Все новости

Нарышкин: советская внешняя разведка к 1941 году стала одной из самых эффективных в мире

Она стала такой несмотря на репрессии 1930-х годов, отметил глава СВР

МОСКВА, 21 июня. /ТАСС/. Советская внешняя разведка несмотря на репрессии 1930-х годов, которые почти парализовали ее работу, смогла быстро восстановиться и стать одной из самых эффективных в мире к началу Великой Отечественной войны, внеся свой вклад в Победу. Об этом говорится в статье директора Службы внешней разведки (СВР) России Сергея Нарышкина "В войну разведка вступила первой", опубликованной в журнале "Национальная оборона" к 80-летней годовщине Великой Отечественной войны.

Глава СВР напомнил о появлении советской внешней разведки. "В конце 1920-х - начале 1930-х мир открывал для себя СССР. Многие видели в нашей стране государство социальной справедливости. Наряду с коммунистами-интернационалистами с советской разведкой начали сотрудничать прогрессивно мыслящие люди, осознававшие опасность фашизма и объединенные неприятием нацизма как человеконенавистнической идеологии. Эти люди охотно шли на контакт, потому что Советский Союз виделся им как самый действенный и непримиримый противник "коричневой чумы". В разведку приходили многие ее будущие герои - люди, движимые не материальной стороной дела, а идейными соображениями", - отметил Нарышкин.

Удар репрессий

Трагическая полоса для внешней разведки пришлась на период политических репрессий в 1935-1938 годах. В результате "чисток" более 270 сотрудников были объявлены врагами народа и репрессированы, напомнил Сергей Нарышкин. "Не своей смертью погибли все начальники разведки этого периода - А. Х. Артузов, А. А. Слуцкий, С. М. Шпигельглаз, З. П. Пассов. Из резидентур были отозваны большинство руководителей и сотрудников, в легальных оставалось лишь по несколько человек - как правило, молодых и малоопытных работников на технических должностях. Было ликвидировано значительное число нелегальных резидентур, причем как в Европе, так и в других взрывоопасных регионах мира", - пишет в статье глава СВР.

А о дефиците кадров в центральном аппарате, где оставалось менее половины личного состава, говорит тот факт, что "в 1938 году из центрального аппарата парализованной репрессиями внешней разведки руководству страны в течение 127 дней (!) не докладывалось вообще никакой информации - попросту не было ни одного должностного лица, имеющего право подписывать документы, направляемые в высшие инстанции". И это в период, когда был аншлюс Австрии, Мюнхенский сговор о разделе Чехословакии, агрессия Японии против Китая, японские провокации на советском Дальнем Востоке и Монголии, напомнил Нарышкин. В результате "чисток" были утрачены связи со многими ценнейшими источниками информации, с некоторыми безвозвратно.

Восстановление разведки

В 1939-1940 годах был организован набор молодых людей из партийного и комсомольского актива. В 1938 году создана Школа особого назначения (ШОН) с минимальными сроками подготовки сотрудников. "Впоследствии многие из них станут выдающимися советскими разведчиками, настоящими профессионалами. Среди них - Павел Михайлович Фитин, назначенный в 32 неполных года руководителем разведки и возглавлявший ее всю войну", - отметил Нарышкин.

Летом 1941 года из тюрем стали возвращаться первые из целой плеяды разведчиков, репрессированных в 1937-1938 гг. В их числе создатель и бессменный (до ареста в ноябре 1938 года) руководитель первой в истории ИНО "Особой группы" нелегалов-боевиков Яков Серебрянский, освобожденный в августе 1941 года из камеры смертников; ветеран ИНО Иван Каминский, который с 1922 года до ареста в 1938 году проработал легальным резидентом в Латвии, Италии и Финляндии, а затем нелегальным - в Германии и Франции.

"В 1940-1941 гг. были возвращены в строй находившиеся в опале опытные кадры, восстановлена нормальная работа около 45 легальных и 14 нелегальных резидентур. В ключевых странах (Германия, Англия, Франция), наряду с "легальной" резидентурой, действовало от 2 до 4 нелегальных", - отметил Нарышкин. Эффективнее заработали загранаппараты советской разведки в странах-союзниках Германии, в оккупированных Гитлером европейских государствах, на Ближнем и Дальнем Востоке, в Северной и Южной Америке.

Агент в гестапо

В числе примеров работы разведки Сергей Нарышкин описал эпизод последней встречи сотрудника берлинской резидентуры Журавлева вечером 19 июня 1941 года с Вилли Леманом ("Брайтенбахом") - агентом советской разведки с 1929 года, служившим в гестапо. Подвергая себя смертельной опасности, он сообщил о приказе Гитлера, объявленном сотрудникам центрального аппарата гестапо, начать военные действия против СССР после 3 часов утра 22 июня. "Прощай, товарищ!", - вздохнув, добавил Леман.

"Всем этим некогда секретным сведениям теперь место в учебниках истории, чтобы юное поколение не только знало и гордилось победами нашей армии в годы Великой отечественной войны, но и помнило имена героев-разведчиков, которые выполнили свой долг", - подчеркнул в своей статье Сергей Нарышкин.