Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Дзюнъитиро Коидзуми, премьер-министр Японии

29 мая 2003, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы

[ литературная версия ]

ДЗЮНЪИТИРО КОИДЗУМИ:

«Среди политиков и в других странах мира никто не слушает музыку так много, как я»

 

Родился 8 января 1942 года в Йокосука.
В 1967 окончил экономический факультет Университета Кэйо.
С 1972 г. — член Палаты представителей Парламента Японии.
В 1988 и 1996 гг. — Министр здравоохранения и социального обеспечения.
В 1992 г.— Министр связи и телекоммуникаций.
С 26 апреля 2001 года — Премьер-министр Японии.

 

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

 

Потомственный политик — его дед и отец были депутатами парламента, занимали видные посты в правительстве от Либерально(демократической партии (ЛДП).

Маленького Дзюна с пеленок готовили к парламентской карьере.

В 1967 г. — окончил экономический факультет престижного частного университета Кэйо – самого старого в Японии. После этого учился в Лондоне.

В большую политику Коидзуми пришел в 1970 г., став секретарем члена Палаты представителей (нижней палаты японского Парламента) Такэо Фукуды.
В 1972 году впервые избран депутатом палаты представителей (нижней палаты парламента) от Либерально(демократической партии /ЛДП/. Переизбирался 10 раз.

Он сразу же поразил соратников по партии своими амбициями.

1979 год — заместитель Министра финансов.
1980 год — председатель Комитета финансов ЛДП.
1986 год — председатель Комитета финансов палаты представителей.
1987 год — первый заместитель Председателя комитета парламентской политики ЛДП.
В 1988-1989 гг. — Министр здравоохранения и социального обеспечения в правительствах Нобору Такэситы и Сосукэ Уно.
В августе 1989 года стал председателем национального организационного комитета ЛДП, а в 1991 году — первым заместителем генерального секретаря этой партии.
В 1992-1993 гг — Министр почты и телеграфа в правительстве Киити Миядзавы. Ушел в отставку, заявив, что все правительство во главе с премьером должно уйти в отставку, взяв на себя ответственность за неудачное выступление ЛДП на парламентских выборах в июле 1993 года.
В 1996-1998 гг. — Министр здравоохранения и социального обеспечения в правительстве Рютаро Хасимото.
В 1995 и в 1998 годах баллотировался на пост председателя ЛДП, но не набрал достаточного количества голосов.

До апреля 2001 года в ЛДП возглавлял фракцию премьер-министра Иосиро Мори, но незадолго до выборов на пост председателя партии вышел из фракции и баллотировался на высший партийный пост как независимый кандидат. На выборы шел с девизом: «Изменить ЛДП, чтобы изменить Японию».

24 апреля 2001 года избран председателем Либерально-демократической партии, получив 298 голосов из 484 зарегистрированных для голосования.
26 апреля 2001 года — избран премьер-министром Японии.

По словам друзей Коидзуми, в течение 30 лет он вынашивал идею реформирования политической и экономической систем Японии. В результате работы исследовательской группы была создана так называемая «Административная реформа», ставшая ключевым элементом избирательной программы нового премьера. Одна из целей этой реформы – ликвидация японских государственных компаний, с помощью которых ЛДП долгое время подбрасывала лакомые куски своим сторонникам в мире бизнеса, обеспечивая им выгодные заказы и многое другое, хотя это и шло в разрез с интересами большинства соратников Коидзуми. «Не стоит недооценивать целеустремленность Коидзуми. Он обдумывал реализацию этого плана еще 30 лет назад», — сказал Эйта Хамикава, друг премьер-министра, живущий с ним по соседству.

Коидзуми не скрывает, что планируемые им реформы будут болезненными. Такая честность другому могла бы стоить политической карьеры, но не нанесла ущерба Коидзуми благодаря его сильной харизме. «Некоторые сравнивают его с рок-звездой, другие называют его пилотом-камикадзе», — говорят в Японии.

Дзюнъитиро Коидзуми стал премьер-министром, пользуясь огромной популярностью — в его поддержку высказывались в 2001 году более 80 процентов населения страны. Дзюнъитиро Коидзуми пользуется широкой популярностью среди молодежи, городского населения. Он пришел к власти на волне ожидания реформ в экономической и политической областях.

Избирателям импонировал необычный облик премьера — его прозвали «хэндзином» («чудаком»), поскольку часто он ведет себя не так, как полагается солидному либерал-демократу: за пристрастие к светлым костюмам, за его длинные завитые волосы, за увлечение молодежной музыкой, за то, что он разведен и один воспитал двоих сыновей и часто выступает с неожиданно резкими заявлениями.

«Смелый сторонник реформ», «упрямый чудак», «националист(ястреб», «ловкий популист», «второй Горбачев» — все эти прозвища и ярлыки, похоже, прочно пристали к новому премьеру, и ни один из них в полной мере не отражает его кипучую натуру. Нельзя оспорить только одно – этот 61-летний политик разительно отличается от большинства своих коллег, среди которых царит привычка к серому единообразию, закулисному интриганству и туманным витиеватым высказываниям.

Коидзуми пользуется репутацией реформатора не только за предложения увеличить экономическую динамику страны, - он высказывается за введение системы прямых общенародных выборов премьера, что может кардинально изменить политическую систему Японии. Он также настаивает на приватизации почты и государственных сберкасс, хотя именно их многочисленные служащие составляют одну из опор ЛДП. Обещает продвигать на высокие посты молодых мужчин и женщин, которых почти не встретишь во властных структурах Японии.

Коидзуми провозгласил задачей своего правительства – «непрерывные реформы». Сформированный им кабинет министров, в составе которого пять женщин, пользуется у избирателей рекордно высокой за послевоенный период популярностью. Однако за время премьерства популярность Коидзуми несколько упала — в декабре 2002 года о его поддержке высказались 65 процентов опрошенных. Падению популярности кабинета Коидзуми способствует продолжающийся спад в экономике, справиться с которым правительству пока не удается, плюс последнее решение Коидзуми поддержать администрацию Вашингтона в силовом разрешении иракского кризиса .

В области внешней политики Коидзуми на первое место ставит всестороннее сотрудничество с США, но также большое внимание уделяется отношениям с ближайшими соседями по региону.
Коидзуми стал первым японским премьером, совершившим визит в КНДР.

Касаясь российско-японских отношений, Дзюнъитиро Коидзуми заявил, что у наших стран «много сфер для сотрудничества, несмотря на наличие сложных территориальных проблем...».

В ходе своего первого официального визита в Россию в январе 2003 г. премьер-министр Дзюнъитиро Коидзуми провел переговоры с президентом России Владимиром Путиным по всем аспектами двусторонних отношений. Также были рассмотрены международные проблемы, в том числе ситуация вокруг ядерной программы КНДР. В результате переговоров лидеры двух стран подписали совместный план действий, направленный на развитие двустороннего сотрудничества в различных областях.

С президентом РФ В. Путиным Коидзуми встречался в общей сложности 4 раза:
21 июля 2001 г. в Генуе в рамках саммита «восьмерки» состоялось их знакомство на судне «Юропиэн вижн»;
21 октября 2001 г.  - в Шанхае в отеле «Новый Цзиньцзян» после завершения саммита АТЭС;
27 июня 2002 г. в Кананаскисе (Канада) на саммите «стран большой восьмерки», где российский президент пригласил премьер-министра Японии посетить Россию с визитом.
С 9 по 12 января 2003 года Коидзуми посетил Россию, где 10 января провел официальные переговоры с В.Путиным.

Политика в Японии – занятие выгодное, и большинство депутатов за считанные годы становятся состоятельными людьми, умело используя «политические пожертвования», как в Японии именуют подношения от бизнесменов. Однако Коидзуми, по японским меркам, не богат – все его движимое и недвижимое имущество оценивается в 55,6 миллиона иен – чуть больше 450 тысяч долларов. Он тщательно заботится о чистоте своей репутации, боится обвинений в коррупции, которые постоянно преследуют его коллег по ЛДП. Его главное добро – дом в Йокосуке под Токио площадью 114 кв.м., который он получил после смерти отца. Основное наследство Коидзуми, по мнению наблюдателей, заключается в другом – в фантастическом честолюбии, упорстве и редком политическом чутье.

 

Бросая вызов традициям, он еще 17 лет назад отказался от традиционной прически «солидного человека» (это прическа, прилизанная гелем на пробор по середине) и отрастил себе буйную шевелюру «а-ля Ричард Гир», которую он 4 раза в год завивает в крупные локоны у одного и того же парикмахера. Премьер не скрывает любви к хард-року и пению в барах караоке, чем поверг в свое время ревнителей местных приличий в ужас. С не меньшим удовольствием Коидзуми слушает и классическую музыку, а в молодости играл на скрипке. Он известен также как тонкий ценитель виноградных вин и даже возглавляет японскую ассоциацию дегустаторов, что тоже не традиционно для японцев, т.к. вино в этой стране многие называют «кислятиной» и предпочитают пить традиционное сакэ.

Коидзуми развелся со своей женой Кайоко Миямото (она внучка главы крупной фармацевтической компании) в 1982 году и до сих пор остается холостяком. По некоторым сведениям Коидзуми женился на студентке, которая была младше его на 14 лет, не по любви – их брак устроили родители, причем посредником выступал не кто иной, как Такэо Фукуда, являвшийся с 1976 по 1978 год премьер-министром Японии. Родителям казалось, что молодые подходят друг другу, и свадьба состоялась в 1978 г. На их свадьбе гуляли 2,5 тыс. человек, огромный свадебный торт был выполнен в форме здания японского парламента. Когда спустя 4 года брак распался, Коидзуми забрал двух своих сыновей – Которо и Йосинага, которых воспитывет с тех пор один. Третий сын его жены на момент развода еще не родился и живет с матерью. Его Коидзуми не навестил ни разу. Жена получает от Коидзуми одну открытку в год – новогоднее поздравление. Причем посылает ее адвокат нынешнего премьера, который заодно интересуется, не нужно ли ей чего-либо. Жена говорит, что такую опеку она поменяла бы на один телефонный звонок бывшего мужа, с которым не говорила со времени развода. При этом, как сообщается в светских хрониках, за многие годы мать ни разу не увидела своих сыновей – на все ее просьбы разрешить ей встретиться с детьми Коидзуми отвечал решительным отказом.

Сам Коидзуми категорически отказывается жениться во второй раз. Однажды в кругу знакомых он проговорился – после мучительного развода о создании новой семьи он не может даже думать без содрогания. И продолжает в разрез с протоколом ездить в зарубежные поездки без первой леди! Оба сына Коидзуми студенты. Старший Которо, которому около 25 лет, решил попробовать себя в шоу-бизнесе, он заключил контракт с фирмой «Идзава офис» в 2001 г.

 

 

Михаил ГУСМАН: Как вы оцениваете итоги состоявшейся в январе 2003 года встречи с нашим президентом? Что ожидаете от предстоящего визита в Россию?

Дзюнъитиро КОИДЗУМИ: Для начала хочется сказать, что в январской России холодно, но это — не японский холод. В Токио мне не доводилось испытывать температуру минус 10 градусов, в Токио холодно уже при температуре плюс четыре. В нашей столице даже редко бывает, чтобы температура падала до нуля. Меня пугали тем, что минус десять, минус двадцать — это кошмар. Когда я сошел в Москве с самолета, было минус двадцать. Я сказал: «Сегодня холодно», а мне ответили: «Нет, сравнительно тепло». Было холодно, но теперь я бы сказал, что было тепло.

М.Г.: Вам повезло, у нас бывает минус 40.

Д.К.: Все, начиная с президента Путина, оказали нам теплый прием. Мы смогли договориться с президентом Путиным о принятии японо-российского Плана действий, провели хорошие переговоры.

 

«И месяцы — лишь странники, гостящие на земле, и годы, что уходят и приходят, — такие же странники. Человек – плывет ли он на корабле или странствует верхом на лошади – в пути обретает мудрость, дорога забирает его жизнь...»

(Мацуо Басё).

 

Первым японцем, чье пребывание в России зафиксировано в документах, был Дэнбей. В 1695 году морские течения занесли Дэнбея на Камчатку, оттуда японца доставили «с оказией» в Москву и Петербург. В 1702 году в селе Преображенском произошла встреча Дэнбея с Петром I, которая положило начало личным контактам представителей Дома Романовых с народом, населявшим Японию.

Следующее появление японских рыбаков при российском дворе произошло во времена Анны Ивановны — в 1734 году. Это были Содза и Гонза, благодаря которым в Петербургской академии наук была создана школа японского языка.

Но самая запоминающаяся встреча японцев произошла с Екатериной Великой – самым почитаемым в Японии русским монархом. В 1783 году у берегов Камчатки вновь затонула японская шхуна. Мечтая вернуться на родину, моряк Дайкокуя Кодаю дошел до самой Екатерины. И тогда, чтобы отправить японцев домой, русская царица в 1793 году организовала знаменитую миссию Адама Лаксмана, который и стал первым официальным представителем России, ступившим на японскую землю. Рассказы моряка Дайкокуя Кодаю о его десятилетнем пребывании в России были записаны при дворе японского сёгуна Иэнари Токугава и легли в основу нескольких книг. А в 1991 году по этим книгам японская киностудия «Тохо» поставила художественный фильм «Сны о России», где в главной роли снимался японский актер Кэн Огата, а в роли Екатерины — Марина Влади.

 

Д.К.: На саммите в Кананаскисе президент Путин выразил пожелание, чтобы мы обязательно приняли участие в торжествах по случаю 300-летия основания Санкт-Петербурга. Хотя по этому вопросу не было никакой предварительной подготовки, все лидеры-участники саммита с этим согласились.

М.Г.: Хорошее решение

Д.К.: Я лично с удовольствием жду своей поездки в Санкт-Петербург.

М.Г.: Там как раз будут белые ночи.

Д.К.: Белые ночи — это когда до 12 часов светло?

М.Г.: Светло почти всю ночь.

Д.К.: Это очень интересно.

М.Г.: Вы подписали тогда в январе План действий с президентом Путиным. Как вы оцениваете этот документ? Могли бы вы сказать, что, на ваш взгляд, главное в этом документе?

Д.К.: Бывший Советский Союз переродился в новую Россию, внутри страны и за ее пределами во многом изменилась ситуация. Я, например, считал, что и Японии было бы неплохо перемениться на фоне такой трансформации... Мы пришли к пониманию того, что в отличие от бывшего СССР Россия президента Путина — это страна, которая в качестве демократического государства имеет те же цели, что и Япония. Между Японией и Россией есть трудная проблема северных территорий, которую в течение долгого времени не удается разрешить. Однако это не означает, что, как во времена бывшего СССР, мы не можем развивать отношения сотрудничества с Россией до тех пор, пока не решен этот вопрос. Мне кажется, что можно найти и другой подход. Развитие сотрудничества между Японией и Россией выгодно обеим странам...

М.Г.: Насколько я понимаю, это уже пятая ваша встреча с президентом Путиным. Как вы оцениваете ваши личные отношения, которые установились с президентом России? И вообще — какую роль играют личные отношения глав государств в современной международной политике?

Д.К.: Мы в первый раз встретились в позапрошлом году в Генуе, были напряжены, чувствовалась некоторая скованность... Однако по мере новых встреч с президентом на международных форумах атмосфера наших бесед становилась все более открытой. А в январе этого года я был даже приглашен в частные апартаменты президента Путина в Кремлевском дворце. Мы подбросили дров в камин и вели совершенно откровенный разговор за чаем с печеньем... Кстати, извините меня за то, что, в отличие от президента Путина, я не угостил вас печеньем к чаю.

М.Г.: Я пью чай с удовольствием...

Д.К.: Президент Путин показал мне внутренние покои Кремлевского дворца: думаю, ни один лидер в мире не имеет такого великолепного кабинета. Художественная галерея, музей и кабинет стали одним целым, что произвело на меня очень большое впечатление.

М.Г.: Чтобы вам легче было вспоминать о том времени, я привез вам альбом о Кремлевском дворце.

Д.К.: Великолепный альбом. Я слышал, что сейчас в Японии проходит выставка «Сокровища династии Романовых».

М.Г.: Она как раз была открыта в Токийском музее изящных искусств. Мы принесли вам приглашение на выставку.

Д.К.: Обязательно схожу на эту выставку.

 

В центре Токио за неприступной стеной и рвом находится императорский дворец, скрытый в тени густого сада. Сейчас в нем проживает император Акихито – 125 сын Неба, прямой продолжатель самой древней на земле императорской династии, которая не прерывается 2663 года, то есть – 27 веков.

Только в Японии, единственной стране в мире, и сегодня культивируется древнейшая религия синто — «путь богов». Синто обожествляет природу и предков, населяет растения, деревья, камни, животных добрыми и злыми божествами – ками. В основе синтоизма — миф о возникновении мира, в котором и Земля, и императорский род ведут свое происхождение от богини Солнца Аматэрасу. Богиня Солнца ниспослала на землю своего внука Ниниги, потомкам которого поручила во веки веков править Японией. Правнук Ниниги Дзимму-тэнно завоевал священную местность Ямато и основал там в 660 году до н.э. японское государство.

В VI веке через Китай и Корею на острова проник буддизм, первоначально возникший в Индии. Сутры – священные тексты учения Будды, записанные китайскими иероглифами, стали постепенно усваиваться в Японии, которая в то время не имела своей письменности. Даже первая японская конституция была составлена принцем-регентом Сётоку Тайсё в 604 году на китайском языке. В ней записано: «Гармония – бесценное благо. Мудрость и глупость в нас неразлучны. Как у кольца – где конец, там и начало».

Лишь в IX веке японский монах Кукай, вдохновленный буквами санскрита и китайскими иероглифами, разработал слоговую азбуку кана, положившую начало японской письменности. К тому времени двор императора уже переехал из города Нара, где была первая постоянная столица, в Хэйан-кё, «столицу мира и спокойствия», то есть в Киото. Япония все больше высвобождалась из-под влияния Китая и Кореи. Период Хэйан считается золотым веком японской культуры.

К Х веку власть императора ослабела. Профессиональные воины – самураи – образовали отдельное сословие японского общества. Самурай жил и воевал согласно кодексу чести и морали – бусидо, «путь воина». Фактическим правителем Японии стал сёгун — представитель императора по военным вопросам, а на деле – военно-феодальный правитель, который покинул аристократичный Киото и устроил свою ставку в городе Камакура.

В начале ХVII века звание сёгуна получил Иэясу, глава клана Токугава. Свою ставку он разместил в укрепленном городе Эдо. Отсюда 268 лет сёгуны Токугава один за другим правили страной, отгородив ее от внешнего мира. Запретили христианство. Закрыли порты. Не впускали иностранцев. Не выпускали японцев. Лишь в 1868 году было восстановлено прямое императорское правление. Страну возглавил император Мэйдзи, который тоже перенес свою резиденцию в Эдо, но при этом переименовал Эдо в Токио, что означает «восточная столица».

 

М.Г.: Позвольте задать несколько вопросов о вас лично. Исполнилось два года, как вы стали премьер-министром. О чем вы больше всего жалеете, когда вспоминаете о той допремьерской жизни — более спокойной, с меньшими ограничениями?

Д.К.: Вообще-то после того, как я стал премьером, все говорили: интересно, он протянет месяца три или полгода?

М.Г.: Слава Богу, уже два года...

Д.К.: Да. За последние десять лет в Японии стало обычным делом, что премьеры меняются чуть ли не каждый год... Итак, говорили, что меня сменят через год, однако я уже два года нахожусь на посту главы правительства. Теперь говорят, что это слишком долго, пора уходить. Однако для того, чтобы осуществить начатые реформы, надо вынести все тяготы, и в этом миссия премьера. Если отвечать на ваш вопрос, то моя жизнь стала более скованной после того, как я занял этот пост. Теперь мне уже не вполне понятно, почему люди так горячо, с такими трудами стремятся к этой должности, сопряженной с такой несвободой. Однако лично мне не столько хочется вернуться к былой свободе, сколько есть ощущение работы, которую нужно довести до конца.

М.Г.: Я думаю, что с самого начала политическая судьба вами была уже решена. Откройте секрет, когда вы решили стать премьер-министром?

Д.К.: В студенческие годы я думал, что роль политика мне не подходит, мне меньше всего хотелось быть политиком. Однако примерно в 20 лет мне довелось помогать отцу в проведении выборов.

М.Г.: Вы учились на экономическом факультете университета.

Д.К.: Да, это так. Я выступал вместо отца с приветствиями перед нашими сторонниками, вместе с ними занимался предвыборной деятельностью. По мере приобретения такого опыта мне стало казаться, что и я мог бы стать политическим деятелем. Одновременно я почувствовал, что отец и его сторонники возлагают на меня надежды. Мне стало трудно думать о том, что люди будут меня всю жизнь осуждать за то, что я выбрал более легкий путь и отказался от политической деятельности. Обычно считается, что для того, чтобы стать премьером, нужно придерживаться какой-то особой модели поведения. Однако я ничего такого не делал. Возможно, времена уже изменились.

М.Г.: Разрешите задать крайне личный вопрос. Вы считаетесь одним из самых элегантных политиков. Скажите, как вы выбрали такую прическу?

Д.К.: Рядом с моим родным домом в городе Йокосука была парикмахерская, ее хозяин с детских лет был моим приятелем по играм. Волосы у меня жесткие, и утром их очень трудно привести в порядок. Я рассказал об этом своему приятелю-парикмахеру, и он дал совет — управляться с волосами будет легче, если сделать химию. И я попробовал перманент. Без этого волосы пришлось бы приводить в нужное состояние с помощью бриллиантина, а теперь это можно не делать, все стало просто.

М.Г.: Говорят, что вы даже стали похожи на Бетховена...

Д.К.: Да, говорят, что мои волосы похожи на растрепанную прическу Бетховена, когда он дирижировал оркестром.

М.Г.: Об этом даже в газетах пишут...

Д.К.: Я люблю слушать музыку, люблю Чайковского, того же Бетховена, Моцарта. Думаю, нет другого депутата парламента в Японии, который бы так много слушал музыку...

М.Г.: Думаю, что и среди лидеров «восьмерки» тоже.

Д.К.: Да, возможно, что среди политиков и в других странах мира никто не слушает музыку так много, как я. Известен, например, Первый концерт Чайковского для фортепиано с оркестром...Однако Второй концерт почти не исполняют, о нем мало кто знает. У меня есть этот компакт-диск. Мне больше нравится Второй концерт и меня удивляет, почему его не исполняют чаще. Кроме Чайковского я люблю еще Рахманинова. Люблю скрипку и в молодости бывал на концертах Давида Ойстраха и Леонида Когана.

М.Г.: Возможно и российские политики так хорошо не знают музыку России как вы, господин премьер-министр.

Д.К.: Сейчас в Японии очень большой популярностью пользуется Гергиев. Недавно в Токио выступала Вашингтонская опера, дирижировал Гергиев, солировал Пласидо Доминго, а опера была итальянской. Вот такое получилось интернациональное выступление, и я встретился там с Гергиевым. Музыка действительно преодолевает границы.

 

Музыкальным по духу был и первый придворный театр Японии Но, возникший в XIV веке. Актеры играли в масках, изображавших демонов, мифических и фантастических персонажей. Это был театр магии, где смысл передавался языком звуков – голоса или инструментов. В конце XVI века в городе сёгунов Эдо родился театр Кабуки — на сцену пришли эпические сюжеты и легенды. Истоки Кабуки нужно искать в танце, и этому особому танцу актеры, только мужчины, учились с детства. Каждая роль в театре Кабуки закреплялась за определенной династией актеров, и те играли ее из поколения в поколение. Традиция сохраняется и сегодня. Представитель одной из таких династий — знаменитый актер Накамура Гандзиро III, которому присуждено звание «Живое Национальное Достояние», рассказал нам, что в театре Кабуки нет места импровизации, здесь каждое движение определено раз и навсегда и каждый характер незыблем. Сам Гандзиро уже более 50 лет играет главную роль девушки Охацу в спектакле «Самоубийство влюбленных в Сонэдзаки».

Поэзия. Тоже традиция, идущая из глубины веков. Сжатые формулы, где нет ни одного лишнего слова – национальные японские формы: пятистишие – танка и трехстишие — хокку или хайку. Это то родное, что без всяких подражаний и заимствований, создано японской нацией. Темы хайку самые простые: природа, суши...

 

М.Г.: Я даже знаю хайку – традиционное японское стихотворение, посвященное суши: 

«Рисовый берег;
Рыбный тончайший прибой.
Привычный восторг –
Все заботы исчезли.
Время для суши пришло».

Кстати, почему японская традиционная японская кухня так популярна в мире?

 

Д.К.: Японцы сами удивляются тому, что их кухня так нравится всему миру. Потому что мы всегда думали, что иностранцы не могут есть ничего сырого, а получилось, что это не так. Весь мир, видимо, придерживается одинаковых взглядов на то, что вкусно. Не только суси, но и темпура, якитори, сукияки из говядины и свинины, сябу-сябу и другие вкусные блюда нравятся сейчас людям на всей планете.

 

«Возьмите себе за правило: начинайте с замысла, а как воплотить его – спросите у своего сердца».

(Тайная книга японских садов, XII век)

 Еще в X веке в Японии стали разбивать декоративные сады с одной единственной целью – чтобы любоваться ими, сидя на деревянных галереях энгава. Буддийская концепция эфемерного, струящегося мира совпадала с синтоизмом, обожествляющим природу. В те мгновения человек был поистине счастлив.

Прошло десять веков. Современные японцы говорят «мы рождаемся как синтоисты и умираем, как буддисты»: торжество жизни и отрицание смерти... Вот отчего в Японии при численности населения в 127 миллионов, верующих ровно в два раза больше: каждый человек считает себя и буддистом и синтоистом..

Под влиянием синтоистских верований и воззрений буддизма сформировалось и древнее искусство икебаны – аранжировки цветов. Секреты этого искусства с XVI века передаются из поколения в поколение.

Путник в дальней стране!
Вернись, тебе покажу я
Истинные цветы.

(Басё)

 

М.Г.: Каким вам видится будущее вашей страны в ХХI веке?

Д.К.: Один из пунктов моей политики совмещает в себе защиту окружающей среды и экономический прогресс. Ключом к этому является научно-техническое развитие. Япония во времена высоких темпов экономического роста пострадала от загрязнения рек и морей, от загрязнения атмосферы. В прошлом веке считалось, что защита окружающей среды неблагоприятно воздействует на экономический прогресс, поскольку требует дополнительных капиталовложений. В нынешнем веке нужно мыслить в обратном направлении. Важно, чтобы предприятия, которые не заботятся об экологии, не пользовались поддержкой населения, чтобы окружающая среда была защищена как со стороны правительства, так и со стороны бизнеса и местных властей. Мы проводим политику, основанную на «принципе нулевого уровня мусора», когда отходы используются в качестве нового сырья. Короче, вещи, вредные для окружающей среды, используются ей во благо... Япония в дальнейшем будет стремиться внести вклад в улучшение экологии на планете.

 

До тех пор, пока на заснеженной Фудзи не будут кататься на горных лыжах, потому что гора – священна, в реках и озерах не будут ловить карпа – потому что он священен, а, ступая на деревянные полы и соломенные татами будут снимать обувь, потому что так принято, Япония останется Японией – страной, где традиции не столько пишут летопись прошлому, сколько мостят будущее. 

Стелется по ветру
Дым над вершиной Фудзи.
В небо уносится
И пропадает бесследно,
Словно кажет мне путь.

(Сайгё)

 

2003 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
Поделиться:
В других СМИ
Реклама
Реклама