f v t

"Ну, Джордж, мы сделали этого ублюдка!"


Вернувшись в лагерь, Эдмунд Хиллари не нашел красивых слов, хотя мог бы. Он и Тенцинг Норгей только что спустились с вершины Эвереста, где прежде никто не бывал. Как одни пытались покорить высочайшую гору планеты, а другие пытались на нее взойти — в материале ТАСС

Эверест, расположенный между Непалом и Тибетом, открыли британские топографы в середине XIX века. Они старались наносить на карту местные названия, но долго не могли выведать у жителей Гималаев, как же они именуют гору. Со стороны Непала Эверест заслонен другими пиками — местные не обращали на него внимания. Тибетцы же не поднимались на вершину, так как верили, что там живут боги.

Лишь в 1909 году альпинист Чарльз Брюс услышал от одного шерпа слово "Чомолунгмо", но было даже непонятно, относится оно к одной горе или нескольким. Это слово переиначили на европейский манер — вышло "Джомолунгма". Так Эверест называют до сих пор. А Эверест — это фамилия бывшего главного геодезиста Индии, в XIX веке — британской колонии. Правда, он отказывался от такой чести, уверяя, что местным его фамилию не выговорить. Любопытно, что Джордж Эверест ни разу не видел гору, носящую его имя.

Не видел пик и индийский математик Радханат Сикдар, вычисливший его высоту. Расчеты Сикдара показали, что выше Эвереста только небо. Оттого подняться на него было особенным вызовом. Только долгое время к Эвересту было даже не подойти: ни Непал, ни Тибет не впускали иностранцев. Однако в начале XX века политическая обстановка в Тибете изменилась, и у британцев появилась возможность организовать первую экспедицию к горе. Драматичная гонка к вершине началась в 1921 году. К Эвересту устремились как хорошо подготовленные экспедиции, одобренные правительством Тибета, так и авантюристы-одиночки, которые добирались до вершины тайком.

Лагерь швейцарской экспедиции на Эверест, расположенный на высоте 5600 метров над уровнем моря. На заднем плане — вершина Пумори. Непал, 1952 год

Шли годы, но все попытки подняться со стороны Тибета проваливались. Новый подступ к Эвересту открылся после Второй мировой войны: Непал стал впускать чужаков, и монополия британцев рухнула. Первая экспедиция из непальской столицы Катманду отправилась в 1952 году и была швейцарской, но в тот раз Раймон Ламбер не дошел до вершины примерно 250 метров по вертикали. Зато швейцарцы разведали более двух третей маршрута и невольно помогли британцам, которые через год двинулись к Эвересту в девятый раз. 

"Это, мягко говоря, было неприятно"

Британцы буквально осадили гору. В экспедиции участвовали около 400 человек, включая носильщиков, которые несли более 4,5 тонны груза. Но на самую вершину готовились подняться всего четыре человека — остальные им помогали. 26 мая 1953 года на штурм отправились Чарльз Эванс и Томас Бурдиллон, но по пути у Эванса забарахлил кислородный аппарат, а погода стала портиться. Вконец вымотавшись, альпинисты добрались до Южного пика Эвереста. Бурдиллон рвался дальше, но Эванс понимал, чем это может кончиться, и сказал: "Том, если ты продолжишь, то никогда не увидишь свою Дженнифер". Это подействовало, и они вернулись в лагерь.

К Гималаям приближались океанические муссоны, а кислорода оставалось мало. У британцев была еще одна попытка, и последний шанс выпал новозеландцу Эдмунду Хиллари и шерпу Тенцингу Норгею. Они были опытнее Эванса и Бурдиллона, лучше акклиматизированы. В ночь перед штурмом Хиллари волновался.

Тенцинг Норгей и Эдмунд Хиллари показывают снаряжение, с которым они поднялись на Эверест, в британском посольстве в столице Непала Катманду. 26 июня 1953 года 

Тенцинг называл это ревом тысячи тигров. Час за часом ужасающий ветер дул в седловине между Эверестом и Лхоцзе (четвертая по высоте вершина мира — прим. ТАСС) на высоте 7900 метров, встречая лишь одно препятствие — нашу палатку. Ветер усиливался, и я боялся, что мы останемся без укрытия среди льда и скал. Заснуть не было никакой возможности. <…> Трепещущая стенка палатки постоянно била по ребрам, а стоило коснуться ткани головой, возникало ощущение, будто прижался к работающей дрели.

"Какой в этом смысл? — спрашивал я себя и добавлял: — Только полный дурак согласился бы на такое". Ночью мы спали с кислородом. Когда баллон подходил к концу, выход из полубессознательного состояния был чудовищным: я не мог дышать, а затвердевшая от мороза маска сковывала лицо. В эту бесконечную ночь я глядел на часы и задавался вопросом, уж не сломались ли они. Наконец часовая стрелка доползла до четырех. Я зажег спичку и посмотрел на термометр. Внутри палатки было минус 25


 — Эдмунд Хиллари


К рассвету ветер стих — Хиллари и Тенцинг отправились дальше.

"Мы по очереди прокладывали путь, однако это было занятие не из приятных: тонкая ледяная корка скрывала под собой глубокий мягкий снег. В какой-то момент послышался глухой треск, поверхность под ногами сдвинулась с места и скользнула вниз вместе со мной. К счастью, я сумел удержаться, а сошедшая "доска" улетела со склона. Это, мягко говоря, было неприятно. <…> Вскоре снежные условия на склоне улучшились, и мы добрались до Южной вершины. Выше нас еще никто никогда не был".

Немного отдохнув, двойка продолжила подъем и вскоре уперлась в отвесную скалу, которую с тревогой приметила еще снизу. По словам Хиллари, где-нибудь в Альпах подняться на нее не составило бы труда, но на высоте более 8 километров все было иначе. Этот участок, получивший название "ступень Хиллари", — один из ключевых на маршруте. Хиллари заметил трещину в стене и полез по ней, а Тенцинг страховал. Сам альпинист вспоминал, что, когда взобрался на скалу, впервые почувствовал: восхождение удастся.

Дальнейший подъем Хиллари описывал как упорную, выматывающую работу. Ей не было видно конца, как вдруг новозеландец очутился на вершине: "В следующий момент я ступил на пустой, довольно ровный участок и внезапно понял, что дальше подниматься некуда: вокруг во все стороны была пустота. Тенцинг быстро присоединился, и мы стали с восхищением осматриваться. Мы дошли до вершины мира! Было 11:30 29 мая 1953 года. Я протянул Тенцингу руку, но рукопожатия ему было мало, и он заключил меня в объятия. Тут я осознал, что для него это восхождение значит куда больше, нежели для меня".

Тенцинг запомнил тот момент действительно красочнее.

Тенцинг Норгей в Гималаях. 1953 год 

Первым делом мы сделали то, что делают все альпинисты, взойдя на вершину: пожали руки. Но разве можно было ограничиться этим на Эвересте! Я принялся размахивать руками, потом обхватил Хиллари, и мы стали колотить друг друга по спине, пока не задохнулись, несмотря на кислородные маски. Потом мы стали смотреть кругом. Сияло солнце, а небо — во всю жизнь я не видел неба синее! <…> Я глядел вниз и узнавал места, памятные по прошлым экспедициям. А еще дальше со всех сторон вокруг нас высились великие Гималаи. <…> Никогда еще я не видел такого зрелища и никогда больше не увижу: дикое, прекрасное и ужасное. Однако я не испытывал ужаса. Слишком сильно люблю я горы, люблю Эверест. В великий момент, которого я ждал всю жизнь, моя гора казалась мне не безжизненной каменной массой, покрытой льдом, а чем-то теплым, живым, дружественным


— Тенцинг Норгей

Фурор и интриги

В базовом лагере вестей с вершины ждал корреспондент "Таймс" Джеймс Моррис: газета заранее заключила договор на освещение событий. Моррис понял, что если быстро спустится в ближайшее селение, где имелось радио, и передаст новость, то успеет как раз к коронации Елизаветы II 2 июня. Текст был отправлен шифровкой, "Таймс" получила сообщение вечером 1 июня. В редакции решили не цепляться за эксклюзив и проинформировали другие СМИ. Поэтому в день коронации британские газеты вышли с заголовками в духе: "Все это великолепие и Эверест в придачу".

Когда экспедиция отправилась назад в Катманду, курьеры понесли тысячами поздравительные письма и телеграммы. Стало понятно, что восхождение произвело фурор. Поначалу радовались и члены экспедиции. Ее руководитель Джон Хант, перебирая очередную пачку корреспонденции, с ухмылкой протянул Хиллари конверт с надписью: "Сэру Эдмунду Хиллари, рыцарю Британской империи". Это был не розыгрыш: королева Елизавета II действительно даровала обоим титул.

Члены экспедиции на Эверест возвращаются в Британию. Слева направо: Джон Хант, Тенцинг Норгей, Эдмунд Хиллари. 3 июля 1953 года

Однако на подходе к Катманду начались странности. Экспедицию встретила толпа местных жителей. Они не обращали внимания на британцев, зато увлекли в сторону Тенцинга. После долгого разговора Тенцинг вернулся в смущении: его принудили подписать некий документ, который шерп даже не мог прочесть, поскольку был неграмотным. В этой бумаге говорилось, что он, Тенцинг Норгей, поднялся на вершину первым.

Страсти накалились до предела, членов экспедиции осадила пресса. Когда Ханта спросили, какой из Тенцинга альпинист, он честно ответил, что тот хорош, но не лучший из лучших. Журналистам этого было мало, и они стали донимать Хиллари. Контракт экспедиции с "Таймс" их не смущал. Хиллари предлагали большие деньги — £10 тысяч. Настолько велик был интерес к покорителям Эвереста и так сильно люди хотели узнать, кто же первым ступил на вершину.

В Катманду альпинистов встречали люди на грани помешательства. Толпы скандировали: "Да здравствует великий Тенцинг!" Британцы были поражены плакатами в руках людей. На них был изображен Тенцинг на вершине Эвереста с флагом Непала в одной руке и веревкой, на конце которой болтался беспомощный Хиллари, — в другой. Чтобы избежать недоразумений, Хиллари, Хант и Тенцинг договорились впредь отвечать, что на вершину двойка ступила "почти одновременно". Не имеет значения, кто был первым, поскольку успешное восхождение — результат работы всех участников экспедиции.

Эдмунд Хиллари, Джон Хант и Тенцинг Норгей показывают журналистам, как проходило восхождение на Эверест. Пресс-конференция в Королевском географическом обществе, 3 июля 1953 года 

В Индии, получившей независимость в 1947 году, тоже переживали, кто взобрался на Эверест первым. Родившегося в Непале Тенцинга индийцы считали своим, потому что он долго прожил в их стране. В Индии в аэропорту самолет с членами экспедиции встречала толпа — десятки тысяч человек. Когда шерп показался на трапе, люди рванулись вперед, едва не смяв ограждения, и Хиллари навсегда запомнил не страх — ужас в глазах Тенцинга, какого не видел даже в самые тяжелые минуты на горе.

Когда британцы предложили Тенцингу приехать в Англию, возник еще один вопрос: какая страна выдаст загранпаспорт. Премьер Индии Джавахарлал Неру быстро взял ситуацию в свои руки; властям Непала это не понравилось. Потом Тенцинг прятался за красивой фразой: "Я родился в чреве Непала и вырос на коленях Индии".

Больницы, школы, монастыри важнее Эвереста

Что бы ни говорили Хиллари и Тенцинг, их все равно сравнивали. Сравнения эти часто были не в пользу "неотесанного пчеловода из Новой Зеландии". После возвращения домой одного из членов экспедиции Джорджа Лоу спросили в прямом эфире Би-би-си о первых словах Хиллари после штурма. Лоу не стал ничего выдумывать и повторил слова про ублюдка. В считаные часы фраза облетела земной шар. Хиллари еще долго припоминали, как он обозвал Эверест, за это ему попеняла даже шокированная мать.

Сам новозеландец как-то вспоминал, что они с Тенцингом делали на вершине.

Тенцинг был не похож на Хиллари. Он родился неподалеку от Эвереста и мечтал на него взобраться. Шерп был рядом и со швейцарцем Ламбером, и с одним из тех авантюристов-одиночек. Но подняться на вершину ему удалось только с седьмой попытки. К тому времени Тенцинг работал с экспедициями в разных районах Гималаев в течение 20 лет. Он пожил и в Сиккиме, и в Кашмире, говорил на нескольких языках. После исторического восхождения он обрел бешеную популярность во всей Южной Азии, выбрался из нищеты и наконец-то построил собственный дом. Правда, слава лишила его покоя. Одни хотели с ним просто увидеться, другие пытались втянуть в политические интриги. В горных экспедициях Тенцинг больше не участвовал и до пенсии возглавлял созданный при поддержке правительства Индии Гималайский институт альпинизма.

Хиллари, напротив, много путешествовал. Он взошел еще на десять гималайских вершин, достиг Южного и Северного полюсов. Позже Хиллари работал новозеландским верховным комиссаром в Индии и Бангладеш, послом в Непале, руководил благотворительным фондом. Самым большим своим достижением этот "неотесанный пчеловод" считал не экспедиции ко всем трем полюсам Земли: "Мне довелось поучаствовать во многих интересных приключениях, однако куда более важными я считаю проекты, осуществленные с друзьями в Гималаях: строительство больниц, школ и реставрация буддистских монастырей. Это то, что я буду помнить всегда".

Эдмунд Хиллари и другие члены антарктической экспедиции стоят у перевернутого аэроплана. Примерно 1955 год 

Что до Эвереста, то следующими вехами в его истории стали первый бескислородный подъем на вершину в 1978-м и первое одиночное восхождение в 1980-м, причем тоже без кислорода. Оба этих достижения на счету итальянского альпиниста Райнхольда Месснера. За все время на высочайшей горе мира побывало более 8 тысяч человек. В последние годы туда постоянно отправляются коммерческие экспедиции, на подступах к вершине даже бывают очереди: на гору идет все больше людей без опыта, но с большим кошельком и амбициями. Оттого растет и количество жертв.

Эверест для всех приготовил одно и то же: разреженный воздух, собачий холод, дорогие, опасные для жизни подъем и спуск, как писал в статье "Штурм вершины и расточительность мужества" один журналист, узнавший о планах Месснера взойти на Эверест в одиночку. И все же люди хотят туда попасть. У каждого альпиниста свое объяснение, зачем он стремится на вершину, но лучшее принадлежит Джорджу Мэллори, который первым попытался взойти на пик. На вопрос "Зачем вы идете на Эверест?" Мэллори ответил просто: "Потому что он существует".

Над материалом работали

{{role.role}}: {{role.fio}}

В тексте использованы источники: Hillary E. View from the Summit. — New York: Simon & Shuster, 2000; Messner R. Everest. Expedition to the Ultimate. — New York: Random House, 1979; The Himalayan Database; Хант Дж. "Восхождение на Эверест". — М.: Издательство иностранной литературы, 1956; Месснер Р. "Хрустальный горизонт". — М.: Планета, 1990; Тенцинг Норгей. "Тигр снегов. После Эвереста». — М.: Наука, 1988; Ионгхезбенд Ф. "Борьба за Эверест". — М.; Л.: Государственное издательство, 1930.

В материале использованы фотографии: AP Photo, REUTERS/Desmond Boylan, SSPL/Getty Images, ullstein bild/ullstein bild via Getty Images, George W. Hales/Fox Photos/Getty Images, Express/Getty Images, Fred Ramage/Keystone/Getty Images, Mondadori Portfolio via Getty Images