Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Жоржи Сампайю, президент Португальской Республики

8 июня 2004, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы
Поделиться
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'HH:mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'HH:mm:ss') || '25:59'}}
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'mm:ss') || '25:59'}}
{{qualityItem | uppercase}}
SD .mp4 Среднее качество
AU .mp3 (23.8 MB) Аудио дорожка

[ литературная версия ]

ЖОРЖИ САМПАЙЮ:

«Участие жены в обсуждении проблем носит общий характер. Естественно, я принимаю решения сам...»

 

Родился 18 сентября 1939 г. в Лиссабоне.
В 1961 г. окончил юридический факультет Лиссабонского университета.
С 1963 г. занимался адвокатской практикой.
В 1978 г. вступил в Социалистическую партию.
С 1989 г. по 1995 г. – мэр Лиссабона.
С января 1996 г. – президент Португалии.

 

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

 

Жоржи Фернанду Бранку де Сампайю родился 18 сентября 1939 года в Лиссабоне в семье известного врача, который при режиме Салазара и Каэтану, несмотря на свои оппозиционные взгляды, занимал посты гендиректора Главного управления здравоохранения и представителя Португалии во Всемирной организации здравоохранения. В его жилах смешались португальская, английская и еврейская кровь. Одна из его бабушек – англичанка по происхождению. Мать училась в Великобритании и впоследствии давала уроки английского языка.

В 1947 – 1948 годах Жоржи Сампайю учился в начальной школе в США, но среднее образование получил в Лиссабоне. В 1956 году он поступил на юридический факультет Лиссабонского университета. Окончил его, получив диплом адвоката, и с 1963 года занимался адвокатской практикой.

В студенческие годы активно участвовал в молодежном движении против диктатуры Салазара и Каэтану, хотя в тот период он не входил ни в одну политическую организацию. За участие в студенческих волнениях 1962 года Жоржи Сампайю несколько дней провел в тюрьме для политзаключенных.

В 1969 году он выдвигался кандидатом от легальной оппозиции на парламентских выборах.

После апрельской «революции гвоздик» 1974 года Сампайю участвовал в создании «Левого социалистического движения». Но после учредительного съезда в декабре 1974 года на котором была провозглашена ориентация на марксизм-ленинизм, вышел из этой организации и в 1975 году вместе с единомышленниками сформировал «Группу социалистического действия».

В 1975 году Сампайю занимал пост госсекретаря по международному сотрудничеству во временном правительстве Гонсалвиша. В этом качестве вел переговоры по спорным вопросам предоставления независимости бывшим колониям (в частности, Мозамбику и Гвинее-Бисау).

В эти годы социалисты переживали сложный период становления после выхода из многолетнего подполья. Внутри партии сражались между собой различные группировки. Эта борьба не могла не коснуться и Сампайю, на долю которого пришлись и взлеты и падения.

В 1978 году вместе с большинством других участников «Группы социалистического действия» он вступает в Социалистическую партию и через год входит в состав ее национальной комиссии и национального секретариата. В 1980 – 1981 годах в результате разногласий с генеральным секретарем СП Мариу Соаришем Сампайю был вынужден выйти из руководящих органов партии, но через несколько лет он вновь вернулся в партию.

В 1985 году Жоржи Сампайо активно участвовал в президентской кампании Мариу Соариша.

После избрания Соариша на пост президента и его отхода от руководства Социалистической партией происходит рост влияния Ж.Сампайю в СП. Он курировал международные вопросы, в 1987–1989 годах был председателем парламентской фракции социалистов. На VII (внеочередном) съезде партии в январе 1989 года был избран генеральным секретарем СП. Однако в результате поражения социалистов на парламентских выборах в октябре 1991 года был вынужден уступить свой пост А.Гутеррешу.

Сампайю неоднократно избирался в Собрание республики.

С декабря 1989 по ноябрь 1995 года – мэр Лиссабона, причем он дважды избирался на эту должность при поддержке коалиции социалистов и коммунистов. Когда в марте 1995 года Жоржи Сампайю, у которого в то время сложились непростые отношения с руководством Социалистической партии, заявил о своем намерении баллотироваться в президенты, то даже в его ближайшем окружении это было воспринято в лучшем случае как шутка.

В октябре того же 1995 года должны были состояться парламентские выборы, и, как полагали многие политические наблюдатели, было бы разумнее дождаться их результатов и только потом выдвигать свою кандидатуру. Но Сампайю думал иначе.

Была еще одна причина, в силу которой решение мэра столицы вызвало удивление. Даже поверхностный анализ складывавшейся в тот период политической ситуации в стране свидетельствовал, что в борьбу за пост главы государства вступит премьер-министр Анибал Антониу Каваку Силва, лидер правящей Социал-демократической партии. По мнению аналитиков, его шансы на успех не вызывали никакого сомнения. В пользу такого предположения говорило то, что в поддержку премьера выступала крупная партия с мощным и разветвленным аппаратом. В активе Каваку Силвы было и десятилетнее пребывание во главе правительства, и определенные успехи, достигнутые за эти годы в области экономики.

Тем не менее Жоржи Сампайю отвергал эти и другие доводы и продолжал утверждать, что, как только наступит срок регистрации кандидатур, он тут же предпримет соответствующие шаги. А пока мэр Лиссабона при каждом удобном случае – будь то телеинтервью или публичные выступления, заявления для печати или статьи в прессе – неизменно напоминал, что он – главный кандидат в президенты.

Другими словами, через пару месяцев португальцы свыклись с мыслью, что Сампайю действительно кандидат на пост главы государства. И это было в то время, когда другие претенденты на пост президента, в том числе и Каваку Силва, занимали выжидательную позицию.

Один португальский журналист, хорошо знакомый с Сампайю, в частной беседе назвал его нетипичным португальцем. На вопрос, что имеется в виду, журналист заметил: в нем иногда проступают англосаксонские черты, свидетельствующие о склонности просчитывать варианты вперед, прежде чем принимать то или иное решение. Хотя эти черты не всегда ему помогают.

Кстати, Жоржи Сампайю даже внешне не напоминает «типичного» португальца. Импозантный, со светлыми волосами и бросающимися в глаза веснушками, он, скорее, сойдет за ирландца. Впрочем, это и неудивительно: в венах президента Португалии течет и кровь англосаксонских предков, в свое время перебравшихся на Пиренейский полуостров. И все же по своему темпераменту, той страсти, которая проявляется в политических спорах, он ничуть не уступает не только португальцам, но даже и испанцам.

В январе 1996 года при поддержке Социалистической партии (а на заключительном этапе выборов – и Португальской коммунистической партии) он был избран президентом Португалии, получив 53,8% голосов. Он стал пятым президентом Португалии после падения в 1974 году диктаторского режима.

Как отметили политические наблюдатели, с избранием Жоржи Сампайю президентом на пятилетний срок в политической жизни страны завершился десятилетний цикл, связанный с пребыванием у власти Социал-демократической партии. На смену пришел период правления левоцентристской Социалистической партии. Причем этот период характерен тем, что под контролем социалистов оказались едва ли не все ветви власти.

На выборах, спустя ровно 5 лет, 14 января 2001 года как кандидат Социалистической партии Сампайю переизбран на второй срок. На этот раз за него проголосовали 55,8 процентов голосов избирателей, пришедших на участки. Его конкурент Жоаким Феррейра ду Амарал набрал 34 процента.

С 25 по 29 октября 2001 года президент Португалии совершил официальный визит в Россию, в ходе которого встречался с президентом России В.Путиным.

Жоржи Сампайю считает себя «гуманистом, демократом, человеком левых убеждений», республиканцем, поборником социальной справедливости. При этом он особо подчеркивает, что «представляет интересы всех португальцев». «Я буду стремиться к диалогу со всеми политическими силами, способствовать укреплению демократии в стране», — таково его политическое кредо, которого Сампайю придерживается с первого дня пребывания в Белеме, президентском дворце. В годы своего президентства зарекомендовал себя последовательным сторонником политического диалога, продемонстрировав умение выходить из трудных ситуаций, в частности, во время решения сложной проблемы Восточного Тимора, португальского владения в Индийском океане, которое было оккупировано Индонезией. Жоржи Сампайю решал еще одну непростую задачу – передачу Китаю Макао.

Что касается внутренней политики, то ее суть прекрасно отражает еще один его девиз: «Предпочитаю предвидеть, чем исправлять, улучшать, а не жаловаться, бить тревогу, а не игнорировать».

В последнее время выступает за скорейшее принятие решительных мер по осуществлению структурных реформ в целях модернизации политической жизни, экономики и социальной сферы Португалии.

Сампайю хорошо образован в области гуманитарных наук, эрудирован, блестящий оратор, обладает отточенным, несколько возвышенным литературным стилем. По своим способностям относится скорее к политикам-теоретикам, нежели к организаторам. Интеллигентен, общителен, доброжелателен, умеет производить благоприятное впечатление на собеседника. Обладает живым темпераментом и развитым чувством собственного достоинства, порой несколько болезненно реагирует на возражения и критику. Пользуется репутацией кристально честного человека. Он ни разу не был замешан в каких-либо скандалах. Обостренно воспринимает любые инсинуации на этот счет. Атеист. Член масонской ложи.

Постоянно ездит по стране (за время своего первого президентского мандата, не считая предвыборной кампании, покрыл расстояние около 300 тыс. км), при этом встречается не только с политическими и общественными деятелями, но и с простыми португальцами.

Любит классическую литературу (среди любимых зарубежных писателей называет Л.Н.Толстого), классическую и джазовую музыку, сам играет на рояле и ударных инструментах.

Увлекается гольфом, охотой, любит футбол (болеет за лиссабонский «Спортинг»). Жоржи Сампайю свободно говорит на французском, английском, испанском языках.

Женат вторым браком на Марии Жозе Ритта, занимавшей в прошлом руководящий пост в авиакомпании ТАЛ. Имеет дочь и сына. Дочь Вера, 27 лет, закончила факультет права Лиссабонского университета. Сыну Андре 24 года.

 

Давным-давно на правом берегу реки Доуру, несущей свои воды в Атлантику, находилось лузитанское поселение Кале, берущее название от греческого слова «калос», то есть «прекрасный». А на левом берегу возник древнеримский Портус, по-латински «гавань». Портус Кале, прекрасная гавань. Спустя несколько веков мавры соединили два слова, и получилось Портукале. В XI веке здесь появилось христианское графство Портукалия, ставшее впоследствии королевством Португалия.

И заправские коммерсанты античности, и морские бродяги финикийцы, и средиземноморские купцы были убеждены: здесь кончается земля и начинается море. Край света! Но однажды португальцы снарядили каравеллы, и вышли в море. Так маленькая страна на окраине Европы сыграла свою историческую роль – открыла миру Новый Свет.

 

 

Михаил ГУСМАН: Пятьсот лет назад португальские мореплаватели пересекали моря и океаны в поисках новых земель. С тех пор португальский язык широко распространился по планете. Сегодня на нем говорят более двухсот миллионов человек. Ощущают ли себя португальцы «строителями мостов», посредниками между народами?

Жоржи САМПАЙЮ: Португальцы разбросаны по всему миру и, без сомнения, у нас есть большой талант для того, чтобы приспосабливаться к обстоятельствам, какими бы они ни были. Мы умеем налаживать отношения, вести диалог с другими, самыми разными народами. Это умение позволило нам, маленькой стране, выжить.

 

Началась эпоха Великих географических открытий с того, что в 1415 году сын португальского короля Жуана I Генрих построил в Сагрише, на юге страны, крепость, дворец, обсерваторию и основал знаменитую школу мореплавателей. За это Генриха прозвали Мореплавателем, хотя в море он никогда не выходил. В его школе учились капитаны португальских каравелл, прославившиеся открытиями в Африке, Азии и Южной Америке.

В конце XV века Бартоломеу Диаш достиг южной оконечности Африки – Мыса Доброй Надежды. Васко да Гама открыл морской путь в Индию и высадился в Калькутте. В 1500 году Педру Кабрал открыл Бразилию. Альфонсу Альбукерке завладел Гоа и захватил торговые пути в Индийском океане и Красном море.

В XVI веке маленькой Португалии принадлежала чуть ли не половина мира. И сегодня португальская речь звучит на трех континентах.

 

Ж.С.: Думаю, что у нашего народа есть одна особенность – умение адаптироваться к окружающему миру. Эта специфическая черта португальца проявляет себя испокон веков. Надеюсь, она сохранится и в будущем.

 

Освобожден от всех земных оков,
Людских богатств ничтожность презирая,
Я здесь дышу благоуханьем рая,
Я вдруг рассудок потерять готов.

(Луиш ди Камоэнс)

 Португалия – страна действительно особая. Немного найдется государств, чьим национальным праздником становится день, в который оборвалась жизнь поэта. Но португальцы решили, что нет лучшего повода отметить День Португалии, чем отдать дань памяти великому поэту XVI века Луишу д Камоэнсу. Ведь это он воспел в эпической поэме «Луизиады» подвиг великих португальских мореплавателей и открыл миру страну Португалию.

 

М.Г.: Издавна национальным символом Португалии является петух. В чем секрет любви португальцев к этой птице? Почему именно ее избрали своим символом?

Ж.С.: С петухом у нас связана легенда XVII века. Расскажу вам ее. Один человек был осужден на казнь через повешение за то, что он якобы совершил преступление. И хотя он клялся, что не виновен, ему не верили. Перед смертью обвиняемый попросил разрешения поговорить с судьей в последний раз. Его привели в дом, где судья обедал вместе с друзьями. На столе лежал огромный жареный петух. Тогда осужденный сказал: «Если в то время, когда я буду на эшафоте, жареный петух оживет и запоет, это будет означать мою невиновность». Согласно легенде, когда осужденного привели на эшафот, петух неожиданно ожил и начал кукарекать. И судья, очень огорченный, побежал спасать осужденного. К счастью, веревка была еще не затянута, и осужденный остался жив.

М.Г.: Но, надеюсь, сейчас при вынесении приговора петухом не пользуются?

Ж.С.: Надеюсь, что нет.

М.Г.: Я знаю, что в молодости вы мечтали стать дипломатом, занимались юриспруденцией. Но главным вашим увлечением с молодых лет была политика. Что влияло на формирование ваших политических взглядов в те времена, что заставило вас уйти в политику?

Ж.С.: Мы жили при диктатуре, а в моей семье все придерживались демократических взглядов. Основы моих прогрессивных воззрений были заложены именно в семье. При диктатуре по-другому было невозможно. А потом я вступил в ассоциацию студентов, был председателем ассоциации студентов факультета права.

 

С 1932 по 1968 год председателем совета министров и фактическим диктатором Португалии был Антониу ди Оливейра Салазар. Он симпатизировал диктаторским режимам Муссолини, Франко, Гитлера, но проводил политику невмешательства в дела других государств. На страну почти на 40 лет опустился «железный занавес». Салазар ввел жесткую цензуру, боролся с проникновением из-за границы прогрессивных и новых технологий. Любое инакомыслие наказывалось тюрьмой. С 1960 года он проводил активную колониальную политику, чем вызывал еще большее недовольство португальцев. Росла эмиграция из страны.

 

Ж.С.: В 1962 году прошла очень крупная студенческая акция против режима, а я был председателем студенческой ассоциации Лиссабона. Это, скажем так, был первый всплеск моей политической деятельности в борьбе за демократию против режима. Поступить на государственную службу я не мог, мне, студенческому вожаку, не позволила бы полиция. Я хотел, между прочим, стать дипломатом. Но мне не довелось даже участвовать в отборочном конкурсе: меня бы сразу отсеяла жандармерия. Тогда я стал адвокатом, потому что на этом месте у меня появлялось больше свободы деятельности, защищал политзаключенных в судах. Потом пришла «революция гвоздик».

 

Военные, уставшие от колониальных войн, сформировали собственную партию «Движение вооруженных сил». 25 апреля 1974 года генерал Спинола возглавил военный переворот, лишивший власти приемника Салазара Марселу Каэтану. Полиция не оказала значительного сопротивления. Солдаты воткнули в стволы своих ружей красные гвоздики. Народ ликовал. Та революция так и вошла в историю Португалии как «революция гвоздик».

 

М.Г.: Португалия пережила несколько десятилетий жесткой, даже жестокой диктатуры Салазара. Потом свершилась «революция гвоздик», и новой власти пришлось возрождать страну, восстанавливать экономику. Какова экономическая ситуация в вашей стране сейчас? И каковы ее перспективы?

Ж.С.: Сразу же после «революции гвоздик» руководством были допущены некоторые перегибы, за которые мы дорого заплатили. Потом начались годы медленной эволюции, постепенного реформирования экономики. В последнее тридцатилетие страна преобразилась. Шел постоянный рост экономических показателей. Новый этап, более трудный, наступил в 2003 году. Будем говорить откровенно, чтобы выполнять пакт стабильности и роста Европейского сообщества, нам пришлось в определенном смысле «затянуть пояса». Надеемся, что 2004 год станет началом экономического роста.

М.Г.: У истоков дипломатических отношений между Россией и Португалией стояли две великие женщины: Екатерина Вторая, российская императрица, и Мария Вторая, королева Португалии. Как складывается, на ваш взгляд, развитие отношений между нашими странами сейчас? Каким вам видится наше будущее сотрудничество?

Ж.С.: Между нашими странами существуют давние отношения, которые прерывались разными событиями. Но для нас всех очень важно, что эти отношения восстановлены. Вскоре мы будем отмечать 30-ю годовщину со дня их восстановления. Это очень символичная дата. Сейчас наши отношения в сфере политики и культуры можно оценить как хорошие, даже, я бы сказал, превосходные. Португальцы активно интересуются российской культурой, литературой и музыкой. Говоря сегодня о финансовых, промышленных и торговых связях, я думаю, что у нас есть широкое поле для их развития.

 

Укреплению отношений между нашими странами способствует и личное общение президентов. В 2001 году президент Португалии Жоржи Сампайю впервые посетил Россию.

 

Ж.С.: С одной стороны, нам с президентом Владимиром Путиным удалось провести глубокие переговоры, обменяться мнениями в искреннем диалоге, что, естественно, сохранилось в моей памяти, и я надеюсь, что в скором времени ваш президент посетит Португалию. С другой стороны, во время моего визита в Россию мне удалось впервые посетить места, овеянные славой русского народа: Московский Кремль, конечно, Санкт-Петербург.

М.Г.: Находясь в вашей стране, я не раз слышал, что у португальцев и у русских очень много общего. А с другой стороны, в чем проявляются, на ваш взгляд, характерные черты португальского характера?

Ж.С.: Я вспоминаю моего отца, который по своему внешнему виду, возможно, и походил на русского человека, хотя родился на севере Португалии. Встречается такое внешнее физическое сходство, характерное для обеих наций. С другой стороны, осмелюсь сказать, можно найти общие черты в португальской и русской литературе, различных видах искусства.

У нас близкий исторический опыт, и ваша, и наша жизнь на определенном этапе была закрытой, что имело негативные последствия. И то обстоятельство, что сегодня наши государства вернулись в новый, хотя и более сложный, мир, также делает нас похожими. Это очень важно.

 

Действительно, португальцев и россиян роднит многое. Даже то, что Лиссабон, как и наша Москва, лежит на семи холмах. Да и покровитель у двух столиц один и тот же – Святой Георгий. Правда, Лиссабон постарше Москвы – его начали строить около 3 тысяч лет назад финикийцы, которым приглянулась удобная бухта для кораблей.

 

М.Г.: Вы много лет были мэром Лиссабона. Какие уголки этого замечательного города вам ближе всего? Куда бы вы порекомендовали нам пойти погулять сегодня вечером?

Ж.С.: Думаю, стоит начать с района, в котором мы находимся. Это величественная часть города. Здесь вы увидите башню Белем и монастырь Жеронимуш. Это символы наших географических открытий, отблеск славы мореплавателей Португалии. Потом, конечно, я бы пошел в замок Сан-Жоржи. Это очень древний замок, построенный раньше XII века, когда за португальцами закрепилась территория королевства.

Короткий туристический осмотр города я бы завершил посещением его центрального района – Байши, некоего подобия Манхэттена XVIII века.

 

«Афины сотворили скульптуру, Рим измыслил право, Париж изобрел революцию, Германия открыла мистицизм. А Лиссабон что же создал? Фаду», – заметил выдающийся португальский писатель Эса ди Кейрош.

Фаду. Это не просто песня, которая для всего мира стала знаком португальской культуры. Стихи слагает ветер, прилетающий с океана. И рождается музыка, полная грусти и тоски по былому или несбывшемуся. Фаду – это судьба, положенная на музыку. Это состояние души. Души, которая всегда страдает.

 

Ж.С.: Некоторые моменты нужно объяснить. Во-первых, музыка фаду имеет корни, уходящие в разные культуры, в частности, в мир бразильской и африканской музыки. Потом, конечно, и португальцы внесли свой вклад, но, в принципе, это своего рода синтез, смешение различных влияний. Фаду в основном сформировалась в XIX веке. Считают, что есть интеллигентская фаду, утонченная, есть и народная. Фаду стала национальной песней во многом благодаря мировой славе певицы Амалии Родригеш. Она была уникальной исполнительницей фаду, начиная с 1950-х годов прошлого века.

 

Еще одно уникальное явление португальской культуры – коррида, по-португальски торрадо. Однажды, дело было в середине XVII века, смертельно раненый матадор, граф Аркуш, попросил организаторов корриды сохранить жизнь своему победителю – быку. Просьбу графа уважили. Вскоре король Педру II подписал закон, который и сегодня не только остается в силе, но и строго соблюдается.

 

Ж.С.: Основная разница между нашей и испанской корридой состоит в том, что в Португалии не убивают быка. Это давний повод для споров. Но в целом традиция такова, что быка не убивают. Нет такого заключительного пункта в празднике. Этот поединок – сочетание корриды и кавалерийского искусства наездника, который не убивает быка.

Вот две основных особенности, две специфичные черты португальской корриды. У нас она еще называется не коррида, а торрадо.

 

Раньше торрадо было зрелищем только для аристократов. Знать брала с собой лишь слуг, которым приходилось стоять на протяжении всего боя. Теперь же туристы со всего мира приезжают поглазеть на торрадо. И, конечно же, понежиться на пляжах Атлантики!

 

М.Г.: Где вы любите сами отдыхать, господин президент, и куда бы вы посоветовали приехать гостям вашей страны?

Ж.С.: Чаще всего я провожу отпуск в своей стране, а не за рубежом, поскольку часто приходится ездить заграницу по работе. Португалия относительно небольшая страна, но очень разнообразная. Поэтому российскому путешественнику я бы посоветовал: начинайте с севера страны и заканчивайте югом или наоборот, и двигайтесь не прямо, а зигзагом: от побережья в глубину территории, из внутренних районов к океану. И тогда вы получите очень богатые впечатления, в том числе и от разнообразной национальной кухни.

М.Г.: Вы сказали о португальской национальной кухне. Чем славятся кулинарные традиции вашей страны?

Ж.С.: Огромное количество блюд делается из трески. Очень много из свинины. На столе у португальца есть различные домашние колбасы, прекрасные, сказочные сыры. Есть такие очень богатые, я бы сказал, мощные блюда, как, допустим, куски жареного мяса. Очень много кондитерских изделий, которые начали делать еще в монастырях. Они сами по себе представляют целую трапезу. Есть очень хорошая свежая, разнообразная рыба. В портах есть специализированные рыбные рестораны, которые стоит посетить.

 

Ни одно застолье в Португалии не обходится без знаменитого порто – портвейна, названного по имени города Порту. Еще в начале VII века монахи аббатства Ламего заметили, что если добавить в молодое вино виноградную водку, то оно, не теряя сахара, превращается в удивительно богатый напиток. Порто. Настоящий портвейн может быть сделан только из винограда, растущего на склонах долины Доуру, и обязательно выдержан в дубовых бочках. Тогда он будет жить десятилетиями и даже столетиями! В подвалах Вилла Нова де Гайя хранятся бутылки порто, которым сто пятьдесят и даже двести лет.

 

М.Г.: В мире распространено множество марок портвейна. Какие из них вы, господин президент, порекомендовали бы россиянам?

Ж.С.: Я скажу одну важную вещь. Портвейн – это продукт португальский. Но есть подделки, попытки завладеть этим названием и международные споры по этому поводу. Название портвейна тесно связано с Португалией, с конкретным районом страны. У нас сложились вековые традиции совершенствования этого вина, красного и белого. Поэтому, когда пьете портвейн, пожалуйста, проверяйте, что это за напиток. Если написано «Сделано в Португалии», то все нормально. Тогда мы ручаемся, что это хорошее вино. И чем оно старше, тем лучше.

М.Г.: Ваша супруга Мария Жозе Ритта активно занимается общественной деятельностью, благотворительностью и играет значительную роль в социальной и культурной жизни страны. Как часто, господин президент, вы советуетесь со своей женой при принятии тех или иных государственных решений?

Ж.С.: Моя работа занимает так много времени, что в какой-то степени влияет даже на личную жизнь. Вся жизнь нашей семьи вращается вокруг моих функций политика, которые поглощают все время. Участие жены в обсуждении проблем носит общий характер. Естественно, я принимаю решения сам.

М.Г.: Я слышал, что своего сына вы назвали Андре – в честь Андрея Болконского, героя романа Льва Толстого «Война и мир». Насколько это правда?

Ж.С.: Нам с женой нравились два имени. Они, кстати, часто встречаются и в России: Андрей и Сергей. По-португальски Андре и Сержио. Я лично предпочитал имя Сержио, но в семье провели голосование, и я проиграл в пользу Андре.

 

Всего три дня остается до того момента, когда трибуны португальских стадионов заполнятся неистовыми болельщиками. Футбол – вот что приведет в Португалию тысячи и тысячи гостей со всего мира.

 

М.Г.: Какую роль играет футбол в жизни португальцев? Что ждет Португалия и лично вы, как президент страны, от предстоящего чемпионата?

Ж.С.: Мы предприняли огромные усилия для организации чемпионата, в том числе в финансовом отношении, построили десять новых стадионов. Для такой страны, как наша, это не пустяк. Мы надеемся и верим, что наша сборная подойдет как можно ближе к вершине.

Надеюсь, что «Евро-2004» будет способствовать закреплению и упрочению отношений между различными народами. Верю, что у нас будет мирный чемпионат, без эксцессов. Футбол не война на жизнь или смерть, футбол должен быть праздником.

 

По иронии судьбы, команды Португалии и России стартуют в одной подгруппе. Вероятно, самый напряженный день в истории отношений двух наших стран еще впереди. Матч между нашими командами состоится 16 июня 2004 года. Но может, это и хорошо, что самым трудным испытанием нашей дружбы станет футбольный поединок?

 

М.Г.: Господин президент, я хочу вам задать традиционный для «Формулы власти» вопрос. Существуют такие понятия – вершина карьеры, вершина успеха, вершина власти. Вы достигли всех трех вершин. Что вы могли бы пожелать молодым людям в Португалии, в России, которые стоят у подножия этих вершин?

Ж.С.: Быть активным гражданином. Не нужно смотреть, как мимо тебя протекает река жизни.

Молодые люди, которые только начинают свой путь, должны стремиться к большему. Быть лучшим гражданином, лучшим профессионалом. Если это получится, страна станет великой.

 

Для нас, европейцев, солнце садится в Атлантику, и последними его лучи видят португальцы. Закат – это их мироощущение. Есть в португальском языке одно слово – «саудаде», которое не переводится на другие языки мира. Смысл его открывается нам в поэтических образах великого Луиша ди Камоэнса.

Имея ум, любовь, заслуги, честь,
Мы мним, что путь наш радостен и гладок,
Но Рок, случайность, время свой порядок
Наводит в мире, нам готовя месть.

Это стихотворение – гимн фатуму. Здесь и ностальгия по славным временам Великих географических открытий, и покорность судьбе и обстоятельствам. Но звучит в этих стихах и надежда на лучшее. Ведь, что бы ни говорили про закат былого величия, нынешние португальцы не ропщут на судьбу, напротив, наслаждаются сегодняшним днем, в котором меланхоличность – всего лишь угол зрения. Их жизнь – как слова и мелодии фаду, грустные и сладостные одновременно.

 

Звучит фаду....

 

2004 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
В других СМИ
Реклама
Реклама