Все новости

Мечта археолога: визит Михаила Пиотровского в Набатейское царство

Директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский
© Королевская комиссия Аль-Улы
Сегодня директору Государственного Эрмитажа Михаилу Борисовичу Пиотровскому исполняется 75 лет. Пиотровский руководит главным музеем страны с 1992 года, но, кроме этого, он широко известен в мире как выдающийся специалист по арабской культуре и археологии, который в 1989–1990 годах возглавлял российскую археологическую экспедицию в Йемене

Агентство ТАСС и Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) поздравляют Михаила Борисовича с днем рождения и публикуют репортаж о первой поездке директора Эрмитажа в уникальное историческое поселение Аль-Ула в Королевстве Саудовская Аравия, где находилась Хегра, второй по размерам после всем известной Петры город некогда могущественного Набатейского царства. 

Самолет Саудовских авиалиний летит в аэропорт Аль-Улы из столицы Эр-Рияда полтора часа над пустыней. В самолете нет свободных мест. Среди пассажиров — ученые и археологи из разных стран мира, которые работают в Королевской комиссии Аль-Улы, специально созданной при Министерстве культуры Саудовской Аравии организации, задача которой — создать из исторического заповедника центр мирового туризма. 

Многие пассажиры узнают директора Эрмитажа и подходят поздороваться: "Профессор Пиотровский, позвольте представиться…" 

Перед поездкой поздней ночью завершилась официальная часть визита президента России в Саудовскую Аравию. Этот визит не мог пройти без участия Пиотровского, главного в стране специалиста по Арабскому Востоку, блестяще говорящего на арабском языке. Сотрудничество между Россией и Саудовской Аравией в сфере культуры было одной из тем переговоров. 

Королевская комиссия Аль-Улы давно приглашала Пиотровского, который упоминал это историческое место в своих книгах, но никогда не имел возможности побывать там сам. Наконец в плотном графике генерального директора Эрмитажа появилась возможность слетать в Аль-Улу на один день. Визит Пиотровского был организован Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ) в партнерстве с Королевской комиссией Аль-Улы.   

"Мне давно хотелось посмотреть Аль-Улу. Это один из важнейших памятников аравийской археологии, вторая столица Набатейского царства. Петру мы все хорошо знаем, а Аль-Ула, или Хегра, как ее называли набатейцы, известна гораздо меньше", — говорит Пиотровский. 

В своей книге "Коранические сказания", изданной в 1991 году, Пиотровский пересказывает легенду о пророке Салихе, посланнике Аллаха к "преуспевающему" народу самудянам, которые "в долинах строили дворцы, а в скалах высекали себе дома". Салих пытался убедить самудян поклоняться Аллаху, но знать самудян отвергла его проповеди. Тогда в качестве знамения от Аллаха самудянам была послана верблюдица. Салих попросил самудян беречь верблюдицу и делиться с ней питьевой водой. Но противники пророка из числа знати убили верблюдицу. В ответ Аллах истребил самудян, превратив их в "подобие сухой травы в загонах для скота". 

Место, где находится основная часть набатейских памятников, до сих пор называется Мадаин-Салих или город Салиха по-арабски. На протяжении веков Мадаин-Салих считался проклятым местом, к которому не должны были приближаться верующие мусульмане. Этот образ правительство Саудовской Аравии сегодня старается изменить.  

В 2008 году Мадаин-Салих стал первым историческим поселением в Саудовской Аравии, которое получило официальный статус объекта исторического наследия ЮНЕСКО. Созданная в 2017 году Королевская комиссия Аль-Улы планирует инвестировать $20 млрд в развитие и рассчитывает, что к 2032 году Аль-Ула будет ежегодно приносить до $40 млрд в год в ВВП Саудовской Аравии за счет туризма. 

Сейчас фотографии огромных захоронений в скалах Аль-Улы привлекают внимание на всех крупных международных мероприятиях в Саудовской Аравии. Аль-Ула стала также своеобразным символом саудовских реформ и политики открытости, которые проводит правительство наследного принца Мухаммеда бен Сальмана.  

В будущем году в Эрмитаже пройдет выставка археологических находок из Аль-Улы. Пиотровский считает, что прежде чем принять окончательное решение, где и как разместить эту выставку, ему нужно побывать на месте и увидеть все самому. 

"Аравия — это моя тема, я должен все это делать. Мне нужно посмотреть и почувствовать это место по-настоящему. Одно дело — иметь представление по картинке, а другое — это прочувствовать, как это выглядит на самом деле", — говорит он.  

Из аэропорта мы приезжаем в штаб-квартиру Королевской комиссии, где нас встречает генеральный директор Амр Аль-Мадани, саудовский бизнесмен, назначенный в 2017 году руководить международной командой из нескольких сотен специалистов как из Саудовской Аравии, так и со всего мира. Аль-Мадани называет расположенные в пустынных песках памятники Аль-Улы "желтой нефтью" Саудовской Аравии с точки зрения будущих доходов.  

Несмотря на то, что церемония презентации Королевской комиссии прошла весной этого года, Аль-Ула пока еще только готовится к официальному открытию. Сейчас на огромной территории исторического заповедника практически нет туристов, но Аль-Мадани подчеркивает, что Аль-Ула никогда и не станет местом для массового туризма, который сегодня угрожает существованию многих мировых памятников. Этот музей под открытым небом ждет образованных посетителей, в том числе из России.    

"Сейчас очень много образованных российских туристов. Те, кто ездит в Петру, с удовольствием приедут и в Аль-Улу. Тут прекрасная пустыня, изумительные скалы, следы потухших вулканов. Тут много романтических историй для путешественников. Здесь происходили события арабской революции, воевал Лоуренс Аравийский, здесь есть дом, в котором жил английский путешественник и поэт Чарльз Доути. Здесь можно ощутить свою причастность, общность с теми, кто населял или проходил через эти места: набатейцами, римскими легионерами или мусульманскими паломниками", — говорит Пиотровский.  

Из штаб-квартиры Королевской комиссии на вертолете мы поднимаемся на вершину скалы, где в форме, похожей на основание крепости, уложены камни. Это одно из самых ранних известных захоронений в Аль-Уле. Наш местный гид, который вырос в Аль-Уле, рассказывает, что в детстве карабкаться наверх по отвесным скалам было для него и его друзей главным развлечением. Теперь он знает на этой территории каждый камень. Оттуда мы перебираемся в место, которое тут называют библиотекой под открытым небом: на камнях можно видеть огромное количество надписей на давно исчезнувших языках: лихъянском, деданском, набатейском, сафском, самудском. Михаил Борисович глазом профессионального археолога легко различает эти надписи. Одну из надписей, уже на арабском, он переводит сам.   

"Это место стоит на дороге хаджа в пустыне. В нем было удобно обороняться, если на тебя нападут. Паломники там всегда были и один за другим писали. Например, вот эта надпись гласит, что тот, кто не взял с собой воду, может не выходить из этого места. Это важная тема, часть этики хаджа", — рассказывает генеральный директор Эрмитажа.   

Как бы в виде напоминания об опасностях, которые подстерегали средневековых паломников, из-за скалы появляются несколько бедуинов на верблюдах, которые тем не менее держатся на почтительном расстоянии. Бедуинские кочевники по-прежнему населяют часть пустыни на территории заповедника, которая по площади примерно равняется Бельгии. Другие народы, населявшие в древности эти места, полностью исчезли.    

"В этой истории множество интересных загадок, как одни народы сменяли другие. И здесь очень важно, что их вклад в историю весь письменный. Это были необыкновенно много писавшие люди. Почему люди писали? В одном месте, которое было священным, они писали обращения к богам с просьбой о помощи. Это были надписи о местах, где можно останавливаться во время пути. Когда прекращалась жара и падала тень вечером или утром, они садились писать. Важно, к кому они обращались, кто должен был видеть эти надписи. Это целая большая культура, которая требует того, чтобы ее внимательно изучили", — рассказывает Пиотровский. 

В своих многочисленных археологических экспедициях Михаил Борисович часто размышлял, откуда в древних людях было такое желание оставлять надписи на камнях.  

"Иногда это просто желание что-то написать. Сидишь ждешь, пока пойдет караван. Появляется желание написать свое имя, отметиться самому, отметить место, в которое потом еще можно будет прийти и где удобно и хорошо. Когда я занимался надписями, то сам приезжал на один и тот же камень по несколько дней, в разное время, для того чтобы почувствовать, о чем мог думать человек, который это написал", — вспоминает Михаил Борисович. 

Основная часть памятников в Аль-Уле относится к периоду Набатейского царства, существовавшего на территории современных Иордании, Саудовской Аравии и Египта с III века до нашей эры до 106 года нашей эры. Столица Набатейского царства — хорошо известный город Петра в Иордании. Хегра была вторым по значению городом Набатеи, своего рода форпостом в Аравийской пустыне. На территории Аль-Улы находится свыше сотни вырезанных в скалах набатейских гробниц, каждая из которых является архитектурным шедевром. 

"Это совершенно особая цивилизация. Огромный труд был затрачен, чтобы построить все эти гробницы. Это делалось не зря. В этом был большой смысл, который помогал набатейцам держать связь с предками", — рассказывает Пиотровский. 

Мы идем по проходу между двумя скалами, по правую руку в скале выдолблен огромный зал, который служил набатейцам храмом, по левую — можно видеть ниши с фигурками божеств и письменами. Карабкаемся вверх по скале. Там находится резервуар для хранения воды. Будучи жителями пустыни, набатейцы создали одну из самых совершенных для своего времени систем сбора и хранения воды. Под ногами в огромном количестве валяются черепки набатейских керамических изделий с характерными тонкими стенками.  

"Впечатления громадные. Наибольшее впечатление произвел этот проход. Похожий есть в Петре, но там он большой, и не сразу понимаешь его мистический смысл. А здесь понимаешь, что есть все ниши и надписи, это такое место для собраний, здесь происходили религиозные церемонии", — делится впечатлениями Пиотровский. 

Набатейцы были торговой цивилизацией, которая конкурировала с римлянами за контроль над торговыми путями древности. Набатея пала под натиском римских легионов императора Траяна в 105 году нашей эры. Из набатейской письменности родился арабский алфавит. 

"Это было последнее государство, которое захватили римляне. Это были люди, которые умели делать воду из утренней росы и использовать ее для орошения. Они приняли античных богов, приравняв их к своим. Эти были пираты и торговцы, но также сочинившие собственное письмо и возделывавшие землю. Они создали систему каналов, которые ведут воду с гор от дождей, прошедших за много километров, в цистерны. Это великая цивилизация". 

Пиотровский внимательно рассматривает сооружения набатейцев и сопутствующие надписи. Многие детали набатейской архитектуры напоминают о героях античной греческой мифологии. Например, на одной из гробниц можно четко различить голову Медузы Горгоны со змеями. Пиотровский объясняет это тем, что, будучи торговцами, набатейцы много ездили по миру и привозили с собой "архитектурные воспоминания", которые потом просили воплотить в жизнь местных мастеров. Директор Эрмитажа подчеркивает, что "инвестиции" набатейцев в строительство гробниц с исторической точки зрения полностью оправдались.    

"Гробницы были высечены в камне, и они видны. Вокруг были глинобитные дома, и от них ничего не осталось. Осталась только вот эта память, так же как в Египте остались пирамиды, сами египтяне тоже жили в глинобитных домах. Значит, и те и другие все правильно сделали, чтобы о них сохранилась память", — размышляет Пиотровский в ходе разговора на обратном пути. 

Глеб Брянский