Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Борис Тадич, президент Сербии

1 октября 2007, 23:30 UTC+3
Материал из 1 страницы
Поделиться
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'HH:mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'HH:mm:ss') || '25:59'}}
{{secondsToDateTime(data.visiblePosition) | date: 'mm:ss'}} / {{(videoDuration | date: 'mm:ss') || '25:59'}}
{{qualityItem | uppercase}}
SD .mp4 Среднее качество
AU .mp3 (23.79 MB) Аудио дорожка

[ литературная версия ]

БОРИС ТАДИЧ:

«Мое политическое кредо — никогда не сдаваться: ни в спорте, ни в политике, ни в жизни. Я никогда не сдаюсь и не сдамся».

 

Родился 15 января 1958 года в Сараево.
Окончил философский факультет Белградского университета.
С 1994 года в парламенте Сербии.
С февраля 2004 года председатель Демократической партии.
27 июня 2004 года избран президентом Республики Сербия.

 

Балканы. Арена противоборства культур и цивилизаций.
Балканы. Край, где без войны не вырастает ни одно поколение.
Балканские проблемы сотни тысяч людей пытались решить с оружием в руках. Процесс распада Югославии был кровопролитным и жестоким. Сегодня внимание миллионов вновь приковано к Балканам.

2007 год. Косово — автономный край и историческая область на юге Сербии. Родной дом для двух миллионов европейцев. В этом доме неспокойно. А значит, не может быть спокойно и во всей Европе. Балканский узел до сих пор не развязан.

 

 

Михаил ГУСМАН: Как вы считаете, все-таки есть ли то решение косовской проблемы, которое устроило бы сербов, которое приняла бы Россия, то есть решение, которое бы устроило всех?

Борис ТАДИЧ: Проблема Косово возникла из-за того, что многие страны подталкивали и поддерживали албанцев в их стремлении к независимости. Для меня совершенно неприемлемо то, что аргумент силы или угрозы насилием употребляется как один из ключевых, по которому албанцы должны получить независимость в Косово.

Мы считаем, что у Косово сейчас нет возможности для того, чтобы построить современное Европейское общество, которое уважало бы права и свободы человека, особенно когда речь заходит о неалбанском населении. Независимость Косово создает прецедент с большой опасностью дестабилизации во многих других районах Европы.

 

Полное название автономной области на юге Сербии — Косово и Метохия. «Кос» в переводе с сербского и хорватского — «черный дрозд». «Метох» с греческого — «земля церквей». А все вместе — «Поле черных дроздов и земля церквей». Именно это поле прочно вошло в сознание многих поколений как поле битвы. И сербы, и албанцы, живущие веками на этой территории, считают эту землю своей.

XII век. В Косово и Метохии живут славяне-сербы. Их землю с давних пор называют Космет, сокращая два названия в одно. Космет — это Старая Сербия. Город Призрен — древняя столица. Космет — колыбель сербской государственности.

XIII век. Возникает Сербское королевство, в которое входит и Космет. Строятся православные монастыри и храмы.

XIV век. 28 июня 1389 года — историческая битва на Косовом поле. На защиту своей земли от турок-османов вышли объединенные войска балканских княжеств.

На Косовом поле против турок сражались и сербы, и боснийцы, и албанцы, тогда еще православные. В той битве сербское войско было разгромлено. Османские правители закрепились на Балканах. Началось насильственное обращение христиан в ислам. С тех пор уже более шестисот лет 28 июня сербы отмечают «Видовдан». В этот день в Сербии не поют, не играют, не веселятся. Говорят, в память о погибших косовских героях даже кукушки перестают куковать. А накануне «Видовдана», в глухую пору ночи, все реки в Косово в одно мгновенье окрашиваются в красный цвет пролитой крови.

 

М.Г.: В этой связи, вы знаете, есть такая известная фраза графа Андраша, который говорил, что мусульмане и христиане, как два льва, будут драться до бесконечности, до тех пор, пока не останутся только одни хвосты. Насколько, вы считаете, эта фраза справедлива сегодня?

Б.Т.: По поводу этого изречения, я бы сказал, что ни для одного из этих львов остаться без хвоста не полезно. Я бы хотел, чтобы львы сохранили свои жизни. Во всяком случае, может быть, именно у нас есть возможность здесь на Балканах предложить что-то новое и позитивное в отношениях между христианами и мусульманами. У нас одно происхождение, у нас одинаковые лица, мы говорим на одном и том же языке, слушаем одну и ту же музыку, принадлежим к одной культуре. Разница только в том, что мы относимся к двум разным религиям.

 

«Если в Европе начнется война, — сказал как-то Бисмарк, — то она начнется из-за какой-нибудь проклятой глупости на Балканах». «Проклятая глупость» случилась 28 июня 1914 года — сербский студент Гаврило Принцип, входивший в организацию «Млада Босна», застрелил престолонаследника эрцгерцога Франца Фердинанда и его супругу. Роковой выстрел в Сараево предопределил историю Европы ХХ века. В результате началась Первая мировая война, в которой участвовали 33 страны и 70 миллионов солдат.

 

М.Г.: С позиции сегодняшнего дня, как вы, сербы, относитесь к Гаврило Принципу. Кто он — террорист или борец за национальную идею? Не кажется ли вам, не случись этого рокового выстрела, история Балкан и в целом Европы могла ли развиваться по-другому?

Б.Т.: Гаврило Принцип в нашей культуре, в нашей истории имеет позитивную оценку. С другой стороны, это событие — сараевское покушение, произошло при совершенно иных исторических обстоятельствах. Вам может быть интересен тот факт, что я, президент Сербии, родился в Сараево. И еще более интересно то, что в Белграде я ходил в ту же гимназию, которую посещал в свое время Гаврило Принцип. Я, разумеется, не хочу сказать, что сегодня появился новый клон Гаврило Принципа.

М.Г.: Конечно, мы не проводим параллели…

Б.Т.: Сейчас не может быть никаких выстрелов. Мы выступаем за политику перемирия, за преодоление всех конфликтов, за то, чтобы политика не вела к изоляции Сербии — нам необходимо этого избежать.

 

Еще в 1974 году в Югославии была принята новая Конституция, на основании которой каждая республика имела право на самостоятельность. Косово тогда получило статус автономного края в составе Сербии. Именно эта Конституция 1974 года, четко закрепляющая границы федеративных республик Югославии, и стала «яблоком раздора» после смерти Иосипа Броз Тито, руководителя Социалистической Федеративной Республики Югославии.

 

М.Г.: Господин президент, я хотел бы попросить вас коснуться еще одной исторической фигуры — Иосипа Броза Тито. Это человек, который многие годы возглавлял Югославию. Как с позиции сегодняшнего дня вы оцениваете эту безусловно видную историческую личность, которая столько лет находилась во главе страны?

Б.Т.: В то время, в той обстановке, в которой я рос, мы относились критически к Тито. Но сегодня я, как человек, который является президентом Сербии, смотрю на его роль в совершенно ином контексте. Его роль была очень важной в сохранении территориальной целостности Югославии. Без такой политической личности, как Иосип Броз Тито, было бы невозможно после Второй мировой войны сохранить Югославию.

 

В 1980 году после смерти Тито в истории Югославии начался новый период. Движение в сторону конфедерации. Сербия же пыталась перейти к централизованному управлению. В стане югославских республик началось брожение. В 1991 году Словения, Хорватия, Босния и Герцеговина, Македония провозгласили независимость. Одновременно с этим, власти Сербии подняли вопрос о статусе сербов, проживавших на территории этих республик и автономий. Президент Милошевич мечтал о «Великой Сербии».

 

М.Г.: История не знает сослагательного наклонения, и все же, если представить себе, что можно было повернуть историю вспять, что вы считаете должны были предпринять белградские руководители недалекого прошлого, дабы избежать того кровопролития, в которое была ввергнута Сербия?

Б.Т.: Если мы говорим о Милошевиче, то он допустил несколько стратегических ошибок, за которые мы расплачиваемся теперь. Я не могу понять и никогда, наверное, не пойму, почему Милошевич на пике своей карьеры, своего влияния, когда разваливалась бывшая Югославия, не стал первым политиком, который бы выступил за свободные демократические выборы и тем самым получил бы дополнительное доверие у всей Европы. Он мог бы тогда победить на выборах с 99 процентами голосов. Если бы он сделал так, то Сербия с самого начала получила бы преимущество, как демократическая страна, и мы могли бы значительно эффективнее защищать свои национальные интересы сегодня.

 

Хроника балканской войны 90-х годов прошлого века: пострадало свыше 1 миллиона человек. Убито более 200 тысяч человек. Разрушено 80 процентов промышленных предприятий. Более двух миллионов человек стали беженцами или перемещенными лицами. Сербия — в самом эпицентре кровавого конфликта.

В эпоху Слободана Милошевича накалилась до предела обстановка в Косово и Метохии. Албанцы, составлявшие 90 процентов населения, требовали суверенитета. Перестрелки в горах, демонстрации, взрывы в кафе, столкновения с оружием в руках. Сербские силы безопасности и Освободительная армия Косово практически находились на грани войны. Спустя шесть веков, на Косовом поле вновь лилась кровь.

24 марта 1999 года началась операция НАТО под кодовым названием «Союзническая сила». Она продолжалась 78 дней. 10 тысяч ракетнобомбовых ударов по всей Югославии. Под бомбежками гибли и сербы и албанцы. Авиация бомбила Белград и другие сербские города. В момент бомбардировок одной из дочерей Бориса Тадича было всего три месяца. Бомба взорвалась в 800 метрах от его дома. В 1999 году сербские войска ушли из Косово. Край покинули более 200 тысяч этнических сербов.

 

М.Г.: А как вы оцениваете роль российских миротворцев в этом регионе, насколько было полезно их присутствие, и как это было воспринято сербским обществом?

Б.Т.: Мне очень жаль, что Россия в определенный момент приняла решение о выводе миротворцев из Косово. Было бы намного лучше, если бы сегодня ваша страна была представлена в Косово не только посредством своих миротворческих организаций и гражданских структур, но и посредством военного контингента.

 

Борис Тадич неоднократно бывал в Москве. Два года назад президент Сербии посетил столицу России с рабочим визитом по приглашению Владимира Путина. После встречи в Кремле, Борис Тадич побывал в Свято-Успенском монастыре, Тихоновой Пустыне и был принят Патриархом Московским и всея Руси Алексием II.

 

Б.Т.: Мы, как христиане, должны сознавать свою ответственность за будущее мира. На протяжении всей истории для моего народа имели огромное значение связи с Россией. Россия для Сербии является дружественной страной в течение многих веков. И в период сложных обстоятельств Россия всегда хотела быть рядом с Сербией. Ваша страна с большим вниманием относилась к сербской позиции. И сегодня существует взаимопонимание, когда речь заходит о политической ситуации, о положении на Балканах, а также в целом об обстановке в мире. Мы близки с Россией. Я уверен, что такие близкие отношения с Россией у нас сохранятся и в дальнейшем.

М.Г.: В России, господин президент, очень популярно творчество известного кинорежиссера Эмира Кустурицы. Он недавно был в Москве, принимал участие в работе Московского кинофестиваля. Его фильмы глубоко задевают душу. Насколько вам близко его творчество?

Б.Т.: Я могу быть немного субъективным, учитывая то, что мы знакомы с ним еще с тех времен, когда были студентами. Это было в 1976 году. Все его фильмы я рассматриваю именно с этого ракурса. Эмир создал несколько прекрасных фильмов. Он определенным способом показывает то, что происходит здесь, нашу культуру, критическое отношение к нашему самосознанию. Когда-то мы с Кустурицей договорились, что Сербия должна идти в Европу, должна стать членом Европейского сообщества, при этом четко защищая свою идентичность. Я играю свою роль в защите национальной идентичности, он — свою.

 

Однако далеко не все сербы разделяют взгляды своего президента. Борис Тадич убежденный демократ и склонен к компромиссу. Одним малосимпатичны его прозападные убеждения. Другим — призывы к выдаче Гаагскому трибуналу видных сербских деятелей, которых подозревают в совершении военных преступлений. Третьим не нравятся его антинационалистические настроения. В 2005 году на Бориса Тадича было совершено покушение: террорист-самоубийца направил свой автомобиль в кортеж президента.

В 2006 году распался Государственный союз Сербии и Черногории, республики расстались мирно. 3 июня 2006 года Черногория провозгласила независимость, 5 июня — Народная скупщина Сербии постановила, что Сербия принимает на себя государственно-правовую самостоятельность и право преемственности Сербии и Черногории, а спустя 10 дней правительство Сербии признало Черногорию в качестве суверенного государства. Борис Тадич сохранил свой пост, остался президентом Республики Сербия.

 

М.Г.: Как вы считаете, положа руку на сердце, сербам и черногорцам, совсем близким народам, все-таки лучше жить порознь, как сейчас, или им лучше жилось вместе?

Б.Т.: Моя позиция в этом отношении известна. Я считаю, что Сербия и Черногория не должны были разделяться. Я всецело выступаю против дезинтеграционных процессов на Балканах. Я горячий сторонник процесса интеграции. Когда речь идет о Сербии и Черногории, проблема еще более осложняется из-за особой близости наших народов. Да, конечно, я допускаю то, что черногорцы считают себя отдельным самостоятельным народом, хотя, на мой взгляд, мы один народ. Да я сам веду свое происхождение из Черногории. Мой отец — серб из Черногории.

М.Г.: Современный серб, кто он по характеру? Чем он живет, каковы его устремления, интересы?

Б.Т.: Помимо той закрытости, к которой склонны сербы, мы очень веселый и гостеприимный народ. Я люблю наш народ. Когда вы придете в обычный сербский дом, вас всегда примут с радостью. Если вы просто пройдетесь по улицам Белграда, вы увидите, какой это открытый город. Сербия свободная страна, хотя у нее есть свои проблемы. В сербском языке есть одно слово, которое очень специфично и характерно для сербского народа. Это слово «назло». Иногда все делается именно назло, вопреки здравому смыслу. Чаще всего это бесполезно и нефункционально для нашего народа.

М.Г.: Это упрямство?

Б.Т.: Да, но есть и еще одна особенность. Наш народ обладает прекрасным чувством юмора.

 

Не так давно сербские социологи спросили женщин, с кем бы они хотели отметить 8 марта: 34 процента ответили — «со своими мужьями», а 32 процента — с Борисом Тадичем. Он молод, элегантен, прекрасно воспитан.

 

М.Г.: Вы, господин президент, упомянули, что для сербов и, судя по всему для вас тоже, традиционно чувство юмора, и именно к этому я отношу вашу как-то брошенную фразу, что вашим самым строгим критиком был сербский карикатурист Корекс.

Б.Т.: Корекс для нас сегодня, наверное, — целый институт. Он карикатурист, но, в то же время, прекрасный журналист. Его рисунки, карикатуры — пример настоящего искусства. Своими карикатурами он попадает точно в цель. Иногда он меня поддерживает, иногда критикует. Я прошу работников своего аппарата собирать все его карикатуры и украшаю ими свой кабинет. Его карикатуры и критика помогают мне в работе.

М.Г.: Вы в политике уже много лет, хотя и являетесь достаточно молодым человеком. Ваши прогнозы относительно будущего могут еще реализовываться с вашим участием. Поэтому у меня такой вопрос: какой вы видите Сербию, скажем, через 15—20 лет?

Б.Т.: Мы должны закончить строительство путей и дорог, соединяющих Сербию с Черногорией, достроить вторую линию железной дороги. Мы должны построить газопровод, и нефтепровод, создать сеть речных каналов для передвижения большого речного транспорта, должны развить дешевое производство в Сербии. Мы должны быть страной, которая будет оказывать транспортные услуги, объединять государственные структуры и тем самым обеспечивать лучшую жизнь нашим гражданам. Таким является мое видение будущего Сербии.

М.Г.: Господин президент, в конце встреч с нашими гостями я всегда задаю один и тот же вопрос: какова на вкус вот эта штука под названием «власть»?

Б.Т.: Надо вести такую политику, чтобы избегать горького вкуса. В политике вы переживаете и поражения, и успехи, и победы. Всегда надо знать, что когда случается победа, за ней следует и поражение. Но при поражении никогда не надо отказываться от своих идей. Это мое политическое кредо — никогда не сдаваться: ни в спорте, ни в политике, ни в жизни, всегда идти вперед. Я никогда не сдаюсь и не сдамся.

 

«Контактная зона Европы и Ближнего Востока», — так называют Балканы ученые. Это лоскутное одеяло наций и народностей. А сами сербы цитируют основателя своего государства святого Савву: «Сербия — это Восток на Западе и Запад на Востоке». И то, и другое. Несоединимое. Противоречивое. Неспокойное. И, тем не менее, сербский народ, быть может, один из самых многострадальных в Европе, сегодня ищет пути, чтобы идти вперед без войн, без кровопролития. Отстаивая свои исторические и духовные святыни. Охраняя границы. Анализируя прошлое. Не повторяя ошибок.

 

2007 г.

 

 

©  ИТАР-ТАСС
©  М. Гусман

Все права защищены
Любое копирование и воспроизведение текста, в том числе частичное и в любых формах, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Любое использование видео и аудио материалов, в том числе частичное, без письменного разрешения правообладателей запрещено.
Цитирование разрешено со ссылкой на программу "Формула власти".

тел. +7 (499) 791 0307, 791 0308, 791 0310; факс: +7 (499) 791 0303
rusmarket@itar-tass.com

Показать еще
В других СМИ
Реклама
Реклама