Закрыть фоторежим
Закрыть фоторежим
Ваш регион:
^
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Интервью

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Вольфганг Ишингер: говорить о будущей политике Трампа пока рано

19 января, 13:00 UTC+3 США
Поделиться
Вольфганг Ишингер

Вольфганг Ишингер

© EPA/Tobias Hase

Вольфганг Ишингер — известный в Германии дипломат и эксперт по международным отношениям. За свою карьеру работал в канцелярии Генсека ООН, был послом ФРГ в США и Великобритании. С 2009 года возглавляет престижный международный форум — Мюнхенскую конференцию по вопросам политики безопасности.

В интервью ТАСС Ишингер рассказал, с каким багажом мировое сообщество вступило в 2017 год, чего ждать от Дональда Трампа на посту хозяина Белого дома, чем грозит Европе правый популизм и терроризм.

— Что было упущено политиками в 2016 году и что нужно теперь наверстать? Каков расклад на начало 2017 года?

Серьезные кризисы остаются нерешенными, они, скорее, обострились еще сильнее

— Наверстывать нужно очень многое. 2016 год будет записан в историю международной политики и миротворческих усилий как особенно плохой год. Серьезные кризисы остаются нерешенными, они, скорее, обострились еще сильнее. Взгляните на Сирию или международный терроризм, на то решение британцев по выходу из Европейского союза. Хрупкой, а значит, опасной является ситуация с отношениями Запада и России, а также с европейской архитектурой безопасности в целом. На нынешний расклад накладывает отпечаток серьезная неуверенность: нет в мире такой страны, где бы ни задавались вопросом, какую же политику изберет президент Трамп и что это будет означать для международных отношений.

— Есть ли возможности для решения конфликтов на Украине и в Сирии в обозримом будущем?

— Возможности есть всегда, однако необходимо желание всех сторон. Асад подчеркивал, что он намерен вернуть каждый сантиметр территории. Россия должна повлиять на него, чтобы он пошел на компромиссы, иначе мира не будет. Бесчеловечные действия сирийского правительства при поддержке России и Ирана сильно осложнят установление долгосрочного мира.

— Чего следует ожидать от Дональда Трампа после того, как он вступит в должность? Будет ли его политика отличаться от того, что он говорил во время президентской гонки?

— Можно только надеяться, что будет. Однако мы еще не знаем, в какой степени и по каким вопросам. Ясно то, что на мир он смотрит как на игру с нулевой суммой, то есть когда один побеждает, а другой проигрывает, а на внешнюю политику — как на череду сделок. Долгосрочные вопросы и доверительные отношения на этом фоне отходят на задний план.

— Как США будут выстраивать отношения с Россией, НАТО и Европой?

— Спекулировать на эту тему преждевременно. Но предложенный Трампом на должность главы Пентагона Джеймс Мэттис, к примеру, недавно дал понять, что считает НАТО очень важным и эффективным альянсом. Сам Трамп по этому поводу выражался куда более скептически. Кроме того, я пока не вижу, как могла бы выглядеть американо-российская сделка. Трамп вряд ли признает присоединение Крыма или же уберет в архив папку по противоракетной обороне. Европейцы будут настаивать на том, чтобы договоренности между Россией и США не пошли в ущерб третьей стороне. Но, по моему мнению, было бы желательно, чтобы оба президента встретились и внесли бы вклад в разрядку. Однако важнее всего, чтобы появилось больше доверия между военными. Нам нужно больше прямых контактов. Также важен контроль над вооружениями. Множество открытых вопросов, решение которых требует срочности, касается стратегической области, а также обычных вооружений.

— Понятен ли скепсис, с которым Европа смотрит на возможное сближение Москвы и Вашингтона?

— Некоторую обеспокоенность я действительно понять могу. Мы, европейцы, разумеется, не имеем ничего против улучшения отношений между США и Россией. Однако мы опасаемся, что такие улучшившиеся отношения могут быть выстроены за спинами или за счет европейцев. Не должно быть так называемого рапалльского эффекта. Именно представители центрально- и восточноевропейских стран ввиду своей истории имеют опасения, которые я могу хорошо понять. Они слишком часто становились жертвами диктата со стороны более сильных соседей.

— В немецких СМИ появлялась информация, что Трамп может посетить Германию в феврале. В качестве повода называлась Мюнхенская конференция. Отправляли ли вы ему приглашение?

 Я пригласил господина Трампа сразу же после его победы в ноябре, но не рассчитываю, что он приедет. Однако я исхожу из того, что в Мюнхене будут представители его новой команды по вопросам внешней политики и безопасности. Для новой администрации конференция стала бы отличной возможностью покончить с неопределенностью, которая возникла из-за высказываний Трампа в последние недели и месяцы.

— В 2017 году в Европе пройдут выборы в Германии, Франции, Нидерландах. Какое влияние они окажут на международную повестку?

— В случае с выборами во Франции и Нидерландах речь идет о многом. Силы правого спектра очень критичны по отношению к Евросоюзу. Если они победят на выборах, то это станет угрозой для ЕС. Однако я не считаю, что будет некий сдвиг вправо. Напротив, в 2017 году, возможно, начнется ответное движение. Ведь многие европейцы точно знают, что им может предложить сообщество. Из событий прошлого года мы можем черпать мотивацию для того, чтобы вместе сделать Европу более сильной и дееспособной.

— Темой номер один в ЕС остается борьба с терроризмом. Какие меры должны принять политики, чтобы повысить безопасность?

— Сила Европейского союза как чего-то целого измеряется по самому слабому государству. Именно поэтому ЕС должен развиваться в направлении сообщества безопасности. Это является главным приоритетом. При этом нам следовало бы, к примеру, задуматься о чем-то вроде европейского Федерального бюро расследований.

Беседовал А. Долгунов, Берлин

Поделиться
Загрузка...