Все новости

Энергетика в изоляции

Единой энергосистемы, как в Европейской части страны и даже в соседней Сибири, на Дальнем Востоке создано не было
Колымская ГЭС РусГидро
Описание
Колымская ГЭС
© РусГидро

В годы СССР развитие энергетики Дальнего Востока велось в следующей парадигме: обеспечивать нужды создаваемой в рамках индустриализации промышленности, а также многочисленных военных объектов. Эффективность, экология, интересы населения - все это оставалось на втором плане, в приоритете были задачи государственного масштаба. Конечно, в том смысле, как их понимали во времена пятилеток. В постсоветское время структура потребления сильно изменилась; сегодня в некоторых регионах, к примеру на Сахалине, основными покупателями электроэнергии стали население и коммунальный сектор, а не впавшая в анабиоз промышленность. А в наследство от "оборонки", например, остались станции, работающие на флотском мазуте (как Майская ГРЭС в Советской Гавани).

Огромные расстояния между регионами, а внутри них - между городами и поселками, породили другую ключевую особенность дальневосточной энергетики: изолированность территорий. Единой энергосистемы, как в Европейской части страны и даже в соседней Сибири, на Дальнем Востоке создано не было. Только генерация в южных регионах (Хабаровский и Приморский края, Амурская область, Еврейскаяя автономная область, а также юг Якутии) работает в рамках объединенной энергосистемы (ОЭС) Востока, на остальных же территориях действует пять изолированных энергосистем. В том числе две - в той же Якутии. При этом ОЭС Востока сама по себе изолирована от ОЭС Сибири и, соответственно, всей страны (межсистемные перетоки электроэнергии обеспечиваются маломощными линиями электропередачи напряжением 220 кВ); а внутри нее действуют отличные друг от друга как по техническим параметрам (преобладание ЛЭП того или иного класса напряжения, разные типы генерации и т. п.), так и по подходам к работе с потребителями системы.

В зоне риска

Все это приводит к тому, что некоторые районы страдают от дефицита электричества, другие же являются энергоизбыточными. Но при этом возможности перетоков из-за огромных расстояний, которые не охватить никакими сетями, отсутствуют. Либо сети настолько износились, что даже при передаче на сотню-другую километров потери электричества превышают все допустимые пределы. Остро стоит и проблема резервов мощности. "С одной стороны, сложный климат - у нас постоянно то заливает, то сдувает, то лесные пожары. Это определяет высокие требования к резервированию мощности - мы всегда должны быть готовы обеспечить потребителя светом и теплом по резервной схеме, если основная вышла из строя. С другой стороны, огромные расстояния означают и высокие потери в электросетях, и существенную стоимость топлива за счет транспортной составляющей. Прибавьте к этому устаревшее оборудование, поскольку массового обновления мощностей у нас не было с советских времен, а также низкую платежную дисциплину потребителей, и вам в принципе станет ясна картина, в условиях которой приходится работать", - пояснял в интервью "Газете.Ru" генеральный директор "РАО ЭС Востока" Сергей Толстогузов.

По оценке специалистов компании, с 2020 года в ДФО начнется лавионообразный вывод из эксплуатации устаревших мощностей общим объемом свыше 2 ГВт. Нормативный срок эксплуатации здесь отработало уже более 80% генерирующего оборудования электростанций; прямо сейчас требуется замена 20% турбоагрегатов суммарной мощностью 1600 МВт и 21% котлоагрегатов (паропроизводительностью 7400 т/ч). Срочная замена требуется и для более чем 80% сетей. За этими цифрами скрываются настоящие драмы, а местами - и потенциальные трагедии: в большинстве случаев состояние объектов генерации и сетей - вопрос выживания для населения и тех немногочисленных промышленных потребителей, которые ведут свою деятельность в регионах с изолированным энергоснабжением. К примеру, до запуска первых двух гидроагрегатов Усть-Среднеканской ГЭС в зоне повышенного риска жила Магаданская область. Единственным объектом генерации здесь до 2013 года оставалась Колымская ГЭС, и если бы с ней что-то случилось, пришлось бы в экстренном порядке организовывать спецоперацию по вывозу 150-тысячного населения региона на "большую землю" (чтобы нивелировать этот риск, до запуска второй в каскаде на реке Колыма ГЭС энергетикам приходилось держать в холодном резерве давно устаревшую Аркагалинскую ГРЭС). Что уж говорить про территории, основным источником генерации в которых являются "древние" тепловые станции?

Неэффективное тарифообразование

Дальний Восток остается в зоне тотального тарифного регулирования - рыночные механизмы, по которым живет энергетика в других округах страны, здесь не действуют. Тарифы ежегодно устанавливают региональные энергетические комиссии, как правило, ниже экономически обусловленных величин. Вкупе с государственными субсидиями тарифной выручки хватает только на основные ремонты. Из-за этого головной энергохолдинг вынужден постоянно занимать деньги - у банков, у материнской "РусГидро". О стабильной доходности говорить в такой ситуации не приходится, о масштабном развитии тоже. Неэффективное тарифообразование и высокая закредитованность "РАО ЭС Востока" - печальные реалии дальневосточной энергетики.

При этом на тариф давят топливные затраты (их доля в себестоимости производства электроэнергии доходит до 70%). В особо отдаленные поселки Якутии, например, дорогостоящее дизельное топливо везут два года (с учетом проведения всех необходимых конкурсных процедур и сложной логистики). Стоит отметить и удаленность центров потребления от источников генерации. Так, например, Владивосток получает электроэнергию от Бурейской ГЭС по ЛЭП 500 кВ, которая тянется от станции на сотни километров. Сети пришлось протягивать и вдоль трассы нефтепровода "Восточная Сибирь - Тихий океан". Учитывая необжитость большинства территорий, затраты на обслуживание сетевой инфраструктуры тяжким бременем ложатся на себестоимость электроэнергии.

Регион-парадокс

Вместе с тем, на Дальнем Востоке сконцентрирован огромный энергетический потенциал. Прежде всего в гидроэнергетике - освоенность водных ресурсов сегодня не превышает 4%. "Дальний Восток для меня - это такой регион-парадокс. Это источник многих проблем и одновременно территория с колоссальным потенциалом для роста. Огромные расстояния, суровый климат, наводнения, обветшалость общей инфраструктуры, а порой и полное ее отсутствие, малонаселенность. И рядом - самые богатые запасы нефти, газа, золота, 96% неосвоенного гидропотенциала, если говорить об отрасли, в которой мы работаем, морские ресурсы. А также масштабный рынок сбыта, потенциальный поставщик оборудования и технологий, а возможно, и источник капитала - страны АТР", - рассказывал глава "РусГидро" Евгений Дод "Газете.Ru".

Крайне высок потенциал развития и других возобновляемых источников энергии - ветра, солнца, биоресурсов, даже морских приливов и т. п. Настоящим полигоном использования энергии вулканов еще в советские годы стала Камчатка, где работает несколько геотермальных станций. Кстати, в случае с Дальним Востоком генерация на основе ВИЭ может стать весомым подспорьем для решения "топливной проблемы": установка ветряков и солнечных батарей на действующих в изолированных поселках дизельных станциях помогает снижать потребление завозного топлива. А значит, реально экономить на топливной составляющей.