Все новости

Алексей Федорченко — о своем фильме "Война Анны" и будущих экранизациях Стругацких и Зощенко

Алексей Федорченко AP Photo/Gregorio Borgia
Алексей Федорченко
© AP Photo/Gregorio Borgia

Создатель фильмов "Овсянки", "Небесные жены луговых мари" и "Ангелы революции", обладатель наград Венецианского кинофестиваля Алексей Федорченко представил в основном конкурсе сочинского кинофестиваля "Кинотавр" свой фильм "Война Анны". Предполагается, что картина выйдет в прокат осенью 2018 года. Режиссер рассказал ТАСС о своем фильме, главная героиня которого — девочка Анна (Марта Козлова), выжившая после массового расстрела в 1941 году: больше двух двух лет она живет, прячась в нерабочем камине в немецкой комендатуре. 

— В чем была ваша задумка, когда вы снимали этот фильм? Вы хотели показать войну глазами маленькой Анны? Или вас в целом беспокоит тема войны и маленького ребенка в этих обстоятельствах?

— Для меня не существует такого [понятия], как тема. Я не хотел снять фильм про войну. Я хотел рассказать историю про девочку, которая пряталась в немецкой комендатуре. Нельзя было пройти мимо этой истории. Была предзадача, скажем так, киноведческая: мне было интересно и непонятно, как можно в малом закрытом пространстве рассказать историю внятно. Я пересматривал несколько раз фильм "Похороненный заживо", где камера не выходит из гроба. Как хорошо, как это здорово придумано — держит все время. Это высший пилотаж, по-моему. И потом возникла история, возникла Марта...

'YouTube/КиноТуз.НЕТ - Трейлеры'

— У Марты абсолютно взрослое лицо и взрослая роль. Вы общались с ней как с взрослой актрисой. Но что это? Органика или мастерство режиссера? Ей же было на момент съемок всего шесть лет.

— Несомненно, органика Марты. На съемочной площадке у нее был педагог по актерскому мастерству, он с ней занимался, репетировал. Она приходила к камере уже более-менее готовая, я не делал поблажек на возраст. Мне казалось, что она тогда взрослее была, чем сейчас. Сейчас она почему-то совсем маленькая. Мне казалось тогда, что она взрослая, взрослый человек. Сейчас ей почти девять, а снимали, когда ей только исполнилось шесть, два с половиной года назад.

— По словам продюсера, прокат фильма не будет классическим, они пытаются придумать что-то совсем оригинальное. Как вам кажется, какой зритель должен быть у этой картины?

— Вы знаете, я про прокат не люблю говорить, это отдельная профессия, этим должен специалист заниматься. Зритель никому ничего не должен, зритель или будет [смотреть], или не будет. Поэтому не знаю, как сложится. Для проката арт-кино нужно придумывать интересный ход в каждом отдельном случае. Такими фильмами надо заниматься, и заниматься этим должны профессионалы, они должны думать о зрителе и придумывать, как донести фильм для них.

— Но вы каким видите своего зрителя?

— Я уверен, что есть публика, которая не глупее меня. Я уважаю своего зрителя, стараюсь разговаривать на равных с ним, а не свысока, как поп-культура, которая избегает сложных моментов. Чем проще, тем больше зрителей. Но мне неприятно так думать о зрителе своем. Я уважаю людей и разговариваю с ними на равных.

— Была информация, что вы будете снимать фильм по Стругацким, но, я так понимаю, вы отказались от этой идеи. Это правда?

— Пока отказался, потому что фильм я запустил в 2013 году, тогда было финансирование, но ситуация изменилась и такие деньги сейчас сложно найти, потому что фильм дорогой — космический, фантастический. Но я не оставил эту идею, потому что сценарий очень хороший получился. Вчера я позвонил своему соавтору Лиде Канашовой и сказал: "Давай перечитаем сценарий". Потому что мне очень жалко, что мы оставили эту идею, надо возобновить процесс. Там так классно все придумано. Возможно, мы вернемся к этой идее.

— Также вы анонсировали фильм по Зощенко.

— Неделю назад я снял последнюю основную сцену. Осталось три-четыре смены съемок. Фильм снимался долго, с августа 2017 года. Он очень сложный, подробный, многособытийный, исторический, с конца XIX до середины XX века. Огромное количество персонажей, декораций. Сейчас заканчиваем. Название — "Ключи счастья, или Последняя милая Болгария", но оно не окончательное. Планируем выпустить в этом году.

— На недавнем питчинге вы представляли свой будущий фильм про Кавказ. С ним все понятно или вы зависите от госфинансирования?

— Да, мы зависим от решения Минкультуры. Это фильм об отношении России и Северного Кавказа. Очень хороший сценарий, мне нравится. Опять большой исторический период, это практически весь XIX век и до начала XX. С первой кавказской войны до начала Первой мировой. Мне очень нравится эта история, жду решения.

— Представляя фильм на "Кинотавре", вы рассказали, что хотели выйти на сцену в майке с надписью "Свободу Кириллу Серебренникову и Олегу Сенцову", но не нашлось нужного размера. Вы — один из немногих людей, кто озвучил ту мысль, которую все обдумывают, но не произносят публично. Как вы считаете, высказывать подобные мысли и ожидать госфинансирования — в этом нет противоречия?

Я не вижу противоречий. Финансировать кино — это одна из задач государства. А невиновные люди, режиссеры, должны быть на свободе. Не пересекается никак. Мне пока ничего не мешает быть свободным

Беседовала Наталья Баринова