Все новости

Выиграл битву, но не войну: почему победа Мадуро не означает конец кризиса в Венесуэле

Руководитель представительства ТАСС в Бразилии Дарья Юрьева — о результатах президентских выборов в Боливарианской Республике

Выражение "победителей не судят", как оказалось, неприменимо к политической ситуации в Венесуэле. В минувшее воскресенье действующий президент этой южноамериканской республики Николас Мадуро был переизбран на новый срок. Результаты голосования не стали неожиданностью ни для жителей страны, ни для сторонних наблюдателей — именно такой исход выборов и прогнозировали социологи. Однако внутри Венесуэлы и за ее пределами нашлись силы, которые ставят победу Мадуро, точнее, способы ее достижения — под сомнение.

Глава государства заручился поддержкой почти 6,2 млн граждан, серьезно опередив самого успешного из своих соперников — представителя небольшой оппозиционной партии "Прогрессивный авангард" Энри Фалькона. В относительном выражении за Мадуро отдали свои голоса около 68% избирателей. Казалось бы, такой результат должен быть признан убедительной победой действующей власти. Именно так расценил его сам Мадуро, который после подсчета голосов объявил, что отправил противников в "нокаут". Однако ряд обстоятельств не позволяет в полной мере согласиться с венесуэльским лидером.

Три вызова для Мадуро

Первым серьезным фактором, который используют противники Мадуро в попытке представить нелегитимной его победу, является относительно низкая явка. Согласно последним данным Национального избирательного совета, на участки пришли 46% избирателей, около 9,4 млн человек, из которых действующего главу государства поддержали более 6,2 млн. Для сравнения, предыдущие президентские выборы, на которых Мадуро с минимальным преимуществом взял верх над оппозиционным политиком Энрике Каприлесом, прошли при очень высокой явке. Свой гражданский долг тогда исполнили почти 80% избирателей — в 1,7 раза больше, чем в минувшее воскресенье.

Таким образом, Мадуро поддержали менее трети избирателей, имеющих право голоса. Остается открытым вопрос о том, сможет ли он в подобной ситуации консолидировать общество и предотвратить повторение масштабных протестов, наподобие тех, что неделями сотрясали Венесуэлу в прошлом году. Тогда в ходе столкновений погибли более 120 человек, тысячи пострадали.

Второй момент, омрачивший триумф действующей власти, связан с тем, что еще до завершения подсчета голосов два из трех соперников Мадуро отказались признавать результаты голосования. Основной оппонент президента Энри Фалькон, а также представитель движения "Надежда на перемены" Хавьер Бертуччи, занявший третье место по итогам избирательной гонки, обвинили правительство в попытке подкупа избирателей. По их словам, по всей территории республики в непосредственной близости от избирательных участков были организованы так называемые "красные пункты". Речь идет о палатках, в которых проголосовавшим раздавали специальные льготы — по информации некоторых СМИ, предоставляемые привилегии позволяли приобрести товары на сумму около $10.

До начала избирательной кампании наиболее крупные оппозиционные партии, контролирующие Национальную ассамблею (однопалатный парламент страны), объявили бойкот голосованию. Не в последнюю очередь из-за того, что один из самых популярных лидеров, представляющих эти силы, Энрике Каприлес был лишен возможности баллотироваться на пост президента. После объявления итогов голосования спикер законодательного органа Омар Барбоса заявил, что венесуэльская оппозиция намерена добиваться проведения новых выборов главы государства в конце текущего года.

Третьим вызовом стал отказ сразу нескольких соседей Венесуэлы по латиноамериканскому региону от признания результатов волеизъявления. Страны-участницы Группы Лимы даже приняли решение отозвать своих послов из Каракаса для консультаций. В это объединение входят, в том числе, Аргентина, Бразилия, Гватемала, Гондурас, Канада, Колумбия, Коста-Рика, Мексика, Панама, Парагвай, Перу и Чили. Реакцией властей Венесуэлы стало заявление министра связи и информации Хорхе Родригеса: "Нас не волнует, что они думают. Это не мнение народов этих стран. Эти народы — наши братья".

Оппозиция намерена добиваться проведения новых выборов главы государства в конце текущего года

Что касается США, то они заранее сообщили о непризнании избирательного процесса в Венесуэле. В конце апреля на Саммите Америк вице-президент Майкл Пенс заявил, что "каждая свободная нация" обязана принять жесткие меры для изоляции "режима Мадуро". "США не будут стоять и смотреть, как рушится Венесуэла", — пообещал вице-президент США. И действительно, сразу после голосования глава Белого дома Дональд Трамп подписал указ, который запрещает американским гражданам и находящимся в Соединенных Штатах лицам проведение транзакций, связанных с приобретением долговых обязательств правительства Венесуэлы, включая дебиторскую задолженность. Это решение затрагивает в том числе долг, относящийся к PDVSA ("Петролеос де Венесуэла") — государственной нефтяной компании южноамериканской страны.

А во вторник, 22 мая, Евросоюз выпустил заявление о том, что выборы в южноамериканской республике "не отвечали международным стандартам". В Брюсселе также предупредили о том, что рассматривают возможность "принятия надлежащих мер" в отношении Каракаса.

Рука Вашингтона?

В сложившейся ситуации сторонники Мадуро указывают на тот факт, что власти Венесуэлы продолжают пользоваться поддержкой таких государств, как Россия и Китай, а также могут рассчитывать на солидарность своих традиционных союзников по региону, прежде всего, Кубы, Боливии и Никарагуа. Поскольку каждая из этих стран проводит свою политику без оглядки на Вашингтон, у многих аналитиков возникает соблазн связать действия Группы Лимы и других игроков, критически настроенных по отношению к Каракасу, с позицией США. Ведь именно Венесуэла при Мадуро и его предшественнике, покойном президенте страны Уго Чавесе, стала, пожалуй, самым последовательным противовесом Белого дома в Латинской Америке.

Влияние США, безусловно, присутствует, хотя бы потому, что для многих государств региона это важный торгово-экономический партнер. Однако было бы непростительным упрощением объяснять позицию большинства крупнейших стран Латинской Америки по "венесуэльскому вопросу" одним лишь давлением со стороны Вашингтона. В Группу Лимы, например, входит Мексика, правительство которой находится в непростых отношениях с администрацией Трампа. Буквально на днях в Мехико выразили протест из-за того, что американский президент якобы назвал нелегальных мигрантов "животными". Кроме того, власти латиноамериканской страны не раз выступали против планов главы Белого дома построить стену на границе между двумя государствами. Сложно представить, что в такой ситуации Мексика предпримет какие-то серьезные шаги только для того, чтобы угодить США.

Несмотря на стремление венесуэльских властей переложить всю ответственность за проблемы страны на внешние силы и "саботаж" со стороны правой оппозиции, их собственную вину в развитии экономического и общественно-политического кризиса внутри республики, а также в осложнении отношений с соседями нельзя отрицать. Лично Мадуро может записать на свой счет сразу два сомнительных "достижения".

Во-первых, он сумел дискредитировать левую идеологию, которая традиционно пользуется значительной популярностью в Латинской Америке. Дело в том, что еще в прошлом десятилетии риторика правых консервативных сил региона сводилась примерно к следующему: "Не голосуйте за коммунистов (социалистов, социал-демократов и т. д.), а то будете жить, как кубинцы". И в ответ их политические оппоненты могли справедливо заметить, что 1) уровень преступности на Кубе значительно ниже, чем в большинстве стран Латинской Америки; 2) жители островного государства имеют право на бесплатное высшее и качественное среднее образование; 3) ситуация в сфере здравоохранения на Кубе также заметно лучше, чем у многих ее соседей по региону.

Трудности Венесуэлы начались еще до введения Вашингтоном санкций

Кроме того, Гавана может объяснить ряд своих проблем последствиями многолетнего и всеобъемлющего эмбарго со стороны США. В то время как серьезные трудности Венесуэлы начались еще до введения Вашингтоном санкций, не говоря уже о том, что одной из статей дохода Каракаса до сих пор является экспорт нефти в те же Соединенные Штаты. Это равноценно ситуации, при которой ныне покойный лидер кубинской революции Фидель Кастро накануне Карибского кризиса обеспечивал бы североамериканских соседей сахарным тростником, сигарами и ромом на фоне заявлений о непримиримом противостоянии и экономической войне. Такую ситуацию, конечно, сложно себе представить.

Именно поэтому латиноамериканские консерваторы теперь изменили свою стратегию и говорят: "Не голосуйте за коммунистов  (социалистов, социал-демократов и т. д.), а то будете жить, как венесуэльцы". Ответить на это предостережение представителям левых сил нечем. В южноамериканской стране отмечена стремительная девальвация национальной валюты и едва ли не самый высокий в мире рост цен в сочетании с дефицитом продовольствия и лекарств. Ситуация в сфере общественной безопасности также сложилась непростая — это может подтвердить любой, кто хоть раз бывал в Венесуэле.

Венесуэльские риски для России

Во-вторых, Мадуро — очевидно, невольно — создал угрозу для авторитета России в Латинской Америке, где нашу страну в большинстве случаев воспринимают как необходимый противовес "непредсказуемому" Трампу и совершенно искренне разделяют идеи о необходимости многополярного мироустройства. Безоговорочная поддержка Каракаса со стороны Москвы может серьезно пошатнуть доверие к ней со стороны ряда государств, в которых у власти находятся правые и правоцентристкие силы. Когда российские власти призывают к невмешательству во внутренние дела третьих стран, соседи Венесуэлы по региону — пока вполголоса и на неофициальном уровне — сетуют на то, что РФ не понимает масштаб проблемы, с которой они столкнулись из-за действий Каракаса.

Сложная ситуация в стране заставила многих венесуэльцев покинуть свои дома, и темпы этой эмиграции заметно возросли с начала 2017 года. В настоящее время только в соседней Колумбии находятся порядка 800 тыс. граждан Боливарианской Республики, в Перу — почти 300 тыс., в Чили — более 160 тыс., в Аргентине — 82 тыс., в Мексике — 65,7 тыс., в Панаме — 65 тыс., в Бразилии — 49 тыс. По оценкам Агентства ООН по делам беженцев, Венесуэлу к концу 2017 года покинули свыше 1,5 млн человек. Но это только отвлеченные цифры. Гораздо лучше сложившуюся ситуацию можно прочувствовать, если приехать, например, в Перу — южноамериканскую республику, с которой у Венесуэлы даже нет общей границы. Среди тех, кто трудится на низкооплачиваемых рабочих местах, не требующих высокой квалификации, можно встретить немало иммигрантов из Венесуэлы. Многие из них описывают свою жизнь на родине в последние годы в самых черных красках.

Однако значительные потоки мигрантов — не единственная проблема. Как выяснилось в конце апреля, Венесуэла не всегда платит по счетам своих международных партнеров. Из-за этого, в частности, пострадала Бразилия — один из союзников России по группе БРИКС, с которой Москву связывают многочисленные стратегические проекты. Власти крупнейшей южноамериканской страны выступили гарантами выплат Каракаса по ряду кредитов. Когда Венесуэла прекратила перечислять средства в рамках соответствующих обязательств, эти расходы были покрыты за счет бразильских бюджетных средств. Ущерб южноамериканской республики уже составил 950 млн реалов (около $270 млн), и не исключено, что в будущем эта сумма возрастет. 

Не стоит думать, что охлаждение отношений с Венесуэлой сейчас свойственно только тем латиноамериканским государствам, в которых к власти пришли консерваторы. Неожиданно для многих наблюдателей, левый президент Уругвая Табаре Васкес ушел от ответа на вопрос о легитимности состоявшихся выборов. "Я не буду говорить на эту тему", — заявил он. Сдержанно отреагировал на победу Мадуро и Эквадор, правительство которого также относится, скорее, к левоцентристским или центристским силам. Ранее глава МИД этой страны Мария Фернанда Эспиноса Гарсес во время визита в Москву сообщила о приверженности Кито политике невмешательства во внутренние дела Венесуэлы, однако в дальнейшем каких-либо заявлений со стороны южноамериканской республики по поводу избирательного процесса не последовало.

Действующий президент Венесуэлы не продемонстрировал реальной, а не декларативной готовности к диалогу

Понятно, что односторонние санкции Вашингтона незаконны и преследуют исключительно политические и экономические интересы США. Однако это не значит, что России нужно делать выводы о происходящем в Венесуэле только на основе официальных бюллетеней, составленных в Каракасе. Дипломатические успехи Москвы в таком сложном регионе, как Ближний Восток, признают даже ее соперники. И эти достижения связаны именно с тем, что российские власти сумели наладить диалог с, казалось бы, непримиримыми противниками из числа местных игроков. Подобный опыт стоило бы использовать и в Латинской Америке вместе того, чтобы "складывать все яйца" в одну единственную "корзину", которая может опрокинуться при очередном усилении геополитического ветра.

Ведь, по крайней мере, до настоящего момента действующий президент Венесуэлы не продемонстрировал реальной, а не декларативной готовности к диалогу со своими политическими противниками. Мадуро на руку играет тот факт, что местная оппозиция разобщена, а сотрудничество с Россией и Китаем помогает поддерживать жизнеспособность экономики. Однако, если в ближайшие месяцы не будет найдено эффективного решения для сложившегося кризиса и внутренние проблемы под влиянием новых санкций усугубятся, устойчивость венесуэльской исполнительной власти может быть нарушена. И тогда уже не будет важно, какой была явка на выборах и кто из соседей признал избирательный процесс легитимным.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru