Все новости

Нарышкин рассказал о трудностях, с которыми столкнулась служба разведки в 90-е

Директор СВР отметил, что деятельность любой разведывательной службы всегда направлена вовне, а "окружение новой России осталось практически прежним" в тот период

МОСКВА, 2 августа. /ТАСС/. Директор Службы внешней разведки (СВР) Сергей Нарышкин рассказал, как российское разведсообщество в девяностые годы преодолевало период общего безденежья в стране, сталкиваясь с уходом сотрудников на фоне экономического и идеологического кризиса.

"Это было действительно сложное время и для страны, и для нашей службы. Безденежье, конечно, многие - не многие, а часть опытных сотрудников - вынуждены были уйти в отставку [в 1990-е годы] по собственному желанию, - сказал он в эксклюзивном интервью для YouTube-канала "Соловьев Live". - Чаще всего они мотивировали это словами о том, что давали присягу другой стране, а с этим руководством новой России им не по пути. Но в этом были, конечно, и идеологические мотивы".

Нарышкин напомнил, что аналогичную позицию озвучивал и Евгений Примаков на своей первой пресс-конференции в качестве главы российской внешней разведки России. "Он сказал, что я свой партбилет сохранил. Я убежденный марксист, а тот, кто не верит в теорию и учение Маркса, тот просто это учение плохо знает, - пояснил глава СВР. - Так что время было действительно сложное, но надо иметь в виду, что все-таки разведка, советская разведка, не была политизирована".

Нарышкин отметил, что деятельность любой разведывательной службы всегда направлена вовне, а "окружение новой России осталось практически прежним" в тот период. "Те же Соединенные Штаты Америки с той же политикой в том числе и по отношению к новой России как к Советскому Союзу, тот же блок НАТО. Только он постепенно укрупнялся", - добавил он.

Глава СВР рассказал, что о собственном пути в этой сфере задумался только в институте.

"Не могу сказать, что мечтал с первого класса, - отметил он. - Конечно, постепенно привыкал к мысли о том, что служба в разведке окутана определенной тайной и романтикой, о том, что это такая настоящая мужская государственная служба. Думал об этом в большей степени, когда учился в институте".