Все новости

Завод "Янтарь": ждем от флота задание на перспективные "десантники" и фрегаты

Один из самых известных "долгостроев" российского Военно-морского флота — большой десантный корабль "Иван Грен" — планируют передать заказчику весной этого года. В этом году корабелам Прибалтийского судостроительного завода (ПСЗ) "Янтарь" предстоит сдать военным еще один такой "десантник" и специализированное исследовательское судно. О том, сможет ли "Янтарь" строить перспективные фрегаты и десантные корабли и будет ли достроена для ВМФ РФ вторая тройка сторожевиков проекта 11356, в интервью ТАСС рассказал генеральный директор ПСЗ Эдуард Ефимов.

— С момента закладки большого десантного корабля "Иван Грен" прошло без малого 14 лет. Почему этому кораблю так не повезло?

— У этого корабля сложная судьба: проектировать его начали еще в прошлом столетии, строить — в 2004-м, а в 2010 году строительство было приостановлено из-за отсутствия финансирования. Продолжилось оно в 2014-м. На протяжении всех этих лет заказчик неоднократно менял технические требования к кораблю.

Свой отпечаток на создание "Ивана Грена" наложил и тот факт, что проект создавался в 1990-е годы. Именно поэтому при его строительстве в последние два года возникло очень много конструкторских вопросов. Пришлось вносить некоторые поправки в проект, но сейчас, на мой взгляд, все правильные решения найдены.

В принципе, сам по себе этот корабль неплох. В сравнении с проектами, созданными в советское время, с кораблями, которые сейчас дослуживают свой срок, он сделал шаг вперед по вместимости десанта и техники. Он оснащен современной радиотехникой, системами вооружения.

Большой десантный корабль "Иван Грен" Петр Ковалев/ТАСС
Большой десантный корабль "Иван Грен"
© Петр Ковалев/ТАСС

В начале апреля "Иван Грен" приступил к финальной фазе государственных испытаний. Мы планируем до середины апреля их закончить, провести ревизию, окончательную отделку и в мае передать Военно-морскому флоту России этот большой десантный корабль.

— Есть примеры, когда такие "долгострои" в конечном итоге попросту уходили на металлолом?

— Для нашего завода, можно сказать, дело чести — достроить этот корабль. "Дожать" его и передать Военно-морскому флоту. Замечу: не "спихнуть", как некоторые считают, а решить все проблемы, которые возникали на этом корабле, — конструкторские, технологические и прочие. И этот опыт, приобретенный с большим трудом, я полагаю, будет учтен при проектировании подобных кораблей.

— Как продвигается строительство второго корабля этой серии?

— С "Петром Моргуновым" дело идет намного быстрее, но технические проблемы, возникшие на головном корабле, не могли не сказаться и при строительстве второго. На сегодняшний день все огрехи учтены. В принципе, строительство корабля идет очень хорошими темпами, мы его планируем в мае спустить на воду, и в планах нашего предприятия — передать его Военно-морскому флоту в этом году, в соответствии с контрактом. Мы стремимся к этому, прилагая все необходимые усилия. Несмотря на то что задержки, связанные с решением технических вопросов, все-таки были.

— Какие десантные корабли планируется строить дальше?

— Кораблей такого проекта, как 11711, будет всего два — "Иван Грен" и "Петр Моргунов". Насколько я знаю, в планах Министерства обороны, Военно-морского флота — строительство новых проектов, и сейчас есть несколько вариантов "десантников" различного водоизмещения, которые разрабатываются конструкторскими бюро. По какому пути пойти — выберет флот, и я думаю, что это точно будут корабли большего водоизмещения, чем "Иван Грен".

— Если Минобороны закажет ПСЗ "Янтарь" серию новых "десантников", в какие сроки сможете их построить?

При серийной загрузке эффективность предприятия гораздо выше

— Если говорить о больших десантных кораблях, то наши производственные мощности и технологические возможности позволят построить, наверное, серию из шести кораблей и при этом на финальном этапе строительства сдавать по одному-два корабля в год. Теоретически головной корабль будет строиться четыре-пять лет, а серийные — три-четыре года. То есть на постройку серии из шести кораблей уйдет лет восемь. Нужно учитывать, что при серийной загрузке эффективность предприятия гораздо выше. Значит, серийные заказы более выгодны и для нас, и для заказчика.

— На "Янтаре" еще три корпуса сторожевиков проекта 11356 стоят. Что будет с ними?

— На сегодняшний день у нас продолжает действовать контракт с Минобороны России на постройку серии из шести кораблей 11356, его никто не отменял. Первые три корабля мы передали флоту — это "Адмирал Григорович", "Адмирал Эссен" и "Адмирал Макаров". У трех оставшихся кораблей полностью сформированы корпуса, они загерметизированы и находятся на воде. Однако по решению военного ведомства их строительство пока приостановлено. Вопрос о дальнейшей судьбе второй тройки решается заказчиком.

Сторожевой корабль "Адмирал Макаров" Петр Ковалев/ТАСС
Сторожевой корабль "Адмирал Макаров"
© Петр Ковалев/ТАСС

— Корпуса кораблей за это время не заржавеют? И какова готовность этих корпусов в процентном соотношении?

— Мы приняли все необходимые меры: корабль находится на воде, но снаружи его корпус покрашен, внутри вся подводная часть не только покрашена, но и изолирована — все, как положено по технологии. Это нормальное штатное состояние, и ржавчина им не страшна. Понятно, что за 10 или 20 лет их состояние не улучшилось бы. Но два-три года они выдержат спокойно.

Первый и второй корпуса сейчас готовы примерно на 40%, готовность третьего — около 30%. Из этих трех два были официально заложены, а завершающий серию корабль заложить не успели. Между тем им были присвоены имена: "Адмирал Корнилов", "Адмирал Бутаков" и "Адмирал Истомин".

— Когда строительство возобновится, контракт надо будет как-то переделывать?

— Нет, у нас действующий контракт, есть только бессрочное уведомление о приостановке строительства. Кроме того, есть подписанное допсоглашение, согласно которому сроки сдачи этих кораблей перенесены на 2020 и 2021 годы. Если мы двигатели получим в 2019-м, то это вполне реальные сроки.

— Каково сейчас соотношение гражданских и военных заказов на "Янтаре"?

Мы реализуем первый контракт на строительство трех траулеров-сейнеров для Рыболовецкого колхоза

— Наша задача — в ближайшие три года достичь соотношения гражданских заказов и заказов Минобороны на уровне 40 на 60%. Сейчас примерно 80% — гособоронзаказ и 20% гражданских заказов. Например, мы реализуем первый контракт на строительство трех траулеров-сейнеров для Рыболовецкого колхоза имени Ленина из Петропавловска-Камчатского. Контракт был заключен в январе 2016 года, первое судно мы передадим осенью этого года, а два следующих — в первой половине 2019 года.

В ближайшее время планируем пополнить портфель гражданских заказов, идут переговоры с потенциальными заказчиками. Называть конкретные компании пока рано, но могу сказать, что это тоже рыбаки. Предлагаем им продукцию, схожую с той, которую мы сейчас выпускаем.

— Санкции сильно влияют на работу?

— Если говорить о гражданском сегменте и, в частности, про траулеры, то при выполнении этого контракта мы особых проблем не испытали. Хотя доля иностранных поставщиков в общем объеме контракта составляет около 60%. Это все основное оборудование — дизель-генераторы, главные двигатели, оборудование для обслуживания снастей — лебедки, барабаны, холодильное оборудование. Мы без проблем заключили контракты, и сейчас зарубежные поставщики выполняют свои обязательства.

— Норвежский проект сейнера сам заказчик выбрал?

— Есть такое понятие, как maker’s list — заказчик судов определяет состав основного оборудования. Он заранее все это просмотрел, у него были определенные пожелания по тем фирмам, с которыми мы и заключили потом контракты.

— В России нет подобных проектов?

— Есть отечественные изготовители основного оборудования. Но надо признать, что пока уровень качества их продукции не дотягивает до уровня иностранных производителей.

— С кем проще работать — с иностранными или отечественными поставщиками?

— У нас есть определенный опыт взаимодействия как с зарубежными, так и с российскими поставщиками. Есть, конечно, проблемы с отечественными поставками, но есть и иностранные партнеры, с которыми мы больше не хотим работать. Я считаю, что при повышении качества отечественной продукции судостроителям будет, безусловно, интереснее и проще с ней работать. Тем более — в нынешних условиях.

— Что-то еще помимо сейнеров для гражданских нужд планируете строить?

— Помимо траулеров-сейнеров, которые мы уже освоили, у "Янтаря" есть опыт строительства паромов, океанографических и опытовых судов. Это технически сложные, насыщенные различным оборудованием суда, но для нас это вполне понятная работа. Поэтому потенциальных партнеров мы ищем именно в этих сферах.

— Какова сейчас загрузка предприятия? Какие по размеру корабли можете строить?

— Сформирована производственная программа до 2021 года, на ближайшие три-четыре года. Загрузка на этот период приближается к 100%. На сегодняшний день она составляет примерно 80%. Мы работаем над получением новых контрактов, которые уже включены в перспективную производственную программу. Продолжаем работать на перспективу ближайших пяти-семи лет.

Есть определенные ограничения по строительству кораблей и судов на нашей верфи — производственные мощности позволяют строить суда различных типов водоизмещением до 12–14 тысяч тонн. При этом длина судна не должна превышать 160 метров, а ширина — 28 метров. Иначе мы просто не спустим заказ на воду, потому что он не поместится в наш плавдок.

— Что еще помимо двух БДК и сейнера планируете сдать в этом году?

— У нас в планах этого года передача четырех кораблей, причем три из них — по линии гособоронзаказа. Это "Иван Грен", "Петр Моргунов" и "Евгений Горигледжан" — океанографическое исследовательское судно для Главного управления глубоководных исследований Минобороны РФ. Пик достроечных работ придется на летние месяцы: "Горигледжан" должен стать на воду в июне-июле, затем пойдет активная достройка и проведение испытаний кораблей. Возможно, даже будем привлекать персонал со стороны — в рамках Ресурсного центра ОСК мы можем незадействованных специалистов с других предприятий корпорации переводить к нам на временную работу. Сейчас активно этим пользуемся.

— Производственную базу обновляете?

— Мы модернизировали машиностроительное и трубогибочное производства, приобрели более 400 единиц нового оборудования, установили в цехах. В этом году начался следующий этап — реконструкция достроечных набережных, на них будет полностью меняться крановое оборудование, будет новая причальная стенка. Мы планируем в 2019 году завершить первую часть программы модернизации и продолжить реконструкцию.

Приоритетная задача для завода сейчас — модернизация корпусного производства

А приоритетная задача для завода сейчас — модернизация корпусного производства. К сожалению, оно уже устарело — и линия резки, и прессовое оборудование. У нас принят инвестиционный план, и за счет средств, которые мы получим от реализации основных проектов, мы будем вкладывать деньги в покупку нового оборудования, в строительство нового цеха. Эта программа рассчитана на четыре года.

— "Янтарь" смог бы участвовать в крупном строительстве? Как, например, в свое время Балтийский завод строил часть "Мистраля"?

— Почему нет? Теоретически построить, например, часть корпуса крупного корабля вполне возможно. Если предприятия в Петербурге будут перегружены, то часть может быть построена у нас и отбуксирована туда. Технологических препятствий к этому нет. Но тут весь вопрос — в финансовой эффективности таких затрат. Надо все считать, в каждом отдельном случае.

— Если 14 тысяч тонн — ваш предел по водоизмещению, перспективный эсминец для вас, наверное, уже великоват, сможете только фрегаты строить?

— Мы рассчитываем на то, что Министерство обороны утвердит перспективные проекты сторожевых кораблей, фрегатов, больших десантных кораблей и что-нибудь из этого будет у нас размещать. А те проекты, которые сейчас обсуждаются, по размерениям нам вполне подходят.

Беседовала Анна Юдина