21 октября, 11:00Прямая речь
Глава WWF: в России тигры себя чувствуют комфортнее, чем где бы то ни было в мире
© Донат Сорокин/ТАСС

Марко Ламбертини дал эксклюзивное интервью ТАСС на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Сочи

Генеральный директор Всемирного фонда дикой природы (WWF) Марко Ламбертини во время Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Сочи в эксклюзивном интервью ТАСС рассказал о молодежной политике WWF и поделился мнением об успехах и неудачах российских и мировых проектов в сфере охраны природы.
 
— Вы участник Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Сочи. Что вы хотите получить от этого фестиваля для вашей организации? 

— Фестиваль привлекает внимание молодежи, а молодежь — это те люди, которые потенциально готовы менять настоящее и будущее. Наша организация — это главный "агрегатор" молодых людей по всему миру, и, конечно, мы приветствуем любую возможность поговорить с ними, особенно на таком уровне.

Посыл, который я постараюсь донести до аудитории на форуме, — это важность природы для нас, людей. Сейчас часто возникает обеспокоенность в связи с исчезновением видов, разрушением их мест обитания… Становится более ясно то, что разрушение окружающей среды отрицательно влияет не только на дикую природу, но и на людей. Поэтому главная мысль в том, что природа важна для всего живого на Земле.

— Видите ли вы приток волонтеров в ваши программы по всему миру и в особенности в России?

— Конечно. Мы видим, что число подписчиков наших социальных сетей, которые в большинстве своем молодые люди, достигает сейчас 30 млн и растет на 1 млн каждый месяц. Мы запустили новый Instagram, и за неделю на него подписалось более 4 млн человек. Молодые люди очень заинтересованы, отчасти потому, что они больше стали понимать важность природы для их собственного будущего. В России то же самое, WWF в России был основан в 1994 году. У них в общей сложности около 700 тысяч последователей и сторонников. 

— Вы упомянули, что многих молодых людей привлекают именно социальные сети. Достаточно ли просто поставить "лайк" под картинками? Некоторые люди, вместо того чтобы делать что-то материальное, просто сидят на диване и ставят "лайки". 

— Я привел данные по социальным сетям, потому что это можно легко сосчитать. Существуют разные уровни вовлеченности, некоторые могут просто "лайкать" и комментировать под постами, но сейчас молодые люди все чаще спрашивают: "А что я могу сделать, чтобы что-то изменить?" А сделать они могут множество вещей — они могут изменить свой стиль жизни, сделать его более "зеленым". Для этого сегодня существует много способов — от энергии, которую вы потребляете, до еды, которой вы питаетесь, и транспорта, а также они могут стать членами организации — WWF или другой. Это показывает большую вовлеченность, потому что можно подумать, что подписание петиции — это не важно, но это очень важно. Мы продолжаем собирать сотни тысяч подписей в поддержку наших кампаний, и политики слушают, когда миллионы людей объединяются. 

— Как в целом вы оцениваете атмосферу мероприятия, его организацию? 

— Самая интересная часть — это, конечно, энтузиазм молодых людей и мультикультурализм. Это очень важно, потому что нам нужно пытаться понять друг друга и приходить к общим решениям между культурами и между странами. Еще один момент — это разнообразие тем фестиваля. Программа на самом деле освещает все те злободневные вопросы, с которыми сегодня сталкивается наше общество: от бедности до экономического развития, изменения климата и сохранения окружающей среды.

И я думаю, что это новый подход современности. Мы не можем рассматривать экономику, общество, природу отдельно друг от друга. Не будет процветающего общества в деградирующем мире. Не будет людей, заботящихся о природе и при этом находящихся за чертой бедности. Повестка дня сегодня взаимосвязана, и в этом прелесть программы фестиваля — многопрофильность. 

— Фестиваль проходит в Олимпийском парке Сочи. Во время его строительства и строительства других олимпийских объектов в Сочи возникало множество вопросов, связанных с окружающей средой. Как вы в целом оцениваете влияние на дикую природу этой стройки? 

— Такая организация, как WWF, всегда очень заинтересована в том, чтобы искать выход из сложных ситуаций, чтобы избежать негативного воздействия. Мы работаем с Международным олимпийским комитетом. Зимние Олимпийские игры оказывают большее влияние на природу, чем летние, потому что они проходят в естественных условиях — в горах, лесах, то есть часто они оказывают прямое влияние на окружающую среду. WWF консультирует правительства и комитет, как это минимизировать.

И были достигнуты договоренности, например, о том, что по завершении Олимпийских игр больше не будут использоваться ресурсы, которые использовались при строительстве объектов, а также была договоренность усилить охранный статус некоторых зон, граничащих с олимпийским объектом. Мы думали, это станет справедливой компенсацией. Однако мы до сих пор не видим реального осуществления этих договоренностей, мы просим и правительство, и Олимпийский комитет следовать этим договоренностям. Присвоение Сочинскому парку более высокого статуса (имеется в виду включение части земель Сочинского нацпарка и заказника в состав объекта всемирного наследия ЮНЕСКО "Западный Кавказ" — прим. ТАСС) гарантировало бы его полную защиту, и мы до сих пор ожидаем, что это произойдет. 

— Этот год, который был объявлен в России Годом экологии, уже подходит к концу. Видите ли вы какие-либо изменения в экологической ситуации? Успешен ли этот год в целом? 

— У меня нет данных по году как таковому, но я знаю, что в течение 10 лет происходило увеличение числа охраняемых территорий, деклараций о новых национальных парках, деклараций о новых охраняемых территориях в разных формах. Я думаю, что Россия и страны бывшего СССР — одни из самых чистых стран, люди не бросают мусор на улицах, как, к сожалению, люди в других странах. Конечно, мы хотим видеть больше, потому что Россия — огромная страна.

Но реальные проблемы гораздо более сложные. Например, связанные со стабильным рыболовством. Океан под угрозой, рыбные запасы сокращаются, и, к примеру, WWF в России активно работает над тем, чтобы рыболовство стало в будущем более стабильным, что выгодно и для экономики, и для людей, которые едят рыбу. И, конечно, изменение климата в северных широтах. Проблемы изменения климата, повышение температуры и таяние льдов должны сильно беспокоить Россию, потому что это может нанести урон огромной части вашей страны. И это беспокоит весь мир. 

— Вы упомянули, что Россия и страны бывшего СССР были самыми чистыми странами по сравнению с другими странами. Но одна из проблем, которые государство особенно подчеркивало в этом году, — это решение проблемы мусора. Было несколько громких скандалов в СМИ, особенно когда правительство решило закрыть мусорный полигон недалеко от столицы и открыть несколько других. А также были обсуждения по поводу того, что считать самым эффективным способом борьбы с мусором — в России для этого планируется использовать мусоросжигательные заводы. Что вы об этом думаете? 

— WWF выступает за переработку мусора, не за сжигание. Сжигание — это показатель расточительного управления нашими ресурсами, это неправильно. Возможно, это могло бы быть краткосрочным решением на время кризиса, но не для долгосрочной перспективы. С другой стороны, переработка — это не так просто. Огромное количество пластика не поддается полной переработке, и это еще одна сложность.

Две вещи, которые государства могут сделать: собирать, при этом делая так, чтобы пластик не попадал в окружающую среду, потому что он впоследствии распадается на мелкие части и попадает в еду, которую мы едим, и это влияет на наше здоровье в том числе. Второе — перерабатывать настолько, насколько возможно. Но третий пункт, пожалуй, самый сложный и самый важный — это переход к пластику не из нефти, а из других материалов, такие технологии уже есть сегодня. Я думаю, это тот вопрос, который должна решить не только Россия, но и страны по всему миру. Сегодня это становится большой проблемой, поэтому, я думаю, настало время правительствам всех стран прийти к соглашению по вопросам пластика.
 
— Следующий вопрос. Вы упомянули о важности сохранения рыбных ресурсов в России. В России есть несколько более-менее успешных проектов по созданию антибраконьерских отрядов на Камчатке и в Мурманской области. Но какой может быть следующий шаг властей, общества, чтобы, возможно, с вашей помощью восстановить популяцию лососевых в России?

— Предупредительные меры в отношении незаконного промысла являются очень важными. Второй аспект — это, конечно, охраняемые морские районы.  Мы должны понять, что, защищая некоторые районы моря, мы помогаем лучше ловить рыбу в других местах. Были ситуации в мире, когда рыба исчезала. И это катастрофа для местного населения, для правительства, а также для экосистем. Нужно внимательно следить, где защищать, а где ловить рыбу, когда ловить и когда не ловить, обращать внимание на продолжительность вылова, сезон. Это непростое решение, которое важно для хорошей политики в рыбной отрасли.  

— Как вы думаете, российское правительство проводит хорошую политику в отношении сезонности и объема вылова рыбы? 

— Пока нет. Должен сказать, что весь мир плохо справляется: 90% промысловых рыб мира либо полностью выловлены, либо объемы их вылова избыточны. Мы в состоянии в мире управлять устойчиво популяцией только 10% всех промысловых рыб. Это действительно глобальная проблема. И мы должны понять, что океан не такой уж и большой. Мы по-прежнему думаем: "Проблем нет, рыба придет, океан бесконечен". Нет. Океан очень щедрый, но и очень ограниченный в своих ресурсах. Это ослабевающая экосистема. 

— В России обсуждается создание специального государственного органа, отвечающего за охраняемые территории в России. Как вы считаете, это хорошая идея? Что вы вообще думаете о качестве государственного регулирования в сфере охраны природы?

— Я думаю, что российское правительство всегда очень серьезно относилось к экологии, особенно к охране природных ресурсов. И я думаю, что система охраняемых территорий у вас замечательная. Она одна из лучших. Конечно, все может быть улучшено, потому что мы защищаем во всем мире только 15% нашей земли и 4% нашего моря. Нам нужно защищать гораздо больше. Так что есть над чем поработать.

Но с точки зрения структуры управления и исполнения обязательств в отношении охраны природы можно сказать, что Россия проделала очень хорошую работу. Вымирание редких видов остановилось, и сегодня численность видов впервые снова начинает увеличиваться. Это происходит только потому, что государство очень строго следило за тем, чтобы законы исполнялись. Я думаю, что Россия — это та страна, где тигры более комфортно себя чувствуют, чем где бы то ни было еще в мире. Это потрясающий успех. Важно, чтобы ведомство, если оно будет создано, было сосредоточено не только на охраняемых территориях, но имело возможность вносить инициативы в правительство и добиваться их исполнения. Тогда это будет сильная структура. 

— Последний вопрос о России. В октябре состоялось обсуждение проекта второй очереди газопровода "Северный поток" в Балтийском море, в котором принял участие и WWF России. Представители вашей организации критиковали нынешний проект, потому что он проходит через охраняемую территорию, где есть редкие птицы и редкие экосистемы. И поэтому вы настаиваете на смене маршрута. 

— Ответственное развитие инфраструктуры — это глобальный вызов в развитии, с которым мы столкнулись. До сих пор мы развивали строительство, порты и трубопроводы как если бы мы могли делать все, что хотим. Половина планеты уже превратилась в искусственную среду. Нам нужно внимательно следить за другой половиной планеты. Потому что окружающая среда является основой нашего процветания. Воздух, которым мы дышим, вода, которую мы пьем, еда, которую мы едим, и все остальное. Поэтому нам нужно научиться развиваться, не нанося вред окружающей среде.

Иногда это так просто, как в этом конкретном случае с "Северным потоком". Да, иногда это стоит очень больших денег. Но это цена, которую стоит заплатить. Потому что если вы не заплатите цену сегодня, вы заплатите большую цену завтра. И это то, что мы должны понять для грядущих изменений. Мы реагируем сиюминутно, мы не думаем о долгосрочной перспективе. Теперь нам нужно измениться. Трубопровод вполне может обойти охраняемые районы. И он должен их обойти. Потому что, если нет, это значит, что мы не придерживаемся принципов устойчивого развития. Устойчивого развития в долгосрочной перспективе, которое защищает людей, помогает людям и защищает природу.

Кстати, охрана природы также защищает людей. Так что мы настаиваем на том, чтобы маршрут был изменен. И я надеюсь, что если компании, реализующие проект, хотят выглядеть ответственными компаниями, они прислушаются к нам. 

— Давайте перейдем к глобальным проблемам.  Первый вопрос касается действий США по Парижскому соглашению и ЮНЕСКО. Как вы считаете, крупные сильные нации больше не заинтересованы в участии в таких глобальных инициативах, потому что не верят в их эффективность?

— Я так не думаю. И ситуация с ЮНЕСКО очень специфическая. За этим стоит весьма конкретная политическая причина, которая касается ситуации на Ближнем Востоке. Поэтому я не стал бы делать никаких выводов из этого шага США. Что касается Парижского соглашения, никто не знает, почему на самом деле США приняли такое решение. Важны две вещи. Президент Трамп объявил, что они будут выходить из Парижского соглашения, но это займет много времени, возможно, больше, чем срок полномочий президента Трампа. 

С другой стороны, посмотрите, что произошло: заявление президента Трампа фактически создало еще более твердую приверженность соглашению в других странах. С другой стороны, посмотрите, что происходит в Америке. Как только господин Трамп объявил, все крупные корпорации заявили, что они будут придерживаться обязательств Парижского соглашения добровольно, что бы ни случилось с руководством. А целые штаты пошли еще дальше: энергетика возобновляемых ресурсов, новая энергетическая повестка дня... Удивительная вещь.

Многие люди в Америке начинают чувствовать давление изменения климата. Изменение климата не является чем-то абстрактным. Вы видели, что произошло всего месяц назад: четыре урагана от 3-й до 5-й категории ударили по одной и той же территории юга США. Люди погибают. Страховщики разоряются, потому что они не могут фактически покрыть стоимость разрушенных домов. Защита природы — это больше не просто какой-то абстрактный вопрос, материя, которая затрагивает тигров и белых медведей. Это повседневная жизнь людей. 

— Вы планируете подтолкнуть, лоббировать создание второй редакции Парижского соглашения? 

— Ну, это действительно запланировано. Добровольные взносы по Парижскому соглашению будут обсуждаться в течение следующего года или двух и подвергаться оценке. Таким образом, будет запущен процесс, который не позволит глобальной температуре повыситься более чем на 2 градуса. Нам необходимо будет оставаться на этом же уровне, лучше будет, если мы будем на отметке в 1,5 градуса. Эту инициативу я намерен продвигать очень активно. Если мы превысим порог в 2 градуса, это неизвестно чем может обернуться. Уже сейчас нас беспокоят скорость и частота ураганов. А это мы превысили температуру лишь на 1 градус с небольшим. Представьте себе, насколько увеличится, удвоится их количество через 20 лет? Это будет катастрофа.
 
— Как вы считаете, как-то возможно решить проблему растущей год от года свалки пластиковых отходов в Тихом океане?
 
— Можно собирать пластик, хотя это и дорого. Главная проблема в том, что пластик распадается на мелкие кусочки, которые тоже нужно собирать. В ряде случаев они находятся глубоко и смешались с илом. И второй момент: нужно принципиально избегать попадания пластика в океан. На этом нужно сфокусировать наши усилия, поскольку производство пластика растет и развивающиеся экономики потребляют его в большом количестве. Этот материал до сегодняшнего дня здесь востребован и в здравоохранении, и в энергетике, используется во многих вещах. И это потребление только растет в Азии и Африке. Необходимо переходить на пластик нового типа, который со временем может самостоятельно разлагаться.
 
— И эти кусочки пластика ест рыба, которая затем попадает на наш стол?

— Это самое страшное. И мы даже не можем представить себе все последствия. Из 5 тысяч проб воды, взятых в крупных городах, в 80% случаев был обнаружен пластик. То есть вы это пьете вместе с водой. Надо также помнить о мельчайших частицах пластика, которые люди добывают вместе с солью в океане. 
 
Беседовал Максим Филимонов

Фотобанк
Читать далее
Загрузить еще