Все новости

Основательница "Винзавода": современное искусство — не всегда провокация

Софья Троценко Юлия Ермилова/ТАСС
Описание
Софья Троценко
© Юлия Ермилова/ТАСС

Софья Троценко, основавшая центр современного искусства "Винзавод", рассказала ТАСС, как живопись меняет взгляды на жизнь, зачем выходить за рамки обыденного и что из себя представляет поколение Z.

— Софья, современное искусство — это провокация?

— Современное искусство — не всегда провокация. Провокацией можно назвать художественное высказывание отдельно взятого художника, но обобщать не стоит. Современное искусство, как любое другое искусство, — форма самовыражения, особенный художественный язык, способ донести свою точку зрения на происходящие в мире процессы.

—  Когда 12 лет назад вы создали арт-кластер и начали заниматься современным искусством, у вас было понимание, что это станет востребовано для города? Что таких "мест притяжения" Москве нужно будет больше и больше?

— С начала истории "Винзавода" мы поставили задачу развивать пространство комплексно — как центр современного искусства — и тем самым создать пространство для активных участников культурного процесса. Поначалу мы не думали о "Винзаводе" как общегородском пространстве, а развивали место для диалога галеристов, кураторов, художников и покупателей. Тогда не было понимания, что "мест притяжения" должно быть больше, — это сейчас очевидно, что они меняют облик города, качество досуга и несут только положительные изменения.

—  У вас было понимание, что представляет из себя современное искусство в России на тот момент?

— Нет, представления не было, но не только у меня. В стране тогда были отдельные галереи и художники, и это не складывалось в единую картину, не было представления о масштабе в целом. Мы объединили самых активных на тот момент участников художественного процесса, чтобы хотя бы в первоначальном виде определить общую картину.

—  Как быстро "Винзавод" заполнился резидентами? И кто они — российские компании или иностранные? 

— В первый год работы. Мы сделали ставку на то, что контент будут во многом создавать наши резиденты, в основном российские, ведь мы с самого начала решили, что "Винзавод" — про поддержку российского искусства. Но этого оказалось недостаточно — запрос аудитории был в разы выше. Так мы начали формировать программу и контент самостоятельно — собственные проекты, выставки, лекции, конференции, концерты и другие мероприятия.

— Какой курс развития "Винзавода" был выбран?

— С его основания мы стали делать место, где будет возможно развитие современного искусства, а также поддержка участников культурного процесса. Иначе ничего не получилось бы. Мало объединить галереи в одном пространстве. Мы поняли, что есть огромный пласт потребностей у профессионального сообщества, начиная от молодых художников, которые не знают, как начать свою карьеру, до профессиональных дискуссий, ретроспективных выставок, конференций, форумов и тематических фестивалей. 

Мы сразу поняли, что на 20 тыс. кв. метров не разместить исключительно галереи, и начали приглашать другие проекты, связанные с культурой и искусством. Книжные и художественные магазины, кафе, звукозаписывающие студии и студии видеопродакшена, фотографов, дизайнеров и проч., — так образовалось пространство, интересное не только узкому кругу профессионалов. "Винзавод" сохранил свою миссию и расширил аудиторию. 

— Какие шаги были предприняты для достижения цели?

Тут важно понимать, что такое "Винзавод". Это площадка, творческий кластер, но в первую очередь — институция, в этом наше главное отличие от коллег. Мы не только оперируем площадками по профильному принципу, но в первую очередь занимаемся системой поддержки современного российского искусства. Мы начали развивать проекты, которые обеспечивают рост профессиональных связей и компетенций. К сожалению, и тогда, и сейчас — у нас есть разрыв между тем, что предлагает образование, и тем, что требуется на самом деле.

— В чем обстоит проблема с российской системой искусства?

У нас в минимальном количестве присутствуют звенья профессиональной цепи — фонды, ярмарки, нет профессиональных СМИ, не считая нескольких ресурсов — порядка трех профессиональных изданий и парочки художественных журналов, которые выходят два раза в год. Почти полностью отсутствуют институты кураторства и критики.

— Но мы же не сдаемся?

— Не сдаемся — мы и наши коллеги из разных областей культуры развиваем каждое из тех направлений, с которыми работаем. На "Винзаводе" у нас два основных направления. В рамках первого, "Новые имена", нацеленного на поддержку начинающих художников, работают проекты "Старт", "Открытые студии" и "Стена". В рамках этого направления художники получают возможность сделать свою первую выставку, получить мастерскую — прибавьте к этому пиар-поддержку, знакомство с ключевыми лицами арт-сообщества и международную резиденцию. В рамках второго направления — "Образование" — у нас появились "Лаборатория художественной критики" и "Лаборатория журналистики", "Винзавод.Open" и "Программа стажировок Generation Art". Эти проекты созданы для популяризации образовательных инициатив в сфере искусства ("Винзавод.Open"), использования современных подходов в просвещении ("Лаборатории"), а также на закрытие пробелов ряда профессиональных компетенций в системе искусства ("Программа Generation Art").

— Можно ли сказать, что "Винзавод" является профессиональным "лифтом" для творческой молодежи?

— Мы начинаем работать с художниками в начале их карьеры и сопровождаем в дальнейшем. Начиная от организации первой персональной выставки, получения грантов на дальнейшее развитие и заканчивая возможностью наладить связи за рубежом.

— В рамках "Программы Generation Art" мы даем возможность развития начинающим специалистам в сфере искусства — дизайнерам, менеджерам, пиарщикам. Они приобретают навыки работы в команде, знакомятся с "внутренней кухней" культурной институции и учатся от начала и до конца собирать и запускать проект. Мы учим их работать в сфере искусства — недостаточно просто быть креативными, надо уметь мыслить проектно.

— Сегодня на арену начинает выходить поколение Z. Что вы можете о нем сказать?

— Это digital поколение. Это люди, у которых очень высока потребность в самореализации. Они не так инфантильны, как их предшественники, мотивированы и думают об окружающем мире так же, как и о себе. Вспомните Грету Тунберг из Швеции — номинатку на Нобелевскую премию мира, которая вышла с одиночным пикетом к зданию парламента и отказалась ходить школу — до тех пор, пока политики не начнут соблюдать условия Парижского соглашения по климату. Они не ждут какого-то возраста, чтобы начать действовать, — фразы "ты еще маленький" для них не существует. 

— Важно ли для вас понимать поколение Z? Работаете с ними?

— Понимать поколение Z важно, за ними будущее. Они не боятся современного искусства, как предыдущее поколение. Не скажу, что я смогу понять их на все 100%, полного взаимопонимания между поколениями достичь сложно.

Самое главное, чтобы поколение Z понимали люди, которые работают у нас в команде, так как они находятся с ним в постоянном рабочем контакте и при этом сами же являются его частью.

— На ваш взгляд, в каком возрасте стоит приобщаться к современному искусству?

— Как и к любому другому искусству — чем раньше, тем лучше. Современное искусство — это актуальное искусство. Оно меняет взгляды на жизнь, поднимает важные вопросы, учит принятию, эмпатии и в целом выходит за рамки обыденных вещей.

Беседовала Юлия Ермилова