Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Для тех, кто любит риск: как построить карьеру ученого на Востоке

14 августа 2015, 14:21 UTC+3
Профессор Национального института материаловедения города Цукубы - о контрастах российской и японской научно-образовательных систем
Материал из 3 страниц
© Предоставлено Дмитрием Гольбергом

Профессор Дмитрий Гольберг - один из ведущих материаловедов в мире. Его индекс Хирша - наукометрический показатель оценки научной продуктивности ученых, основанный на количестве публикаций и цитирований в авторитетных научных журналах, сегодня равен 80. Поверьте, это очень много. С середины 1990-х годов Гольберг живет и работает в Японии, где возглавляет Центр нанотрубок в Национальном институте материаловедения города Цукубы. Но несколько лет назад он возобновил параллельную деятельность в России, выиграв конкурс на получение мегагранта правительства РФ для создания в НИТУ МИСиС, который он когда-то окончил, лаборатории по разработке новых материалов на основе композитов легких металлов с наноструктурами нитрида бора. И хотя в основном сегодня свое время ученый тратит на сугубо научную деятельность, он, пожалуй, как никто другой способен поведать о контрастах российской и японской научно-образовательных систем.

- Есть различия в том, чем вы занимаетесь в Японии и в России?

- В Цукубе помимо исследовательской работы я вовлечен в преподавание: вот уже десять лет целый семестр читаю лекции для магистров и аспирантов, моя специальность - просвечивающая электронная микроскопия высокого разрешения. В НИТУ МИСиС такой курс я прочел пока лишь однажды, в прошлом году, когда здесь была организована международная школа для магистров-иностранцев.

В лаборатории, расположенной в стенах НИТУ МИСиС, мы уже четвертый год работаем над получением синтетических наноматериалов, обладающих уникальными свойствами, которые позволят чрезвычайно усилить прочность легких металлов, таких как, например, алюминий или магний.

Сейчас штат лаборатории составляет 12 человек, из них трое аспирантов, которые будут скоро защищаться. Чтобы попасть в нашу научную группу, вовсе не обязательно быть родом из МИСиСа: недавно мы взяли нового человека, кандидата наук, теоретика, которая просто связалась с нами сама. Кого-то еще нам рекомендовали коллеги. Сегодня в коллективе работают сотрудники из Троицка, Черноголовки, МГУ им. М. В. Ломоносова, структур Академии наук…

Основная проблема с моей московской лабораторией состоит в том, что в данный момент она напоминает некий дрейфующий корабль. Четыре года мы получали финансирование через Министерство образования и науки РФ за счет правительственного мегагранта. Все это время мы могли платить сотрудникам достойные зарплаты, но сейчас это финансирование заканчивается. Теперь мы сами должны изыскивать некие фонды, чтобы по-прежнему успешно функционировать. Правда, есть надежда еще на год получить так называемый домашний грант от самого НИТУ МИСиС, но с точки зрения внешнего финансирования у нас немного возможностей для того, чтобы хотя бы оставаться на таком же уровне, как прежде. То, что мы можем выиграть сегодня, раз в 10-15 меньше министерских денег.

Конечно, постепенно у нас нарабатываются какие-то контакты с заинтересованными в подобных разработках представителями отечественной индустрии, например с ОК РУСАЛ, ФГУП "ЦНИИ конструкционных материалов "Прометей" или резидентами Фонда "Сколково". Может быть, они приведут к формированию заказов на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) в будущем. Однако такие компании в первую очередь интересуются ценой конечной продукции. А так как у нас здесь небольшие объемы производства, то наноматериалы на выходе получаются очень дорогими, буквально дороже золота. Поэтому для большинства компаний это сотрудничество пока просто невыгодно. В этом и заключается причина, по которой в работе моей лаборатории в МИСиСе пока лидирует фундаментальная составляющая.

Задачи перед нами стоят чисто материаловедческие: мы разрабатываем материалы с конкретными свойствами. Материалы эти очень интересные, но найти им применение можно пока лишь в каких-то точечных областях, например при конструировании критически важных узлов в аэрокосмической области, в том числе при создании спускаемых аппаратов. В целом интерес к нашему проекту имеется, но пока все это не получило практического применения. Поэтому хоть и есть уже какие-то интересные направления развития, но компании пока присматриваются к нам, оценивают свою потенциальную выгоду и размышляют. Ведь если кто-то рискнет в это вложиться, то он может либо выиграть, либо все потерять.

В японской лаборатории мы сосредоточены на немного иных вещах. Здесь тоже превалируют фундаментальные исследования, но речь идет уже и о прикладных разработках в области солнечных батарей. Хотя и там у нас есть ответвление, связанное с московской тематикой, но по нему у меня трудится лишь один сотрудник из двадцати пяти. Оно идет как дополнение к основной тематике и развивается за счет того, что мы подписали соглашение о сотрудничестве Национального института материаловедения в Цукубе с НИТУ МИСиС, которое позволяет обмениваться визитами, вместе готовить публикации, может быть, приведет к получению совместных патентов.

 

Показать еще
В других СМИ
Реклама
Реклама