Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Герхард Шредер, федеральный канцлер Федеративной Республики Германии

29 октября 2003, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы

[ литературная версия ]

ГЕРХАРД ШРЕДЕР:

«Хотел бы я так же хорошо говорить по-русски, как Президент Путин говорит по-немецки!»

 

Родился 7 апреля 1944 г. в Моссенберге (Нижняя Саксония).
В 1963 г. вступил в Социал-демократическую партию Германии (СДПГ).
Окончил юридический факультет Геттингенского университета.
С 1980 г. по 1986 г. – депутат бундестага от СДПГ.
С 1990 г. по 1998 г. – премьер-министр в правительстве Нижней Саксонии.
С октября 1998 г. – Федеральный канцлер Германии.
В 2002 г. переизбран на второй срок.

 

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

 

Герхард Шредер, которого друзья зовут коротко Герд, родился 7 апреля 1944 года в небольшом провинциальном Моссенберге в бедной протестантской семье.
Отец маленького Герхарда – капрал Фриц Шредер, солдат вермахта, погиб в октябре 1944 года в Румынии в возрасте 32 лет, так что ни сыну, ни отцу не довелось увидеть друг друга.

Одно время семье приходилось жить недалеко от голландской границы в Бекстене, ютясь в бараке на краю футбольного поля. Если мяч попадал в строение, стены содрогались, а керосиновая лампа падала со стола на пол. Футбол увлекал юного Герхарда, он играл полузащитником и очень старался на поле, за что товарищи по команде прозвали его Пахарем.

Учился Герхард хорошо, но недолго: в 14-летнем возрасте Герхарду пришлось покинуть дневную школу и поступить учеником к торговцу фарфором, работать помощником продавца, посещая при этом вечернюю школу. Это был тяжелый период – занятия по ночам, утром на работу в магазин, вечером на занятия в школу.

В 1963 году Шредер вступил в Социал-демократическую партию Германии (СДПГ).
«Я пошел туда из-за Гельмута Шмидта», – позже скажет он.

На социал-демократическом поприще он был активен, постепенно «врастал» в руководящие органы городского и областного масштаба. Рывок на политическом поприще удался в 1978 году, когда Шредер был избран федеральным председателем молодежной организации СДПГ «Молодые социалисты». Сейчас газетчики вспоминают, что свою первую речь в ранге председателя он начал со слов: «Да, я марксист!». Будучи лидером, он занимался организацией акций протеста, в том числе против войны США во Вьетнаме.

Впервые Шредер был избран в бундестаг в 1980 году, где смог наблюдать за такими крупными политиками, как Вилли Брандт, Гельмут Шмидт, Герберт Винер. В этой связи Шредера тоже причисляют в партии к поколению так называемых «внуков Брандта». Он до сих пор любит подчеркивать завет первого послевоенного канцлера-социал-демократа о том, что во время выборов необходимо привлекать на свою сторону не только левые слои населения, но и средний класс.
Депутатство недолго тешило честолюбие Шредера. С 1990 по 1998 год он занимает должность премьер-министра в правительстве Нижней Саксонии.
Эволюция взглядов и имиджа Шредера весьма значительна за время его пребывания в германском парламенте и в правительстве Нижней Саксонии.
Бывший марксист, бунтарь, некогда предпочитавший открытый ворот, теперь носит изысканную одежду, галстуки, курит дорогие сигары, всячески демонстрируя свою «приемлемость» в промышленных и финансовых кругах.

Столь же разительные перемены произошли и в образе мыслей Шредера. Он начинает отвергать узко-идеологические подходы в политике. Вот как он сам об этом говорит: «В политическом анализе, в политическом мышлении я, конечно же, изменился. Сегодня я намного рациональнее в вопросе о том, что можно, а что нельзя изменить».

В социальной области для немецких социал-демократов традиционно первичны интересы трудовых слоев населения. Герхард Шредер исходит из того, что сначала следует обеспечить необходимые благоприятные условия предпринимательству, потому что оно дает работу, заработок и новые рабочие места.

Такая «многоликость» доставила Шредеру немало трудностей внутри СДПГ, многим приверженцам которой не нравился широкий стиль жизни бывшего бунтаря, его заигрывания с сильными мира сего, но более всего то, что он открыто отвергал обязанность для себя партийных решений, заявляя, что предварительно проверяет их на пригодность в реальной жизни. Даже будучи премьером правительства Нижней Саксонии, Шредер едва ли не со скрипом проходил на федеративных съездах в состав правления или президиума партии. Его нередко упрекали и подозревали в оппортунизме. Такие наветы он всегда отвергал. Зато радовался, когда его зачисляли в прагматики. «Почетный титул!» – говорил он.

Действительно, Шредер, преследуя конкретный результат, часто поступает весьма решительно, не считаясь с тем, что о нем скажут. Тем не менее «друг боссов» на посту премьера Нижней Саксонии не чурался, когда надо, прибегать к административному вмешательству в дела предприятий, способствовал переводу их, хотя бы временно, в нижнесаксонскую госсобственность. Подобный прагматизм помог созданию образа энергичного, сильного, решительного, действующего без промедления политика. В этом, несомненно, был один из козырей Герхарда Шредера в борьбе за власть.
В этот период Шредера называют одним из самых многообещающих европейских политиков. Нижнесаксонский премьер по уровню симпатий в рейтингах опережал действующего канцлера Коля почти на 30 пунктов в соотношении примерно 63 против 33.

Одна из берлинских газет тогда писала: «Сегодня с определенностью можно сказать, что нынешняя избирательная кампания в Германии станет самой ожесточенной за все послевоенные годы», «...никогда еще за 16 лет своего пребывания у власти у Гельмута Коля не было столь серьезного соперника».

Шредеру удалось соединить в себе неповторимое обаяние Вилли Брандта и исключительную компетентность в экономических вопросах, которая отличала видного социалдемократа – Гельмута Шмидта.

«Я не более чем политик из немецкой провинции», – любил говаривать Шредер будучи премьером Нижней Саксонии. Однако этот провинциал обладает искусством общения с самыми разными людьми: он на равных может вести беседу и с Фиделем Кастро, и с президентом «Фольксвагена» Фердинандом Пиехом, и с президентом России Борисом Ельциным.

В каждой деловой поездке Шредера обязательно сопровождают сотни предпринимателей. «Я еду за рабочими местами для вас – то, что хорошо для Нижней Саксонии, хорошо и для Германии», – неизменно повторял он.

Шредер, как отмечали газеты в период избирательной гонки в 1998 году, является одним из самых честолюбивых политиков Германии, он с самой ранней юности упорно стремился наверх. Чего только стоят его многочисленные высказывания о том, что «эпохе Коля подходит конец» или фото в газетах и журналах, где он застывает в наполеоновской позе.

У Шредера есть немаловажное преимущество — необычайное внимание к нему средств массовой информации. Он постоянно окружен представителями снимающей и пишущей прессы, с которыми держится открыто, дружески и уверенно. Прежний канцлер Гельмут Коль признавал, что ему такое не под силу.

Благожелательность СМИ Шредер завоевывал долго и старательно. Он старался не упустить ни одной возможности появиться на телеэкране, будь то различные токшоу, развлекательные игры или даже рекламные передачи. Он заверяет, что «на телевидении нельзя врать, ибо нет другого столь беспощадного инструмента, который бы разоблачал ложь, как телевидение». Так это или не так, но Шредер с экрана умеет не только внушать к себе доверие и симпатии, но даже выглядеть в глазах телезрителей повыше ростом. Добавим к тому же, что СМИ не стали крикливо расписывать, а тем более превращать в скандал, историю последнего развода Шредера и его четвертой женитьбы.

В начале 1990-х годов газеты писали, что Гельмут Коль во время дружеского совместного ужина попытался предсказать Шредеру его политическое будущее и якобы собственноручно написал на картонной подставке для пивного бокала: «Шредер ждет до 1998 года».

Официально Герхард Шредер избран бундестагом на пост федерального канцлера Германии 27 октября 1998 года. Эти выборы стали 14_ми со времени основания ФРГ и 3-ми с момента объединения Германии. После 16 лет правления лидера Христианско-демократического союза (ХДС) Гельмута Коля победу одержала СДПГ. С 1983 года представители СДПГ 5 раз вступали в борьбу с Гельмутом Колем за должность канцлера, и только Шредеру удалось его обойти. Он стал 7-ым канцлером в послевоенной истории Германии и 3-м канцлером (после Вилли Брандта и Гельмута Шмидта) от СДПГ.
На выборах 22 сентября 2002 года Шредер вновь одержал победу.

Шредер имеет амплуа «парня из народа».
Федеральный канцлер – поклонник футбола, тенниса и активного отдыха. «Я альпинист!», – сказал как-то в интервью Шредер. Это по его словам вовсе не кличка, а истинная правда. При этом он не стал уточнять, что ему, как «политическому альпинистуслужит в качестве страховки.
Скандалы без которых не обходится ни одно правление как будто не прилипают к Герхарду Шредеру – за что он и получил прозвище «тефлоновый канцлер». Еще его называют «кашемировым канцлером» за то, что однажды он снялся на обложку для журнала в костюме из этой ткани.

Шредер женат четвертый раз. С 1997 года его супругой стала Дорис Кепф, которая младше своего супруга на 18 лет. Ныне ее имя звучит, как Дорис Щредер-Кепф.
Впервые Герхард Шредер соединился узами Гименея в 1968 году с Евой Шубах – библиотекарем из соседней деревни, девушкой, с которой он дружил с детства. Три года жизни с Евой пришлись на период бурной студенческой молодости будущего канцлера.
Следующей женщиной, завоевавшей его сердце, стала Анне Ташенмахер – по профессии учительница. Когда молодой адвокат Шредер начинал в Ганновере свою юридическую практику, она была рядом, начиная с 1972 года.
Дольше всего он прожил с третьей женой, с 1984 г. – Хильтруд Ханзен. В их семье воспитывались двое теперь уже взрослых дочерей от предыдущего брака Хильтруд – Вибке и Франка. Хильтруд была членом СДПГ, активно боролась за женское равноправие. Ее весьма уважали среди его партийных друзей. Говорят, что она во многом способствовала первому карьерному взлету мужа в 1994 году на премьерский пост в Нижней Саксонии и формированию имиджа современного государственного деятеля и правителя. Именно она настраивала мужа на борьбу за канцлерское кресло и убежденно говорила: «Мы этого добьемся!» .
Но на последнем отрезке пути к этой заветной цели Герхарда Шредера уже сопровождала другая женщина – моложавая журналистка журнала «Фокус» Дорис Кепф, имеющая дочь от предыдущего брака – Клару. Их роман развивался стремительно. Шредер повел себя в этой ситуации по-мужски – не стал таиться и скрывать от общественности семейный разлад и новую любовь. Он ушел от Хильтруд, отказавшись в ее пользу от виллы.
И столь же быстро, будучи еще премьер-министром Нижней Саксонии, сыграл свадьбу с Дорис, которой и посчастливилось стать первой леди ФРГ.
Своих детей у Шредера нет.

 

Довольно места для великих дел
И на земле: зачем бежать отсюда?
Вперед же смело! Совершу я чудо:
Вновь дух во мне отвагой закипел.

(И. В. Гете «Фауст»)

Германия. На берегах величественного Рейна жили всем известные Нибелунги – обладатели чудесного золотого клада. А на одном из утесов сидела легендарная красавица Лорелея и своим сладкоголосым пением навлекала гибель на невинных рыбаков.

Старинные монастыри и средневековые замки будто прячутся за вековыми деревьями германских лесов, в которых когда-то скрывались еще «Разбойники» Шиллера.

Здесь искусство и действительность переплелись столь тесно, что вряд ли кто осмелится провести границу. Ведь этим воздухом на протяжении веков дышали титаны мировой культуры.

Французам и русским досталась земля,
Британец владеет морем,
А мы – воздушным царством грез,
Там наш престиж бесспорен.

(Г. Гейне «Германия»)

Такой видели свою страну немецкие романтики.

А вот немного современной статистики.
Федеративную Республику Германии составляют 16 федеративных земель. Площадь государства – 357050 кв. км. Численность населения – 82 017 млн. человек. Столица – Берлин. Эти официальные данные известны многим. Но сегодня мы хотим рассказать вам о малоизвестной Германии, а некоторые факты из жизни ее Федерального канцлера Герхарда Шредера вы узнаете лично от него.

 

Михаил ГУСМАН: Вы, господин Канцлер, один из тех политиков современности, которые стремятся к единению европейских государств. Чего уже удалось добиться на этом пути, и что еще предстоит сделать?

Герхард ШЕДЕР: Для начала мы объединим Европу. Европейский Союз начался с объединения шести западноевропейских государств, затем к ним присоединились Юг и Север континента. Сейчас присоединяются Восточная и Центральная Европа, десять стран-кандидатов готовятся вступить в ЕС. Расширение Европейского Союза и преодоление экономических последствий этого процесса – вот задачи, стоящие перед нами. Вторая гигантская задача состоит в том, чтобы сделать все более разрастающееся объединение европейских государств политически управляемым. Поэтому у нас появится Конституция.

 

Так уж исторически сложилось, что именно Германии, пережившей свою вынужденную разобщенность, выпала ведущая роль в объединении Европы. Точкой отсчета можно считать события четырнадцатилетней давности. В ночь на 10 ноября 1989 года пала 155-километровая Берлинская стена. А 3 октября 1990 года произошло окончательное объединение Германии. Берлин вновь стал столицей всех немцев.
В двухтысячелетней истории страны было все: и размежевание, и
объединение. Одно время Германия была разделена на 300 княжеств и имперских городов. Сегодня единство Германии обеспечивает федеральный союз 16 земель, но мало кто знает, сколь различны эти земли между собой.

В Баварии вы обязательно услышите: «Это не Германия, это Бавария». Грубоватый баварский диалект настолько далек от традиционного немецкого языка, что его поймет не каждый немец. Баварцы гордятся своей исключительностью. И своим национальным костюмом: кожаными шортами на подтяжках и зелеными шляпами, непременно с пером.
Для гамбуржцев, потомков бывалых моряков, приезжие из центральных и южных земель слишком медлительны и нерасторопны. Здесь
другие скорости и ритмы. Здесь пахнет морем.

Наш собеседник родился в Нижней Саксонии – второй по величинземле Германии. Здесь самые плодородные почвы, поэтому большинство жителей заняты сельским хозяйством. И в то же время именно здесь был собран первый народный автомобиль – знаменитый Фольксваген — «жук». Мекленбург – Переднюю Померанию – называют страной тысячи озер, одних заповедников здесь насчитывается 270.

Федеральная земля Тюрингия находится на стыке важнейших транспортных путей, поэтому тут издавна развивались торговля и ремесла.

А для жителей земли Гессен все самое лучшее в мире собрано именно здесь, а не в Сааре или Шлезвиг-Гольштейне. А еще есть Баден-Вюртемберг, Рейнланд-Пфальц, Саксония-Анхальт, Северный Рейн-Вестфалия...

Я так сердечно любил всегда
Чудесных, добрых вестфальцев!
Надежный, крепкий и верный народ,
Не врут, не скользят между пальцев.

(Г. Гейне «Германия»)

 

М.Г.: Ваше детство пришлось на очень трудные послевоенные годы. Чем запомнилось вам это время, может быть, самое тяжелое в вашей жизни?

Г.Ш.: Да, пожалуй, это так. Мы были, в самом деле, бедны, но все-таки у меня было счастливое детство. Моя мать, оставшись одна с пятью детьми на руках, вынуждена была работать уборщицей и на других самых простых работах. Кстати, она делала все это с поразительной самоотдачей. Наш с вами разговор происходит первого октября 2003 года, а завтра, второго октября, моей матери исполняется 90 лет. Мы устроим большое празднество.

Может показаться странным, но у меня остались только очень добрые воспоминания о моем детстве. Хотя у нас многого не было, нам не пришлось голодать. Да, нам пришлось рано начать зарабатывать себе на жизнь: мы, например, нанимались на полевые работы к зажиточным крестьянам. Но я рос без «давления извне» – наша мать нас никогда не била, да она и не смогла бы это сделать, потому что она очень добрый человек.

 

О мать моя, когда со мной ты рядом,
Мой нрав с его неукротимым складом
Перед тобой смиряется мгновенно.

(Г. Гейне «Моей матери», книга песен «Юношеские страдания»)

 

М.Г.: Я читал, что вы однажды обещали своей маме подъехать к ее дому на шикарном автомобиле. Вы выполнили это обещание?

Г.Ш.: Я совсем недавно узнал, что одна газета у вас в России рассказала эту историю. Она правдива. Я когда-то говорил такое. Для меня всегда было важно, чтобы та мера общественного пренебрежения, которая выпала на ее долю (в ее жизни такое, увы, было, и нас это тоже немного коснулось), была однажды перевешена чем-то хорошим.

 

Я беден был – и все, что надо
Для счастья чистого, имел:
Стремленьем к истине кипел,
И бред мечты мне был отрада!

(И. В. Гете «Фауст»)

 

Г.Ш.: Есть и другой момент. Я, право, не знаю, нужно ли об этом сейчас рассказать. Ну, словом, моя мать очень любит покушать. По ней это, правда, не заметно, но она может съесть гору пирожных. И когда я веду ее куда-нибудь в ресторан, и она угощается, не думая о том, сколько еда будет стоить (а для нее все это до сих пор очень важно!), вот в такие моменты я просто счастлив.

 

Чтобы выполнить сыновний долг перед матерью так, как он его понимал, Герхарду пришлось в 14 лет уйти из школы. Он пошел работать, а вечерами учился. К 19 годам четко сформировались его политические взгляды. Шредер – убежденный социал-демократ.

В 22 года Герхард получил аттестат. Поступил на юридический факультет Геттингенского университета. Учился заочно и, чтобы платить за учебу, работал строителем. В 32 года сдал необходимый экзамен и был принят в коллегию адвокатов Ганновера. А еще через два года здесь же, в Ганновере, главном городе Нижней Саксонии, открыл свою адвокатскую контору.

В Ганновер я прибыл в обед и, велев
Штиблеты начистить до блеска,
Пошел осматривать город. Люблю,
Чтобы пользу давала поездка.

(Г. Гейне «Германия»)

 

М.Г.: Несмотря на все трудности, вы сделали, казалось бы, невозможное: сумели окончить престижный университет, стали юристом, адвокатом. Вы могли бы безбедно жить на доходы от адвокатской практики, но отказались от нее, уйдя в политику. Почему?

Г.Ш.: Полагаю, главной причиной послужил мой собственный опыт, заключавшийся в том, что я, выходец из небогатой семьи, «заработал» своими усилиями шансы на получение образования. Мне хотелось справедливости, того, чтобы шансы на образование были и у других людей; это было моей мотивацией.

М.Г.: Интересно, что судьба нас с вами сводила неоднократно. Мы оба присутствовали на XVIII съезда комсомола в Москве, на съезде молодых социалистов в Ганновере. В Москву вы приезжали как глава делегации своей страны, и мы вручили вам тогда большого олимпийского мишку. С тех пор прошло четверть века.

Г.Ш.: Я довольно хорошо помню комсомольский съезд 1978 года (кажется, он был в апреле), потому что должен был выступать на нем с речью о германо-советских отношениях. Речь, правда, не состоялась, потому что я отказался получать предварительное разрешение у генерального секретаря нашей партии Эгона Бара, у нас это не принято. А у вас, наоборот, так было заведено, и с советской стороны мне было сказано: «Ну что ж, раз ты не хочешь спрашивать разрешения, то тогда ты не сможешь выступить!». Ну, я и отказался... Кстати, я до сих пор поддерживаю контакты с некоторыми людьми, с которыми тогда встречался.

М.Г.: А с друзьями вашей юности вы поддерживаете связи, встречаетесь?

Г.Ш.: В моей жизни, выходящей за рамки политики, конечно же, есть люди, которым я безоговорочно доверяю. Общаясь с ними, я абсолютно уверен: когда мне будет совсем скверно, я получу от них тарелку горячего супа, причем не однажды.

 

Мы пели, смеялись, и солнце сияло,
И лодку веселую море качало,
А в лодке, беспечен, и молод, и смел,
Я с дорогими друзьями сидел.

(Г. Гейне «Современные стихотворения», «Жизненный путь»)

 

М.Г.: Я слышал и такую историю. Рассказывают, что однажды вы, тогда еще молодой депутат бундестага, проходили рядом с ведомством Федерального канцлера и крикнули через забор: «Я хочу туда!». И оказались-таки в желанном месте через несколько лет. Какими чертами, на ваш взгляд, должен обладать политик, чтобы добиться своей цели?

Г.Ш.: Ну, во-первых, когда кто-то упоминает об этой истории, я никогда не подтверждаю, но и не опровергаю ее правдивость. Российскому же телевидению я готов подтвердить: да, это правда. Я не буду сейчас подробно рассказывать об обстоятельствах, сопутствовавших этому событию, потому что это произошло очень поздно ночью, да и пили мы перед этим кое-что покрепче лимонада...

М.Г.: Я могу догадаться, какие это были обстоятельства.

Г.Ш.: Мы все, и правда, были навеселе, и я, действительно, забрался на забор и... Но тогда я, конечно же, не мог говорить это на полном серьезе... Однако, что касается сути вашего вопроса, то, безусловно, в жизни важно быть целеустремленным. Конечно, нужно быть также немного тщеславным, и отрицать это с моей стороны было бы совершенно не правильно. Но для меня важно, и об этом нельзя забывать, что все нужно делать не только для себя, – во всяком случае, не в первую очередь для себя! – но и для других. Нельзя терять чувство реальности, нельзя забывать, что политическая власть дается лишь на определенное время и не для того, чтобы политик обеспечил лишь собственное безбедное существование. Он должен руководствоваться какой-либо идеей. Если упустить это из вида, можно сбиться с верного пути.

 

Одной из своих главных задач на посту Федерального канцлера Герхард Шредер считает налаживание как можно более тесных экономических, культурных и политических связей между Европейским Союзом и Россией.

 

Г.Ш.: Благополучие всех людей, живущих в Европе, и вообще мирное развитие межгосударственных отношений в будущем немыслимо без тесных контактов между Европой и Россией.

Мы достигли – и это, в частности, заслуга президента Путина – такого уровня доверительности и сотрудничества по всем вопросам, что теперь можно и нужно делать акценты на непрерывности последовательных действий.

 

Канцлер ФРГ и президент России встречались за последние три года не раз. Последняя встреча была в октябре 2003 года в Екатеринбурге, во время очередного раунда российско-германских консультаций.

 

М.Г.: Ваша первая встреча с Президентом России проходила три года назад здесь, в Берлине. Какие впечатления у вас остались от нее? Обычно первые встречи запоминаются как никакие другие.

Г.Ш.: Конечно же, в первую очередь запомнился его великолепный немецкий. Ведь общаться гораздо проще, когда можно говорить на родном языке. Хотел бы я так же хорошо говорить по-русски, как президент Путин говорит по-немецки! Но я этого, пожалуй, никогда не смогу достичь, хотя бы из-за нехватки времени. Он же говорит блестяще!

М.Г.: Прошу прощения, а вы что-то делали для того, чтобы ваш русский язык был столь же совершенен?

Г.Ш.: Я выучил пару слов, касающихся, естественно, еды и напитков. Но я, к сожалению, не владею русским языком, хотя и нахожу его очень красивым. У меня просто нет времени изучить хотя бы его азы. У вашего президента ведь было так: он жил в Германии, у него там была возможность познакомиться с языком, с культурой. Его жена, кстати, тоже свободно владеет немецким языком, я ее очень уважаю, она великолепная женщина! Мне запомнились также его открытость, его манера двигаться, манера говорить – без догм, с настроем на единение. Понять друг друга легко, когда собеседники ценят друг друга так.

М.Г.: Если не ошибаюсь, в 2001 году вам довелось встретить православное Рождество в гостях у Владимира и Людмилы Путиных. Чем запомнилась вам эта встреча в неформальной обстановке?

Г.Ш.: Мы приехали очень поздно из Храма. Я был под очень сильным впечатлением от Всенощной. Меня поразило то, что мы стояли во время службы. У нас в церкви не стоят, а сидят на скамьях. Из Храма мы поехали в резиденцию президента и уже поздней ночью трапезничали. На столе были все мыслимые в русской кухне блюда, были также овощи и фрукты. Мы сидели долго, очень долго. Путины потрясающе хлебосольны, мы получили незабываемые впечатления; такое в моей работе бывает не часто.

М.Г.: Мне сказали, что ваша супруга Дорис недавно посадила вас на строгую диету. И даже лишила любимых пива и сосисок. Честно говоря, не представляю, как немец может прожить, даже под влиянием супруги, хотя бы день без пива и сосисок?

Г.Ш.: Нет, эта информация неверна! Слава Богу, есть возможность ее опровергнуть! Наоборот, мне позволено есть все. Правда, мне приходится, в силу специфики моей работы, соблюдать дисциплину; во всяком случае, мне приходится теперь быть более дисциплинированным, чем в те времена, когда мы с вами познакомились. Тогда можно было разрешить себе кое-что из того, чего сейчас я себе позволить не могу; вы, видимо, тоже помните те времена. Но сейчас мне тоже хорошо!

 

Как бойко плясала в жиру колбаса!
А эти дрозды-милашки,
Амурчики в муссе, хихикали мне,
Лукавые строя мордашки.

(Г. Гейне «Германия»)

Легко сказать: «традиционная немецкая кухня». Эта самая кухня – сущий камень преткновения для обитателей различных земель! Тут уж никто не уступит: берлинец убежден, что нет на свете ничего вкуснее жареной во фритюре грудинки на ребрышках «риппхен», запеченной свиной рульки «айсбайн», и, конечно же, знаменитых берлинских сосисок «карри-вурст». А на юге вас непременно угостят колбасками «вайсвюрштельн» с кислой капустой, добавят к этому соленые крендели «братце», и ни о чем другом слушать не захотят! Что же говорить о жителях Гамбурга, вот уже более двухсот лет они преданы густому супу-пюре – рассольнику из солонины под названием «лабскаус».

Всех примеряет пиво, а его в Германии более 5 тысяч сортов! Существует даже теория, что именно пиво, а точнее любовь к этому напитку, объединила разрозненные германские племена в борьбе с древним Римом. Каждую осень в Мюнхене празднуют Октоберфест – самый главный фестиваль пива в мире. Эта традиция началась с шумного бракосочетания наследного принца Людвига, позже известного как Людовик Первый, и принцессы Терезы Саксонской 17 октября 1810 года. И продолжается вот уже почти 200 лет. В среднем за две недели праздника участники выпивают более 5 млн. литров пива. Здесь же, в Германии, находится самая древняя в мире пивоварня, где местные монахи еще в 1040 году варили «ячменный сок».

 

М.Г.: Ваше имя связывают не только с большой политикой, но и с одним очень популярным шлягером, который называется «Дайте пива!». Как вы отнеслись к столь неожиданной форме вашей популярности?

Г.Ш.: Нормально. Это своего рода результат моей поездки по новым землям. Я точно помню, как появился шлягер. Дело было так: мы сидели в уличном кафе, было много людей, желавших получить автограф. Я раз за разом ставил свою подпись, мне было жарко, хотелось пить, и я сказал: «А теперь принесите мне бутылку пива, иначе я объявлю забастовку и перестану раздавать автографы!» Телевидение вело репортаж, микрофоны были включены, и кто-то сделал на основе этого песенку, пользовавшуюся большим успехом.

М.Г.: Господин Федеральный канцлер, вы уже много лет на вершине власти. Вы знаете, что такое власть. Скажите, какова она на вкус?

Г.Ш.: Иногда весьма горькая. Потому что связана с огромной мерой ответственности, потому что тяжело нести это бремя. Но я всегда буду говорить, что моя работа доставляет мне радость. Сказать, что она приносит удовольствие, было бы неверно, но радость от нее получаешь, так как сейчас я как никогда могу влиять на становление нашего общества. Ну, и у кого еще в стране сейчас есть столько возможностей? Поэтому я хотел бы говорить не столько о власти, сколько о возможности создавать, «лепить», «придавать формы», а это связано с властью.

 

Давно ушли в прошлое времена, когда славяне абсолютно не понимали язык своих западных соседей и потому окрестили их «немыми», то есть – немцами. Название так и осталось в веках. Но сегодня мы хорошо знаем эту страну. Сильное, стабильно развивающееся государство в центральной Европе. Третья индустриальная держава мира после США и Японии. Страна, определяющая во многом политическую ситуацию на планете. Такова Германия! Высокотехнологичные производства, легендарное немецкое качество продукции, тысячи километров лучших в мире скоростных автодорог. И все это создается трудолюбивой, работоспособной, дисциплинированной нацией, проживающей в 16 самобытных федеральных землях, но говорящей на одном языке, языке, о котором писал еще Иоганн Вольфганг Гете:

 Коль самый говор нашего народа
Уж мил тебе, тогда – сомненья нет –
Ты от души полюбишь наши песни.

Мы сами будем в этом упражняться:
Наш говор ты, беседуя, поймешь.

(И. В. Гете «Фауст»)

Бесстрастная статистика свидетельствует – в современном немецком языке есть четыре самых употребляемых глагола: arbeiten – «работать», sich realisieren – «состояться» , beweisen – «доказать», sich durchsetzen – «утвердиться».

Четыре глагола. Всего четыре слова. В них характер современной Германии.

Работать. Состояться. Доказать. Утвердиться.

 

2003 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
Поделиться:
В других СМИ
Реклама
Реклама