Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Интервью

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Александр Бречалов: будем все 5 лет осуществлять общественный контроль за новой Госдумой

4 апреля 2016, 9:00 UTC+3 Выборы депутатов Госдумы
Поделиться
Александр Бречалов

Александр Бречалов

© Артем Геодакян/ТАСС

Общероссийский народный фронт вызывает множество противоречивых отзывов как у оппозиции, так и у представителей властей. И если первым не нравится в принципе все, что повышает популярность властей, то вторые критикуют ОНФ за то, что, решая задачу обеспечения широкой базы поддержки политики Владимира Путина, активисты фронта критикуют саму власть, прежде всего в регионах, по многим болевым точкам: эффективность исполнения майских указов, расточительность при госзакупках, расходы губернаторов на самопиар. Уголовное преследование многих региональных чиновников часто тоже начиналось после разоблачений ОНФ, и это не добавляет популярности фронту в среде региональных властей. Многие темы, которые развивает ОНФ, становятся ключевыми в ходе избирательной кампании, и разоблачения ОНФ, как говорят некоторые политологи, могут начать играть не против абстрактной популярности губернаторов, а против конкретного электорального результата партии власти в тех или иных регионах. Однако сопредседатель Центрального штаба ОНФ и один из главных фронтменов движения Александр Бречалов считает, что власти не надо бояться разоблачений ОНФ, потому что в итоге все должны работать на одно дело – повышение качества жизни людей. О том, как ОНФ будет участвовать в предстоящей избирательной кампании, каким будет представительство фронта в Думе, чем "Болотная" была полезна для власти и почему лжеполитики уже не смогут добиться успеха, Бречалов рассказал в интервью ТАСС накануне открытия очередного Медиафорума ОНФ в Санкт-Петербурге.

- ОНФ – движение политическое. Приближаются выборы. Как вы видите свою роль в этой избирательной кампании, учитывая, что это первая федеральная кампания для движения после его создания в 2011 году?

- ОНФ не является активным участником избирательного процесса. Такой цели даже нет. У нас как были главные задачи – мониторинг указов президента, борьба с коррупцией и работа мониторингового центра проблем экологии и защиты леса – так и остаются.

Но в этом созыве Госдумы от ОНФ работает 86 депутатов, которые избрались от разных партий, и в новом составе мы ожидаем такой же результат с точки зрения представительства ОНФ, может, чуть больше. В связи с этим поддержка наших кандидатов является для нас новой задачей, скорее второстепенной по сравнению с основными.

За счет своего ресурса, влияния и на авторитете президента как лидера движения мы никого за руку приводить в Госдуму не будем. Никакой квоты для ОНФ никто не устанавливает

Хочу подчеркнуть, что ОНФ не обладает никакими специальными предвыборными ресурсами, не создается специальный штаб под выборы, ничего этого нет. У активистов, которые идут на выборы, будь то через праймериз от "Единой России" или через другие партии, были все возможности работать на своих территориях и зарабатывать авторитет в течение как минимум последних двух лет. Тем, кто этого не сделал, проснулся вчера и решил пойти на выборы, ни ОНФ, ни чудо здесь не помогут. За счет своего ресурса, влияния и на авторитете президента как лидера движения мы никого за руку приводить в Госдуму не будем. Никакой квоты для ОНФ никто не устанавливает. Для нас главное – поддержать лидеров общественного мнения, за которых проголосуют люди.

Мало того, хочу сказать, что мы поддерживаем не только членов региональных штабов или исполкомов. Мы поддерживаем обычных активистов. К примеру, в Томске у нас такой Михаил Паутов. Он не является членом регионального штаба ОНФ. Но при этом он – один из самых активных наших участников проекта "За честные закупки", снимает фильмы, делает канал в Сети "Говорит Каштак" о своем районе. Он подал документы на праймериз, и мы его будем поддерживать.

ОНФ исходит от конкретных дел и содержательной повестки кандидатов

Еще один пример – Яков Казацкий, яркий персонаж, гражданский активист и участник проекта "Перспектива" Общественной палаты. В Калуге в 2015 году он заинтересовался политикой и выиграл выборы в городскую думу. Он понял, что может идти дальше, имея за спиной ресурс конкретных дел. И сейчас он зарегистрировался в праймериз, и мы тоже его будем поддерживать. ОНФ исходит от конкретных дел и содержательной повестки кандидатов. У нас только от "Единой России" в праймериз заявилось более 1500 граждан, из них точно больше 100 человек – это представители ОНФ.

Праймериз партии "Единая Россия". Досье

Сколько всего активистов ОНФ будут участвовать в избирательной кампании?

- Точной цифры у нас пока нет, потому что не все с нами советуются на этом этапе.

Думаю, что в итоге около 150-200 активистов будут участвовать. После 10 апреля мы будем знать, сколько от ОНФ зарегистрировалось на праймериз "Единой России". Но наши активисты будут участвовать и от других партий.

Я знаю, что такие переговоры с некоторыми нашими членами ведет "Справедливая Россия", например с Даниэлем Башмаковым в Краснодарском крае.

- Как вы будете поддерживать ваших кандидатов, учитывая, что вы не собираетесь целенаправленно участвовать в выборной кампании?

- Ничего нового мы предложить не можем. Это прежде всего информационная поддержка. Какие-то активности наших кандидатов мы будем подсвечивать. Например, руководитель центра по мониторингу исполнения указов президента "Народная экспертиза" Николай Николаев, который ведет тему аварийного жилья и много работает в территориях, будет участвовать в выборах в Иркутской области. Руководитель Центра правовой поддержки журналистов ОНФ Наталья Костенко подала документы для участия в праймериз "Единой России" по Краснодарскому краю.

Праймериз – это не бутафорский процесс. Праймериз – это действительно предварительные выборы, это желание и необходимость понять, кто действительно имеет перспективы выиграть по округу, по списку

Второе. У Фронта много качественных мероприятий регионального и федерального уровня. Тем, кто идет на выборы и является лидером общественного мнения, мы будем давать возможность использовать эти площадки, быть модераторами круглых столов, сессий, дискуссионных площадок, выступать перед прессой и представителями властей. Конечно, всем 100-150 активистам мы не сможем операционно помочь. Но хочу подчеркнуть одну вещь. Мы будем бороться, если наших активистов будут пытаться убедить власти у себя в регионе, что, дескать, "у нас все уже понятно, уже есть согласованные кандидаты". Такие попытки повлиять на конкурентность выборов будут жестко пресекаться с нашей стороны. Это категорически недопустимо.

На псевдодепутатах уже не проедешь. Это очевидно

Есть четкая и понятная установка на то, что праймериз – это не бутафорский процесс. Праймериз – это действительно предварительные выборы, это желание и необходимость понять, кто действительно имеет перспективы выиграть по округу, по списку. И то, что "Единая Россия" это делает – им как партии надо поставить "пять с плюсом". Почему они это делают? Да потому, что в бюллетенях будет 14 партий. И помимо тех партий, к которым все привыкли, будут новые партии. И это будет конкурентное открытое поле. И мы уверены, что партия заинтересована в том, чтобы выдвинуть сильного кандидата. И если наш активист покажет лучший результат, мы будем настаивать на его включении. На псевдодепутатах уже не проедешь. Это очевидно. Это та поддержка, которую Фронт может и должен оказывать своим кандидатам.

Сами участвовать в выборах не будете?

- Нет, я еще не готов. (Смеется).

Тогда объясните позиционирование ОНФ в его отношении к партии власти, прежде всего в регионах. Многие региональные начальники в частных разговорах жалуются, что ОНФ по сути является оппозиционной по отношению к местным властям силой. Они говорят, что ОНФ иногда представляют люди, которые долгие годы от разных партий стояли в оппозиции к региональным властям. При этом местные региональные власти активно работают с "Единой Россией". Получается, что вы, агрессивно критикуя региональные власти, вступаете в противоречие с властью. Нет ли в этой конструкции противоречия?

- Как говорится, ничего личного. У нас изначально нет во главе нашей работы темы наказать губернаторов или глав городов. Например, поступает сигнал про ОАО "Особые экономические зоны". Где там губернатор? Это акционерное общество, юридическое лицо с участием государства. Мы начинаем работать и смотрим, где оно осуществляет свою работу, и спускаемся в итоге в регионы. И тут возникают вопросы к губернаторам.

Нет специальной задачи бить по губернаторам. Ведь главы регионов – это креатура президента. А мы – движение президента. У нас не может быть диссонанса. Мы изначально ориентированы на то, что губернатор также хочет процветания стране и региону, поддерживает президента и хочет, чтобы люди жили лучше. Но не всегда получается.

Нет специальной задачи бить по губернаторам. Ведь главы регионов – это креатура президента. А мы – движение президента. У нас не может быть диссонанса

Возьмем один пример. На экологической конференции прокурор из Бурятии выступил, рассказывал о нарушениях. Там в одном из населенных пунктов с населением 800 человек очистные сооружения рассчитали как на 50 тысяч человек. В итоге 52 миллиона рублей исчезли. И это только в одном населенном пункте. Откуда Бречалов может знать про этот населенный пункт? Это люди нам все направляют и рассказывают. Беда всех нерадивых глав городов и регионов в том, что раньше такой запрос умирал или просто отписка приходила. А сейчас с каждой жалобой мы носимся, как с ребенком, расследуем их и доводим дела до конца. У нас порядка 80% обращений отработано. ОНФ – это работающий механизм общественного контроля. Ко мне подходят чиновники из регионов, спрашивают: "Когда вы закончите?" Поймите, мы ничего с вами и не начинали. Но вы начните слушать людей своих на местах.

Еще один пример – Якутия. Два года назад, когда мы проводили Медиафорум ОНФ, активист Антон Жондоров был вынужден обратиться к президенту по поводу строительства онкоцентра. Это действительно проблема для Якутии. Я видел старый онкоцентр. Это бывшее общежитие, хоть и отремонтированное. Больных по лестницам на носилках таскают, потому что лифтов специальных нет. Оно не может проводить лечение и профилактику в соответствующем объеме. Вы думаете, что-то изменилось? Только вот сейчас разыграли конкурс на проектирование. Я буду задавать вопросы господину Борисову (главе Якутии - прим. ТАСС), как это может быть. Деньги на это есть, они в бюджете выделены. Поэтому какие к нам вопросы? Это к главам регионов вопросы.

Но эта критика не будет играть против "Единой России"? 

- Возможно, где-то и будет. Но у нас не везде "Единая Россия".

Если в каких-то регионах наши расследования будут влиять на рейтинг губернатора – это, извините, проблема региона

Один из самых слабых регионов с точки зрения выполнения указов президента – это Забайкальский край, где губернатором был представитель "Справедливой России". Кроме того, хотел бы отметить, что у нас много примеров, когда главы регионов сами активно с нами работают, благодарят ОНФ за привлечение внимания к конкретным проблемам. У нас со многими губернаторами рабочие конструктивные отношения. Но если в каких-то регионах наши расследования будут влиять на рейтинг губернатора – это, извините, проблема региона.

Вы никак свою активность в преддверии выборов приглушать не будете? По принципу – все лояльные власти работают на результат одной партии.

- Нет, конечно. Лидер движения – президент. У нас президентские выборы в 2018 году, и я бы очень хотел, чтобы Владимир Владимирович пошел на выборы – это мое личное мнение. Естественно, скрывать тут нечего: мы работаем в этой парадигме, потому что наша главная задача – оценка исполнения указов президента и оценка эффективности этой работы. Это первое. И второе – система давно поменялась. В мягком вагоне въехать в Госдуму уже не получится.

Система давно поменялась. В мягком вагоне въехать в Госдуму уже не получится

Сейчас затрону другую тему. В 2011 году началась так называемая "Болотная". Тогда западное финансирование наших НКО, по официальным данным, составляло 4 млрд рублей. С учетом всех остальных каналов могло быть около 10-12 млрд рублей. В 2015 году пришло уже более 80 млрд рублей заграничных денег для наших НКО. И если в 2011 году больше получали московские НКО, то сейчас – региональные. Я бы каждому главе региона рекомендовал бы это очень внимательно отслеживать.

К примеру, мы в списках зарегистрировавшихся участников праймериз "Единой России" нашли парня, который за последние три года объездил 24 страны, в том числе Швецию и Норвегию. Как вы понимаете, не как турист. Судя по тому контенту, который он агрессивно продвигает в соцсетях, он явный "белоленточник". Для чего он пошел в "Единую Россию"? Он хочет попасть в Думу? Нет, конечно. Его цель – провокации.

То есть это некий "троянский конь"?

- Конечно. И мы это уже видим в соцсетях. Он пишет: "Меня не допустили сюда, заблокировали здесь". То есть провоцирует скандалы вокруг кампании. И о такой проблеме многие губернаторы даже не думают. Достаточно большое финансирование идет на кампании, цель которых не мандат Госдумы, он им 100 лет как не брякнулся. Их цель – наделать шума либо после выборов, либо в их процессе. Есть регионы, где этой проблемой власти очень плотно занимаются. Могу назвать Татарстан и Башкортостан. А есть территории, где за этой ситуацией не следят.

ОНФ – близкий к идеалу проект общественного контроля

Поэтому ОНФ – ни для "Единой России", ни для какой другой партии, ни уж тем более для главы региона ни разу не оппозиция. Хоть так и считают многие. Наоборот, мы им в помощь. Лучше мы поднимем сложные вопросы, чем это будут делать непримиримые. Их цель – не людям помогать, им люди не нужны. Все эти фонды по борьбе с коррупцией, расследования и бутафорские организации отрабатывают свои контракты, и простой гражданин России им не нужен. Никто из них не будет садиться за стол переговоров с властью и обсуждать: как же нам это исправить.       

Губернатору будет проще, если сотрудничество с ОНФ он возьмет на флаг, потому что ОНФ – близкий к идеалу проект общественного контроля.

Александр Владимирович, при этом совсем недавно сам ОНФ обвинили в расточительности. Не напрямую, но назывались некоторые цифры. Предположения строились, сколько могут стоить проведение форумов, оплата работы исполкомов. Как вы это прокомментируете? И насколько те цифры близки к реальным расходам ОНФ?

- Цифры к реальности не близки. Но комментировать, сколько тратит ОНФ, я не буду. ОНФ не нарушает ни один из законов. Мы подаем всю финансовую отчетность в государственные органы контроля, как это и предписано законом. Мы общественное движение, и, соответственно, законодательство определяет, какая форма отчетности у нас должна быть. Финансирование у нас поступает от компаний, неравнодушных к нашей деятельности. Но по нашей с ними взаимной договоренности мы их не называем. Нормальная культура ведения общественной деятельности, как, например, в благотворительных фондах.

По нашим подсчетам, мы сэкономили порядка 20 млрд рублей на таких вещах, как автомобили, отказ чиновников от чартерных перелетов, предметов роскоши и дорогой мебели

А вот тем СМИ, которые позволили себе такие цифры написать, рекомендуем быть осторожнее. Потому что в отличие от ОНФ, который всем своим цифрам и данным всегда дает подтверждение, у них мы этого не увидели. Было бы более честно со стороны СМИ, которые это делают, посчитать, сколько в результате нашей работы сэкономлено средств. Не гипотетически, не виртуально, а реально.

Я могу сказать: за два года благодаря нам фактически сошла на нет покупка чиновниками и бюджетными организациями дорогостоящих автомобилей. По нашим подсчетам, мы сэкономили порядка 20 млрд рублей на таких вещах, как автомобили, отказ чиновников от чартерных перелетов, предметов роскоши и дорогой мебели.

Это за какой период?

- За два года работы проекта "За честные закупки". О каких расходах ОНФ мы после этого говорим? У нас большая часть людей приезжает на все наши мероприятия за свой счет. У ОНФ бюджет более чем скромный, средние по рынку зарплаты, за которые у нас сейчас работают сотрудники. Кстати, у сопредседателей зарплат нет, летаю и езжу по стране я за свой счет.

Может, тогда, чтобы все вопросы снять, эту отчетность опубличить? Хоть вы и не обязаны.

- Всю отчетность, которую мы обязаны показывать, мы сдаем в госорганы. Вскармливать чей-то возбужденный мозг на тему "Ах, сколько…" мы не хотим.

Вот посмотрите, 27 ноября прошлого года была встреча активистов проекта "За честные закупки" с президентом, берите весь список участников от ОНФ. Про них всех говорят, что они деньги получают. Это не так. Мы можем дать контакты, пусть сами спросят. Более того, люди приезжают за свой счет. Объясню почему. Для них ценна сама возможность оказаться на федеральной площадке, которую возглавляет президент. И уж тем более лично встретиться с президентом. Это, во-первых, честь, во-вторых – их личная капитализация. Многие стали известны и узнаваемы у себя в регионе, у них успешнее развиваются проекты.

Тогда к следующей теме, которую вы только что упомянули. Губернаторы и борьба с их самопиаром. Насколько она успешна? Так как в течение многих лет это был основной метод большинства региональных администраций.

- Мы добились понимания на примере нескольких вскрытых случаев, когда огромные средства шли на банальное освещение деятельности губернаторов, что это можно и нужно контролировать. При этом, когда губернатору есть о чем сказать прессе о своей работе, об этом надо рассказывать, никто не против. Он же – власть в регионе. Но когда из пальца высасывают, любую новость упаковывают под губернатора – с этим уже надо бороться. Категорически неправильно, когда из года в год государственную поддержку получают одни и те же журналисты, лояльные администрации. А те, которые власть критикуют, остаются за бортом финансирования. 

Категорически неправильно, когда из года в год государственную поддержку получают одни и те же журналисты, лояльные администрации. А те, которые власть критикуют, остаются за бортом финансирования

Поэтому первое – общественный контроль, второе – нужны открытые конкурсы по распределению бюджета поддержки между СМИ. Кое-где они уже проводятся. Главы регионов понимают: ОНФ это держит на контроле и периодически докладывает президенту. Уверен, поговорим об этой проблеме и на предстоящем с 4 по 7 апреля Медиафоруме в Петербурге.

В любом случае закачивание денег в прессу сейчас уже не поможет власти сохранить позитивный образ. Условия изменились. Вот недавний пример: трасса Оренбург – Орск, там, где люди стали замерзать, застряв в заносах. Вы можете об этом молчать. Но через интернет об этом все равно узнают. И настрой у аудитории уже будет негативный. Я же помню, какие тогда были комментарии: "Ни одна губернаторская газета не написала, сам губернатор не выехал, депутаты не приехали".

Поменялось все в 2011 году на самом деле. И по старым калькам не получится уже удержать общественно-политическую конструкцию.

- То есть вы имеете в виду, что в 2011 году та же самая "Болотная", она изменила политическую конструкцию?

- Безусловно. И в некотором смысле это хорошо, что она была. Потому что в моем понимании, для меня лично это была точка. Конец той конструкции, которая не имела отношения к реальной жизни. Псевдообщественники, псевдодепутаты. Сейчас идет процесс перемен. Инициатор этих перемен – первый замглавы Администрации президента Вячеслав Викторович Володин. И президент поддерживает эти перемены.

Сейчас идет процесс перемен. Инициатор этих перемен – первый замглавы Администрации президента Вячеслав Викторович Володин

Например, возвращение к одномандатным округам, это же риск. Но нужно делать выборы более конкурентными и легитимными. Еще одно изменение: перезагрузка Центральной избирательной комиссии. Новый председатель Элла Памфилова очень неудобный человек для всех. Я ее знаю как жесткого и принципиального политика, при всем ее обаянии и улыбке. Третий элемент обновления – ОНФ и Общественная палата уже добились того, что общественный контроль стал реально действующим механизмом. Особенно это заслуга Общероссийского народного фронта. Очень многие люди сейчас вовлечены в контроль за расходованием бюджета, за исполнением указов президента.

Главам регионов и партиям нужно понимать, что по старой схеме выборы уже не проведешь. У нас 14 партий, которые могут участвовать в выборах без сбора подписей. У многих есть сильные кандидаты. И если еще можно представить, что местная власть сможет как-то договориться с представителями так называемой системной оппозиции, то с другими партиями так не выйдет. "Яблоко" или Парнас. Они категорические оппоненты, о чем говорить, если они даже не признают Крым российским? У них цель – дестабилизировать обстановку. Но эти партии тоже будут участвовать в выборах. И что с ними будут делать в регионах? Закатывать их? Нет. Это не вариант. Тогда "Болотная" может начаться в регионе. А это даже опаснее, чем то, что было в Москве.

Поэтому надо встраиваться в курс перемен. Знаете, никаких проблем не будет у главы региона, если он будет поддерживать лидера общественного мнения. Я не знаю, кто будет против Анны Кузнецовой в Пензенской области. Мать шестерых детей, руководитель благотворительного фонда поддержки материнства и детства "Покров". Помогает всем, у нее такая там популярность. Просто не нужно ей мешать. И не будет проблем в регионе, в смысле в контексте с выборами. И в других регионах есть яркие кандидаты, просто поддержите.

- Вы упомянули, что объем финансирования НКО вырос многократно. То есть почти в 20 раз по сравнению с 2011 годом.

- Это только официальная часть. Мы здесь не берем "Яндекс-кошельки", просто чемоданы с деньгами.

Понятно. Цифры впечатляющие. Насколько, вы считаете, силен потенциал протестной активности в регионах?

- В каждом регионе по-разному. Есть регионы, где несмотря на проблемы в экономике сохраняется стабильность. Мало того, есть профицитные регионы, и не только благодаря нефти и газу, которые в последнее время перестают быть источником сверхдоходов. Есть и сложные регионы. Все зависит от главы. Есть такие, которые за многие годы своего руководства не в каждом муниципалитете побывали. О чем тогда говорить? Зато очень много депутатов Госдумы у нас, которые сидят себе спокойно в Москве и на местах их особо не видно. Так, в одном из дальневосточных регионов есть депутат, который за пять лет работы Госдумы был в своем регионе четыре раза. Живет себе в Москве.

У меня есть четкий посыл будущим депутатам, которые очень хотят в Думу. Общественная палата через проект "Перспектива", через своих гражданских активистов будет осуществлять общественный контроль за их новоиспеченной депутатской деятельностью

И в этой связи я хотел бы одну тему очень важную для меня поднять. У нас у всех, как у собаки Павлова, выработался рефлекс – выборы. И вот мы живем этими выборами. Выборы заканчиваются, и все, выдыхаем. Пять лет можно расслабляться. Но нет. Как так может быть, если человек побывал в своем регионе за пять лет работы несколько раз?

У меня есть четкий посыл будущим депутатам, которые очень хотят в Думу. Общественная палата через проект "Перспектива", через своих гражданских активистов будет осуществлять общественный контроль за их новоиспеченной депутатской деятельностью.

Если в регионе не видят своего депутата, месяц не могут встретиться, полгода, год, ничего от него нет, ответов нет, тогда надо писать на имя руководителя партии обращение и требовать отставки такого депутата. И делать это публично, а мы будем в этом помогать.

Для меня главный процесс начнется после 18 сентября. Наша задача сейчас – статус депутата Государственной думы вернуть к его смысловому значению – "слуга народа". Чтобы оно не воспринималось как ругательство, и это не была история для шуток и троллинга. Чтобы депутат не отрывался от людей, от земли, не забывал, кто и где его избрал. Представьте, как народный избранник может защищать интересы граждан – у него же огромные права по конституции и законодательству. На любой его запрос не имеет права не ответить ни одно министерство и ведомство. 

Наша задача сейчас – статус депутата Государственной думы вернуть к его смысловому значению – "слуга народа"

Ну а мы будем все пять лет осуществлять общественный контроль за работой каждого депутата. Для меня это будет важнее, чем то, что происходит сейчас, и то, как пройдут выборы. Я не питаю иллюзий, что многие гражданские активисты победят на выборах в 2016 году. У них еще нет такого ресурса, чтобы противостоять местным элитам, крупному бизнесу и представителям власти. Но у них затем появится отличный шанс следить за их работой и готовиться к избирательному циклу в 2021 году.

Можно ли сказать, что общественный контроль за работой новых депутатов станет новой целью ОНФ?

- Не ОНФ, это будет целью лично моей. И я буду поддерживать тех активистов, которые будут заниматься такой же деятельностью у себя в регионах. Например, в Краснодарском крае журналист Алексей Костылев из издания "Ясно" сделал проект "Медиапраймериз" и оценивает деятельность депутатов своего региона по их активности в СМИ. Ведь что интересно, пока никто толком не анализировал, как работал депутат по результатам всех лет, проведенных в Думе. Мне кажется, что законотворчество, разработка или лоббирование законопроектов – это еще не самое важное, это не главный показатель эффективности депутата. Главный KPI в его работе – количество решенных вопросов, то, сколько проблем удалось устранить в территории, скольким людям и своим избирателям ты реально помог.

Вот конкретный пример. Пензенская область – женщина, мать четверых детей, инвалид. Потеряла мужа несколько лет назад. Ее выселяют из общежития по суду. Она обращается к депутатам и "Единой России", и других партий из Госдумы. Помочь, говорят, не можем. Обратилась к Анне Кузнецовой, в региональный исполком ОНФ. Анна организовала сбор средств, я тоже участвовал в этом. Сняли ей квартиру. За это время обратились к губернатору, по закону ей предоставили двухкомнатную квартиру. Ура. Справедливость восторжествовала. И тут же набежали депутаты: это мы держали на контроле, мы помогли. Все на камеры заявления для прессы делают, селфи. Но мы-то понимаем, что, когда она к тебе приходила, ты ей отказал. Зачем врать тогда?

Депутаты должны быть лоббистами народа

Поэтому показатель эффективности депутата – пропорция входящих обращений граждан и объем реальной помощи. Иначе зачем он вообще нужен? Депутат – это интерфейс общения народа с властью. Избираем-то мы депутата. Зачем? Чтобы он там лоббировал табачников, водочников или еще кого? Нет. Депутаты должны быть лоббистами народа. И депутат должен представлять людей своего округа, которые отдали за него голоса, на них работать. А они – люди – потом должны оценить работу депутата. У нас после 18 сентября заработает несколько проектов, которые помогут выставить оценку народным избранникам. Посмотрите, будет очень интересно.

Беседовали Максим Филимонов и Георгий Каптелин.

Поделиться