Все новости

Дневник предпринимателя. Как возродить прядильную фабрику времен царской России

Генеральный директор подмосковной фабрики "Пехорский текстиль" Елизавета Терёшкина рассказала, как сумела вывести предприятие времен Российской империи из упадка в 1990-е годы и завоевать 25% отечественного рынка производства пряжи из натуральных и химических волокон

Генеральный директор подмосковной фабрики "Пехорский текстиль" Елизавета Терёшкина рассказала ТАСС, как сумела вывести предприятие времен Российской империи из упадка в 1990-е годы и завоевать 25% отечественного рынка производства пряжи из натуральных и химических волокон.

Упадок бренда с вековой историей

Моя профессия — инженер-технолог по прядению шерсти. Около 18 лет я работала начальником цеха на Московской шерстопрядильной фабрике, которая производила пряжу для ручного и машинного вязания. Однако кризис конца 1980-х — начала 1990-х годов сильно ударил по легкой промышленности в стране. Текстильные предприятия останавливались. Я, как и многие мои коллеги, осталась без работы.

Кто прошел те годы, хорошо меня понимают. Найти работу по профессии было невозможно. Поэтому я решила ни от кого не зависеть и создать собственный бизнес. То есть в кризисной ситуации я увидела возможность. Собственно, решила заняться тем, что хорошо умею, а именно — запустить производство пряжи. В том же году я нашла подходящее помещение. Оно располагалось на некогда известной фабрике "Пехорка", основанной в 1905 году, то есть еще во времена царской России.

Надо сказать, что предприятие успешно развивалось и в советские годы, а во время войны выпускало сукно для шинелей, варежки и носки. Позже оно перешло в подчинение Всероссийскому обществу инвалидов, но объемы производства по-прежнему были значительны. Однако годы перестройки и сюда принесли потрясения. Из-за неплатежей фабрику сначала отключили от электроснабжения, а вскоре производство и вовсе остановилось. Площади были приватизированы и сдавались в аренду любому, кто мог заплатить. Там организовали бизнес по розливу питьевой воды, размещали офисы частных охранных агентств. Дошло до того, что по неогороженной территории бегали бродячие собаки, а рыбаки свободно проходили через нее к реке Пехорка.

Я отдавала себе отчет, что восстановление фабрики — процесс долгий и нелегкий. И начался он с того, что в 1995 году на деньги, взятые в долг (объем вложений не раскрывается — прим. ТАСС), я арендовала часть бывшего цеха — около 400 кв. м. В моей команде было семь человек — коллеги, судьбы которых были похожи на мою. И мы начали писать новую историю старейшей российской фабрики.

Я думаю, в успехе нашего начинания сыграли роль несколько факторов. Прежде всего, сила воли и желание достичь цели. Вместе с тем обязательно должен быть просчет — нужно понимать, что конкретно ты хочешь произвести, насколько это востребовано и кто это купит. Жилка проницательности должна быть у человека, который решил заняться производственным бизнесом. И конечно, надо быть профессионалом своего дела.

Б/у оборудование и челноки-оптовики

Как инженер-технолог, я прекрасно понимала, что нужно для запуска производства. В теории все было просто, но на практике сопряжено с рядом трудностей. Главные из них — полное отсутствие оборудования и недостаток средств на его закупку.

Однако в той кризисной ситуации, которая сложилась в стране, нашлись некоторые плюсы. Тогда многие предприятия освобождались от оборудования и его можно было купить по цене металлолома. Например, прядильная машина стоила 1 млн рублей — около 20 тыс. рублей на наши сегодняшние деньги. Это достаточно дешево.

Первую цепочку для прядения мы приобрели в Восточной Германии, также привозили оборудование с Фряновской фабрики, Краснохолмского камвольного комбината, прядильной фабрики имени Калинина и многих-многих других производств. Кроме того, почти за бесценок купили целую цепочку машин, которые остались после закрытия одного из подмосковных профтехучилищ. В качестве сырья использовали овечью, козью, верблюжью шерсть. Из синтетических и химических волокон — вискозные, полиэфирные, полиамидные волокна. С деньгами на закупку оборудования и сырья помогали друзья, единомышленники, в основном это были заемные средства, которые потом возвращали с выручки.

Совместными усилиями уже в течение года удалось запустить небольшое производство пряжи для вязания. Сначала объем составлял около 20 т в год.

Чтобы вы понимали, пряжа — это нить, полученная из волокон. Ее используют для вязания одежды как ручным способом, так и на вязальных машинах. Мы видели среди наших потребителей прежде всего пенсионеров, домохозяек, молодых мам. Они исторически были почитателями такой продукции.

Казалось бы, дело уже закипело, но на этом наши трудности не закончились. Выпустить продукцию оказалось сложно, но продвигать товар — еще сложнее. В 1990-е годы предприниматели слабо задумывались о рекламе, и денег на нее было жалко. Но я понимала, что это ключевая составляющая бизнеса, ведь если умеешь произвести, это не значит, что ты сможешь продать. И поэтому мы сформировали группу из трех человек, которые занялись продажами. Все они работают сейчас, и теперь на рекламу у нас уходит 7–8% от годового оборота.

Но сначала приходилось на метро ездить в профильные магазины с образцами и каталогами, предлагая свой товар на реализацию. Также сбывали продукцию частным оптовикам, которые приходили с большими сумками в клеточку. Тогда их называли челноками. До сих пор некоторые из них остались нашими покупателями — позже они стали приезжать на дорогих автомобилях, а теперь мы отгружаем им пряжу через транспортные компании.

Случались и печальные моменты. Однажды нас обманули — девушка-предприниматель взяла крупную партию и исчезла, не заплатив. Было разочарование, но это тоже опыт, который стимулирует в дальнейшем более внимательно подходить к контрагентам. Подозрительным быть не надо, но стоит здраво оценивать перспективы сотрудничества и прописывать ключевые пункты в договоре. К тому же сейчас совсем другое время, для проверки контрагентов есть множество цифровых сервисов, которыми легко и удобно пользоваться.

Модернизация фабрики

Ключевой вехой в истории нашей фабрики стал 2001 год. К этому времени удалось выкупить всю территорию Пехорской фабрики — около 10 тыс. кв. м. Объем средств, которые мы брали в рассрочку, называть не буду, но это, как я говорю, "не дороже денег". Могу лишь отметить, что все окупилось с лихвой, но на это понадобилось время.

В целом мы затратили на модернизацию в течение 2001–2019 годов примерно €3 млн. Чтобы сделать фабрику более современной, улучшить качество продукции и повысить мощности, мы закупали новое специализированное оборудование, в основном в Германии и Италии. Мы плодотворно сотрудничали с Минпромторгом, поэтому нам субсидировали 2/3 процентной ставки почти по всем кредитам на эти цели.

В историях с кредитами я никогда не закладывала ни здание, ни землю, которые были в собственности. Только оборудование. Однако в 2018 году, когда мы захотели взять в кредит 97 млн рублей на сырье и комплектующие, нам не хватило средств под обеспечение.

Решить эту проблему помогла Корпорация МСП (оказывает финансовую поддержку малому и среднему бизнесу в России — прим. ТАСС), которая выдала нам свое поручительство. Такая поддержка положительно отразилась и на финансовых результатах. Уже по итогам 2019 года мы смогли преодолеть рубеж 1 млрд рублей по выручке.

Могу посоветовать начинающим предпринимателям никогда не отказываться от помощи государства. Любая поддержка позволяет даже не столько экономить средства, сколько ускорять развитие — будь то модернизация, расширение или обычная закупка сырья для загрузки производства. Эти этапы можно откладывать бесконечно, дожидаясь лучших времен. Но с эффективной господдержкой можно сделать это прямо сейчас.

Расцветки и поставки

Возвращаясь к показателям, наш объем производства в 2019 году вырос до 1,5 тыс. т. Мы разработали на фабрике безотходную технологию. То есть вся отработка перерабатывается — например, в носочную пряжу или материалы, из которых можно делать утеплители для строительства. Число работников к этому времени выросло до 200 человек. Мы самостоятельно их обучаем или переобучаем. Кроме того, иностранным и иногородним сотрудникам компенсируем до 10 тыс. рублей за съем жилья — это такая стимулирующая и социальная статья.

Сегодня мы производим более 100 артикулов пряжи. Это пряжа в мотках для ручного вязания и в бобинах для производителей трикотажных изделий, есть специальная детская серия — гипоаллергенная пряжа, наборы для творчества. Названия даем запоминающиеся и ненавязчиво ориентирующие на их предназначение: "Элитная", "Гламурная", "Секрет успеха", "Деревенская" и другие. Есть пряжа для любителей демократичной одежды, например "Джинсовый ряд" — она идеально сочетается с джинсовыми изделиями.

Разумеется, мы делаем продукт, исходя из запроса потребителя. Всегда важно получать обратную связь, благодаря чему можно доработать товар или выпустить совершенно новый. Для этого внимательно изучаем отзывы в социальных сетях или на сайте, где позиционируется продукт.

Что касается поставок, то их география охватила все регионы России — от Калининграда до Дальнего Востока. Мы самостоятельно ведем исследование потребительского рынка и вывели интересную закономерность. В первую очередь раскупается пряжа черного и белого цветов. Большинство южных регионов, Башкирия и Татарстан предпочитают яркий цветовой ряд. А жители северных районов, в частности петербуржцы, выбирают оттенки серого и неброскую пастельную гамму. Это зависит, как мы считаем, от национальных особенностей народов или от климата в регионе, в котором проживают люди.

Мы сейчас работаем более чем с 2 тыс. дилеров, которые реализуют наши товары. Из них около 80 закупают основные объемы пряжи. Со всеми с самого начала выстроены четкие правила игры, которые взаимовыгодны. Например, мы предоставляем им разумную скидку в зависимости от закупки. Средняя скидка — 15% от сформированной цены продукта. Но если дилер закупает товар на 10 млн рублей, то ему добавляется еще 2% и так далее. То есть важно создавать такие условия, которые будут стимулировать вашего контрагента закупать большие объемы и не уходить к конкурентам.

Среди самых крупных таких клиентов — магазин товаров для творчества "Леонардо", сеть магазинов фиксированных цен Fix Price, а также Купавинская текстильная компания, которая выпускает из нашей пряжи машинного вязания пледы для IKEA (одна из крупнейших в мире торговых сетей по продаже мебели и товаров для дома — прим. ТАСС). По госзаказу мы работаем с Княгининской швейной фабрикой, она вяжет и валяет береты для военнослужащих.

Есть и экспортные поставки, но это, опять же, не более 5% от продаж. Помимо союзных государств отправляем партии по 5–6 т русскоязычным покупателям в Германию, Израиль, Канаду, Францию, которые предлагают товар владельцам местных магазинов. Не так давно отправили пряжу на $10,5 тыс. в США — льняную, конопляную, крапивную и овечью. Надеемся такой эксклюзивностью привлечь внимание. Уникальность форм, материалов, расцветок — это то, чем всегда можно зацепить потребителя.

Также с 2019 года мы вышли на маркетплейсы: напрямую с интернет-магазином Wildberries и через посредника — с сервисами Ozon и Amazon. Там мы продаем пока только мелкие партии. Доля продаж невысокая — около 5–6% от общего объема. Тем не менее это повышает узнаваемость нашего продукта, делает его доступным для любителей заказывать на дом, а не ходить по магазинам. Советую молодым предпринимателям ни в коем случае не отбрасывать такой механизм продаж и популяризации, даже если он не позволяет много заработать.

"Вырасти" в пандемию

Ситуация с пандемией коронавируса в 2020 году, конечно, отразилась и на нашей деятельности. Само предприятие не останавливалось ни на сутки, но с апреля по июль включительно мы теряли до 30% от тех объемов продаж, которые были в те же месяцы годом ранее. Но уже с августа ситуация начала выравниваться. В целом в прошлом году мы даже выросли на 12% по объему выручки.

Во-первых, после снятия всех ограничительных мер сыграл отложенный спрос. Во-вторых, валюта выросла по отношению к рублю, и турецкая пряжа для закупщиков стала менее интересной по цене, они заместили ее отечественной, в том числе и нашей. В-третьих, и мы не дремали.

Мы в период кризиса объявили творческий конкурс "И снова авоська". Он проходил под экологическим лозунгом "Освободим мир от полиэтиленовых пакетов". Рукодельницы вязали из нашей пряжи авоськи и присылали готовые изделия на фабрику. Потом мы направляли их на благотворительность. Конкурс получил массовый отклик и даже вышел за пределы Подмосковья.

Кроме того, в ковидный период мы разработали специальные наборы для рукоделия "Для всех, кто дома". Они предназначались для мастер-классов. Например, по инструкции можно было сшить золотую рыбку. Эти боксы были не для продажи, мы отправляли их в школы-интернаты, дома престарелых, детские дома, больницы. Это чисто социальная функция, чтобы через рукоделие спасти человека от психологических травм в сложный для него период. Мы получили по итогам множество благодарственных писем.

Теперь уже, наверное, и не сосчитать, сколько кризисов пережила фабрика за последние 25 лет. Могу отметить, что самое важное для предпринимателя в таких ситуациях — не паниковать, а собраться с силами и действовать. Если падают продажи, значит, самое время придумывать новый продукт. Это лайфхак, подтвержденный опытом. И пусть эта продукция не даст много денег, хотя бывает и наоборот, но она точно привлечет внимание, потому что у покупателя жизнь не останавливается и он по-прежнему будет интересоваться новинками.

Планы развития

В наших ближайших планах — развитие обособленных подразделений, которые мы недавно создали и сейчас ведем набор персонала, устанавливаем оборудование.

Первое разместилось на Троицкой камвольной фабрике (Новая Москва), там находится отдел паковки для работы исключительно с сетью магазинов Fix Price. Второе подразделение — в районе Неклюдово города Бор Нижегородской области. Там мы разворачиваем прядильный цех, где будет вырабатываться не менее 300 т продукции в год, что позволит высвободить площади "Пехорского текстиля".

В будущем наша задача — увеличить объемы продаж и занять минимум 30% российского рынка производства пряжи. Сейчас — 25%. Думаю, что это амбициозная, но посильная задача.

Теги