Все новости
Brexit

Разбор матрешки. Мэй привезла из Брюсселя многовариантную схему выхода из ЕС

Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй, 22 марта
© REUTERS/Henry Nicholls
Лидеры стран Евросоюза разрешили Великобритании отсрочить дату выхода из содружества, предложив два варианта: 12 апреля и 22 мая

Brexit не состоится в срок. Таков главный итог первого дня саммита ЕС, который в четверг был всецело посвящен теме предстоящего выхода страны из состава европейского сообщества.

Главы государств и правительств всех 27 стран, остающихся в Евросоюзе, единогласно разрешили Лондону немного отсрочить дату "развода", назвав в качестве двух вариантов 12 апреля и 22 мая. Таким образом лидеры Евросоюза пошли навстречу британскому премьеру, которая за день до этого попросила их об отсрочке, не сумев уговорить собственный парламент одобрить проект соглашения с ЕС.

В то же время эта отсрочка оказалась не столь большой, как того желала Мэй. Она просила, чтобы дата выхода из ЕС была отодвинута на 30 июня. Но в итоге Брюссель урезал ее запрос на месяц, если не больше, да и к тому же выдвинул ультиматум - добиться одобрения этой сделки со стороны британских депутатов уже на следующей неделе.

И в этом для главы правительства Соединенного Королевства заключается неразрешимая сложность - события последних дней лишь укрепили в британских законодателях решимость в третий раз "прокатить" сделку в парламенте. И вариантов для Мэй обойти строптивую Палату общин, вступившую в прямое столкновение с Даунинг-стрит, 10, решительно не просматривается.

Более того, Мэй, зажатая со всех сторон в тиски Брюсселя, евроскептиков собственной Консервативной партии, сторонников "мягкого" Brexit, спикера Палаты общин Джона Беркоу, судя по всему, окончательно утратила контроль над процессом. Британские политические аналитики видят в ее последних заявлениях все более отчетливое допущение выхода из ЕС без сделки вовсе. То есть по самому мрачному сценарию, которого так опасались все, в первую очередь - бизнес.

Предложение в виде матрешки

Сделанное Брюсселем предложение вкратце выглядит следующим образом - Brexit будет отложен до 22 мая при условии, что британский парламент одобрит до конца марта соглашение о выходе. Таким образом, поддержи депутаты Мэй на следующей неделе, и 22 мая стороны ударят по рукам, а Великобритания упорядоченным образом, в соответствии с достигнутыми договоренностями, прекратит свое членство в ЕС.

В случае, если Мэй потерпит в парламенте третье по счету поражение, тогда до 12 апреля ей придется сообщить Евросоюзу, чего она хочет дальше. Варианта тут два. Или уже 12 апреля выйти из ЕС без сделки вовсе, или остаться в европейском сообществе еще надолго - до конца текущего года или даже дольше. Второй вариант предполагает, что Великобритания примет участие в выборах в Европарламент, которые пройдут 23-26 мая. Он же открывает путь для большого количества различных шагов со стороны Лондона - запуска новых переговоров, проведения досрочных парламентских выборов, организации второго референдума по Brexit и вообще отзыва 50 статьи Лиссабонского договора о ЕС, читай - отмены "развода".

Образно новую многовариантную схему сценариев европейского развода описал журналистам в кулуарах саммита представитель Еврокомиссии, который сравнил этот процесс с разбором матрешки.

"Сценарии ЕС по отсрочке Brexit можно сравнить с русской куклой - матрешкой. То есть процесс может быть ступенчатым. Самая большая кукла - 22 мая - это самый позитивный исход, при котором британский парламент примет соглашение и будет упорядоченный Brexit. Затем скрыта другая кукла или сценарий "12 апреля", который далее включает еще четыре маленьких куколки: Brexit без соглашения, отказ от Brexit, долгая отсрочка с участием Великобритании в выборах в Европарламент или, наконец, Brexit с соглашением, которое Великобритания должна будет утвердить позднее", - пояснил он.

Чтобы в этих "матрешках" разобраться, лидерам ЕС с высокой вероятностью придется созывать новый экстренный саммит в апреле.

Интересы Брюсселя

У Брюсселя во всей истории есть два основных интереса: экономический и педагогический. Есть и третий, скрытый - геополитический. Он заключается в том, чтобы вообще заставить британцев отказаться от Brexit. Однако этот сценарий для ЕС слишком хорош, поэтому Брюссель мечтает о нем тихо, с большой осторожностью.

Экономический интерес заключается в том, чтобы свести до минимума собственные потери от Brexit. То есть сделать так, чтобы минимизировать потери товарооборота с Соединенным Королевством, гарантировать бесперебойное продолжение работы всех транспортных маршрутов, связывающих континент с британскими островами, как то авиацию, паромные переправы и туннельное сообщение. Наконец, обеспечить, чтобы граждане - а по совместительству и избиратели - из стран ЕС, работающие, учащиеся или постоянно проживающие в Великобритании, вдруг не оказались людьми без юридического статуса.

В этом контексте отдельные страны ЕС ищут и свой локальный интерес в процессе Brexit. Так, например, главный финансовый центр континентального Евросоюза - Люксембург - пристально следит за процессом ухода из Великобритании финансовых компаний, работающих с прицелом на европейский рынок, многие из которых регистрируются в Великом герцогстве. И это лишь один из многих примеров.

Педагогический резон заключается в том, чтобы продемонстрировать, как сильно Великобритания пострадает от разрыва с сообществом, дабы отбить охоту у остающихся в ЕС евроскептиков даже говорить о возможности выхода своих стран из Евросоюза. Чтоб не было, как в Великобритании, так сказать.

Если об экономических приоритетах Brexit еврочиновники рассуждают без умолку, то педагогический интерес они целиком и полностью отрицают. О нем в Брюсселе говорят лишь аналитики, и отдельные дипломаты, но только шепотом, в частных беседах. Парадокс заключается в том, что для наказания Великобритании нужен прямо противоположный сценарий - затягивание процесса выхода, с одновременным принятием экстренных мер, снижающих риски для экономики ЕС, чтобы основной ущерб несла именно британская экономика.

Может Brexit взять, да отменить?

Что касается варианта с сохранением Великобритании в составе ЕС, то путь к этой прекрасной для Брюсселя цели лежит опять же через затягивание процесса выхода. Расчет строится примерно на том, что хаос вокруг Brexit ослабит позиции евроскептиков, запугает население и бизнес, а главное - продлится достаточно долго, чтобы проевропейские силы смогли заявить, то ситуация с момента референдума о выходе в июле 2016 года уже радикально поменялось и необходим новый плебисцит. Идеальным для ЕС в этом случае является тот факт, что Евросоюз сохранит целостность и экономический потенциал, а Великобритания будет пристыжена и понесет наказание в виде трех, а то и пяти лет экономической неопределенности в ожидании сигнала "на выход!".

Опасность здесь состоит в том, что проведение второго референдума по той же теме - что в принципе нередко случается в странах ЕС, когда результаты голосования неудачны - может вызвать дополнительное раздражение у британских налогоплательщиков за чьи деньги все эти эксперименты проходят, и они просто из общего чувства протеста с еще большим отрывом вновь проголосуют за выход.

Как этот сценарий скажется на самооценке и самосознании британской нации - вопрос открытый и неприятный. Именно поэтому высшие брюссельские чиновники, назначенные на свои посты без всяких выборов, крайне осторожно высказываются о возможности сохранения Великобритании в ЕС, предпочитая вообще пока не поднимать тему второго референдума. Чтобы не дразнить собак, оскорбляя священный институт демократии и пока еще не пересмотренный выбор британских избирателей.

Таким образом, в действительности, продлевая сроки Brexit, Брюссель не идет на уступки Лондону, а просто переставляет приоритеты с одного приемлемого для себя сценария на другой. Великобритания же пока проигрывает в любом варианте.

Почему "развод" без сделки становится реальнее

Учитывая все вышесказанное, не вызывает удивление, что брюссельские уступки, замаскированные под матрешку, спасти Терезу Мэй вряд ли смогут. Отрицая возможность затяжных переговоров с ЕС, она по сути дала новые аргументы евроскептикам в собственной партии и своими руками резко уменьшила шансы прохождения сделки с сообществом через парламент.

Раньше британский премьер могла пугать своих критически настроенных к ЕС однопартийцев тем, что предлагаемая ею сделка пусть и не идеальна, но все же лучшая альтернатива бесконечному продлению членства в интеграционном объединении. Сначала одна задержка, за ней другая, а там и, глядишь, пройдет новый референдум. В итоге же страна вообще никогда не выйдет из ЕС.

Все изменилось, когда Мэй четко сказала Евросоюзу, что оставаться надолго в сообществе страна не намерена. Так, в Брюсселе она заявила, что не считает правильным участие Великобритании в выборах в Европарламент. Получается, что долгого продления переговоров она не хочет, но и сделки вряд ли добьется. Это прямой путь к выходу по жесткому сценарию, то есть без сделки.

Примечательно, что среди тори число сторонников такого развития событий велико. По информации газеты Financial Times, многие евроскептики-консерваторы, которые ранее голосовали против соглашения в парламенте, в начале недели стали задумываться, чтобы на этот раз поддержать его. Но в свете последних событий вновь заявили о решении выступить в парламенте против премьер-министра.

Точно так же непоколебимым остается неприятие соглашения со стороны Демократической юнионистской партии Северной Ирландии, которая оказывает важную поддержку партии меньшинства консерваторов по время голосования в парламенте. При таком раскладе сделка Мэй обречена.

Сколько Мэй осталось быть премьером

При этом параллельно риски для британского премьера растут со стороны тех, кто выступает за сохранение членства в ЕС, а их позиции продолжают быть сильными как в стране в целом, так и в правящей партии в частности.

Еврофилы, как называют людей с такими взглядами в Великобритании, и так выступали против Brexit, а уж против выхода из ЕС без сделки - и подавно. По информации британских СМИ, перед лицом развода по жесткому сценарию они способны поддержать в парламенте вотум недоверия правительству со стороны оппозиционной Лейбористской партии, чтобы заставить уйти Мэй в отставку и таким образом сменить лидера в партии.

Конечно, велики риски прихода к власти оппозиции, но даже эта угроза, похоже, скоро перестанет пугать консерваторов. Особенно по сравнению с тем хаосом, в котором пребывает как партия, так и вся страна, расколотая по теме Brexit.

Кроме того, активно обсуждается и такое развитие событий, при котором депутаты устроят что-то вроде парламентского восстания и через специальное голосование возьмут процесс Brexit в свои руки, отобрав эту привилегию у исполнительной власти. Учитывая последний демарш спикера Палаты общин Джона Беркоу, не допустившего на этой неделе соглашение в третий раз до голосования, подобная перспектива становится все более реальной. Как и все описанные выше.

Глубокая линия разлома пролегла в британской политике сразу после оглашения итогов референдума 2016 года. И есть серьезные опасения, что привезенная Мэй из Брюсселя "матрешка" никак не поспособствует объединению британцев, которые продолжают столь по-разному смотреть на Brexit. А это уменьшает шансы на то, что вся история с выходом из ЕС закончится упорядоченным образом.

Илья Дмитрячев, Денис Дубровин