Все новости

"Это похоже на инстинкт". Blondie — о музыке, Игги Попе и творческой революции

Дебби Харри Bonnie Biess/Getty Images
Описание
Дебби Харри
© Bonnie Biess/Getty Images

​​​​​​Солистке легендарной панк-рок-группы Blondie Дебби Харри в этом году исполнилось 75 лет. Она выпустила большую автобиографию "Сердце из стекла" (в оригинале — Face It), где вспоминает события бурной молодости: как мечтала переехать в Нью-Йорк, как приходилось подрабатывать девушкой журнала Playboy, свое первое выступление и, конечно, все радости и сложности 70-х. Несмотря на то что Дебби обещает своим фанатам наконец развеять туман над многими мифами о Blondie и самой себе, после этой книги появляются все новые и новые вопросы… 

Мы попробовали распутать этот непростой клубок воспоминаний и позвонили Дебби в Нью-Йорк. В течение всего разговора она не переставала шутить, смеяться, делать комплименты. "Не будь глупышкой! Я восхищаюсь тем, что ты можешь говорить больше чем на одном языке. И я говорю — браво!" — подбодрила она меня после признания в некотором стеснении, а потом мы начали наш диалог: о ностальгии по ушедшей эпохе, достоверности рок-н-ролльных фильмов, Игги Попе, бросающемся бургерами, прошлом, будущем и хаосе, из которого рождается искусство. 

Данный контент предназначен для лиц старше 18 лет

— Дебби, спасибо за отличную книгу! Расскажите, когда у вас появилась идея написать биографию? Были ли у вас какие-то вдохновители?

—  Спасибо, когда я начала писать ее, я тоже наслаждалась процессом. Мне нравилось собирать все воспоминания, я тесно работала со своим другом Робом Ротом, арт-директором. Этот процесс собирания воспоминаний и объединения информации в одну большую книгу был очень сложным, но в то же время и веселым. Но на самом деле мне очень понравился весь процесс, и в том числе как я писала все это.      

Я думаю, что такая мысль — написать автобиографию — у меня была уже давно. Я думала об этом около пяти лет, понимаете? Долго вынашивала эту мысль.

— Мне хочется спросить: как все-таки в вашу жизнь пришла музыка? Как пришло осознание того, чем вы хотите заниматься? Может быть, кто-то в семье имел отношение к музыке?

— Никто в моей семье не занимался музыкой никогда, но я думаю, что мне просто понравилась такая идея. Она будто бы преследовала меня: когда я не занималась музыкой, я все время думала об этом. Это стало навязчивой идеей. И я стала выражать свое мнение с отсылкой на музыку, что, конечно, стало отражаться на том, как я общаюсь. Через какое-то время я поняла, что я не могу жить без этого. И я просто отдалась музыке. 

Это как бы то, что было во мне изначально, это связано с тем, что мне нравится выступать. Нравится творить, быть актрисой, выступать и преображаться на сцене. Это такой странный набор разных сценических умений: когда ты должен уметь и писать музыку, тексты, и танцевать, и петь. Вдохнуть в песню жизнь на сцене, рассказывать историю и творить музыку. На самом деле, я поняла, что это для меня потрясающая комбинация. Мне кажется, у меня не было никакого уникального таланта в чем-то одном, но вот совмещать все это у меня получалось хорошо. 

— Брали ли вы когда-нибудь какие-то уроки по вокалу, помогал ли вам кто-то? 

— Ну сначала я была сама по себе, и после того, как я проработала несколько лет, я поняла, что мне нужна помощь. Я обратилась к дико талантливой артистке Аманде Далас, она порекомендовала мне своего учителя по пению, и я начала заниматься. Я узнала так много нового и полезного для себя, что его урокам и наставлениям я следую и до сих пор. Это было восхитительно. 

Скорее всего, это было как инстинкт. Это что-то естественное, как ребенок, который перенимает то, что происходит вокруг вас. Впитываешь все, как губка, от других артистов, а потом воплощаешь это через себя. Такое естественное развитие

Но между тем вы понимаете, что не можете перенять все ото всех. Ваш характер, ваша личность просто не может себе позволить этого. И этот процесс происходит бессознательно, то есть ты как-то даже не улавливаешь, какие фишки от каких артистов перенимаешь. И эти вещи становятся неотъемлемой частью тебя.  

— Вы помните свое первое выступление в CBGB?

— Я не помню, какой это был год, но первое шоу я провела в составе женской группы The Stilettoes. Ну, это было небольшое выступление, это было, по-моему, где-то в 1970-е, задолго до того, как вы родились (смеется). 

Можно, конечно, идеализировать те времена, но на самом деле тогда было сложно. Сложно, но в то же время это было захватывающе. Я счастлива, что жила в Нью-Йорке в то самое время и в том самом месте. Конечно, мы не можем о таком не говорить, о том, что происходило с нами тогда, со многими из нас. И такое происходило во многих городах, потому что многие музыканты приезжали туда, чтобы показать себя и чтобы посмотреть на то, чем занимаются другие артисты. Вот так и появлялась тусовка. Это такое взаимослияние идей и сосредоточение энергии, и это непредсказуемо. 

— Может, отсюда и было ваше вдохновение? Из такого систематического хаоса?

— Ха-ха! Ну, так же все говорят, что именно из хаоса рождаются идеи, из хаоса рождается артистизм. Но, знаете, в моей голове все это выглядит достаточно организованно. А человеку, который не участвует в этом, а смотрит со стороны, это может показаться хаотичным. И именно это будоражит, это является частью той ценности, которую ты получаешь от непредсказуемости происходящего. 

И нам, как людям, нравилось это состояние непредсказуемости, нравилось, что каждый раз что-то меняется, что это не происходит день изо дня, типа: "Вау, что за сюрприз! Мне нравится это!" Понимаете?    

Дебби Харри и Крис Стайн на сцене клуба CBGB Roberta Bayley/Redferns
Описание
Дебби Харри и Крис Стайн на сцене клуба CBGB
© Roberta Bayley/Redferns

— Кстати, смотрели ли вы фильм CBGB Рэндолла Миллера? Насколько он достоверно передает события тех дней?

— Я, конечно, не могу критиковать его, но насколько я понимаю, фильмы такого формата никогда не являются точными. Вам нужно относиться к созданию такого фильма с позитивной точки зрения, потому что так много элементов вовлечено в это — технический персонал, камера, свет и прочее. Иногда сам процесс немного идеализирует картинку. На самом деле, ха-ха, вы должны понимать, что по факту все это было довольно вс****м (слово, означающее весьма неорганизованный процесс — прим. ТАСС). В реальной жизни было много затруднений со светом, с техникой, в принципе — технических затруднений.  

И вот это все добавилось в обойму, я не совсем понимаю, как это описать, но для этого должно найтись какое-то слово… Это был именно тот хаос, о котором вы говорили. И это была именно та часть хаоса, которая была более всего насыщенна. 

— Была ли какая-то конкуренция между группами в клубе CBGB?

— Нет, лично у меня ничего такого особо не было, но, конечно, конкуренция у нас была, но это только добавляло интереса, потому что ты тогда стараешься больше. Но я знаю, что очень многие музыканты и группы шли вровень и между ними была какая-то реальная конкуренция, реальный бой. Такое случалось, но я не могу сказать, что я принимала в таком участие. Извините (смеется).

Знаете, интересно, что вы задали такой вопрос, потому что изначально было очень мало женщин в этой индустрии.

И только сильно позже девушки начали создавать коллективы и выступать на сцене. И как вы знаете, разница между 70-ми и 80-ми была в радикальной смене ситуации в женском исполнении — все больше и больше женщин стали вовлекаться в индустрию

— Первый большой тур Blondie был совместным с Игги Поппом и Дэвидом Боуи. В книжке этому посвящено всего несколько страниц, но так сильно хочется услышать об этом туре. Как этот опыт повлиял на вашу карьеру? Есть ли какие-то смешные истории из тура?

— Конечно, произошло очень много маленьких прикольных вещей, которые меня тогда восхищали. И в принципе это естественно для рок-н-ролл-тура, люди отрываются… ну или можно швырнуть куда-нибудь гамбургером. 

— Гамбургером?

— Да, вы знаете, мы были в отеле с Игги, он смотрел что-то по "ящику", на каком-то этапе ему стало это отвратительно, и он запустил гамбургером в него. И знаете что? После этого картинка стала лучше! Мы не переставали смеяться тогда еще долгое время. 

Происходят такие вещи. Такие глупые маленькие вещи. 

Дебби Харри и Игги Поп SGranitz/WireImage
Описание
Дебби Харри и Игги Поп
© SGranitz/WireImage

— Кажется, это было отличное время! 

— Да, это было прекрасно! Для нас это была честь — выступать с такими профессионалами, потому что, понимаете, другие группы, с которыми мы выступали, которые были очень амбициозные, но они не хотели нам помогать. С ними было тяжело работать, они не хотели делиться с нами какими-то вещами, например аппаратурой, светом. 

А когда мы работали с Дэвидом и Игги, они сказали: "Наша идея — подарить зрителям классное шоу! От начала до конца". И это было хорошим уроком для нас. Мы поняли, что это наша ответственность — сделать хороший концерт, от "а" до "я". И с этой мыслью мы начали нашу концертную жизнь. 

Это мой совет всем исполнителям — именно так это и должно происходить. В конце концов, у вас есть публика, которая платит, и они заслуживают того, чтобы шоу было прекрасным, чтобы музыканты выступали достойно и отдавались ей

С точки зрения моего опыта изнутри индустрии, я знаю, что иногда артист оказывается в плачевной ситуации, когда по какой-либо причине он не может выступать на уровне. И я не могу судить их за это — у всех есть плохие дни, есть хорошие. Иногда надо смотреть с точки зрения спортивного мероприятия, потому что это тоже очень трудоемкий процесс. Переезды, перелеты — это именно то, что бывает наиболее сложным иногда. 

— Когда читаешь про ранние годы Blondie, постоянно встречаешь слова — "мы выгорели", "мы устали". Что все-таки в такие моменты не давало вам сдаться?

— Вокруг меня были хорошие люди, у меня было отличное партнерство с Крисом Стайном. Мы сильно поддерживали и помогали друг другу двигаться дальше. У него потрясающее чувство юмора, и ему нравилось переводить все в немножечко нелепый формат, особенно когда ситуация становилась очень серьезной. И мы смеялись. И как-то все для нас шло хорошо…

У нас было много хороших отзывов, и, пожалуй, это было именно тем, что помогло мне двигаться дальше и быть на плаву, сохранять мотивацию, насколько бы тяжело это ни было. Хотя так, впрочем, в любом деле. Ты продолжаешь двигаться дальше шаг за шагом, и тут случается нечто прекрасное и неожиданное, и ты с новыми силами продолжаешь двигаться дальше. Такая серия шагов.

— Вы когда-нибудь переживали о распаде Blondie или это действительно было такое освобождение, как вы пишете об этом в книге?

— Я думаю, это была комбинация факторов. Думаю, что тогда у нас не было других путей, кроме как закрыть проект, у нас были проблемы по всем фронтам! Проблемы внутри коллектива, проблемы с лейблом, с администрацией. Слишком многое наложилось, что и привело к распаду. 

Например, у нас был менеджер, который просто забрал наши деньги, и мы оказались в очень плохой налоговой ситуации. Все очень быстро шло под откос, и ситуация ухудшалась стремительными темпами. И когда я смотрю на это сейчас, я понимаю, что мы работали изо всех сил, мы были напряжены, но мы были неопытны. Я думаю, тогда я очень многому научилась, особенно с точки зрения ведения бизнеса и, конечно же, с точки зрения человеческой натуры. 

— Во время локдауна не скучали по работе?

— Знаете, мне так не терпится вновь начать записывать песни и выступать, я так по этому соскучилась. У нас сейчас есть много новых очень интересных наработок и материалов, и мы с нетерпением ждем того момента, когда вновь станет безопасно работать вместе. Ведь, как, наверное, вы знаете, студийные помещения обычно весьма ограничены в пространстве, и физически вы находитесь очень близко друг к другу, а мы должны уважать и серьезно относиться к ограничениям, введенным из-за пандемии. 

Конечно, по отдельности мы тоже можем работать, но это не даст такого эффекта, как совместная работа в студии. У Криса есть интересные наработки и тексты, у меня есть несколько маленьких набросков и лирических идей, и я думаю, на каком-то этапе мы сможем все это скомпоновать, и все наладится.

— А что за новый материал? Там есть какие-то смелые эксперименты, как вы любили делать это в юности в Blondie?

— Знаете, это хороший вопрос! Нам нравится приходить в студию с какими-то базовыми наработками, идеями, а потом, знаете, мы даем всему этому развиться как-то самостоятельно. Так что я думаю, что мы все открыты к такому подходу, мы как бы работаем в стиле джаза, я имею в виду импровизацию. А потом в какой-то особенный момент рождается музыка. 

— Кстати, про эксперименты. В сериале Hip-Hop Evolution на Netflix Grandmaster flash рассказывал о том, как познакомился с вами после своего выступления. "Дебби была суперзвезда, и она сказала, что я понравился ей и она напишет обо мне песню". Насколько это правдивая история рождения трека Rapture? Чем вас привлек хип-хоп, почему вы решили поэкспериментировать с этим?

— Ну, все было не совсем так. Да, он был очень важным элементом хип-хопа, он был очень влиятельным, важным артистом, и он был очень открытым для общения, для каких-то совместных действий. А мы были открыты для хип-хопа. 

' YouTube / BlondieMusicOfficial'

Но то, что для нас было очевидно и понятно, что происходило на сцене CBGB, это такое креативное и новое направление, было в даунтауне, а в аптауне происходило то же самое, просто уже называлось хип-хоп, ну или рэп. Это было весьма интересно и забавно, что два таких резонирующих открытия, восхищающих стиля, начали набирать популярность в одно и то же время. 

Самое интересное, что оба эти направления были подпитаны и родились из недовольства сложившейся ситуацией — статус-кво, но повествовали и подходили к вопросу с иной точки зрения в плане лирики. Хип-хоп делал это немного иначе, чем R&B и блюз, он был более грубым и прямолинейным, как и панк, и нью-вейв, которые подстегивали подняться, изменить что-то и говорили об изменении общества. Когда я предаюсь воспоминаниям, я нахожу это очень интригующим.

— Если бы вы могли дать себе двадцатилетней какой-нибудь совет, что бы это было?

— О! Я бы сказала себе тогда так: перед тем как что-то подписать, посоветуйся с юристом! Ведь иногда они вывешивают морковку перед вашим носом, и это очень привлекательно, но тут надо остановиться и задуматься об уместности и быть аккуратным. Всегда нужно поддерживать разумный баланс. Это не всегда просто, но оно того стоит.

Беседовала Кадрия Садыкова