Все новости

"Я выбираю свободу". Галич и новая надежда

ЛИПАТОВ Артем 
Музыкальный журналист
Артем Липатов — о творческом наследии Александра Галича

Александра Аркадьевича Галича принято считать одним из великой тройки советских бардов, предтеч широкого бардовского движения (КСП) — он, Высоцкий и Окуджава. Формально это, возможно, и так (связующее звено — гитара и песни, положенные на собственные стихи), но совершенно очевиден огромный разрыв и между ними тремя, а уж тем более — между ними и теми, кого числят их последователями. Получается, важно не то, что пел. 

В этом смысле судьба Александра Галича малопонятна и, в сущности, невероятна. Удачливый драматург и сценарист, которого публиковали и ставили на советских сценах, получивший за один из сценариев даже грамоту КГБ; вальяжный "советский барин", любитель антиквариата и шуб, вдруг в 50 лет становится автором песен, поначалу просто не совпадающих с советской эстетикой, а потом совершенно очевидно противостоящих ей, — и довольно быстро лишается всех благ и возможностей, включая возможность работать.

Он будет петь о судьбах страны и ее правителей через призму, четко сформулированную позже Робертом Рождественским ("полстраны уже сидит, полстраны готовится"), — и старший его товарищ, драматург Арбузов (впоследствии, когда Галича будут исключать из Союза писателей, он скажет об их дружбе, но проголосует за), в сердцах закричит на него: "Ты же никогда не сидел! Ты присвоил себе чужую биографию!"

Да нет, это, что называется, кто кого присвоил.

Парадоксально, но факт — при том, что цитаты из песен Галича давно стали раскавыченными, прочно вошли в языковую ткань, его песни нельзя назвать популярными.

На его записи нет особого спроса, да и записей качественных почти что и нет, кроме разве что норвежской пластинки "Крик шепотом" (спасибо компании SoLyd, которая продолжает эти бытовые, самодельные записи отыскивать, реставрировать и издавать) — для сравнения, французские виниловые пластинки Высоцкого до сих пор высоко котируются среди коллекционеров, да и пластинки Окуджавы — тоже. Значит, дело в другом. В том, что не измеряется популярностью.

Мои слова прозвучат, наверное, пафосно — но и песни Галича были пафосны, за что его исподволь упрекают литературоведы. Так вот, очень похоже, что Галич был присвоен своей страной, выбран, избран, как хотите, чтобы сказать о ней правду высоким ли, низким ли языком. То, что началось с почти формалистической литературной задачи (сам Галич рассказывал: от скуки, в вагоне поезда начал сочинять песенку, думал, что справится быстро, но занял этот процесс аж пять часов, и тут он подумал: не все так просто с этими песенками!), стало его судьбой.

Есть иной вариант, более простой, но не менее пафосный и не менее, наверное, правдивый: Галич просто осознал себя "советским холуем" (слова, сказанные им самим, и не раз) и решил более им никогда не быть. У него получилось.

Читая воспоминания о Галиче, удивляешься: немолодой человек с гитарой выглядит в них удивительно вежливым, тактичным, скромным, даже избыточно

Есть история о том, как в Минске, на вечере, куда был приглашен Галич, публика перепилась раньше времени, и устроитель его сначала включил магнитофон с песнями героя вечера, а затем под шумок просто увел барда — и тот всю дорогу чувствовал себя неловко: "Все-таки нас пригласили".

И в то же время — несгибаемая стойкость, неуступчивость, готовность пожертвовать всем, что большую часть жизни ее, эту жизнь, и составляло. Это изумляет, и это восхищает: несмотря на участие Галича в политических организациях, его путь, как и путь любого большого художника, — путь одиночки. И как кажется, это единственно верный путь.

В эти дни, когда Галичу исполняется 100 лет, в маленьком московском музыкальном издательстве "Отделение "Выход" выходит в свет альбом "Веселый разговор" — посвящение Александру Галичу, где его песни поют самые разные артисты, большинство которых широкой публике незнакомо — но это хорошие, большие музыканты, от Вадима Демидова из нижегородской группы "Хроноп" до легендарного скрипача Сергея Рыженко ("ДДТ", "Машина времени", "Последний шанс", ныне — "Вежливый отказ"), от Анны "Умки" Герасимовой до рэпера Ноггано, он же Баста, от Александра Чернецкого ("Разные люди") и Сергея "Чижа" Чигракова до Псоя Короленко.

Это, на мой взгляд, очень важная история, куда важнее недавнего концерта в "Градский-холле" с участием грандов отечественного шоу-бизнеса.

Подготовка этого альбома длилась семь лет, и делался он, конечно же, по большой любви, признательности человеку, которого инициатор записи, продюсер "Отделения "Выход" Олег Коврига, именует исключительно Учителем. На обложке этого двойного компакт-диска — фотографии, сделанные на Чукотке, и запечатлены на них руины сталинских лагерей, в которых гибли тысячами люди, чьим голосом стал голос Александра Галича.

То, что его песни сейчас звучат голосами наших современников, означает, что они остаются важны и нужны для нас, нынешних. Стоит, наверное, вспомнить о словах, которые пел еще один человек с гитарой — Александр Башлачев: "Я хочу дожить, хочу увидеть время, когда эти песни станут не нужны". Но они нужны, а значит, боль и гнев в этих песнях остаются актуальными и сегодня

Это тревожный сигнал, но это и новая надежда.

 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru