Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Экспертные мнения

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Книга на выходные: Челябинск и американский постмодернизм

11 февраля 2017, 10:49 UTC+3 Мильчин Константин
Дон Делилло

Дон Делилло

© AP Photo/Stephen Cherni
Автор
Мильчин Константин Константин Мильчин Константин Мильчин
Литературный критик, главный редактор сайта gorky.media
Профайл автора

На русском языке вышел новый роман живого классика американского постмодернизма Дона Делилло "Ноль К". В свое время газета The New York Times включила сразу три его романа в список лучших американских книг, написанных за последние 25 лет.

Константин Мильчин — о том, что примечательного в новом романе писателя, где в один сюжет сведены судьба американского миллиардера, Челябинск, Киргизия, крионика и вечный конфликт отцов и детей.

Жил да был на белом свете человек, который придумал себе имя Росс. Росс был очень богат. У него был сын от первого брака, первая жена, с которой он расстался, и вторая жена, которую он очень любил. А когда вторая жена стала умирать от рака, он отвез ее в странное место на границе Казахстана и Киргизии, чтобы там погрузить ее в вечный сон. И самому заснуть вместе с ней.

В книге Делилло все непросто и все неспроста. Главный герой романа и рассказчик — это тот самый сын Росса от первого брака Джеффри, человек, у которого в жизни ничего не получилось. Это отец стал миллиардером, а Джеффри то занимается непонятно чем, то пытается найти работу и всякий раз рад, что ее не нашел.

Впрочем, роман не об этом. Тут есть проблемы вечные, вроде жизни и смерти или конфликта отцов и детей. Есть страницы, посвященные терроризму и тому, как его угроза влияет на современное западное общество. Даже про Украину есть несколько строк.

Но все же в первую очередь "Ноль К" — это роман о смерти. О том, как к ней относиться. Лучшие сцены книги происходят в подземном замке в глубине Средней Азии, где богачей готовят к заморозке. Там нет времени, нет жизни, но нет и смерти. После долгого ожидания людей замораживают, чтобы потом, через много лет, разморозить.

Одни хотят поскорее попасть в будущее, другие рассчитывают таким чудным способом дожить до времени, когда их неизлечимые болезни научатся исцелять. Шарлатанство это или нет? Джеффри думает, что, скорее всего, да. Но его отец, который вроде бы должен лучше разбираться в жизни (все-таки наивные люди вряд ли становятся богачами), считает, что это и правда работает.

Время действия? "Во времена Челябинска", как говорит один из второстепенных персонажей, вскоре после того, как в районе российского города упал метеорит.

Еще это книга о конфликте поколений. Отец — из поколения деятельного, которое знало, чего хочет от жизни, и теперь понимает, чего хочет от смерти. Не умирать. Джеффри — из поколения расслабленного. Если сравнить его с фотокамерой, то он находится в постоянном расфокусе. Он не может сконцентрироваться на постоянной работе, постоянной женщине, постоянной теме для разговора

Когда-то, на самом деле не так уж давно, всего лет 100–150 назад, со смертью было все довольно просто. Она была рядом с человеком. Едва ли не каждый второй ребенок умирал еще в раннем детстве. До старости доживали немногие. Смерть легко объясняла религия.

Но времена поменялись. Медицина стала лучше, люди теперь умирают редко. О смерти будет долго и мучительно размышлять главный герой, которого отец пригласил проводить его и жену в последний или, наоборот, не последний путь.

Храм смерти защищен от любого воздействия извне. Здесь можно пережить вечность и даже конец света. Только жизнь ли это на самом деле?

Еще это книга о конфликте поколений. Отец — из поколения деятельного, которое знало, чего хочет от жизни, и теперь понимает, чего хочет от смерти. Не умирать. Джеффри — из поколения расслабленного, для него вопросы жизни и смерти не так серьезны. Если сравнить Джеффри с фотокамерой, то он находится в постоянном расфокусе. Он не может сконцентрироваться на постоянной работе, постоянной женщине, постоянной теме для разговора.

Его рассказ прыгает туда-сюда, то в детство, то в реальность, он не может сконцентрироваться на том, что видит, на том, что слышит, на том, что вспоминает. Людям, которых видит, он дает странные прозвища и под ними их запоминает. Жизнь — несерьезна, а значит, несерьезна и смерть. Выход ли это? Тут пусть каждый читатель ответит на этот вопрос сам.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru
Поделиться
источников много
ГЛАВНЫЙ ОДИН
Читайте ТАСС в Яндекс.Новости