Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Интервью

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Владимир Урин: я работаю с ощущением бессрочного контракта

17 марта 2017, 10:00 UTC+3 Урин, Владимир Георгиевич
Поделиться
© Михаил Метцель/ТАСС

Генеральный директор Государственного академического Большого театра России (ГАБТ) заслуженный деятель искусств РФ Владимир Урин отмечает в воскресенье, 19 марта, 70-летний юбилей. В интервью ТАСС он рассказал о своем послевоенном детстве и о том, как стал самым молодым директором театра в СССР, о заповедях своей профессии и роли СМИ в театральных скандалах, а также о том, почему сам работает с ощущением бессрочного контракта.

Владимир Георгиевич, вы помните свое детство?

— Конечно. Я родился в Кирове, рос в семье, где была одна мама и четверо детей — две сестры, брат и я, самый маленький. Мама работала с утра до ночи, чтобы нас содержать. Время было трудное, послевоенное.

Я занимался в драмкружке, там меня и увидели, и стали приглашать для участия в разных телепередачах. Я прославился невероятно. Меня узнавали на улицах и говорили: вон, этот парень идет, из телевизора

Денег едва хватало на еду. Поэтому, когда я чуть подрос, стал помогать маме. Она служила в бюро технической инвентаризации. Так вот, я вместе с ней ходил по домам, меряя их рулеткой. Подрабатывал, чтобы какие-то деньги были еще и на одежду.

Грустно...

— Да, не очень весело. Но при этом я помню безграничное чувство свободы, которое я тогда испытывал. А еще я обожал театр. Сначала это был Театр кукол, директор которого жил с нами в одном доме, и я, пользуясь знакомством, ходил на все спектакли без билетов. Потом в моей жизни появился ТЮЗ, а еще телевидение.

В Кирове оно было свое, местное. Я занимался в драмкружке, там меня и увидели, и стали приглашать для участия в разных телепередачах. Я прославился невероятно. Меня узнавали на улицах и говорили: вон, этот парень идет, из телевизора.  

Можно считать это началом вашей карьеры?

— Наверное, в какой-то степени. (Улыбается.) Вообще-то, я с детства был убежден, что стану артистом. И даже поехал поступать в Горьковское театральное училище, и поступил. А тут у нас в Кирове открыли актерское отделение, и я перевелся, но проучился всего два года, потому что повзрослел и понял, что артистом я буду очень средним. Хотя меня хвалили преподаватели и ставили сплошные пятерки за мастерство.

Но я видел реакцию своих однокурсников, которые были не в восторге от моей игры. И я уехал в Ленинград поступать на режиссерский факультет, потому что решил стать режиссером. Потом, уже отслужив в армии, вернулся в Киров и попросился на постановку в ТЮЗ, которым руководил тогда Алексей Бородин (ныне худрук Российского молодежного театра. Прим. ТАСС).

Алексей Владимирович режиссером меня не взял, а предложил мне должность заведующего труппой. А через некоторое время меня назначили директором театра. Причем когда меня утверждали на коллегии Министерства культуры, то отметили, что я на тот момент был самым молодым директором театра в СССР. Было мне в ту пору 26 с половиной лет.

Теперь, наверное, вас с полным правом можно назвать самым заслуженным директором театра в России? После кировского ТЮЗа вы 18 лет руководили Московским музыкальным театром имени Станиславского и Немировича-Данченко и вот уже почти четыре года возглавляете главный театр страны — Большой.

— Важным периодом в своей жизни я также считаю работу в ВТО, которое впоследствии было преобразовано в Союз театральных деятелей (СТД).

Директор театра должен уметь сказать слово "нет". А ведь подчас от этого зависит судьба того или иного сотрудника

Это случилось на съезде в 1986 году, когда председателем нашего творческого союза был избран Михаил Ульянов, который предложил мне стать его заместителем. Вместе мы проработали десять лет, и это был один из главных "университетов" моей жизни.

Можно сказать, что сама судьба выстроила ваш путь наверх...

— Наверное. Потому что я никогда никого не подсиживал и ни на чье место не стремился. Один единственный раз я попросился на работу — к Бородину в кировский ТЮЗ. Там я освоил профессию директора театра, которой занимаюсь по сей день.

Если вы такой востребованный директор театра, получается, вы знаете какие-то особые секреты руководства творческим коллективом?

— Никаких особых секретов, конечно, нет. Просто есть правила, которым неукоснительно должен следовать директор театра. Эта профессия часто связана с непопулярными, жесткими решениями. Директор театра должен уметь сказать слово "нет". А ведь подчас от этого зависит судьба того или иного сотрудника.

Я готов покинуть свой пост в любое время, если таковое решение будет принято. Но, с другой стороны, не могу не признаться, что жил и живу в ощущении бессрочного контракта

Критерий здесь только один — дело. Конечно, ошибки бывают, от них никто не застрахован. Но эти ошибки надо уметь признавать, чтобы в дальнейшем их было меньше. Нельзя публично высказываться о своих коллегах, это неэтично. И потом, если спектакль не получился, то в этом прежде всего виноват директор: значит, не тот материал был выбран, не та постановочная группа была приглашена. Впрочем, все эти заповеди прописаны в книгах Станиславского, их только надо знать и применять на практике.

Все это так. Но при самом, казалось бы, благоприятном раскладе театр все-таки не живет без скандалов. И Большой не исключение.

— В театре работает много талантливых, одаренных людей, которые хотят, чтобы их карьера состоялась. Обязательно. Но всегда есть и недовольные. Вопрос в том, сколько этих недовольных. Если на три тысячи работающих 100 недовольных, это один вопрос. А если полторы или две тысячи, это значит что-то не в порядке в этом "государстве".

Считаю, что многие конфликты, связанные с Большим театром, были раздуты средствами массовой информации. Понимаю, что ни к какому другому театру в стране не приковано столь пристальное внимание СМИ, как к Большому.

Здесь интересует абсолютно все. Почему артист не станцевал эту партию? Или почему та или иная артистка ушла из Большого театра по собственному желанию? Нет, тут что-то не то, недоумевают журналисты и затевают широкое обсуждение, порой абсолютно некомпетентное.

Убежден, что пресечь подобные домыслы может только максимальная открытость администрации театра для прессы. Отвечать нужно на любые вопросы, кроме откровенно глупых, и делать это максимально оперативно. Ведь сплетни, слухи и конфликты очень часто возникают там, где есть недосказанность, есть желание что-то скрыть. Мы честны в своих решениях, и нам нечего скрывать, об этом мы и говорим прессе. А дальнейшее развитие сюжета уже на совести СМИ.

Как сегодня живет Большой театр, с точки зрения его руководителя?

— Когда в 2013 году я вступил на эту должность, то от предыдущего гендиректора Анатолия Геннадьевича Иксанова получил театральное хозяйство в очень хорошем состоянии. И в финансовом, и в организационном, и во всех других смыслах, о чем я и доложил на первой после назначения встрече с президентом Владимиром Путиным.

К прежнему творческому коллективу, конечно, добавились новые люди, которые, на мой взгляд, усилили общую команду. И вроде все идет хорошо. Но пока я каждый день ловлю себя на мысли, что мы чуть-чуть догоняем, а не идем впереди. А хочется именно прорыва.

 Владимир Георгиевич, а как вы намерены отметить юбилей?

— Обычно я уезжаю на свой день рождения, скрываюсь. Но на сей раз у меня не получилось "сбежать": в Большом театре выпускаем балетную премьеру. Так что соберу близких друзей, родственников, с которыми прожил эту жизнь. 70 лет...

Впрочем, я думаю, главный подарок к юбилею вы уже получили: президент Владимир Путин поддержал предложение Министерства культуры о продлении контракта с вами на посту генерального директора Большого театра.

— Вообще-то, я готов покинуть свой пост в любое время, если таковое решение будет принято. Но, с другой стороны, не могу не признаться, что жил и живу в ощущении бессрочного контракта. У нас сформированы планы на три года вперед, что уже значительно превышает срок моего контракта.

Задуманы проекты с нью-йоркской Метрополитен-опера, Парижской оперой, миланским Ла Скала, определены многие постановочные группы. Если к руководству театром придет другой человек, то многое может поменяться. Так что поддержка президента важна не только для меня, а для большого количества людей, которым таким образом гарантирована стабильность в работе и воплощении творческих замыслов.

Владимир Георгиевич, а что вы сами могли бы пожелать себе к юбилею?

— По поводу юбилеев я люблю цитировать Михаила Александровича Ульянова, который советовал: если тебя будут поздравлять, постарайся поделить это на 50. Тогда ты — молодец. Если поделишь на 75, ты — талант. А если на 100, то гений.

Беседовала Ольга Свистунова

Поделиться