Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Интервью

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Бернар Биго: надеюсь на увеличение числа российских специалистов на проекте ИТЭР

13 октября 2016, 13:00 UTC+3
Поделиться
Бернар Биго

Бернар Биго

Управляемый термоядерный синтез для получения неисчерпаемого источника экологически чистой энергии — это цель Международного экспериментального термоядерного реактора (International Thermonuclear Experimental Reactor, или ИТЭР), в создании которого участвуют Евросоюз, Индия, Китай, Корея, Россия, США и Япония. С 2007 года рядом с исследовательским центром Карадаш в Провансе (Франция) началась беспрецедентная по масштабам стройка: на площади 42 га должен появиться реактор высотой 30 м и массой 23 тыс. т, а примерная стоимость проекта превышает €15 млрд. Однако в активную фазу проект вступил со сменой руководства: в июне 2015 года пост генерального директора вместо японца Осаму Мотоджима занял француз Бернар Биго, прежде возглавлявший Французскую комиссию по альтернативной и атомной энергетике (CEA). Новый руководитель ИТЭР рассказал в интервью ТАСС о предстоящем заседании Совета ИТЭР, российских специалистах на проекте и отношениях с нашей страной.

В этом году график работ ИТЭР претерпел существенные изменения: сроки получения первых результатов были отложены на 5 лет, на декабрь 2025 года. А в этом ноябре состоится заседание руководящего органа проекта — Совета ИТЭР. Что вы ожидаете от него?

— Это очень важная для ИТЭР веха. Когда я пришел на должность, я принял решение пересмотреть план-график работ, или то, что мы называем базовый план. В него входит график работ, траты, риски. Мы проделали большую работу по оценке всего этого. И в прошлом июне мы пришли к соглашению по новому графику. На заседании Совета в ноябре будет рассмотрен обновленный бюджет. Мы ожидаем, что все семь стран-участниц возьмут на себя обязательства, чтобы выполнить новый график работ в срок. С моей точки зрения, это поворотный момент в проекте. Теперь все члены ИТЭР должны обеспечивать реализацию реального графика работ до конца проекта, и до конца проекта будет посчитана его стоимость.

Может ли стоимость вырасти?

— Я не ожидаю значительного повышения стоимости. Согласно моим обязательствам, нам необходимо оставаться в рамках бюджета, который я представил странам — участницам ИТЭР.

Господин Биго, вы занимаете должность генерального директора с середины 2015 года. Что самое важное из того, что вам удалось достичь?

— Я уверен, что главные улучшения, которых нам удалось добиться, — это, во-первых, то, что процесс принятия решения теперь открытый, а во-вторых, национальные агентства ИТЭР стали работать интегрировано друг с другом. Раньше они работали "вовнутрь", не очень интересуясь тем, как развивается проект в целом. А теперь все сотрудники национальных агентств ИТЭР чувствуют гордость и причастность к работе над всей системой, а не только над своей частью.

Как вам удалось добиться изменения работы национальных агентств?

— Когда я пришел на должность, то поставил ряд условий. Я сказал, что мы не используем свой потенциал полностью. Нам надо было, чтобы люди работали интегрировано. Важно, чтобы национальные агентства чувствовали гордость за глобальный проект и свою причастность к нему. Мы решаем все вместе, мы обсуждаем вместе, национальные агентства получили возможность выдвигать предложения на обсуждения, и в их силах переломить ход обсуждений. Таким образом мы меняем отношения между центральным аппаратом ИТЭР и национальными агентствами.

Как вы оцениваете вклад России в проект ИТЭР?

— Как вы знаете, Россия — это отец или мать технологии токамак. У нее очень большой опыт в этом. По моим меркам, Россия многое сделала, например, разработала значительную долю сверхпроводника. Есть много и других компонентов, которые изготавливаются для ИТЭР в России. Для меня Россия — это по-настоящему ключевой партнер для развития проекта.

У каждой из семи стран-участниц есть квоты на количество специалистов, которые могут работать на проекте, пропорционально объему финансирования. ЕС обеспечивает более 45% консолидированного бюджета проекта, поэтому почти половина работающих в ИТЭР специалистов — граждане Евросоюза. Объем финансирования от России составляет 9%, таким образом, до 9% работающих в ИТЭР специалистов могут быть русскими. Однако на сегодняшний день число российских ученых на проекте достигает лишь 5%. С чем это может быть связано?

— Хороший вопрос. Я хочу и прикладываю все усилия, чтобы привлечь как можно больше русских специалистов, русских инженеров, потому что у них большой опыт и знания, и с ними очень хорошо работать. Но, может быть, они не осведомлены о возможности работать в ИТЭР либо до сих пор не имели четкого графика и не знали, когда лучше всего присоединиться к проекту. Но сейчас у нас есть такой график. Национальные агентства ИТЭР в каждой стране должны анонсировать наши вакансии. В следующем году мы откроем 65 новых мест и, возможно, объявим новый набор на 20–25 уже существующих вакансий.

Я ожидаю, что мы удвоим количество ученых и инженеров, приезжающих из России, но нам нужно афишировать эти вакансии. В этом вопросе мы полагаемся на саму Россию, надеемся, что она сама будет рекламировать ИТЭР и привлечет инженеров.

Если сейчас у нас 5% русских специалистов на проекте, это значит, что в ИТЭР работает меньше 30 российских инженеров и других специалистов. Удвоение — это еще 30. Если каждый год следующие 5 лет я буду набирать еще по 100 человек, я ожидаю, что как минимум 20% из них будут русскими. Очень скоро их число вырастет.

То есть вы ожидаете удвоения числа российских специалистов на проекте через 5 лет?

— Нет, мои ожидания — 3 года. Будем стараться ускорить процесс.

Я верю, что по всему миру есть хорошие специалисты: в России, Китае и так далее. Главное — проинформировать их, что можно принять участие в очень красивом проекте и они получат очень хорошие рабочие условия. Россия — большая страна. Я не верю, что в России нельзя найти 20 инженеров, которые не могут соответствовать нашим требованиям по криогенике, механике, электротехнике. Они существуют. Проблема в том, чтобы проинформировать их и убедить их, что это стоит того, чтоб подать заявление на работу.

Чего, по вашему мнению, сейчас не хватает проекту?

— Может быть, самое важное, чего сейчас не хватает проекту, — это культурное объединение. В первую очередь научить каждого уважительно относиться к разнообразию и сделать так, чтобы каждый работник ИТЭР участвовал в решении этой проблемы. Изменения в культуре требуют времени, изменения в отношении тоже требуют времени. Но сейчас я вижу, что мы движемся в правильном направлении.

Беседовала Алиса Веселкова

О проекте

ИТЭР — это научно-исследовательский проект, призванный экспериментально подтвердить целесообразность использования термоядерной энергии для мирных целей и исследовать физику плазмы. Поэтому, по словам организаторов, ни на каком этапе проекта реактор не планируется использовать для генерации мощностей.

Из чего получают плазму

Работа реактора ИТЭР основывается на термоядерной реакции слияния изотопов водорода дейтерия и трития с образованием гелия, высокоэнергетического нейтрона и выделением энергии. Для этого дейтерий-тритиевая смесь должна быть нагрета до температуры более 100 млн градусов Цельсия. При этих условиях смесь превращается в плазму положительно заряженных ядер водорода и электронов. Температура в ней может подниматься до 150 млн градусов Цельсия, то есть в 10 раз выше температуры ядра Солнца, и начинаются термоядерные реакции с образованием гелия и нейтрона. Ожидается, что реактор ИТЭР будет генерировать в 10 раз больше энергии, чем потребовалось, чтобы его запустить. При 50 МВт вложенной энергии генерируемая энергия будет составлять 500 МВт.

При этом запасы топлива для реактора ИТЭР — дейтерия и трития — довольно богаты. Дейтерий ученые получают из морской воды, а тритий синтезируют из изотопов лития, который содержится в земной коре.

Пересмотренный график

Первоначально планировалось, что реактор войдет в строй в 2020 году, а первые реакции по ядерному синтезу будут осуществлены на нем не ранее 2027 года. В 2037 году планировалось закончить экспериментальную часть проекта и к 2040-му перейти на производство электроэнергии. Однако 17 июня 2016 года стало известно, что дата получения первой плазмы на реакторе перенесена с 2020 на 2025 год. По предварительным прогнозам специалистов, промышленный вариант реактора будет готов не ранее 2060 года, а серия реакторов данного типа может быть создана лишь к концу XXI века. В ноябре 2016 года состоится заседание Совета ИТЭР, который должен принять обновленный бюджет проекта. Первоначально он составлял около €15 млрд.

 

Поделиться