здесь же зародился один из самых важных ее тезисов. Стипе Месич заявляет, что он – президент всех граждан Хорватии, независимо от их национальности, вероисповедания, убеждений. И в этом спасение для страны. Иначе ее многовековую и многоликую сущность никак не примирить.

Еще бы, долгие столетия Хорватия была на границе цивилизаций. В IX веке здесь проходил рубеж между византийским и франкским царствами. В XI веке – между католической и православной церковью. С XV по XIX век – между христианским Западом и исламским Востоком.
А в XX столетии Хорватия оказалась в специфической ситуации между западным и восточным блоками.

С независимостью этой республики дело обстоит куда сложнее. Суверенитет самостоятельного Хорватского княжества продолжался всего с IX по XII век. А потом в стране воцарялись, сменяя друг друга, различные европейские династии.
Хорваты любят пошутить на тему частой смены своего гражданства. Каждый может вспомнить родственника, который родился в Австро-Венгрии, женился в Германии, работал в Югославии, а затем умер в Хорватии, не меняя места жительства.
И лишь 21 декабря 1990 года была принята Конституция суверенной Республики Хорватии.

 

С. М.: Политика сама по себе является весьма серьезным делом. Именно поэтому говорят, что солдаты и генералы не должны заниматься политикой.

 

В этих словах Месича – опыт собственной жизни.

На Балканах два понятия: политика и война – вот уже какое столетие связаны неразрывно.
Начало ХХ века, 28 июня 1914 года. Сараево. Смятение, ужас, кровь.

Сербский студент Гаврило Принцип застрелил престолонаследника эрцгерцога Франца Фердинанда и его супругу. Убить одного из Габсбургов, развязать национально0освободительную войну за независимость родины, входившей в те годы в состав Австро-Венгрии, – такую задачу ставили перед собой сторонники сербского студента. А в результате Австрия объявила войну Сербии. Сербов поддержала Россия, австрийцев – Германия. Началась Первая мировая война, в которой участвовали 33 страны и 70 миллионов солдат. Пророчеством обернулись слова Бисмарка: «Балканы – пороховой погреб Европы».

Роковой выстрел Гаврило Принципа в Сараево стал точкой отсчета нового времени в судьбах мира. Брожение умов приводило к крови.
«Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем...» И дед Месича, и отец, и позднее сам Стипе оказались в эпицентре этой кровавой круговерти.

 

М.Г.: Господин президент, в России, как и во всем мире, хорошо известно ваше имя. Но мало кто знает, как складывался ваш путь в политику.

С.М.: В моей семье всегда занимались политикой. Мой дед принимал участие в Октябрьской революции. Он был австрийским военным, познакомился с социалистическими идеями и перешел на сторону Советов. С этими идеями он вернулся домой. Его сыновья последовали за ним, вступили в Коммунистическую партию. У деда было пять сыновей, среди них и мой отец. В 1941 году, когда на Югославию напали фашисты, вся моя семья перешла на сторону партизан. С конца 1942 года я находился на освобожденной территории и ходил в партизанскую школу.

 

Середина ХХ века. Вторая мировая война. Здесь, на Балканах, вновь сталкиваются интересы мировых держав: Германии, Италии, США, Великобритании, СССР. Но это противостояние теперь окрашено в идеологические тона.
В те годы партизанскую армию возглавлял лидер югославских коммунистов Иосип Броз Тито. Маршал, харизматический диктатор Тито, с именем которого связаны полвека югославской и хорватской истории.

По стечению обстоятельств рядовым бойцом в одном из его отрядов сражался будущий первый президент независимой Хорватии Франьо Туджман. Именно его приемником, спустя десятилетие, станет Стипе Месич. Но это будет позже. А пока 8 мая 1945 части народно0освободительной армии входят в столицу Хорватии – Загреб. Хорватия освобождена от фашистов. Этот год будет годом рождения новой, социалистической Югославии.

 

С.М.: После этого я окончил гимназию, потом юридический факультет и думал, что буду заниматься юриспруденцией. Одно время я даже работал судьей. Но политика для меня всегда представляла большой интерес. Именно поэтому я и решил заняться ей вплотную. И в 1971 году я даже попал в тюрьму.

 

В тюрьму Месич попал по обвинению в разжигании хорватского национализма. Иосип Броз Тито, теперь уже глава Социалистической Федеративной Республики Югославии, хорват по национальности, против национализма выступал жестко. Отец балканских народов к вопросу единства наций подходил с классовых позиций, выраженных известным принципом «Пролетарии всех стран, объединяйтесь!».

 

М.Г.: В начале 19705х годов вы боролись за обновление Хорватии и возглавляли одно из движений «хорватской весны». Какие задачи вы перед собой тогда ставили?

С.М.: К чему мы стремились? Прежде всего, к тому, чтобы иметь ясные отношения в рамках Югославии. Чтобы отношения между республиками были четко определены.

Мы хотели, чтобы финансовые отчисления из республик шли только на общие нужды. Мы стремились к демократизации, к тому, чтобы каждая республика распоряжалась собственными финансовыми средствами по своему усмотрению. Наше политическое движение было обречено на крах, мы были недостаточно сильны. Но, тем не менее, нам удалось убедить Тито в необходимости перемен. Мы доказали, что Югославия вряд ли сумеет выжить, если будет опираться на существующую в то время модель. Именно поэтому в 1974 году была принята новая Конституция, на основании которой каждая республика получила право на самостоятельность. В этом был наш успех.

 

Именно эта Конституция, четко закрепляющая границы федеративных республик Югославии, и стала «яблоком раздора» в конце 1980-х годов, когда у некоторых югославских руководителей появилось желание сделать республиканские границы государственными.

Конец ХХ века. На Балканах снова война. Льется кровь в Косово. Стреляют в Боснии. Минируют дороги в Хорватии. Взрывают мосты в Сербии. Это война всех против всех. Балканский «пороховой погреб» вновь держит Европу в напряжении. История ходит по кругу, события повторяются.

 

С.М.: Югославия могла существовать как государство при трех интеграционных факторах. С одной стороны, это Тито, который имел харизму, с другой – коммунистическая партия в качестве многонационального фактора, и с третьей стороны – югославская армия. Но Тито умер, республики переориентировались на национальный фактор. А армия перешла на сербскую сторону. Милошевич хотел воспользоваться исчезновением Югославии, или, правильнее сказать, переходом Югославии на ступень конфедеративного устройства. Милошевича не интересовала ни конфедерация, ни федерация. Он стремился к образованию Великой Сербии, и армия в этом деле оказала ему поддержку.

 

Наступали последние месяцы объединенной Югославии, и именно на это время пришелся пик политической карьеры Месича в общеюгославском масштабе. В 1991 году он возглавил Президиум СФРЮ. Так он стал президентом в первый раз.

 

С.М.: Я был последним Председателем Президиума Югославии и, конечно, имел возможность наблюдать затем, что происходило в республиках. Югославия тогда уже была готова к тому, чтобы подняться на ступень конфедеративного устройства. И я внес определенный вклад в это дело.

Я лично всегда предлагал, чтобы наше государство было конфедеративным. И чтобы эта конфедерация просуществовала в течение трех – пяти лет. Если бы такая модель прижилась, тогда мы могли бы существовать все вместе и дальше. А если нет, тогда необходимо было разделиться на республики.

Но с другой стороны, я полагал, что если Хорватия станет самостоятельным государством, она сумеет самостоятельно выбрать свой путь. И в выборе этого пути, безусловно, смогу участвовать и я.

 

Каждая из республик предлагала свою оптимальную модель будущей Объединенной Югославии, и договориться не удалось. В 1991 году Хорватия и Словения первыми объявили о выходе из Югославии. На последнем заседании Президиума в Белграде его последний председатель Месич произнес речь. Он был краток: «Спасибо за оказанное мне доверие бороться за интересы Хорватии на том участке, который был мне вверен. Думаю, я выполнил задание, Югославии больше нет». Фраза стала крылатой и облетела весь мир.

Месич вернулся в родной Загреб – и для него, и для Хорватии начинался новый отсчет времени.
Но первым президентом независимой Хорватии стал Франьо Туджман. Стипе Месич чуть позже занял пост председателя парламента. Политического дуэта не получилось.

Туджман, как и Милошевич в Сербии, планировал расширить границы своей страны за счет Боснии и Герцеговины. В марте 1991 года в городе Караджорджево Туджман и Милошевич обсуждали невозможное – передел границ почти в самом центре Европы. Один реализовывал идею создания Великой Сербии, другой стремился к образованию Великой Хорватии. А кругом лилась кровь, некогда мирные соседи учились убивать друг друга.

 

С.М.: Поскольку я был против этой политики, я оставил пост председателя парламента. Таким образом, в тот момент, когда у меня был наивысший политический рейтинг, я вновь ушел в оппозицию.

 

Стипе Месич каждый раз уходил в оппозицию, когда был не согласен с властью. В политике для него личные убеждения, собственная позиция всегда были выше политической карьеры. Конечно, при этом приходилось многое терять, но зато ему удалось сохранять себя все эти годы. И когда умер последний из могикан хорватской авторитарной политики Франьо Туджман, Стипе Месич неожиданно для всех вышел из тени.

Туджману нравилось походить на великого Тито, быть жестким и недоступным. Вместе со стилем руководства были унаследованы яхты и виллы на островах Адриатики, принадлежавшие когда0то великому предшественнику.

Для Месича же было очевидно, что время небожителей безвозвратно ушло. Современному человеку нужен был собеседник, способный понять и почувствовать его проблемы. А проблем у хорватов хватало.

Стипе приезжал в маленькие города и поселки, заходил в популярные кафе, говорил с людьми, слушал... И сам был услышан своим народом. Вот так в феврале 2000 года Стипе Месич второй раз, уже в другой стране, стал президентом.

 

М.Г.: Супруги президентов нередко играют важную роль в общественной жизни страны. Советуетесь ли вы с вашей женой, госпожой Милкой, принимая государственные решения? Кстати, я слышал, что ее близкие предки – украинцы. Так ли это?

С.М.: Есть пословица: мужчины управляют миром, а женщины управляют своими мужьями. Дедушка моей жены, действительно, был переселенцем с Украины. По сути, моя жена родом из сербо-украинской семьи. У нее и раньше не было каких-то определенных политических интересов, и сегодня она не занимается политикой. Детей тоже не интересует политика. Может быть, политикой увлекутся мои внуки.

 

Внуки президента Месича – это уже новое поколение хорватов, которое не знает никакой другой родины, кроме Хорватии. Для них независимость страны так же естественна, как хорватская природа, хорватское побережье.
И если для подростков война – это еще личный опыт, то для малышей, рожденных в мире, война – уже история.

 

М.Г.: Хорватия и Россия практически одновременно провозгласили свою независимость. Подводя итоги этому десятилетию, как вы оцениваете развитие российско5хорватских отношений?

С.М.: Между Россией и Хорватией практически не осталось нерешенных политических вопросов. Это свидетельствует о том, что наше сотрудничество в сфере политики развивается очень успешно, что оно углубляется. Существует хорошая возможность развивать сотрудничество в других областях, прежде всего, в экономической, спортивной и культурной.

 

В апреле 2002 года Стипе Месич был в нашей стране с рабочим визитом. В Россию он приехал впервые. Открывая встречу с президентом Хорватии, Владимир Путин сказал, что в России Стипе Месича хорошо знают как политика нового поколения.

В ходе встречи, помимо ситуации на Балканах, обсуждались и двусторонние отношения, и проблемы экономического сотрудничества.
Но был у президентов двух стран повод поговорить и о личном.

 

М.Г.: Я слышал, что вы, так же, как президент Владимир Путин, увлекаетесь восточными единоборствами. Только президент России предпочитает борьбу дзюдо, а вы – намбудо.

С.М.: Намбудо – это особый вид восточной борьбы, в котором изучаются приемы самозащиты. Более того, это великое искусство, поскольку укрепляет не только ваше тело, но и воздействует на психологическое состояние, создает необходимый баланс сил. Раньше я занимался намбудо два раза в неделю.

М.Г.: Хорватия славится своей красотой. Как вы, господин президент, любите проводить свой отпуск? Остаетесь на родном побережье или путешествуете по миру?

С.М.: Я всегда провожу свой отпуск в Хорватии, потому что люблю отдыхать в кругу своей семьи. А с другой стороны, я бы хотел, чтобы люди из других стран приезжали в Хорватию и проводили у нас свои отпуска.

 

В Хорватии, как, впрочем, и на всем Балканском полуострове, фантастически красиво! Здесь природа умудрилась сохранить свое первозданное величие. Краски чисты. Формы естественны. И над всем этим – умиротворение и покой. В этом краю самой природой задуман Мир, в котором нет, не должно и не может быть войны.

Но война была. Война, перевернувшая все представления о современной европейской цивилизации, породившая ненависть и неприязнь. В этой войне хорваты то нападали, то сами становились жертвами. С разрухой и запустением они знакомы не понаслышке. В те годы триста тысяч человек, собрав вещи в узлы, двинулись с насиженных мест, в одночасье превратившись в беженцев. «Война закончена – забудьте!». Не получается так в странах бывшей Югославии.

Сегодня в Хорватии спокойно. Страна вернулась к мирной жизни, справилась и с разрухой, и с запустением, но преодолеть последствия, которые война оставила в сердцах и душах людей, уничтожить стену непонимания, преграды в общении, значительно сложнее.

 

М.Г.: Как вы думаете, наступят ли времена, когда сербский и хорватский народы окончательно примирятся. И уйдет в прошлое то, что так больно отозвалось в сердцах и сербов, и хорватов за эти годы?

С.М.: Между сербами и хорватами никогда не было никаких войн, за исключением последней. Мы сегодня боремся за то, чтобы определить степень вины индивидуально. Пусть за военные преступления отвечают конкретные сербы, конкретные хорваты, конкретные бошняки. И тогда больше не будет обвинений вообще. Мы хотели бы, чтобы наши граждане сербской национальности, бежавшие в Сербию во время войны, как можно скорее вернулись в Хорватию. Тем самым Хорватия докажет зрелость своей демократии, докажет, что она является правовым государством. Этим мы, по сути дела, подтвердим мнение тех, кто всегда считал эту войну совершенно бессмысленной.

 

Бессмысленность войны – первое, о чем подумали мы, когда увидели потрясающую гармонию знаменитых хорватских островов, которых, кто бы мог подумать,1185!

Здесь, на хорватском побережье Адриатики, как и на любом курортном побережье, жизнь течет размеренно, спокойно и чуть0чуть лениво. Трудно представить себе, что не так давно, когда в Хорватию уже начали приезжать любители погреться на адриатическом солнце, в соседней Боснии и Герцоговине еще стреляли. И в этих выстрелах конца ХХ века отчетливо слышался отзвук роковых выстрелов молодого бомбиста Гаврилы Принципа, прозвучавших в Сараево в начале прошлого века.

Помните зловещее предсказание Бисмарка: «Балканы – пороховой погреб Европы»? Так пуст ли сегодня этот погреб? И есть ли еще желающие поднести к нему горящую спичку?

 

2002 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
Поделиться:
В других СМИ
Реклама
Реклама