Все новости

Либеральный курс? Команда Байдена по-новому взглянула на проблемы нацбезопасности США

Иван Лебедев — об американских стратегических приоритетах и подходах к России и Китаю

Соединенные Штаты впервые официально признали, что система международных отношений, сложившаяся после Второй мировой войны, а затем после распада Советского Союза, необратимо изменилась и сейчас формируется новый мировой порядок. "Прежний порядок уже не может быть восстановлен", — говорится в документе, распространенном на прошлой неделе Белым домом. Он получил название "Промежуточные стратегические ориентиры в области национальной безопасности" (Interim National Security Strategic Guidance) и предназначен для всех американских министерств и ведомств. На его основе администрация Джо Байдена планирует до конца нынешнего года подготовить новую Стратегию национальной безопасности США, которая придет на смену той, что была разработана при президенте Дональде Трампе в декабре 2017-го.

"Мы не можем делать вид, что мир можно просто вернуть к тому состоянию, в котором он находился 75 лет, или 30 лет, или даже четыре года назад. Мы не можем вернуться к прежнему положению вещей. Во внешней политике и национальной безопасности, как и во внутренней политике, мы должны наметить новый курс", — заявили авторы 20-страничного документа. Представляя его в Госдепартаменте, глава этого ведомства Энтони Блинкен подчеркнул, что администрация Байдена не собирается возвращаться назад во времена Барака Обамы и хочет "смотреть на мир свежим взглядом".

Взгляд этот явно направлен сквозь призму либерально-демократических ценностей и обращен не только на глобальные угрозы, но и на такие проблемы, как нарушение прав человека, наступление на демократию, рост авторитаризма. "Демократии во всем мире, включая нашу собственную, все больше оказываются в осаде, — отмечается в "Ориентирах". — Свободные общества сталкиваются с внутренними вызовами в виде коррупции, неравенства, поляризации, популизма, а также антилиберальными угрозами верховенству права".

При Трампе этим проблемам уделялось не столь пристальное внимание. Да и сейчас половина Америки смотрит на них несколько иначе, что, кстати, подтвердил восторженный прием 45-го президента США Дональда Трампа участниками недавней конференции консервативных сил в Орландо (штат Флорида). Тем временем в Европе прозвучал открытый призыв к созданию консервативного интернационала. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан предложил объединиться всем правым партиям, которым дороги национальный суверенитет и традиционные ценности, а возглавляемая им "ФИДЕС — Венгерский гражданский союз" вышла из фракции Европейской народной партии в Европарламенте. Отстаивать либеральную повестку администрации Байдена придется не только дома, но и в диалоге со своими союзниками за рубежом.

Пока только догадки

Либеральный взгляд на проблемы национальной безопасности — это именно то, что отличает нынешнюю стратегию (пусть существующую лишь в виде проекта) от такого же документа, появившегося во времена Трампа. В байденовских "Ориентирах" обозначены три главные цели: обеспечение безопасности американских граждан; создание экономических условий для процветания американского общества, причем в первую очередь среднего класса и "работающих семей"; а также защита демократических ценностей. Первые две цели почти полностью совпадают с теми, которые указаны в стратегии 2017 года. А вот третья была там определена совсем иначе: "Сохранение мира посредством силы" — и означала наличие мощных вооруженных сил для защиты США и поддержки внешней политики страны.

В документе, подготовленном администрацией Байдена, тоже есть слова о военном строительстве, как есть и дежурная фраза о том, что "в случае необходимости Соединенные Штаты без колебаний используют силу для защиты своих жизненно важных интересов". Однако прибегать к этому авторы стратегии предлагают "в самую последнюю очередь", указывая на приоритет дипломатических методов урегулирования конфликтов. Подобные сентенции из раза в раз повторяются в последних выступлениях Байдена на тему национальной безопасности, но неизбежно вызывают простой вопрос: "А разве сейчас военная сила используется кем-то в первую очередь?"

Относительно вооруженных сил в проекте новой стратегии вообще много неясного, на что сразу же обратили внимание американские эксперты. Соединенным Штатам необходимо в предстоящие годы провести модернизацию своих стратегических ядерных вооружений (некоторые из них просто выработают свой ресурс), однако об этом в документе не говорится ни слова. Зато в нем заявлено о намерении "воздержаться от дорогостоящих гонок вооружений" и "сократить роль ядерного оружия в стратегии национальной безопасности".

Конечно, такие планы можно только приветствовать, но по поводу их реализации возникают некоторые сомнения. Дело в том, что они не совсем соответствуют заявлениям высшего военного командования, в том числе главы Пентагона Ллойда Остина. На слушаниях в Сенате по утверждению его кандидатуры он подчеркивал, что ядерное сдерживание является "высшим приоритетом Министерства обороны США".

"Каким образом администрация может сократить роль ядерного оружия, если Минобороны считает его своим высшим приоритетом? Возможно, это означает отказ от новых ядерных вооружений "малой мощности", которые были предложены Трампом, но отвергнуты демократами как дестабилизирующие, однако мы не знаем деталей и можем только строить предположения на этот счет", — отметил на страницах специализированного бюллетеня Breaking Defense генерал-лейтенант в отставке Томас Спор, возглавляющий Центр национальной обороны при консервативном фонде "Наследие" в Вашингтоне.

Расставляя приоритеты

Администрация Байдена подтвердила готовность продолжать переговоры с Россией по контролю над вооружениями, отметив важность недавнего продления Договора по СНВ и с учетом ужасного состояния отношений между двумя странами. Это само по себе уже немало. Россия была причислена в "Промежуточных ориентирах" наряду с Китаем к "авторитарным государствам", однако на этот раз удостоилась гораздо меньшего внимания, чем в документе 2017 года.

Китай, получивший статус "главного соперника" США, напротив, привлек самое пристальное внимание составителей проекта американской стратегии. Они посвятили КНР несколько абзацев.

Почему? На это в документе дан следующий ответ: Китай — "единственный соперник, который может объединить свою экономическую, дипломатическую, военную и технологическую мощь, чтобы воздвигнуть устойчивые препятствия для стабильной и открытой международной системы".

Почти в тех же выражениях о Китае говорил Блинкен, назвавший отношения с этой страной "самым большим геополитическим вызовом XXI века" и одним из внешнеполитических приоритетов США (наряду с такими глобальными проблемами, как пандемия коронавируса, экономический кризис, наступление на демократию, незаконная иммиграция, изменение климата и т.д.).

По словам госсекретаря, в зависимости от ситуации Вашингтон может либо конкурировать, либо сотрудничать, либо находиться в состоянии конфронтации с Пекином. Но в любом случае, подчеркнул он, "общим знаменателем является необходимость вести дела с Китаем с позиции силы".

Не великан

Противостояние с Китаем сейчас, пожалуй, самая популярная тема американских политологов. Однако не все они разделяют алармистский настрой, охвативший администрацию Байдена отчасти под влиянием ее предшественников — трампистов. Уже прозвучало предостережение: "Не надо новых длинных телеграмм" — напоминание о знаменитой дипломатической депеше, отправленной в Вашингтон из Москвы 22 февраля 1946 года сотрудником американского посольства Джорджем Кеннаном. В ней он попытался обосновать невозможность сотрудничества с Советским Союзом. Есть эксперты, которые считают американские фобии в отношении Поднебесной несколько преувеличенными.

"Китай вовсе не великан", — считает бывший директор китайского отдела в Совете национальной безопасности США Райан Хасс, сотрудничающий ныне с вашингтонским Институтом Брукингса. Он вспоминает, как в годы холодной войны шеф Пентагона Джеймс Шлессинджер предупреждал о "синдроме 10 футов" — чрезмерной боязни советских контрпартнеров, которые, по его словам, казались американцам чуть ли не "трехметровыми гигантами", наделенными огромной силой и интеллектом. Теперь такие же страхи они испытывают по отношению к китайцам.

"Китай — вторая по мощи страна в мире и самый сильный соперник, с которым доводилось сталкиваться Соединенным Штатам в последние десятилетия, — отмечает эксперт в журнале Foreign Affairs. — В то же время США, даже несмотря на свои очевидные недостатки, остаются более мощной державой, чем Китай, и у них есть все основания полагать, что такая ситуация сохранится и впредь".

Обе страны сталкиваются сейчас со схожими проблемами (увеличение госдолга, сокращение работоспособной части населения), но в КНР они носят более острый характер, указывает Хасс. Все это имеет самое непосредственное отношение к проблемам национальной безопасности. "Повышенное внимание к сильным сторонам Китая при игнорировании его слабых мест вызывает напрасную тревогу, — поясняет специалист. — Тревога создает ощущение опасности. А это ведет к непропорциональной реакции, которая воплощается в неправильные решения, подрывающие конкурентоспособность Соединенных Штатов".

Администрация Байдена рассчитывает, что новая Стратегия национальной безопасности позволит ей избежать ошибок, о которых предупреждает Хасс и другие эксперты. "Эта повестка дня укрепит наши долгосрочные преимущества и позволит нам взять верх в стратегическом соперничестве с Китаем и другими странами", — пишут авторы "Промежуточных ориентиров". На выполнение повестки, которую они намечают, им отпущено четыре года — срок совсем небольшой. Кто знает, не придется ли после следующих выборов в 2024 году уже кому-то другому составлять совсем новую стратегию.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru