f v t

Жизнь на ладошке

Как в России спасают недоношенных детей

Международный день недоношенных детей отмечается 17 ноября, чтобы привлечь внимание к этой медицинской проблеме. В России каждый год преждевременно рождается более ста тысяч малышей. Как врачам удается их спасать  в специальном репортаже ТАСС.

"У меня тут реветь не надо"

"Так, болтушки, что стоим?" — в больничный бокс стремительно входит завотделением реанимации недоношенных Ольга Бабак. Она задорно улыбается трем мамам, которые ведут тихую беседу у кувезов со своими детьми: "Дети их сутки почти не видели, а им бы только поговорить! Безобразие!"

При появлении врача женщины оживляются, на полшага отходят от кувезов и устремляют на Ольгу взгляды, в которых читается немой вопрос. Он тут у всех один и тот же — как себя чувствует ребенок? Есть ли улучшения? 

Для родителей, которые проводят в реанимации №2 московского Перинатального центра 24-ой Городской клинической больницы долгие месяцы, Ольга Алексеевна — тот человек, который поддерживает их даже в самые мрачные дни, не дает опустить руки и отчаяться.

Ольга Бабак работает в отделении реанимации новорожденных и недоношенных уже 20 лет

"Когда к нам поступает новый ребенок и ко мне первый раз приходят его родители, я им сразу объясняю: не надо тут у меня реветь, — рассказывает Ольга Бабак. — Истерик не нужно, паники не нужно, это все дома. Мне нужны соратники, люди, которые четко осознают, что впереди у нас серьезная тяжелая борьба и что ребенку рядом нужен не расклеившийся, а любящий и сильный родитель".

"Это она вам так говорит! — тут же после ухода врача из палаты шепотом добавляет одна из мам, — а на самом деле она и подбодрит, и что-то доброе всегда скажет, правда, слезы в боксе действительно очень не приветствует".

В отделении реанимации новорожденных и недоношенных Ольга Бабак работает уже 20 лет. За это время через ее руки прошли тысячи детей, рожденных на несколько месяцев раньше срока. Она говорит, что ее пациенты — самые непредсказуемые, и каждый день — это сражение за жизнь, здесь трудно давать прогнозы, которых так ждут родители.

"Многие думают, что у них очень маленький ребенок, такая дюймовочка, которая просто должна подрасти, набрать вес в кувезе, и все будет хорошо. И когда такой ребенок умирает, они спрашивают: "Ведь он жил три месяца, все было хорошо, почему так случилось?" То, что ребенок жил на аппаратах, на лекарствах, благодаря невероятным усилиям врачей, они порой не осознают". 

Малыши проводят в отделении реанимации недоношенных по несколько месяцев, а иногда и дольше

Ольга Бабак признается, что за годы работы она так и не выработала "профессионального цинизма", когда перестаешь остро реагировать на смерть или тяжелую инвалидность пациента. Каждый такой случай для нее — поражение и боль, которую приходится пропускать через себя. Но силы идти дальше дают те, кого удалось спасти. К счастью, в год врачи Перинатального центра ГКБ №24 выхаживают 85% своих маленьких подопечных.

"Со многими детьми и их родителями мы потом общаемся. Есть у меня даже "любимчики". Например, Пашка. Это было больше десяти лет назад, — вспоминает Ольга Бабак. — Я уже собиралась уходить с работы, спешила в театр, до конца смены оставалось пять минут, когда меня позвал врач, потому что состояние одного ребенка резко ухудшилось, понадобилась реанимация. Мы тогда буквально "вытянули" его. Потом позвонила друзьям, извинилась, что не смогла прийти и не предупредила".

Паша выжил, сейчас он учится в шестом классе. При встрече Ольга Бабак иногда шутит: "Пашка, ты мне должен билет. Вот вырастешь — отведешь меня в театр!" 

За жизненными показателями недоношенных детей врачи следят круглосуточно

Центр выживания

Коридор реанимации недоношенных ярко освещен и днем и ночью. Направо и налево — боксы, в которых почти всегда опущены жалюзи и выключены лампы — для глаз недоношенных детей резкий свет губителен. В прозрачных кувезах — специальных контейнерах, в которых созданы условия, максимально приближенные к тем, что были в утробе матери — лежат дети. 

Когда видишь недоношенных впервые, испытываешь шок вперемешку с умилением и жалостью. Мальчик в первом боксе при поступлении весил всего 700 граммов, а сейчас — уже 1300, но все равно размером напоминает куколку-младенца из магазина игрушек. К пятке малыша прикреплен датчик с красной лампочкой, и красный свет насквозь просвечивает крохотную ножку. Датчиков и трубок много — на руке, на животе, в носу. 

У человека, далекого от медицины, в голове не укладывается, как можно поставить катетер в такие вены, как вообще его можно брать в руки, не повредив ему что-нибудь, но вот приходит медсестра Заира Магомедова и открывает кувез. 

В кувезах созданы условия, максимально приближенные к тем, что были в утробе матери

"Ты мой хороший, давай менять штаны!" — ласково произносит Заира и снимает с малыша крохотный, точно игрушечный, памперс, который ему все равно велик. Потом она ловко протирает малыша влажными салфетками, смазывает кремом, надевает новый памперс, на ножки — вязаные носочки, укрывает вязаным одеялом размером со столовую салфетку и сверху закрывает кувез хлопковым покрывалом.

"Ну вот, теперь спи!" — шепотом добавляет Заира и гладит ребенка по голове. Она работает в отделении детской реанимации уже год, сюда ее привела мама — тоже реанимационная сестра.

"Поначалу я боялась их даже в руки брать — такие крохотные. Сложно было привыкнуть к тому, что в любой момент с ними может случиться все что угодно. Однажды у ребенка резко стали падать показатели, критическая была ситуация, прибежала врач и сделала укол прямо в сердце. Помню, как я испугалась. Малыша спасли. Сейчас я уже привыкла к таким ситуациям".

Заира работает в реанимационном отделении для недоношенных уже год и признается, что поначалу даже с опаской брала их на руки, боясь навредить

Заира — студентка, работает в режиме сутки-трое. Казалось бы, удобный график, но за сутки здесь выкладывается так, что потом два дня приходит в себя. В обед она только успевает на несколько минут отлучиться в комнату для персонала и быстро перекусить. О сне ночью, пусть и на пару часов, и речи не идет — от таких пациентов нельзя отходить ни на шаг. Но, несмотря на трудности, Заира серьезно задумывается, чтобы работать здесь и после университета.

"Мне очень нравится с ними общаться, — рассказывает девушка, — Те, кто уже немного набирает, кто побольше килограмма, — с ними вообще интересно, у них уже характеры проявляются, уже знаешь, что кто любит. Например, некоторые, кто уже может дышать сам, любят купаться: кладу в чистую раковину полотенце, наливаю теплой воды — и плаваем".

Вес большинства пациентов отделения реанимации — около килограмма, а то и меньше. Есть даже те, кто весят всего 600 граммов. Но формула "чем меньше вес, тем тяжелее состояние" здесь работает не всегда.

"Если мы возьмем ребенка, который родился весом килограмм в 26 и в 29 недель, то велика вероятность, что шансов на выживание будет больше у того, кто родился позже — просто потому, что у него уже лучше развиты органы, нервная система", — объясняет реаниматолог Мария Мумрикова.

Современная техника позволяет следить за тем, правильно ли развивается организм малыша

Одна из самых частых проблем у недоношенных детей — это еще не сформированные легкие. При выдохе они как бы "слипаются", и без специальных лекарств, которые вводит врач в первые часы жизни, дети погибают. Еще одна опасность — ретинопатия — тяжелое заболевание глаз, которое может развиться из-за незрелости зрительного нерва. Малыши очень подвержены инфекционным заболеваниям, которые протекают гораздо тяжелее, чем у взрослых, и могут привести к тяжелой инвалидности. Именно поэтому в лечении почти всегда приходится использовать антибиотики. 

Большинство глубоконедоношенных детей проводят в реанимации №2 Перинатального центра ГКБ №24 по несколько месяцев, прежде чем их состояние, говоря медицинским языком, стабилизируется.

"Когда ребенок может жить без аппаратов, без лечения антибиотиками, когда у него появляется самостоятельное дыхание, мы переводим его в детское отделение центра, где его уже готовят к жизни дома", — рассказывает Мария Мумрикова.

"Мама с папой — лучшее лекарство"

В три часа дня в реанимацию приходят родители малышей. Они тихонько проходят в боксы и приникают к кувезам — на общение с детьми им отводится два часа.

"С теми детьми, которых можно брать на руки, мы практикуем метод кенгуру или "кожа к коже", когда мама или папа прижимают ребенка к голому телу, — объясняет Ольга Бабак. Такой метод обеспечивает физиологическую и психологическую близость с ребенком, помогает ему регулировать собственную температуру".

А вот грудное вскармливание почти для всех пациентов заменено на зондовое питание — сосать недоношенным детям еще очень трудно, врачи берегут их энергию, которая нужна для роста и поддержания работы организма.

У родителей есть два часа в день на общение с ребенком

Екатерина Гурьянова не может прикладывать к груди сына — он еще очень маленький, подключен к аппаратам, но каждый день приносит ему свое молоко в бутылочке, и медсестры кормят его через зонд.

"Мне важно, чтобы он питался маминым молоком, врачи очень хорошо на это посмотрели, — говорит Екатерина. — У многих мам из-за нервов молоко пропадает, но я пока держусь, наверное потому, что верю в его чудодейственную силу".

Коля родился с весом в 760 граммов, за пару месяцев поправился и сейчас весит 1300 граммов. Екатерина вспоминает, что у нее не было никаких видимых проблем со здоровьем, хотя с самого начала беременности чувствовала себя неважно. Она списывает преждевременные роды на то, что носила старшего трехлетнего сына на руках.

В соседнем боксе над своим сыном Леонидом склоняется Марина Жоромская. На лице — улыбка, глаза светятся: за несколько месяцев пребывания здесь она усвоила правило, о котором твердит завотделением Ольга Бабак, — все печали и слезы оставлять за дверями реанимации. Леню, рожденного на 25-й неделе беременности, Марина считает подарком свыше.

Марина Жоромская со своим сыном 

"У меня уже двое почти взрослых сыновей — я и не думала о третьем, — рассказывает Марина. — Забеременела, несмотря на контрацепцию спиралью. Когда в июне узнала, был срок уже четыре месяца. Все шло хорошо, в августе я собралась лететь в гости к старшему сыну в Китай, где он учится, даже билеты купила, но накануне вылета у меня начались роды. Хорошо, что не в самолете, там бы Колю точно не спасли! А теперь я точно знаю, все будет хорошо".

Зона риска

Все причины, вызывающие преждевременные роды, пока до конца не изучены медицинской наукой. Известно, что спровоцировать раннее рождение могут инфекции матери. В зоне риска — беременности, наступившие в зрелом возрасте, в результате искусственного оплодотворения — ЭКО, после аборта. Еще одна причина, которая может вызвать преждевременные роды, — высокое давление у матери.

Беременность 37-летней Елены Полищук из Кемерова протекала тяжело. На 28-й неделе ее госпитализировали с высоким давлением, врачи собрали консилиум, решив, что необходимо экстренное вмешательство из-за развившегося кислородного голодания у ребенка. Женщину перевели в Кемеровский областной клинический перинатальный центр.

"Мне сделали экстренное кесарево сечение, — вспоминает Елена. — Дочка Маша родилась весом 675 грамм, ростом 32 см".

"Для 28 недель девочка была меньше, чем положено к этому сроку, когда вес должен быть примерно 900–1000 грамм", — рассказывает заместитель главного врача перинатального центра по педиатрии Ольга Киреева.

У человека, далекого от медицины, в голове не укладывается, как можно поставить катетер в вены такой крохи

Впервые взять дочь на руки Елена смогла только через 12 дней после ее рождения. Больше месяца ребенок не мог дышать самостоятельно, врачи боролись с пневмонией, девочка плохо усваивала пищу. Но реаниматологам удалось спасти малышку: ко дню выписки она весила 1300 граммов, научилась дышать без аппарата, удалось избежать проблем со зрением.

"До года мы курсами проходили массаж, гимнастику, физиолечение, наблюдались у офтальмолога и невролога, — рассказывает Елена Киреева. — На второй год жизни мы столкнулись с тем, что были небольшие задержки в речевом развитии, но со всем этим Маша справилась".

Сейчас пятилетняя Мария Киреева ходит в обычный детский сад и ничем не отличается от своих сверстников, даже болеет не чаще других. 

Новые критерии рождаемости

Ежегодно в России рождается более 110 тысяч детей с глубокой недоношенностью. По данным Минздрава России, еще 20 лет назад почти 80% малышей, рожденных с весом менее килограмма, погибали или получали глубокую инвалидность. 

За последние годы, благодаря медицинским технологиям и современному оборудованию, которым оснащены роддома и перинатальные центры, эту цифру удалось сократить до 30%, а в некоторых даже до 10–15%. К тому же закон о новых критериях рождаемости, принятый в 2012 году, обязал врачей спасать детей, рожденных с весом более 500 граммов. 

В реанимационном отделении для недоношенных детей свет всегда приглушен, так как для них он губителен

Ежегодно во Всемирный день недоношенного ребенка в сотнях детских больниц в России устраиваются праздничные встречи, на которые приходят дети, когда-то спасенные неонатологами и реаниматологами. В Перинатальном центре ГКБ №24 в Москве этому празднику дали название "Жизнь на ладошке — с верой в самых маленьких детей". 

Над проектом работали:

{{role.role}}: {{role.fio}}