Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Жак Ширак, президент Французской Республики

13 сентября 2001, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы
Поделиться
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'HH:mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'HH:mm:ss') || '03:22'}}
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'mm:ss') || '03:22'}}
{{qualityItem | uppercase}}
SD .mp4 Среднее качество
AU .mp3 (3.09 MB) Аудио дорожка

[ литературная версия ]

ЖАК ШИРАК:

«В какой бы точке Парижа я ни оказался, каждый раз мне кажется, что это именно то место, которое я больше всего люблю...»

 

Родился 29 ноября 1932 г. в Париже.
1957 г. – студент Национальной школы управления.
1959 г. – аудитор Счетной палаты.
1972 г. – министр сельского хозяйства.
В 1974 – 1976 гг. – премьер)министр Франции.
В 1977 – 1995 гг. – мэр Парижа.
С 1995 г. – президент Франции.

 

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

 

Если бы Жака Ширака, президента Пятой Французской республики, попросили составить Curriculum Vitae (резюме для приема на работу), то, безо всяких сомнений, более совершенного резюме сложно было бы придумать.

Жак-Рене Ширак родился 29 ноября 1932 года в Париже. Он был юношей застенчивым, особой задиристостью не отличался, предпочитая оставаться в тени своих сверстников. Жак аккуратно делал уроки и поражал окружающих скромностью и благовоспитанностью. Видимо, эти качества и способствовали успешному восхождению Ширака к вершине власти.

В апреле 1962 года, накануне 30-летия, Ширак поступил на службу в аппарат правительства Жоржа Помпиду, премьер-министра при президенте Шарле де Голле.
C этого назначения и началась его политическая карьера и новая, большая жизнь.
Карьера развивалась столь бурно, что одно перечисление должностей и постов, которые были уготованы ему судьбой (а он сам весьма ей способствовал), заняло бы не одну страницу. Начав с министра по связям с парламентом, он вскоре стал министром сельского хозяйства, потом министром внутренних дел, а затем, как глава победившей на выборах партии республиканских демократов, оказался во главе правительства.

В возрасте 44 лет Ширак сделал шаг, изменивший плавное течение блистательно развивавшейся карьеры. Он принял решение баллотироваться в мэры Парижа и триумфально выиграл состязание со своими соперниками. На этом посту Ширак пробудет вплоть до 1995 года, снискав славу благодетеля парижан и рачительного хозяина великого города. При нем Париж обрел новый облик – дорогого современного европейского мегаполиса.

С этого момента Жак Ширак не упускает ни одной возможности показать себя на публике. Вероятно, честолюбивые мечты процветающего политика уже давно простирались за пределы правительственных кабинетов, где смена хозяев происходит довольно часто и зависит от множества обстоятельств.

В президентских выборах он впервые участвовал в 1981 году. Тогда он проиграл Франсуа Миттерану. После этого «Объединение в поддержку республики», выступающее в поддержку Ширака, группируется с «Союзом за французскую демократию» для участия в парламентских выборах 1986 года. Они получают большинство мест в Национальном собрании, и Франсуа Миттеран вынужден сформировать новое правительство с участием голлистов. Он назначает Ширака премьер-министром в соответствии с соглашением, прозванным «Большое сожительство».

В 1988 году Миттеран вторично выиграл президентскую гонку. Переизбрание Миттерана положило конец «сожительству» и премьерству Ширака. 7 мая 1995 года мечта Жака Ширака наконец осуществилась: во втором туре голосования он получил 52,64 процента голосов. Столичный мэр стал президентом Франции. Девять дней спустя он освободил кресло мэра для своего заместителя Жака Тибери.

О жизни президента страны известно не так много. Он строг и придирчив ко всему, что относится к деловому распорядку дня, к столовому этикету, не любит излишней помпезности и протокола. Ширак всегда сам проверяет почту и иногда позволяет себе лично ответить тому или иному адресату. Его корреспонденцию никто не вскрывает, никто не вправе отсеивать одни письма и давать на прочтение другие, и, само собой разумеется, никто не вправе рыться в его бумагах.
О домашней жизни г-на Ширака, о его вкусах и предпочтениях французская пресса умалчивает. Мы знаем, что он любит носить джинсы и свитера, ужинает только в кругу семьи (дома за столом в вечернее время он чувствует себя более раскованным), с превеликим удовольствием нянчится с внуком Мартеном, читает книги и смотрит триллеры.
Почти каждое воскресенье Ширак обедает у матери жены, мадам де Курсель, вместе с женой, младшей дочерью и ее мужем, бывшим чемпионом по дзюдо Тьерри Реем.
В еде Жак Ширак непритязателен. Обычное его меню – суп, барашек на гриле или просто-напросто ростбиф с гарниром из овощей. И любимый десерт: миниатюрные пирожные с легким шоколадным кремом. Отдыхая, Ширак предпочитает совершать поездки и прогулки по окрестностям Парижа, во время которых посещает мессу в ближайшем храме, заглядывает то в одно, то в другое кафе, ужинает в уютных дешевых ресторанчиках.

Жак-Рене Ширак, несомненно, один из самых любимых, если не сказать обожаемых, президентов Пятой республики. Иногда он повергает в шок французскую нацию неординарностью решений. Например, в день своей инаугурации он отказался по традиции проехать в кабриолете по Елисейским Полям и прошел весь путь пешком. Может быть, и поэтому тоже вот уже на протяжении шести лет рейтинг президента держится на отметке 50–55 процентов.

Скупые сведения из жизни президента Франции говорят о многом. Но еще большее скрывают. Ведь, как говорил любимец французов Ларошфуко, легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.

 

 

Михаил ГУСМАН: Господин президент! Вы увлекались математикой, любили медицину. Я знаю, что ваш отец Франсуа Ширак хотел увидеть вас студентом политехнического института. А вы выбрали политику. Почему?

Жак ШИРАК: Прежде всего, меня привел в политику мой интерес к управленческой деятельности, к управлению государством. Я поступил учиться в школу, которая ставила на путь карьеры чиновника, высшего чиновника.

 

Учебное заведение называлось Национальной школой администрации. В нее принимали взрослых, сложившихся людей. Жаку Шираку было 25. Можно смело сказать, что все предыдущие двадцать пять лет были лишь подготовкой к этому событию.
Жак появился на свет и провел свое раннее детство, а позже и отрочество в знаменитом Латинском квартале Парижа, где шумная жизнь не затихала ни днем, ни ночью. Но главное – в те годы Латинский квартал был пронизан духом свободомыслия и студенческой вольности.
В этой атмосфере настолько легко дышалось родителям Жака – отцу Франсуа Шираку, банковскому служащему, впоследствии, управляющему авиастроительной компанией, и матери Мари-Луиз Валетте, что они уже не могли согласиться на другую, подневольную жизнь.
Когда в июне 1940 года комендант Парижа передал оккупантам ключи от города, и в течение одной ночи гитлеровцы бесшумно вошли в Париж, семья Шираков отправилась на юг Франции. Там Жак пошел в школу и вернулся в двенадцать с половиной лет в уже освобожденный город.
Учеба в парижских лицеях Карно и Луи-ле-Гран открыла ему дорогу в Парижский институт политических наук и в Гарвардский университет в Америке. Карьера Ширака складывалась на редкость успешно, но в 1956 году молодого дипломированного политолога призвали в армию и отправили воевать в Алжир, где Франция в то время вела колониальную войну. Ширак был тяжело ранен, и вернулся в Париж с твердым убеждением, что война приятна только тем, кто ее не испытал. Не удивительно, что одним из первых шагов Ширака на посту президента Французской Республики стала отмена обязательной военной службы и создание профессиональной армии. Но все это произошло позже, в середине 1990-х годов, а пока, в середине шестидесятых, оправившись после ранения и завершив обучение в Национальной школе администрации, Жак Ширак ждал своего первого серьезного назначения.

 

Ж.Ш.: Затем я поступил на работу в счетную палату. Тогда премьер-министром Франции был Жорж Помпиду, и он пригласил меня в свой кабинет. А потом наступил 1967 год. Во Франции проходили парламентские выборы, и Помпиду, который хотел несколько обновить политический фланг, политический истеблишмент, предложил мне принять в них участие. Надо сказать, что сам я, говоря по совести, не собирался этого делать. Но решил все же принять участие, и был избран в Национальное собрание. Помпиду сразу взял меня в правительство, предложив не очень высокий пост секретаря – госсекретаря по вопросам занятости. Как видите, уже тогда вопросы занятости нас занимали.

 

А дальше с каждым прожитым днем Жак Ширак развивал известный тезис – чтобы стать великим человеком, нужно уметь искусно пользоваться всем, что предлагает судьба. К счастью для Ширака, судьба не скупилась на предложения. Неизменно входя в правительство Пьера Мессмера, Ширак трижды менял портфели. Был министром по связям с парламентом, министром сельского хозяйства, министром внутренних дел. В 1974 году он стал генеральным секретарем голлистской партии «Союз демократов в защиту республики» – партии, которая по мнению ее создателя президента Франции Шарля де Голля, объединила «французов с Францией».
После победы голлистской партии на выборах 1974 года, Ширак на два года стал премьер-министром Франции. Так, поднимаясь по лестнице судьбы, Жак Ширак все чаще получал зримые подтверждения того, что его воля и его власть реально полезны Франции. В 1977 году новой ступенью в политической карьере Ширака стало кресло мэра Парижа.

 

Ж.Ш.: Я долгое время, 18 лет, был мэром Парижа и очень привязался к этому городу, ко всем его уголкам: к старому Парижу и новому Парижу, Парижу моего времени и Парижу будущего, Парижу народному и Парижу интеллигенции. В какой бы точке Парижа я ни оказался, каждый раз мне кажется, что это именно то место, которое я больше всего люблю.

 

Для нас, русских, Париж – не просто красивый город. Даже тот, кто никогда не бывал во Франции, связан с нею особыми, почти родственными узами. Вспомните наших прапрабабушек, отдававших предпочтение всему французскому. А пушкинская Татьяна?

 

Она по-русски плохо знала,
Журналов наших не читала
И выражалася с трудом
На языке своем родном,
Итак, писала по-французски...

 

Так было в XIX веке, а в XX Париж избрала своей столицей русская эмиграция, город стал своеобразным перекрестком, где встретились две великие культуры. Мы видим Париж глазами Бунина и Мережковского, Бенуа и Добужинского, Дягилева и Нижинского и тысяч других соотечественников, оставивших здесь частицу России.

Но Париж, который для нас всегда был мифом, сказкой, для Ширака 18 лет являлся болью и тревогой. При нем одна из самых запущенных и грязных европейских столиц превратилась в идеально чистый, нарядный и удобный для проживания мегаполис. Он разрешил болезненную для парижан «жилищную проблему» – построил сотни тысяч новых комфортабельных домов, которые превосходно вписались в исторически сложившийся облик Парижа. Открыл тысячи новых рабочих мест. А когда в конце семидесятых годов Париж был охвачен волной уличных взрывов, сумел жестко подавить вспышки занесенного извне терроризма. И в результате, долгое время служа парижанам, Жак Ширак добился главного: страна захотела, чтобы мэр столицы стал главой государства. 7 мая 1995 года мэр Парижа был избран президентом Французской Республики.

 

М.Г.: Какие обещания содержались в вашей предвыборной программе, которая так широко была поддержана французами?

Ж.Ш.: Обращаясь к французской нации, я говорил буквально следующее: «Социальная сплоченность, занятость, демократические ценности – вот великие задачи моего семилетия. Я предстал перед вами, чтобы вести эту борьбу и именно для этой борьбы я был избран. Я об этом не жалею. Но мне нужны вы. И то, к чему я вас призываю, это национальный рывок вперед».

 

Заметным рывком вперед во внешней политике нового президента Французской Республики стало то, что отношения между нашими странами, имеющими столь давнюю историю, обогатились современными аспектами. Сегодняшний интерес Франции к России имеет далеко идущие перспективы.

 

Ж.Ш.: Вне всякого сомнения, после кризиса 1998 года Россия смогла вновь обрести динамику в экономике, в 2000-2001 годах ее экономический рост достаточно высок и многообещающ. Выровнен бюджет, реформы, которые начал господин Путин, приводят к тому, что экономика вашей страны приобретает современный, динамичный характер. И наше сотрудничество, в частности, торговый взаимообмен, находится на неплохом уровне. Но можно сделать еще больше. Приведу один пример, который представляется мне очень важным: это отрасль аэронавтики и космоса. В этой сфере Россия и Франция находятся, можно сказать, на передовых рубежах прогресса. И мы могли бы сотрудничать гораздо более эффективно.

М.Г.: Когда президент Путин был в Париже, его спросили: какие три портрета вы повесили бы у себя в кабинете на выбор? Он назвал имена Петра Великого, Пушкина и генерала де Голля. Позвольте повторить этот вопрос, адресовав его вам. Какие три портрета могли бы оказаться на стене вашего кабинета?

Ж.Ш.: Я мог бы ответить примерно то же самое. Де Голль обходится без комментариев. Пушкин – один из моих любимейших поэтов. Ну а третий портрет... Я тоже большой поклонник Петра Первого, но если приходится вдаваться в историю, я бы предпочел Людовика XIV.

 

Людовик XIV, «король-солнце», самый могущественный из всех европейских монархов своего времени, правил семьдесят два года и подарил Франции сильную эпоху абсолютизма и фразу: «Государство – это я».
Шарль де Голль – национальный герой Франции, идеолог освободительного движения Сопротивления и Конституции Пятой республики, которая сохраняется во Франции по сегодняшний день.
Ширак считает себя политическим наследником генерала де Голля. Неудивительно, что для него, как и для миллионов французов, Людовик XIV и Шарль де Голль – личности в высшей степени почитаемые. Но Пушкин? Согласитесь, это несколько необычный выбор для француза. Почему не Корнель, Мольер, Дюма? В беседе с нами президент Франции сам объяснил свою позицию.

 

Ж.Ш.: Мне всегда было трудно выбирать в произведениях Пушкина любимые места. Мне кажется, что вообще творчество Пушкина – единое целое, которое в литературной сфере, наверное, граничит с совершенством.

 

Началось все с того, что молодой Ширак, интересуясь русской культурой, решил выучить русский язык. На что его учитель, серб господин Белонович, заметил: чтобы изучить русский язык в совершенстве, нужно прочитать всего Пушкина, от корки до корки! И Жак принялся читать!

 

Мой дядя самых честных правил,
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил
И лучше выдумать не мог.

 

Ж.Ш.: Когда говорят, что Пушкин мало написал, по крайней мере, немного написал, то могу со знанием дела сказать, что Пушкин написал много.

 

Однажды, читая «Евгения Онегина», молодой политолог решил, что должен перевести роман в стихах, «энциклопедию русской жизни», на французский язык. И перевел втайне от всех!

 

В те дни, когда в садах Лицея
Я безмятежно расцветал,
Читал охотно Апулея,
А Цицерона не читал,
В те дни, в таинственных долинах,
Весной, при кликах лебединых,
Близ вод, сиявших в тишине,
Являться муза стала мне.

 

Когда же перевод был готов, начинающий литератор, естественно, захотел его опубликовать.

 

Ж.Ш.: Действительно, я попробовал опубликовать его, разослал в разные издательства, но никто не откликнулся. Видно, не очень хороший был перевод. Но несколько лет спустя, в 1974 году, когда я впервые был назначен премьер-министром, звонит мне директор одного из крупнейших издательств «Пресс университет» и говорит: «Вот мы нашли очень хороший перевод «Евгения Онегина», хотим его опубликовать, не могли бы вы написать к нему вступительное слово?» Я ему отвечаю, что если его не опубликовали, когда мне было двадцать лет, то и теперь не получится. Вот так перевод остался неопубликованным.

М.Г.: Но шанс еще не потерян?

 

Шанс, конечно, еще есть, но все мы прекрасно понимаем, что принципиальный Ширак никогда уже им не воспользуется. Его принципиальность – та черта характера, которая сегодня воспринимается французами как политическое кредо лидера страны. И хотя политика изначально предполагает компромисс, Шираку удается не изменять себе, своим представлениям о чести и достоинстве. А это уже позиция, охраняемая сугубо человеческим мужеством. Когда весь мир готовился отмечать пятисотлетие открытия Америки, Ширак предупредил испанского короля, что не будет участвовать в торжествах в честь события, которое «породило чудовищный геноцид и гибель более трех миллионов человек», и не изменил своего решения.
Вам может показаться, что такая принципиальность – из области романтической литературы. Однако это реальная жизнь, в которой личный пример – самое сложное, но и самое результативное воспитание.

 

М.Г.: Французскую литературу всегда любили и продолжают любить в российских семьях. Имена Бальзака, Гюго, Дюма известны каждому российскому школьнику. Дети всего мира воспитываются на великом романе «Три мушкетера». Кто из его героев вам ближе всего?

Ж.Ш.: Меня всегда восхищал Арамис.

 

Трудно представить, что президент назовет иное имя. Арамис – утонченный созерцатель, философ и ценитель прекрасного, взявший в руки шпагу, чтобы защищать красоту жизни и любовь. А уж что такое любовь, наш собеседник знает не только по авантюрным романам.
Вот уже 45 лет Жак Ширак оберегает честь одной женщины, свой жены Бернадетт, и делает это настолько тщательно, что даже самые скандальные парижские хроникеры вынуждены отступить от благопристойного семейства Шираков. Жак и Бернадетт, представительница старинного аристократического рода, в девичестве Шодрон де Курсель, поженились 16 марта 1956 года. У них родились две дочери – Лоранс и Клод.
Семья очень важна для президента Франции. Каждый вечер Бернадетт Ширак ждет возвращения мужа после напряженного рабочего дня, сама украшает стол любимыми белыми розами, сама выбирает меню и всегда проверяет, чтобы к столу не забыли подать холодное пиво, которое ее муж предпочитает самому божественному вину.
Хранительница семейного очага Бернадетт знает, что даже в самые напряженные дни ее мужу помогут именно крепкие семейные узы.
Ведь рядом с Жаком постоянно находится их младшая дочь Клод, которая больше десяти лет работает в кабинете отца и отвечает за круг общения президента и его досуг. Вместе с отцом она приезжала в Москву и Санкт-Петербург. Клод устраивает камерные встречи президента с французскими и иностранными художниками, писателями, актерами, университетскими преподавателями. И вот результат: благодаря общению Ширака с интеллектуалами, обогащающими его духовно, искусство и культура вовлечены в круг интересов президента Французской Республики.

 

Ж.Ш.: Хотелось бы сказать вот о чем. Мы говорили об Александре Дюма. Это действительно великий писатель, но в культурном плане он, может быть, не получил заслуженного признания. Вы знаете, что есть в Париже особенное место, Пантеон, где захоронен прах великих людей. Это огромная честь быть похороненным в Пантеоне, удостоившихся такой чести людей очень мало. И я хотел бы, чтобы прах Дюма был перенесен в Пантеон, таким образом, мы покажем, какое важное место он занимал в области популярной, в лучшем смысле этого слова, литературы.

 

Скажем откровенно, интерес президента к литературному Парижу не лишен личного подтекста. Конечно же, первые лица государства часто выпускают книги, но ни для кого не секрет, что над их созданием работают талантливые журналисты. Однако Ширак не доверяет литературную работу своему аппарату – сам водит пером по бумаге и получает удовольствие от того, как причудливо слова соединяются в предложения. Пишет он медленно. Все знают, что скоро к его уже изданным трем книгам добавится еще одна, название которой президент хранит пока в тайне. Но вездесущие журналисты обязательно раскроют ее, как раскрыли они и самую большую тайну президента, о существовании которой на протяжении нескольких десятилетий знала только жена Бернадетт.

Дело в том, что Жак Ширак – страстный коллекционер, с юных лет увлекающийся восточным искусством. Его дом представляет собой настоящий музей, в котором собраны картины, статуэтки, маски из Африки, Океании и Юго-Восточной Азии. Бернадетт, шутя, называет коллекцию мужа «лавкой старьевщика», но сам Ширак величает ее иначе – «мой потайной сад». Однако после заявления одной французской газеты: «Наш президент – скрытый фан примитивного искусства!» – от тайны Ширака не осталось и следа. Правда, это разоблачение не смутило Жака Ширака. Наоборот, он предложил Лувру открыть специальный зал искусства Востока и активно помог в его организации. Это лишний раз говорит о компетентности французского президента даже в тех областях знаний, которые не связаны с политикой.

 

М.Г.: Господин президент! Вы знаете, что существуют понятия: вершина власти, вершина карьеры, вершина успеха. Вы достигли всех трех вершин. Что вы могли бы пожелать молодым людям во Франции, в России, во всем мире, которым только предстоит их покорить?

Ж.Ш.: Вы знаете, во$первых, я не думаю, что молодежи нужны вообще какие бы то ни было советы. Молодые люди сегодня очень активны, динамичны, взглядом устремлены в будущее. Но бывают разные люди. Есть такие, которые хотят добиться полного самовыражения в профессиональной деятельности, какой бы она ни была. Им я могу сказать – учитесь, старайтесь расцвести в полную силу, не забывайте, что всегда есть возможность для роста. Никогда не позволяйте себе почивать на лаврах. Мир сегодня чрезвычайно быстрыми темпами развивается, и чтобы угнаться за ним, надо непрестанно учиться и продолжать самосовершенствование. А есть люди, одержимые идеей служения: своей стране, своим согражданам. Служить, конечно, можно по$разному, в том числе, и будучи политиком. И тем, кто хочет вступить на этот путь, очень интересный, но весьма тернистый, я скажу: прежде всего, надо помнить о благе своей Родины. Я немало встречал молодых людей и здесь, и в России, и у меня сложилось впечатление, что они полны страсти, искреннего желания служить Родине. Для них идея Родины$матери – не пустой звук.

 

Кроме долга политика служить своей стране, есть еще долг законопослушных граждан – повиноваться своему президенту. Но повиноваться – отнюдь не означает любить, чувства по приказу не возникают.
Французы искренне увлечены своим эрудированным, образованным, неординарным президентом. И, чувствуя это доверие, Жак Ши
рак, возможно, решился на самый непростой для себя поступок. Заявив, что семь лет – это слишком много для современной демократии, он сократил срок президентского правления до пяти лет. Мог ли предположить двадцатилетний юноша, переводивший с русского на французский язык «Евгения Онегина», что спустя полвека избранные строки русского романа в стихах наполнятся для него глубоко личным содержанием.

 

Живу, пишу не для похвал;
Но я бы, кажется, желал
Печальный жребий свой прославить,
Чтоб обо мне, как верный друг,
Напомнил хоть единый звук.
И чье)нибудь он сердце тронет;
И сохраненная судьбой,
Быть может, в Лете не потонет
Строфа, слагаемая мной.

 

2001 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
В других СМИ
Реклама
Реклама