Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Мишлин Кальми-Рей, президент Швейцарской Конфедерации

24 ноября 2007, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы
Поделиться
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'HH:mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'HH:mm:ss') || '26:00'}}
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'mm:ss') || '26:00'}}
{{qualityItem | uppercase}}
SD .mp4 Среднее качество
AU .mp3 (23.81 MB) Аудио дорожка

[ литературная версия ]

МИШЛИН КАЛЬМИ-РЕЙ:

«В Швейцарии существуют неписаные законы, которые не позволяют политикам отдаляться от народа. Наши политики продолжают жить жизнью рядовых граждан…»

 

Родилась 8 июля 1945 года в городе Шеминьон.
В 1968 году окончила факультет международных отношений Женевского университета.
В 2002 году избрана в Федеральный Совет — правительство Швейцарии.
С 2003 года министр иностранных дел.
С 1 января 2007 года по 31 декабря 2007 года президент Швейцарской Конфедерации.

 

Швейцария. А есть ли на свете такая страна, Швейцария? Вопрос не праздный. Каждый швейцарец вам скажет, что есть 23 суверенных государства-кантона, три из которых, к тому же, разделены на полукантоны. Каждый из кантонов — это маленькая страна с собственной конституцией, парламентом, правительством, бюджетом и финансами. А все вместе — это Швейцарская Конфедерация, демонстрирующая миру чудеса федерализма.

 

В Швейцарии глава государства — Федеральный совет, состоящий из семи членов. Каждый год один из советников становится президентом исключительно на 365 дней, и ни на час больше! С 1 января 2007 года обязанности президента возложены на министра иностранных дел Мишлин Кальми-Рей.

 

 

Михаил ГУСМАН: В Швейцарии уникальная политическая система. В чем специфика и особенность этой политической системы?

Мишлин КАЛЬМИ-РЕЙ: Если бы президент Конфедерации избирался больше чем на год, это давало бы определенные преимущества представителям той партии, культуры или региона, от которых он избирался. Мы, сторонники конфедерации, считаем это нецелесообразным. И все швейцарские государственные и общественные институты следят за тем, чтобы не персонифицировать политику.

 

Первые поселения на озерах центральной Швейцарии возникли в IV тысячелетии до нашей эры. От кельтского племени гельветов, заселивших Альпы, и произошло латинское название страны — Гельвеция. Оно до сих пор красуется на швейцарских знаках почтовой оплаты — марках.

В XI веке Швейцария становится частью Священной Римской империи, в которой далеко не последнюю роль играла династия Габсбургов.

По преданию 1 августа 1291 года на вершине маленькой горы Рютли собрались представители трех «лесных кантонов» — Ури, Швиц и Унтервальден. Воткнув в землю жердь и водрузив на неё шляпу — символ правосудия, они заключили «союз на вечные времена»: никогда не допускать, чтобы суд над ними творил чужеземец. Именно из этого союза впоследствии выросла Швейцарская Конфедерация. А от земли Швиц произошло историческое название страны — Швейцария.

 

М.Г.: В истории швейцарской конфедерации вы вторая женщина, занявшая высший пост в государстве. На ваш взгляд, насколько перспективы женщин в политике Швейцарии сегодня высоки?

М.К-Р.: Женщинам по-прежнему трудно в политике, и я бы хотела, чтобы появилась растущая тенденция, когда на руководящих постах в политике и в экономике их становилось бы больше.

 

Справедливости ради отметим: за все историю Швейцарской Конфедерации, а ей в 2007 году исполнилось 716 лет, женщина в швейцарской политике — явление достаточно редкое и уникальное как, впрочем, и сама Конфедерация.

Век за веком к союзу присоединялись и другие кантоны. В 1848 году на смену союзу кантонов пришла собственно Швейцарская Конфедерация, и была принята ее первая конституция. Но каждый кантон так и остался суверенным.

Ури, Швиц, Унтервальден, Фрибур, Люцерн, Цуг, Гларус, Шаффхаузен, Аппенцелль, Санкт-Галлен, Тургау, Граубюнден, Тичино, Цюрих, Во, Женева, Невшатель, Юра, Золотурн, Базель, Аргау. Кажется, все кантоны перечислили, ни один не забыли. Впрочем, еще не все — Вале — франкоязычный кантон, который представляет наша собеседница.

 

М.Г.: Я хочу, чтобы вы рассказали о вашем родном кантоне Вале. В чем своеобразие именно этого кантона? Чем запомнилось ваше детство в этом регионе Швейцарии?

М.К-Р.: Я из Вале, но в федеральном совете я представляю кантон Женева. В кантоне Женева прошла моя политическая карьера, здесь я училась и работала долгие годы. Между кантоном Женева и кантоном Вале есть много различий. Вале, где я родилась, — это горный кантон, который живет в основном за счет туризма. В кантоне нет больших городов. В то время как Женева — это кантон, открытый всему миру, где собраны международные организации, где много частных банков, управляющих капиталами. Женева всегда привлекала меня свей открытостью.

 

Чудеса да и только! Языки в кантонах разные. Страны-кантоны разные. Конституции разные. Обычаи разные. Но швейцарцы как жили веками вместе, так и не стремятся разбегаться в разные стороны. Что же заставляет сосуществовать на одной территории без конфликтов и вражды сообщество людей, которое даже не является одной этнической общностью? Сами швейцарцы считают, что они одинаково смотрят на мир и у них общие ценности. Как видите, этого вполне достаточно. Хотя в далеком прошлом они серьезно враждовали друг с другом. Правда, не по языковым причинам, а по религиозным разногласиям. И вот что особенно интересно: именно в религиозных войнах истоки бурного развития швейцарской часовой промышленности.

1541 год. Женева. Реформы Жана Кальвина, запрещающие носить драгоценности, вынудили золотых дел мастеров и других ювелиров избрать для себя новое ремесло. И они его нашли — производство часов. Именно в Женеву, спасаясь от религиозных преследований, стали стекаться мастера из Италии, Франции, Германии. В 1601 году, когда женевские часы уже славились своим качеством, более 500 часовщиков создали Гильдию часовщиков Женевы — первое в мире профессиональное объединение часовых дел мастеров.

 

М.Г.: Когда говорят о надежности чего-то, говорят «надежно, как в швейцарском банке». Действительно швейцарский банк известен во всем мире именно своей надежностью. Как удалось вашим банкирам создать такую банковскую систему, которая пользуется уважением и доверием во всем мире?

М.К-Р.: Я бы сказала, это наша старая традиция, и ее успех тоже связан с нашей открытостью. Дело в том, что это были французские протестанты, гугеноты, те, кто принес в Швейцарию свои знания и умения. И то, что сейчас Швейцария является одним из важнейших финансовых центров в мире, это оттого, что мы сумели развить эти знания и умения.

 

Что же касается самих войн, и не только религиозных, то в 1515 году, после неудачной военной кампании против французов, Швейцария сделала первый шаг к государственному нейтралитету. В 1648 году Вестфальский мирный договор признал ее независимость от Священной Римской империи и абсолютный нейтралитет. «В мои намерения всегда входило не беспокоить Швейцарию, уважать ее нейтралитет и никоим образом не посягать на ее нынешнюю конституцию. Я хочу, чтобы Швейцария принадлежала только себе», — говорил российский император Александр I. Во многом благодаря усилиям России, после разгрома наполеоновской империи Швейцария сохранила нейтральный статус, признанный великими державами.

 

М.Г.: Я хотел вас спросить, госпожа президент, еще об одном очень важном швейцарском институте — о швейцарской армии. Честно говоря, иногда даже вызывает некое удивление тот факт, что, с одной стороны, Швейцария — четыре столетия нейтральная страна, с другой стороны, — в Швейцарии одна из самых высококвалифицированных армий мира.

М.К-Р.: Постоянный нейтралитет Швейцарии запрещает нам воевать, применять оружие против третьих стран, но мы должны защищать нашу территорию. Поэтому наша армия мощная, хорошо оснащенная, она должна быть готова к защите отчизны.

 

О временах, когда швейцарские воины служили наемниками, сегодня напоминает лишь знаменитая папская гвардия Ватикана. Старейшее воинское подразделение на планете. И одновременно — самая маленькая армия мира. Основал гвардию в 1506 году Папа Юлий II, которого потрясла храбрость швейцарских наемников. До сих пор эта гвардия формируется только из швейцарцев-католиков. А их военную форму разработал сам великий Микеланджело.

В наши дни нейтральная Швейцария обладает одной из самых боеспособных в мире армий, действующей по принципу народной милиции. Солдаты и офицеры-запасники хранят обмундирование и оружие дома и готовы по первому же приказу стать на защиту национальных границ и суверенитета своей страны.

 

М.Г.: Вы знаете, для вас, наверное, не секрет, что очень многие в мире завидуют швейцарцам. Как стране, где нет полезных ископаемых, удается поддерживать такой высокий уровень жизни людей? В чем секрет экономического чуда Швейцарии, как вы смогли достичь таких экономических высот?

М.К-Р.: Мы не фокусники. У нас нет рецептов чудес. Действительно, у нас нет полезных ископаемых. Страна была достаточно бедной, богатство Швейцарии возникло относительно недавно. И сейчас мы одна из самых богатых стран мира. Наш ВВП на душу населения — один из самых высоких в мире. Но, тем не менее, нет никаких чудесных рецептов, а есть много работы, мы сделали ставку на образование, на способность генерировать идеи, развитие креативности, чтобы противостоять все возрастающей конкуренции в мире.

 

У Швейцарии очень маленький внутренний рынок, поэтому местные предприятия работают, в основном, на внешний рынок. Страна вынуждена открывать двери для иностранной рабочей силы. Кстати, в этой открытости кроется одна проблема, которая в последние годы стала особенно актуальной для Швейцарии.

 

М.К-Р.: Мы сегодня стоим перед серьезным вызовом — ростом иммиграции. Сейчас у нас 21 процент иностранцев, это, своего рода, рекорд. И поэтому перед нами стоит задача добиться такого же успеха, какой был достигнут ранее с четырьмя старыми национальностями, религиями и культурами — также успешно интегрировать в швейцарское общество новые, более далекие от нас национальности и культуры.

М.Г.: 21 процент легальных иностранцев? Действительно, один из самых больших процентов в мире. Какими методами, какими технологиями пользуется ваше правительство, чтобы превратить этих людей в швейцарцев?

М.К-Р.: Наша политическая система крайне децентрализована. В основном, все решения в Швейцарии принимаются на том уровне, на котором они будут исполняться, то есть на уровне муниципальном, кантональном и в дополнение к этому — на федеральном. Все государственные институты соблюдают принцип толерантности, сбалансированности культур и религий.

 

Принцип сбалансированности. Принцип равновесия. В Швейцарии редки социальные конфликты, здесь нет социальных взрывов. Хороший урок швейцарскому обществу преподнес когда-то Наполеон. Император смог покорить Швейцарию, когда была попрана идея всеобщего равенства. В те годы в Швейцарии появилась аристократия, которая жила слишком шикарно, строила рядом с обычными домами настоящие дворцы. И тогда среди сограждан появилась ревность, и возник своего рода социальный мятеж. Этот урок швейцарцы пронесли сквозь века.

В свободное время мы отправились гулять по Берну: ни замков, ни дворцов на улицах швейцарской столицы не обнаружили. Но и лачуги на глаза не попались. Все гармонично, упорядочено. По улицам ходят как состоятельные граждане, так и малоимущие. Но отличить одних от других тоже непросто — и те, и другие одинаково не спешат! Не зря говорят, что в Швейцарии разница между полюсами богатства и бедности значительно меньше, чем во многих других странах, поэтому и социальная напряженность гораздо ниже.

 

М.Г.: Вы два десятка лет занимались одним непростым делом. Вы возглавляли крупную компанию по продаже книг. Почему вы решили оставить этот успешный бизнес и ушли в политику?

М.К-Р.: Я не сменила карьеру. Политика в Швейцарии, особенно для тех, кто в ней дебютирует, — это не профессиональная работа, которая хорошо оплачивается. Политикой занимаются наряду с основной профессиональной деятельностью, поскольку политикой на жизнь не заработаешь. Это особенность нашей политической системы, своего рода система добровольного ополчения. В Швейцарии — неписанные законы, которые не позволяют политикам отдаляться от народа. Наши политики продолжают жить жизнью рядовых граждан.

М.Г.: Я обратил внимание на то, что, по данным социологов, у швейцарцев в среднем самый большой трудовой день в году. Швейцарцы трудятся по 2300 часов в год. Это, пожалуй, самое большое число рабочих часов в Европе, по-моему, чуть ли не в четыре раза больше, чем во Франции. Получается, что рядовой швейцарец — самый настоящий трудоголик?

М.К-Р.: У нас крестьянское общество, мы все вышли из сельского хозяйства. А в горах крестьянам жить трудновато. Именно поэтому приходится много работать, Ну, и потом, швейцарцы перфекционисты, они любят хорошо сделанную работу. Все должно быть выполнено добротно. А в результате именно такая работа очень ценится во всем мире.

 

«Schaffe, schaffe, Husli baue!» — «Трудись, трудись, строй свой домик!» — так говорят жители этих мест. Традиция много работать и постоянно улучшать квалификацию своего труда позволяет сегодня говорить о швейцарском экономическом чуде, о признанных во всем мире швейцарских брендах. А еще, не для кого ни секрет, Швейцария — страна самобытная и самостоятельная в принятии решений. Все самые важные вопросы решаются на референдуме. Как проголосует народ — так и будет. Уже много лет швейцарцы выступают за особые отношения с Евросоюзом.

 

М.К-Р.: Швейцария находится в центре Европейского континента и не может естественно изменить свою геостратегическую позицию. Поэтому у нас один из приоритетов — хорошие отношения с соседями, которые являются членами Европейского Союза (ЕС). Швейцарцы на референдуме голосуют против вступления в ЕС, поэтому мы строим отношения на двухсторонней основе.

 

Швейцарцы пели песни, сладко
Напевам горным я внимал
И песни родины украдкой
В душе своей припоминал

(Константин Аксаков, 1838 год)

 Русские в Швейцарии! С конца XVIII века альпийская страна становится излюбленным местом паломничества русской знати и интеллигенции, привлекая к себе целебным климатом, великолепными ландшафтами, житейским благополучием и спокойствием. Гоголь написал здесь несколько глав «Мертвых душ». Достоевский работал над «Идиотом». На берегу Женевского озера, в Монтрё жил и работал Владимир Набоков. С середины XIX века в Швейцарии находит прибежище русская политическая эмиграция.

 

М.Г.: У России и Швейцарии большая история отношений. Как вы оцениваете современное состояние российско-швейцарских отношений?

М.К-Р.: Прекрасно развивается научно-техническое сотрудничество, взаимодействие в гуманитарной сфере, новые формы приобретает культурное сотрудничество. Импорт России в Швейцарию за последний год увеличился на 83 процента, а швейцарский в Россию на 40 процентов.

 

Сто лет назад в Санкт-Петербурге открылось первое швейцарское консульство — началась эра дипломатического присутствия Швейцарии в России. К слову сказать, первый российский дипломат появился в Швейцарии гораздо раньше: в 1814 году указом императора Александра I посланником был назначен граф Каподистрия. В мае 1918 года Берн признал Советскую Россию, но уже в ноябре отношения были прерваны. Возобновились они в 1946 году. В 2006 году наши страны отметили 60-летие восстановления дипломатических отношений.

Но есть еще одна уникальная дата. В 2006 году обе наши страны отметили 350-летие со дня рождения Франца Лефорта — гражданина Женевы, ближайшего сподвижника Петра Великого, первого российского адмирала и первооткрывателя пути швейцарцев на службу в Россию. С середины XVII века в Россию из Швейцарии стали отправляться военные, врачи, часовые и ювелирные мастера, архитекторы... Архитектор Доменико Трезини построил в Санкт-Петербурге Петропавловскую крепость и ее собор, Летний дворец Петра и здание Двенадцати коллегий. Швейцарский архитектор Тома де Томон — построил здание Биржи на Стрелке Васильевского острова. Перед первой мировой войной в нашей стране проживало 15 тысяч выходцев из Швейцарии.

 

М.Г.: С учетом традиционной политики активного нейтралитета, каковы возможности взаимодействия Москвы и Берна в урегулировании международных конфликтов?

М.К-Р.: Мы занимаем разное положение на мировой арене. Швейцария не является великой державой, это нейтральная страна, которая хочет иметь хорошие отношения со всеми. Швейцария старается выступать в качестве посредника, мы наводим мосты. Очень часто наши позиции по животрепещущим вопросам международной жизни совпадают.

 

Строить мосты со всем миром — это очень по-швейцарски! Не удивительно, что на территории этой небольшой европейской страны находятся штаб-квартиры многих международных институтов и всемирных организаций. Кроме европейского отделения ООН здесь действуют Европейская экономическая миссия ООН, Всемирная торговая организация, Международный комитет Красного Креста, Постоянное представительство РФ при отделении ООН и других международных организациях, Всемирный почтовый союз, Международный Олимпийский комитет...

Совсем недавно в Швейцарии открылась еще одна штаб-квартира. На этот раз Всемирного гуманитарного форума, который обеспокоен проблемой глобального потепления.

 

М.К-Р.: Прежде всего, глобальное потепление — это наша общая с Россией и другими странами озабоченность. Это одна из важнейших глобальных проблем, и она не может быть решена какой-нибудь одной страной. У нас тают ледники, и мы не хотим, чтобы Швейцария оказалась без ледников. Мы должны совместными усилиями спасать нашу, в общем-то хрупкую, планету.

М.Г.: Наша программа называется «Формула власти» и всегда в конце наших интервью мы задаем вопрос о формуле власти. В чем состоит формула власти в Швейцарии?

М.К-Р.: Власть в Швейцарии базируется на принципе равновесия, то есть системе сдержек и противовесов. У нас, действительно, особая форма власти, которая не совместима с тем, что есть в вашей стране и во многих других странах, но эта форма позволяет нам жить вместе в гармонии разных религий, культур, языков.

 

Маленькая Швейцария старается гарантировать своим гражданам спокойствие и уверенность. Из века в век. Из года в год. День за днем, минута за минутой. Эти часы, по которым сверяют, заметьте, не бег, а ход времени, швейцарцы, безупречны. Ведь в них — швейцарский часовой механизм, а это уже серьезно! Почему именно по этим часам сверяли время королева Мария Антуанетта, Наполеон Бонапарт, царь Александр I, сэр Уинстон Черчилль, Альберт Эйнштейн, Рихард Вагнер, Мария Кюри, Лев Толстой, Петр Ильич Чайковский, Редьярд Киплинг… Точность хода, выверенность деталей, гарантия надежности, — вот качества швейцарских часов, в которых отражены лучшие черты самой Швейцарии. Именно в этом сходстве, наверное, и кроется секрет притягательности этой страны для всего мира.

 

2007 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
Поделиться:
В других СМИ
Реклама
Реклама