Все новости
Лицо российского алкоголя.
Лицо российского алкоголя.
Лицо российского алкоголя.
Лицо российского алкоголя.
Лицо российского алкоголя.

Лицо российского алкоголя. Отец "Жигулевского" прошел путь от пивного короля до "шпиона"

Жигулевский пивоваренный завод Альфреда фон Вакано, конец XIX — начало XX века
© Public domain/Wikimedia Commons
Основатель самарского завода по производству янтарного напитка появился на свет 175 лет назад. Феноменальный успех на протяжении большей части его жизни сменился черной полосой после введения сухого закона в 1914 году

Австрийский дворянин Альфред фон Вакано — человек, о котором на рубеже XX века знала вся Российская империя. Построенный им на собственные средства завод "Венского" пива (при советской власти — "Жигулевского") вырос до важного узла в системе отечественной пищевой промышленности. Качественный алкоголь хвалили и охотно покупали далеко за пределами Поволжья, а промышленник, разумно тратя нажитое, превратился в одного из отцов города — мецената и филантропа. Все поменяли драматические события 1910-х. С началом войны пивовару припомнили австрийское происхождение и обвинили в шпионаже, а после победы большевиков его предприятия национализировали. Но хуже всего был сухой закон: на десять лет, включивших в себя Первую мировую и Гражданскую, пиво поставили вне закона, оставив австрийского предпринимателя и его рабочих без средств к существованию. Возрождение алкогольной промышленности началось в середине 1920-х усилиями сына фон Вакано Вальдемара.

Австриец катит бочку

Почему выпускник австрийского коммерческого училища, дворянин, ветеран войны с Пруссией 1866 года Альфред Йозеф Мария фон Вакано выбрал именно Самару — до сих пор неразрешенная загадка. Современники встретили его появление на берегах Волги в 1880 году с недоверием. Сочетание качеств — необычное. Фон Вакано — иностранец, но хорошо говорит по-русски, богат, но источник его средств неясен, хочет варить пиво, но вдалеке от столицы и самое главное — на том месте, где собственный завод хмельного напитка уже построен. До австрийца пивным королем Самары считался промышленник Шабаев, но Вакано убеждает, что его бизнес перспектив не имеет, а фабрика только зря занимает место. Планы приезжего идут далеко: арендовать перспективную территорию самому, перестроить завод на новых началах и превратить его в экспортное предприятие. Говоря проще — снести предприятие Шабаева и возвести  вместо него свое.

Альфред фон Вакано Public domain/Wikimedia Commons
Описание
Альфред фон Вакано
© Public domain/Wikimedia Commons

Удивленные городские власти вступили с австрийцем в переговоры, включавшие, как и во все времена, обсуждение социальной ответственности бизнеса. К изумлению самарцев, фон Вакано — нисколько не против. Австриец сам выдвигает предложения одно за одним: сначала — за свой счет построить газовый завод, затем на его месте возвести первую электростанцию, а позже украсить Самару газовыми фонарями. Слова не расходятся с делом. Фон Вакано привозит с собой в город европейский стиль. "Я уверен, что приведу в лучший вид площадь вокруг театра, устрою пологий спуск с улицы Дворянской вместо существующего вдоль Струковского сада и обустрою детскую игровую площадку сзади драмтеатра", — берет на себя обязательства приезжий. И — к удивлению современников — выполняет их.

Стыдные деньги?

Щедрость фон Вакано, как и любая благотворительность, имела свою оборотную сторону: дело, на котором он наживал свои деньги, пользовалось в Российской империи двусмысленной репутацией. Алкогольная зависимость в XIX веке признавалась одним из основных пороков общества. Против нее объединялись непримиримые противники: левые революционеры-социалисты и православная церковь. Бюджеты Российской империи, зависимые от продажи спиртного, с презрением называли "пьяными". Идея ограничить продажу горячительного — объективно непопулярна у большинства. Но у образованной части общества свой взгляд на проблему, продиктованный крайним морализмом. Быть пивным королем при таких обстоятельствах еще не зазорно, и все же двусмысленность положения уже налицо.

Что же касается фон Вакано, то он — именно король. На пике коммерческого успеха самарского завода объем выпускаемой им продукции бьет все рекорды. В 1913-м (спустя год — сухой закон и разорение) промышленник производит и продает 2 млн 694 тыс. 639 ведер пива. Одна Самара столько не выпьет, поэтому почти все поставляется за пределы города. Торговая империя Вакано протягивается за пределы Поволжья на Урал, в Сибирь и в Среднюю Азию — всего насчитывает 42 иногородних заведения. Известно о сделках на международной арене — в Персии, вошедшей в орбиту влияния Российской империи. Пиво Вакано головокружительным образом выходит на рынок исламского мира.

На засушливом побережье Каспийского моря, попавшем в сферу интересов предпринимателя, сохранять алкоголь помогают вагоны-холодильники, закупленные за рубежом.

Вагоны-холодильники c "Жигулевским" пивом, между 1895 и 1905 годом Public domain/Wikimedia Commons
Описание
Вагоны-холодильники c "Жигулевским" пивом, между 1895 и 1905 годом
© Public domain/Wikimedia Commons

В 1905 году эта новинка иностранной техники — в фокусе внимания охваченной революцией России. Из-за отсутствия холодильников на флоте бунтует экипаж броненосца "Потемкин": матросам кажется, что им подали гнилое, червивое мясо. У фон Вакано такая порча товара невозможна. Чтобы транспортировать пиво, он приобретает 14 барж-ледников, количество прохладительных вагонов доводит до 20 и продолжает расширять производство. На пике могущества бизнес-империя Вакано производит семь сортов пива, из которых популярнее других "Венское", но выпускают и "Баварское" (его с удовольствием пили в Российской империи), "Пильзенское", "Мартовское", а также "Экспорт".

Самарцам — не наливать

К началу XX века уже нет оснований называть фон Вакано австрийцем. Под влиянием оглушительного коммерческого успеха иностранец направляет императору Александру III прошение о принятии в российское подданство вместе с семейством, оставив на усмотрение верховной власти причисление себя и своего потомства к дворянскому сословию. Аристократической надменности у Альфреда Филипповича (как начинают называть промышленника) вне зависимости от статуса все равно не занимать. На рубеже веков он ставит условие городским властям Самары: за свой счет готов профинансировать строительство канализации, но с оговоркой — не потерпит просрочек и нецелевого расходования средств. Если спустя пять лет после получения платежа дело продолжит стопориться, то город — оговаривалось заранее — обязывался возвратить деньги, хоть и без процентов. К счастью, такие крутые меры не понадобились. Возможно, потому что над самарской канализацией фон Вакано взял шефство лично, построив пробный участок "от и до".

Жигулевский пивоваренный завод, 1991 год Никитин Николай/ТАСС
Описание
Жигулевский пивоваренный завод, 1991 год
© Никитин Николай/ТАСС

Как ожидалось от пивного магната, предприниматель возвел и питейный дом в Самаре, известный как "биргалка", и как повсюду в Российской империи, эта сторона его бизнеса стала подвергаться атакам сторонников трезвого образа жизни. Один из них — местный политик (гласный городской Думы) Михаил Челышев — превратился в долговременного противника фон Вакано. На заседании местного законодательного органа в 1902 году Челышев заявил буквально так: "Я нахожу, что городская дума должна издать обязательное постановление о том, чтобы в черте города Самары и во всем пространстве городских владений была воспрещена продажа и распитие водки, вина, пива и вообще всяких спиртных напитков как в гостиницах, ресторанах, буфетах, винных лавках, так и в магазинах и во всех других местах".

Нет ничего удивительного, что начало XX века прошло в Самаре на фоне нескончаемого противостояния Челышева и фон Вакано — его называли местной "войной Алой и Белой розы".

Вниз под красным знаменем

Драматическая история крушения бизнес-империи пивовара заняла считаные годы, при том что выстраивал ее он десятки лет. К 1914 году постаревший Альфред Филиппович успел отойти от дел, предоставив управление производством своему сыну Вальдемару. По совместительству тот занял другой почетный пост — консула Австро-Венгерской империи в Самаре. В 1915 году это сослужило ему дурную службу. Трудности в переводе экономики на военные рельсы, нехватка товаров для фронта, бесхозяйственность — сошлись вместе, дав повод распространиться популярной теории заговора. В 1914–1917 годах очень многие не сомневались: если Россия и отступает на фронте, то потому что кишит германскими шпионами, саботаж и вредительство которых откладывают победу над врагом. Это значило — лиходеев, окопавшихся в тылу, следовало найти.

Бизнес-клан фон Вакано оказался под подозрением одним из первых. Стало известно, что незадолго до войны в Самару приезжали неустановленные австрийские подданные и проводили переговоры с Вальдемаром. Хотя улик в деле не хватало, обошлись с промышленником сурово по законам военного времени: выслали в провинциальный Бузулук. Туда же отправили и самого Альфреда фон Вакано. К этому времени пиво в Самаре уже не варили: страна вступила в полосу сухого закона.

Мемориальная доска, посвященная Альфреду фон Вакано, на здании Жигулевского пивоваренного завода Владимир Смирнов/ТАСС
Описание
Мемориальная доска, посвященная Альфреду фон Вакано, на здании Жигулевского пивоваренного завода
© Владимир Смирнов/ТАСС

Как оказалось, судьба готовила бывшим магнатам и удар потяжелее. Октябрьская революция 1917 года и последовавшее ценой Гражданской войны установление советской власти лишили фон Вакано всей имевшейся у них собственности. Подавленный неудачами патриарх клана Альфред эмигрировал в Австрию, но его сын, обвинявшийся в шпионаже, поступил иначе. Вальдемар (или чаще Владимир) фон Вакано выбрал Советскую Россию, от которой смог получить в аренду свой завод. Сын знаменитого промышленника — успешный предприниматель эпохи НЭПа, завершившейся, впрочем, национализацией пивоваренного бизнеса. С наступлением 1930-х мир фон Вакано окончательно уходит в прошлое. Тогда популярную марку пива "Венское" сочли несоответствующей времени — буржуазной — и переименовали. Ее место заняло пиво "Жигулевское".

Редакция не поддерживает употребление алкоголя. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью

Игорь Гашков