7 сентября, 17:30Прямая речь
Борис Титов: в России должен быть создан суд по защите прав инвесторов
© Александр Рюмин/фотохост-агентство ТАСС

Бизнес-омбудсмен Борис Титов дал интервью ТАСС в рамках Восточного экономического форума, в котором рассказал о предложениях по защите прав российских и иностранных инвесторов

Тема защиты прав предпринимателей и создания благоприятных условий для ведения бизнеса как наиболее важных условий для обеспечения динамичного развития дальневосточных регионов была в центре внимания ВЭФ-2017, который проходит во Владивостоке. О предложениях по защите прав российских и иностранных инвесторов в интервью ТАСС рассказал бизнес-омбудсмен Борис Титов.

— Первый вопрос про вашу экономическую программу "Стратегия роста", которую возглавляемый вами Столыпинский клуб направил президенту. Войдут ли положения этой стратегии в предвыборную программу президента или, возможно, она станет частью каких-то других государственных программ? 

— Сейчас все вопросы обсуждаются, идут совещания по стратегии, подготовленной Центром стратегических разработок. Я так понимаю, что и по нам тоже.

Мы идем (со своей Стратегией роста — прим. ТАСС) к широкой общественности, бизнесу, экспертам, СМИ — людям, которые сегодня в абсолютном большинстве. По крайней мере, мы это совершенно четко чувствуем, они поддерживают нашу идею, поддерживают необходимость новой экономической политики, ухода от старой политики стабильности, стабилизации инфляции, профицитного бюджета — к политике проактивного стимулирования притока инвестиций, активной политике государства по созданию таких условий, софинансированию инвестиций, по созданию институтов развития. 

Я могу сказать, что конкретным примером Стратегии роста является Дальний Восток. Здесь на Дальнем Востоке отрабатываются основные идеи Стратегии роста. Когда-то Галушка (министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка — прим. ТАСС) был и в Столыпинском клубе. Мы с ним писали первые работы, например Политику роста — так у нас назывались еще в 2005 году наши доклады. И могу сказать, что многие инструменты, которые здесь реально реализуются (в регионах Дальнего Востока — прим. ТАСС), — это как раз те инструменты, которые расписаны в Стратегии роста. 

— О каких инструментах идет речь?

— Например, те же зоны, специальные кластеры, которые у нас в программе Стратегии роста есть. Это и налоговое стимулирование, и тарифы по-новому, это и новые ограничения в контрольно-надзорной деятельности. Это и новые суды, которых сегодня пока нет на Дальнем Востоке, но мы активно обсуждаем этот вопрос. 

— О каких новых судах идет речь?

— Это специальный суд для защиты инвесторов, то есть для дел инвесторов: специальная коллегия, которая должна заниматься вопросами административными, арбитражными, возможно, уголовными, для резидентов ТОР, свободного порта и, возможно, других особых экономических зон. 

Законодательство у нас в основном правильное и хорошее, но у нас очень плохое правоприменение и не всегда объективные суды. Мы жалуемся на судебную систему, которая часто подвергается давлению со стороны правоохранительных органов, контрольно-надзорных административных органов, и работает под их диктовку. Ну и политическое влияние бывает. Здесь должны быть суды абсолютно независимые, которые будут обладать серьезным корпусом профессиональных судей, что тоже очень важно, потому что у нас часто непрофессионалы судят. У нас сложные экономические дела, а судят нас непрофессиональные судьи, не имеющие того уровня знаний, как те, кто к ним обращается. Поэтому здесь должен быть сформирован правильный профессиональный корпус, ликвидировано давление на судей, здесь не будет никакого внешнего давления на них. Допустим, избрание председателя суда будет происходить по новой схеме, потому что сегодня председатели судов в основном оказывают давление на судей. Это будут ротации и избрания, а не назначения. Поэтому, ликвидировав давление на этот суд, мы добьемся объективного рассмотрения вопросов.

— То есть получается, что вы предлагаете фактически создать экономические суды?

— Нет, один. Для резидентов специальных экономических зон, ТОР, особых экономических зон, свободного порта Владивосток. Это не мы придумали, такая практика существовала в других странах, в особых экономических зонах в Китае, например, были созданы два суда: по интеллектуальной собственности и морскому праву. То есть мы хотим всему миру показать, что у нас бывают объективные хорошие суды и чтобы инвесторы пришли с полной гарантией, что у них будет нормальное адекватное объективное судопроизводство.

— Где набирать кадры для этих судов?

— У нас много судей. Я думаю, что если мы создадим хорошие условия для них, то они точно найдутся. 

— Вы уже думали, где бы мог размещаться подобный суд?

— Мы не думали об этом, но, я думаю, что на Дальнем Востоке. Но он может заниматься делами не только дальневосточными. У нас есть особая экономическая зона Севастополь, у нас есть особая экономическая зона Калининград, есть специальные зоны.

— Из Севастополя лететь во Владивосток на то или иное судебное заседание все-таки… 

— У нас же современные сегодня методы. Это будет современный технологически оснащенный суд, поэтому можно будет в удаленном доступе даже осуществлять рассмотрение дел.

— Вы с этим предложением уже выходили в правительство?

— Нет, мы пока еще не выходили, это просто озвучено предложение только сейчас, на этом форуме, но мы будем его прорабатывать с экспертами. Это предложение Столыпинского клуба, Института экономики роста имени Столыпина. 

Мы сейчас будем отрабатывать его с разными инстанциями. Сегодня попросили прокуратуру подумать и рассмотреть все законодательные аспекты этого дела, они согласились подумать. Мы будем обсуждать это с Верховным судом, естественно. Этот суд должен быть в составе судебной системы во главе с Верховным судом. Мы, конечно, должны обсудить это и с законодателями. Но хотя на самом деле это, может быть, даже не потребует специального закона. Надо посмотреть. Наверное, в законе о Верховном суде нужно будет изменение.

— На сессии Восточного экономического форума обсуждались проблемы бизнеса, так или иначе связанные с судебной системой и вашей работой как бизнес-омбудсмена. Можете подвести какие-то итоги, сказать, чего удалось добиться?

— Сегодня, если говорить о позитивном, нам удается больше решать конкретных дел. Могу сказать, что мы за последний год 110 предпринимателям улучшили ситуацию в их уголовных процессах по разным аспектам. Только за последние два месяца мы освободили из-под ареста и перевели на более мягкие меры пресечения 22 предпринимателей, что тоже достаточно серьезный результат нашей специальной программы, которую мы назвали "Стоп-арест". Вместе с тем, конечно, общая ситуация пока не улучшается, и более того, количество, например, арестованных предпринимателей за первые полгода 2017 года только выросло, что нас очень огорчило.

— С чем это связано?

— Мы очень много занимаемся экономикой, говорим о создании делового климата. Созданы такие системы, как АСИ, как Корпорация развития малого бизнеса, Фонд развития промышленности и многое другое. Это все экономически создает хорошие условия. А с точки зрения правовой, рисков для предпринимателей — пока очень сильны правоохранители, и многие наши предложения по изменению и законодательной ситуации, по изменению законов и по правоприменению упирается в их мнение. 

— Как-то пессимистично вы это сказали...

— Мы не теряем сегодня уверенности в том, что эта система будет меняться. Дело в том, что пока была высокая нефть, в общем можно было так с бизнесом обходиться, а сегодня (дорогой — прим. ТАСС) нефти нет и надо зарабатывать по-новому. А здесь без бизнеса не обойтись, без реального, настоящего производственного российского бизнеса. Поэтому мы считаем, что в новых условиях создаются новые возможности. Потому что бизнес должен развиваться, без этого не будет экономики России. В скором времени это все поймут, в том числе правоохранители. 

— По поводу изменений в налоговую систему. На ваш взгляд, какие маневры могли бы пойти на пользу развитию?

— Здесь нужны вполне конкретные меры. На первом этапе надо стимулировать инвестиции. То есть все новое, что развивает производство, повышает производительность труда, должно платить меньше налогов — вот главный принцип, и его надо уже на первом этапе зафиксировать. 

На втором этапе мы должны изменить налоговую структуру. По двум причинам. Первое, новый этап развития экономики. Раньше были налоги, обеспечивающие стабильность. А сейчас нужно развитие, поэтому должно быть стимулирование развития. Во-вторых, мы технологически готовы осуществлять уже намного более умную налоговую систему. Сегодня новые технологии позволяют работать с "биг дата" и совершенствовать налоговую систему: там, где не добираются налоги, есть возможность взять их.

— Но это речь идет об администрировании.

— Нет, не только об администрировании, но и структуре. Потому что должны быть специальные налоги, которые позволяют точно реализовывать задачи. Некоторые налоги — они общие, оборотные, ни туда ни сюда. А есть налоги, которые могут точечно — в зависимости от региона, сектора, кластера — затачивать налоговую систему: взимать там, где есть сверхприбыли, а там, где должно быть развитие, и и так уже слишком большое налогообложение, там налоги уменьшать. Должна быть умная налоговая система.

Беседовала Лана Самарина

Читать далее
Загрузить еще