14 сентября, 18:00Прямая речь
Глава "Ростелекома": мы хотим провести связь в каждый дом
© Артем Коротаев/ТАСС

Михаил Осеевский в рамках Восточного экономического форума дал интервью ТАСС, в котором рассказал о прокладке подводной волоконно-оптической линии на Курилы

Цифровая экономика — одна из самых обсуждаемых тем в правительстве и телеком-отрасли. Ее развитие невозможно без телекоммуникационной инфраструктуры, но в России до сих пор не производится оборудование, которое могло бы полностью заменить импортные аналоги. "Ростелеком" считает, что Россия уже идет по пути замещения импортного оборудования, однако этот путь долгий и требует помощи на государственном уровне. Компания будет поддерживать те стартапы, которые направлены на производство российского "железа", а инвестиции в производителей оборудования, которые "Ростелеком" уже сделал, — полностью оправдали себя. Об этом в интервью ТАСС в рамках Восточного экономического форума рассказал глава "Ростелекома" Михаил Осеевский.

— Как идет реализация тех программ, которые у вас есть на Дальнем Востоке? Что с подводной оптикой на Южные Курилы?

— Мы сейчас реализуем на Дальнем Востоке масштабные проекты по развитию базовой инфраструктуры. В прошлом году было закончено строительство подводной волоконно-оптической линии связи Камчатка-Сахалин-Магадан. Сейчас развиваем оптические сети на территории населенных пунктов. Это дало очень мощный толчок в развитии нашего бизнеса: абонентская база и выручка компании там растут двузначными темпами — выше 20% год к году. Дальний Восток у нас сейчас — лидер по росту среди всех макрорегионов.

Приоритетная задача следующего года — это строительство высокоскоростного канала передачи данных до Курильских островов. Уже завершены морские и наземные изыскания, сейчас проводится тендер, по результатам которого будет разработана проектно-сметная документация. У нас два участника — Huawei и Nokia в лице их дочерних компаний, посмотрим, кто предложит лучшие условия. Планируем в сентябре подписать контракт, после чего компания начнет изготовление подводного кабеля протяженностью 765 километров.

— Когда начнется непосредственно работа по прокладке кабеля?

— По нашим расчетам, судно-кабелеукладчик может выйти в море и начать работы в июне 2018 года. На прокладку кабеля потребуется несколько месяцев, если не вмешаются погодные условия: в шторм вести работы нельзя, поскольку кабель может просто порваться, а каждая дополнительная сварка ухудшает качественные параметры оптической линии. Если все пойдет по плану, то в конце 2018 года клиентам на Курильских островах уже будет доступен высокоскоростной интернет.

— Компании, которые участвуют в конкурсе, делают весь комплекс работ?

— Да. Они делают кабель, выполняют все подводные и наземные работы — под ключ.

— Сколько стоит этот проект?

— Проект включен в Федеральную целевую программу: 2,7 млрд рублей — это деньги федерального бюджета. 600 млн рублей вкладывает "Ростелеком", большую часть из которых мы потратили на проектирование. А за счет ФЦП финансируется само строительство.

— С точки зрения бизнеса это, в принципе, убыточный проект? То есть он больше рассчитан на перспективу?

— С точки зрения бизнеса он, конечно, никогда не окупится, потому что население на Курилах не очень большое, пользователей немного. Поэтому в проекте и участвует государство. Государство плюс "Ростелеком".

— Вы говорили о росте подключений и росте выручки. Какие это в основном подключения?

— В первую очередь подключаются семьи, жители. Поэтому мы большое внимание уделяем строительству оптических сетей доступа, чтобы дойти до домохозяйств. Подключаются органы государственной власти, подключается бизнес — мы фиксируем рост по всем сегментам клиентов. Качественную связь получают наши коллеги — операторы мобильной связи. В общем, наша инфраструктура в дальневосточных регионах является базовой для всех. Надеемся, что на Курилах будет развиваться экономическая деятельность и тех компаний, которые там уже присутствуют, и тех, которые могут появиться в дальнейшем благодаря, например, российско-японскому сотрудничеству.

— На какой период могут сохраниться двузначные темпы роста?

— Рынок ШПД (широкополосный доступ — прим. ТАСС) насыщается, и количество пользователей конечно. Но пока мы видим на 2018 год достаточно серьезные перспективы. Потом, наверное, темпы будут замедляться. Хотя мы надеемся, что будут и дальше появляться крупные проекты, проекты национального масштаба.

— Как идет подключение к интернету больниц?

— Буквально на прошлой неделе мы начали масштабное подключение медицинских учреждений, это была инициатива президента России. Всего за два года нам нужно подключить около 14 тысяч больниц и поликлиник, в этом году — почти 4 тысячи. На Дальнем Востоке — 181 учреждение здравоохранения. Для того чтобы можно было передавать тяжелый контент — цифровые результаты обследований, томограммы, УЗИ и так далее — нужен высокоскоростной интернет, его обеспечивает только подключение по оптике.

Основная идея проекта подключения больниц состоит в следующем: компьютеризированного оборудования закуплено за последние годы довольно много — и томографы, и рентгеновские установки, и УЗИ. Но, как правило, на местном уровне очень мало специалистов, умеющих работать с этим оборудованием. Нужна высокая квалификация и для анализа результатов обследования. Чтобы стать профессионалом, врачу нужно нарабатывать опыт, важно быть в коллективе, где идет обмен мнениями, знаниями.

Поэтому на уровне местных медицинских учреждений будут в основном проводиться обследования, а дальше эта информация будет передаваться в региональные архивы медицинских изображений. Сегодня есть три таких архива — в Республике Саха (Якутии), в Приморском крае и в Хабаровске. Эту систему и технологии создавала наша компания. Там хранится сейчас больше 200 тысяч изображений. Дальше специалисты областных или федеральных больниц, вузов, НИИ проводят диагностику, определяют характер заболевания, в общем, принимают сущностные решения. Они решают, нужно человека госпитализировать в один из этих городов или же он может лечиться по месту жительства. В итоге эффективность использования установленного оборудования, конечно, должна повыситься.

На сегодня в целом по стране только треть медицинских учреждений подключена к интернету по оптическим линиям связи, остальные — по "меди" (медный кабель — прим.ТАСС), по которой большие объемы информации не передашь. Поэтому нас ждет качественное изменение, повышение эффективности, в первую очередь — диагностики, да и всего лечебного процесса, что, надеюсь, отразится и на увеличении продолжительности жизни.

— Давайте поговорим о программе "Цифровая экономика". "Ростелеком" — один из основных игроков в реализации этой программы, как в этой связи вы видите сейчас взаимодействие в реализации этой программы между госкомпаниями — "Ростелекомом", Ростехом и Сбербанком — и частными игроками?

— Действительно, на базе государственных компаний будут созданы три из пяти центров компетенций. Но есть еще большой социум в виде рабочих групп, которые создаются вокруг каждого из центров компетенций и которые возглавляют представители как раз частных компаний. Вот нашим партнером по центру компетенций "Развитие инфраструктуры" является "Мегафон". Поэтому работа будет строиться так, чтобы было услышано мнение каждого.

— Когда будет объявлен глава АНО "Цифровая экономика"?

— Сразу после того, как организация будет зарегистрирована. Когда сдаются документы в Минюст, в них должна быть указана фамилия руководителя. В середине сентября эта информация станет публичной.

— Будет ли стратегия "Ростелекома" каким-то образом корректироваться в связи принятием программы развития цифровой экономики?

— Да, конечно, мы ее будем гармонизировать с программой. Хотя в целом какое-то глобальное изменение нашего тренда не планируется: мы изначально планировали наращивать мощности и базовой сети, и дата-центров, и развивать цифровые платформы.

— То есть программа совпадает с приоритетами "Ростелекома" сейчас?

— Конечно. Вообще для дальнейшего движения страны по треку цифровой экономики нужна очень мощная и разветвленная инфраструктура передачи, хранения и обработки огромных массивов данных. Это так же важно, как дороги, газопроводы или магистральные линии электропередачи. За это направление отвечает в стране "Ростелеком", никакой другой альтернативы просто не существует. И поэтому мы должны обеспечить граждан, бизнес, операторов, государство этой ключевой инфраструктурой. Мы закладываем это в нашу стратегию.

— Каким образом будет выглядеть ваша венчурная деятельность? И что с помощью венчурной деятельности вы пытаетесь достичь?

— Мы понимаем, что для того, чтобы двигаться вперед, нужны новеллы, нужно искать продукты и сервисы, которые могут изменить рынок и дать толчок развитию бизнеса. Осенью мы обнародуем наше видение венчурной деятельности, как мы будем взаимодействовать со стартапами, которые попадают в сферу наших интересов.

Мы хотели бы создать большую "воронку", куда попадали бы по самым разным каналам предложения и информация о деятельности таких компаний. У нас нет иллюзий, что на выходе из этой воронки мы получим какое-то огромное количество проектов. 5–10 компаний в год — это будет уже хороший результат. Но мы сразу ставим ограничения: будем рассматривать только компании, у которых уже есть продукт хоть в какой-то стадии готовности. Он может быть не полностью завершенным, но это должно быть что-то реальное. Пока мы в целом удовлетворены нашими венчурными инвестициями, видим, что они практически все попали в цель.

— А какие сферы деятельности вас интересуют в этом плане?

— Наша целевая установка остается неизменной — производство оборудования и ПО с целью импортозамещения. Мы нуждаемся сегодня в современных технологиях передачи, хранения и обработки информации. Будем смотреть на разработчиков цифровых платформ и приложений по приоритетным сегментам. Это будет помогать нам развивать проекты "умный и безопасный город", машинный интеллект, телемедицину, электронное образование и другие направления.

— А как бы вы оценили сейчас потенциал в нашей отрасли производства сетевого оборудования? Ведь вы сами говорили, что кабель на Курилы будут прокладывать либо Nokia, либо Huawei.

— Процесс все-таки идет. Волоконно-оптические кабели — они все российского производства, сами же волокна, которые находятся внутри — импортные. Уже появилось совместное предприятие "Роснано" и Газпромбанка, которое выпускает отечественное оптическое волокно. Эта продукция прошла у нас тестирование, она соответствует по своим качественным характеристикам нашим требованиям. Надеемся, что они смогут потеснить иностранных производителей. Базовое "железо" — коммутаторы, магистральные маршрутизаторы, серверы, системы хранения данных — это все, как правило, импортное. Это огромная проблема, но и огромная возможность. Сейчас мы видим, как целый ряд российских компаний идет по этому пути, среди них есть и те, в которые инвестировал "Ростелеком".

— Можете назвать компанию, которая успешно замещает импортное оборудование и в которую вы проинвестировали?

— Например, компания "Булат". Ее акционерами являются и "Ростелеком", и Ростех, есть и частные инвесторы. Выручка компании уже достигла нескольких миллиардов рублей, и есть амбициозная программа развития. Для сетевого оборудования одним из лидеров является российская компания Т8. Примеры есть, но их мало. Конечно, чтобы полноценно конкурировать с Huawei или с ZTE, надо пройти долгий путь, но мы стараемся их поддерживать.

Но решение надо искать на государственном уровне с учетом поддержки отечественного производителя и соблюдения норм ВТО, регламентации госзакупок, нацеленных на минимальную цену, и преференций. Конечно, важен вопрос качества и функционала, которые не должны уступать импортным аналогам.

— Насколько у вас стабильна финансовая ситуация и позволяет ли она инвестировать?

— Во втором квартале 2017 года компания показала сильные финансовые результаты, есть заметный рост выручки и прибыли. У нас высокая маржинальность по показателю OIBDA — больше 30%, планируем, что в 2017 году этот показатель вырастет в пределах 1% (по итогам 2016 года OIBDA составила 96,8 млрд рублей — прим. ТАСС). Это основной источник для финансирования инвестиционной программы. Долг "Ростелекома" стабилен, на уровне двух величин OIBDA, и мы не планируем его наращивать.

— По поводу Tele2. Было обсуждение возможности запуска оператора в новых регионах. Есть ли решение по этому поводу?

— Менеджмент Tele2 сейчас изучает различные варианты. Конечно, нам как акционерам хотелось бы, чтобы зона присутствия увеличилась, и нам как оператору MVNO ("Ростелеком" запустил MVNO-проект на сетях Tele2 в ноябре 2016 года — прим. ТАСС) тоже это важно. Но это всегда баланс возможностей и реальности. Финансовые показатели компании улучшаются, но у нее довольно напряженное соотношение долга к EBITDA, что ограничивает инвестиционную программу. Поэтому расширяться надо аккуратно — по средствам, говорить о конкретных новых регионах пока преждевременно.

— Вам интересны какие-то приобретения?

— Мы анализируем показатели региональных операторов ШПД и ТВ независимо от их размера. Отрасль будет консолидироваться, это очевидно, количество игроков будет сокращаться, потому что сегодня, как я уже неоднократно говорил, побеждает тот, кто предлагает лучший контент, лучшие продукты. У небольших компаний этот потенциал ограничен. Тем не менее многие из них — крепкие, уверенные, с хорошей клиентской базой, с хорошим сервисом.

— А производители контента попадают в зону вашего интереса?

— Нет. У нас есть сильные коммерческие партнерства с ВГТРК (создано совместное предприятие "Цифровое телевидение" — прим. ТАСС) и с Национальной медиа-группой. Они занимают лидирующие позиции в производстве телевизионного контента, и мы нацелены на развитие синергии с ними.

Беседовали Глеб Брянский и Елена Травкова