Все новости

Канцлер суверенного Мальтийского ордена: мы защищаем интересы нуждающихся

Великий канцлер суверенного Мальтийского ордена Альбрехт фон Безелагер и первый заместитель генерального директора ТАСС Михаил Гусман ТАСС
Описание
Великий канцлер суверенного Мальтийского ордена Альбрехт фон Безелагер и первый заместитель генерального директора ТАСС Михаил Гусман
© ТАСС

Великий канцлер суверенного Мальтийского ордена Альбрехт фон Безелагер в эксклюзивном интервью первому заместителю генерального директора ТАСС Михаилу Гусману рассказал об истории своей организации, о том, кто может стать ее членом, о давних исторических связях с Россией, а также об отношении к власти. 

— Ваше превосходительство, господин канцлер! В этом году исполняется 920 лет Мальтийскому ордену — огромный срок. Это старейший рыцарский орден на земле сегодня. Вот за этот период огромный что, на ваш взгляд, было самым знаковым, самым важным в истории ордена? Какие события этих 900 лет вы бы отметили прежде всего?

— Можно отметить несколько важных моментов в нашей истории. Но все зависит от того, какие аспекты интересуют большего всего. Наиболее важным моментом, конечно же, было основание ордена — событие, которое покрыто пеленой неизвестности. Это случилось, вероятно, в середине XI века. Первая точная дата, о которой нам известно, — это 1099 год, когда состоялся Первый крестовый поход в Иерусалим, а незадолго до этого уже был основан наш первый госпиталь, который находился под началом нашего основателя — брата Жерара Благословенного. Если же смотреть в историческом контексте, то наиболее важными событиями стали уход со Святой земли на остров Родос, а потом, после нашего поражения и потери острова Родос, мы обосновались на острове Мальта. Затем, после захвата Мальты Наполеоном, мы перебрались в Италию и в Рим. Вот это основные исторические этапы, которые также нашли отражение в длинном названии нашего ордена. Но я думаю, что очень важными событиями в жизни ордена также стала его деятельность: основание его первого госпиталя в Иерусалиме, а также основание известного госпиталя на острове Родос и еще одного госпиталя на Мальте, развитие медицинской науки, начавшееся в Иерусалиме и продолжившееся на Мальте. А в середине XIX века произошло практически возрождение ордена и его дальнейшее развитие.

— Мальтийский орден — рыцарский орден, религиозный орден. За многовековую историю таких орденов было немало. Почему именно Мальтийский орден все-таки сохранился? Какие качества, свойства, какая деятельность Мальтийского ордена позволили ему пройти через все эти века в отличие от других, которые уже растворились в истории?

— Мальтийский орден всегда оставался привержен своей изначальной Харизме и задаче. Единственный завет, который оставил нам наш основатель, звучит очень гордо, он говорит о том, что наше братство никогда не исчезнет, потому что в мире всегда будут люди, испытывающие нужду и живущие в нищете, и, к счастью, всегда будут люди, которые стремятся облегчить их страдания. И орден всегда оставался верен этой первоначальной Харизме, и он был способен приспосабливаться и меняться с тем, чтобы решать текущие проблемы. То есть орден никогда не фокусировался на каких-то специальных потребностях, он всегда менялся, исходя из тех проблем, с которыми ему нужно было бороться. Вот это и есть секрет долголетия ордена.

— Орден называется Мальтийским. Я так понимаю — с тех пор, когда в XVI веке орден обосновался на Мальте. Сейчас, насколько я знаю, в составе ордена более 13 тысяч членов. Почти через 300 лет, через 250 лет, орден переехал в Рим, и сейчас штаб-квартира ордена и в Риме, и на Мальте. Как сосуществуют эти две столицы ордена? На Мальте и в Риме?

— В настоящее время в Риме находится штаб-квартира ордена, и из Рима осуществляется руководство и координация всей деятельности ордена, его членов и представителей. Но у нас также есть своя ассоциация на Мальте. У нас установлены дипломатические отношения с Мальтой. То есть мы находимся в хороших отношениях с местным правительством. Не так давно мы заключили договор с правительством Республики Мальта на аренду форта Сант-Анджело на 99 лет, который первоначально принадлежал нашему ордену. И сейчас этот форт имеет экстерриториальный статус. У нас по-прежнему очень тесные связи с островом Мальта. И конечно же, многие исторические памятники на острове были построены орденом. Так что сохранились очень прочные эмоциональные связи.

— Насколько я знаю, вся деятельность ордена, его жизнь, его существование определяются сводом законов, так называемым Законом Рогана. И конституцией, которая подлежит утверждению Папой Римским. Какова роль Папы Римского в практической жизни ордена, сегодняшней деятельности ордена?

— Необходимо отметить двойственность ордена. Так сказать, две стороны одной медали, которые неотделимы друг от друга. С одной стороны, это католический, религиозный орден, а с другой стороны, это суверенный субъект международного права. Если смотреть на сущность ордена как религиозной организации, что особенно заметно, если посмотреть на членов ордена Первого класса, которые дают обеты бедности (нестяжания), послушания и безбрачия, то вышестоящим лицом, наместником является Папа Римский, и орден должен соблюдать Кодекс канонического права. Что же касается другой стороны медали, то орден обладает суверенитетом и является полностью независимым, и Великий магистр является главой суверенного совета ордена.

— У Мальтийского ордена особый статус. Это, с одной стороны, католический, рыцарский орден. С другой стороны, у него есть некоторые права государства. Во всяком случае, насколько я знаю, Мальтийский орден выдает свои паспорта. Их, по-моему, более 400 в мире, людей с паспортами Мальтийского ордена. Печатает марки, свои монеты. Это, в общем-то, говорит о Мальтийском ордене как об отдельном государстве. Но с другой стороны, сегодня, насколько я знаю, Организация Объединенных Наций государством определяет те объединения, которые имеют свою территорию. У Мальтийского ордена территории нет. В этой связи: какие еще функции государства выполняет Мальтийский орден? Ну и откройте секрет: что надо сделать, чтобы получить паспорт Мальтийского ордена?

— Я бы не хотел углубляться во все юридические аспекты суверенного ордена. Когда понятие суверенитета развивалось в истории и в международном праве, оно не зависело от территориального признака, оно относилось к личности. Как, например, сегодня, Ватикан — это не суверенное государство, суверенитет представляет только Папа Римский. А в нашем ордене суверенитет представляет Великий магистр. Но это юридические детали. Я думаю, важным аспектом нашего суверенитета является то, что мы стараемся быть суверенным голосом всех тех в мире, у кого нет своего голоса, и выражать интересы людей, нуждающихся в социальных гарантиях и компенсациях, ставших жертвами конфликтов. Зачастую на международной арене их интересам не уделяется должного внимания. Во время наших контактов с другими государствами или принимая участие в работе международных организаций, таких как ООН, мы стараемся добиться того, чтобы они работали с максимальной отдачей. Мы считаем это нашей миссией и долгом.

— Ну вот в этой связи я как раз хотел спросить вас, господин канцлер, о международной активности ордена в рамках международных институтов. Речь идет о таких организациях, как ООН, ЮНЕСКО, Совет Европы, Европейская комиссия. Везде Мальтийский орден представлен в качестве наблюдателя. Какова деятельность ордена в этих международных институтах?

— Многие из этих международных институтов занимаются урегулированием международных конфликтов, нарушениями гуманитарного права и прав человека, борются с изменениями климата, занимаются проблемами международной миграции. Мы стараемся участвовать во всех этих областях, высказывать свое мнение по поводу решения этих проблем и оказывать влияние при поиске решений, которые помогут людям, страдающим больше всех.  Мы приняли весьма активное участие в организации Всемирного гуманитарного саммита в Стамбуле, который прошел несколько лет назад. Мы участвовали в подготовке Глобального пакта ООН о миграции. Мы также активно сотрудничаем со Всемирной  организацией здравоохранения, особенно в отношении инфекционных заболеваний в бедных и развивающихся странах. Европейский союз является одним из главных доноров гуманитарной помощи и вообще активно занимается гуманитарными проблемами, поэтому мы тоже стараемся участвовать в его работе. Вот в таких сферах мы сотрудничаем с этими организациями.  

— Кроме того, насколько я знаю, Мальтийский орден поддерживает дипломатические отношения с более чем 100 странами, по-моему, 106 или 107 стран имеют официальные отношения с орденом. И в этой связи я хотел бы спросить вас, как вы оцениваете отношения Мальтийского ордена с Россией? Я знаю, что в России есть представительство Мальтийского ордена, при Мальтийском ордене также есть российский представитель.

— История отношений между Мальтийским орденом и Россией насчитывает уже много столетий. В особенно трудный период, после изгнания нас с острова Мальта, Российская империя и царь оказали особую протекцию ордену, предоставив убежище нашим рыцарям. И мы очень благодарны России за сочувствие и поддержку на протяжении всей истории наших взаимоотношений. И конечно же, эти исторические традиции отразились на наших сегодняшних отношениях. Так, например, недавно мы осуществили совместный проект с Министерством иностранных дел Российской Федерации относительно публикации сборника документов из архивов в России и других стран, включая Францию, которые освещают историю отношений между Россией и Мальтийским орденом. Сейчас у нас очень дружеские и теплые отношения с Россией. Нет никаких особых проблем. Мы также осуществляем благотворительную деятельность, особенно в Москве и Санкт-Петербурге для бедных, которые есть в любой стране. В общем, у нас теплые отношения и нет особых проблем.

— Ваше превосходительство, я бы хотел, чтобы вы вспомнили об известном периоде в истории ордена, когда в России правил  Павел Первый, ставший Великим магистром ордена. Не могли бы вы рассказать об этом периоде? Какова его роль во всей истории ордена?

— Я думаю, и как я уже говорил, в этот очень критический период в жизни ордена Россия сыграла очень важную роль и помогла ордену выжить, проложила мост к новому периоду в его истории, когда он уже мог полностью восстановить свои силы здесь, в Риме.

— Я бы еще хотел, чтобы вы немного рассказали об экономической поддержке. Я знаю, что этот вопрос  входит в круг ваших обязанностей. Как все это работает?

— Многие думают, что это настоящая загадка.

— Я тоже.

— Тут нет никакой загадки или тайны. Просто очень сложно объяснить, потому что эта сфера настолько разнородная и разноплановая. Здесь у нас находится штаб-квартира ордена. Деятельность штаб-квартиры финансируется за счет доходов от разных активов ордена и пожертвований членов ордена. Деятельность ордена финансируется из самых разнообразных источников. Начиная с больниц, таких как больница в Риме или больницы в Германии, которые включены в государственную систему социального страхования и финансируются за счет медицинского страхования и государственных пенсий. Также за счет разной деятельности, которая финансируется исключительно за счет пожертвований. А затем, есть разнообразные смешанные виды. Большая часть деятельности осуществляется за счет средств институциональных доноров, частных пожертвований, совместных предприятий.

Я бы хотел подчеркнуть, что вся основная деятельность ордена и штаб-квартиры проверяется крупными независимыми аудиторскими компаниями. Так что мы можем показать проверенные балансовые отчеты. Все, кому это может быть интересно, могут с ними ознакомиться. Мы ничего не скрываем.

— Ваш орден является одной из крупнейших благотворительных организаций в мире. Мы видим, что вы очень активны во многих уголках мира, особенно в зонах военных конфликтов. Расскажите об основных направлениях гуманитарной деятельности ордена.

— Пожалуй, можно было бы сказать прежде всего о том, что основная часть деятельности ордена — это постоянная работа, которая не очень заметна и не находится в центре внимания общественности. Это поддержание работы больниц, домов престарелых, домов для людей с физическими недостатками, бесплатных столовых, реабилитационных центров для наркозависимых, приютов для бездомных. Вот это и есть наша никогда не прекращающаяся работа по всему миру, которая, я бы сказал, составляет 90% всей нашей деятельности. И конечно же, мы занимаемся гуманитарной деятельностью в кризисных регионах, которая уже более заметна. В таких местах орден очень часто играет особую роль. Потому что там на орден смотрят как на действительно независимую организацию, которая не принадлежит ни к какому государству или другим организациям и имеет единственную цель — оказывать помощь и поддержку. А люди, у которых есть проблемы, особенно в зонах вооруженных конфликтов, обладают шестым чувством и способны распознать тех, кто хочет просто помочь или имеет скрытые мотивы. Поэтому наш орден имеет возможность работать в таких местах или ситуациях, где другие организации не имеют доступа, чтобы работать. Мы пользуемся особым доверием у людей. Конечно, одним из самых ожесточенных конфликтов является конфликт на Ближнем Востоке. Мы содержим роддом в Вифлееме, несколько поликлиник в Ливане, мы помогаем сирийским беженцам в Турции, работаем также в Ираке. Если безопасность позволяет, мы бываем в самой Сирии. Мы все больше и больше работаем в Сирии. Мы поддерживаем контакты, главным образом с представителями различных конфессий в этом регионе. Например, в Ливане мы содержим лечебные учреждения совместно с мусульманами-суннитами, друзами, шиитами. Я думаю, нам доверяют все стороны конфликтов. Это наше основное преимущество, которое можно использовать. Это во многом связано с нашим суверенитетом, поскольку это является доказательством того, что мы не зависим от других государств, мы имеем возможность контактировать с другими правительствами напрямую. Растущее число конфликтов, стихийных бедствий, вызванных изменениями климата, привели к образованию огромных миграционных потоков, которые являются одной из главных проблем современности. И в то же самое время мы наблюдаем снижение уважения к гуманитарным принципам. И это тоже очень большая проблема.

— Насколько мне известно, быть членом вашего ордена это большой престиж, участвовать в деятельности ордена, быть его членом. Каковы правила, кто может являться членом ордена, кто может подавать заявки на членство? Что нужно сделать, чтобы стать членом вашего знаменитого Мальтийского ордена, одного из старейших в мире?

— Прежде всего, мы не считаем членство в ордене вопросом престижа. Быть членом ордена означает брать на себя обязательства. Все члены ордена должны участвовать в деятельности ордена. И конечно же, как непременное условие членства в ордене, вы должны быть католиком с хорошей репутацией, поскольку это католический орден. Кроме того, кандидаты должны сотрудничать с орденом еще до вступления, что является своего рода свидетельством, что они желают и способны участвовать в деятельности ордена. А также им должны оказывать поддержку нынешние члены ордена.

— А их имена держатся в тайне или нет?

— Нет, нет.

— Потому что, насколько мне известно, среди членов вашего ордена есть представители монархических династий, известные политики, банкиры. Если их имена не держатся в тайне — потому что, насколько я знаю, членом ордена был король Испании...

— И его жена тоже.

— И его жена тоже. Кого еще вы можете назвать?

— Король Бельгии и его супруга. Список членов можно посмотреть, и он не является тайной.

— То есть этот список членов не засекречен?

— Список не засекречен. Но мы должны соблюдать современные правила по защите персональных данных. Это единственное ограничение.

— А какие вызовы вы видите для своего ордена сейчас? Мы живем в очень неспокойном мире. Какие вызовы или проблемы вы видите для себя? И как справиться с ними?

— Призванием ордена является действовать и вмешиваться в тех случаях, когда чувство достоинства человека и его жизнь находятся под угрозой. В разных странах существуют разные обстоятельства. В западном мире, например, сейчас стоит весьма сложный вопрос об уходе из жизни. Во многих западных странах сейчас сложилось мнение о допустимости прекращения жизни неизлечимо больных людей, сильно страдающих, тех, кому невыносимо и бессмысленно жить дальше. Мы стоим на защите человеческой жизни. Мы очень активно поддерживаем программы по облегчению страданий безнадежно больных и паллиативному уходу за неизлечимо больными людьми. Также наш орден демонстрирует и доказывает общественности, что жизнь стоит того, чтобы доживать ее до конца и умирать естественной смертью. Далее есть проблемы, о которых я уже говорил. Особенно проблемы, связанные с военными конфликтами и возникающие в результате природных катастроф. Об этих проблемах можно говорить очень долго. Но условия конфликтов претерпели большие изменения. У нас больше нет международных конфликтов открытого характера. Мы видим в основном  внутренние конфликты с участием террористов, боевиков. Порой трудно определить, что это — гражданская война или действия террористов. Участников этих конфликтов не учат соблюдать и они сами не желают соблюдать гуманитарные принципы и гуманитарные права. Происходят умышленные нападения на больницы. Если вспомнить ситуацию до Первой мировой войны, то 90% жертв войны были военные и 10% гражданские лица. Сегодня же — наоборот. У меня есть довольно циничная ремарка: "Самый лучший способ выжить во время войны — это стать военным". Мужчина, у которого есть оружие, редко умирает, особенно от голода. Больше всего страдают пожилые женщины и дети. Именно на этих группах населения мы фокусируем нашу деятельность. Для нас это серьезная проблема. Мы стараемся найти способы решения этой и других проблем. Так, например, мы углубляем сотрудничество с представителями других конфессий, поскольку большинство религий запрещает убивать людей. То есть основные моральные ценности большинства религий одни и те же. Мы стараемся сблизить разных лидеров, а также дать политикам понять, что религиозная инфраструктура является тем источником, который не следует игнорировать при решении проблем и урегулировании конфликтов.

— На протяжении столетий членами ордена могли стать только мужчины. Затем в конституцию совсем недавно были внесены изменения и, теперь членом ордена могут стать женщины. Прежде всего вопрос: почему вы приняли такое решение? Внести изменения в конституцию и разрешили вступать в орден женщинам. Какая разница в статусе мужчины — члена ордена и женщины — члена ордена?

— На самом деле, это не недавние изменения. Еще в прошлые века женщины были членами орденам.

— То есть уже тогда разрешалось?

— В ордене были монахини, но они жили отдельно. Я хочу сказать, что идея о привлечении в орден женщин не нова. Затем, в XIX веке и в начале XX века женщин принимали в так называемый Третий класс членов ордена. Я думаю, основная причина в том, что женщины нужны, если вы хотите решать проблемы наших дней. У них другой взгляд на всё, и он дополняет взгляд и позицию мужчин — членов ордена, особенно в вопросах оказания помощи людям, испытывающим определенную нужду. В Третьем и Втором классе нет различий между рыцарями и дамами. Дамы также могут занимать руководящие должности. Но членами Первого класса могут быть только мужчины. Это мужской орден, и на главных должностях могут быть только мужчины.

— Я бы хотел вернуться к тому, с чего я начинал это интервью: сейчас вашему ордену исполнилось 920 лет. Давайте подумаем о будущем. Как вы думаете, как орден будет отмечать свое тысячелетие? Доживет ли орден до этой круглой даты? Как вы считаете?

— Я уверен, что волею Всевышнего это произойдет. Я уверен. Как я уже сказал вначале, на протяжении всей своей истории орден смог доказать приверженность своим традициям, с одной стороны, и, с другой стороны, продемонстрировал способность адаптироваться к нуждам времени. Когда мы организовали конкурс среди волонтеров ордена  на лучший девиз ордена, было выбрано несколько лучших. Один из них гласил так: "Современный, по традиции!" То есть сочетает в себе первое и второе: традицию и современность. И пока мы будем помнить об этом принципе, мы не исчезнем.

— Наша программа называется "Формула власти", и обычно я задаю своим собеседникам последний вопрос: что такое, по вашему мнению, власть? Что означает власть, Ваше Превосходительство, для Великого канцлера Мальтийского ордена? Какова власть на вкус — с вашей точки зрения?

— Я бы сказал, что у нас власть тех, кто не обладает властью. Потому что у нас нет собственных интересов. Но порой наши слова вызывают больше доверия, и поэтому наш голос слышен лучше, чем голоса других. В этом и заключается наша власть и сила.

— Большое спасибо, Ваше Превосходительство.

— Спасибо.