Все новости

Мэр города Усолье-Сибирское: мы до сих пор не оправились от закрытия "Усольехимпрома"

Мэр города Усолье-Сибирское Максим Торопкин (слева) Пресс-служба Законодательного собрания Иркутской области
Описание
Мэр города Усолье-Сибирское Максим Торопкин (слева)
© Пресс-служба Законодательного собрания Иркутской области

На промплощадке закрывшегося в 2005 году предприятия "Усольехимпром" в Иркутской области готовятся к ликвидации крупного очага химического загрязнения. Президент РФ Владимир Путин 30 июля распорядился задействовать ресурсы всех органов власти для решения экологической проблемы города Усолье-Сибирское на берегу Ангары. На охрану промплощадки уже заступили войска Рогвардии, Минобороны обследовало территорию. По последним данным, было найдено 99 цистерн с ядовитыми химикатами, причем 12 из них из-за аварийного состояния подлежат срочной утилизации. На территории также есть очаг ртутного загрязнения. О том, что сейчас происходит на промплощадке и почему некогда успешное химическое предприятие, созданное в 1936 году, превратилось в очаг химического загрязнения, в интервью ТАСС рассказал мэр города Усолье-Сибирское, где живут 77 тыс. человек, Максим Торопкин.

— Максим Викторович, почему именно в Усолье-Сибирском создали "Усольехимпром"? Что он производил?

— Все производство основывалось на соляном растворе. Под городом Усолье-Сибирское находятся огромные залежи соли. На "Усольехимпроме" был рассолопромысел. Из рассола делаются все остальные компоненты, начиная от хлора, заканчивая каустической содой, порошками, кислотами всех видов, карбидом. Это только маленькая толика того, что производил "Усольехимпром". Он выпускал тысячи различных компонентов. Продукция расходилась по всему миру. Работали карбидный, хлорный, эпихлоргидридный, полиэтиленовый цеха, производство металлического калия, плюс много подспудных цехов, где производились различные ремонты, переработка. Всего около 400 цехов.

До перестроечного периода это было очень прибыльное предприятие. Да и в перестроечный период тоже. Это было самое крупное предприятие от Урала до Дальнего Востока. Полгорода построили на деньги "Усольехимпрома": жилой сектор, дороги, объекты культуры и спорта, детские сады, школа. Вся жизнь города была непосредственно связана с "Усольехимпромом". В хорошие времена до 15 тыс. человек работали на промплощадке.

— Почему предприятие пришло в упадок?

— Собственники менялись (последними собственниками предприятия были структуры группы "Нитол" — прим. ТАСС). Нерадивые хозяйственники привели предприятие к такому состоянию.

Если бы когда-то управление "Усольехимпрома" не решило создать "Усолье-Сибирский силикон" и все мощности и силы бросить на производство поликристаллического кремния, которое в итоге оказалось убыточным, то "Усольехимпром" до сих пор бы жил. Были взяты большие кредиты, займы на новое предприятие, в то время как остальное производство требовало модернизации.

— Как закрытие градообразующего предприятия повлияло на развитие города?

— Мы до сих пор не оправились от закрытия "Усольехимпрома". Сейчас экономика города держится на малом и среднем бизнесе.

— После закрытия цеха ртутного электролиза на промплощадке остался очаг ртутного загрязнения. Какие еще химические вещества остались на площадке и где они хранятся?

— Они находятся в цистернах, скважинах, коллекторах, в шламонакопителе, на свалке химических отходов. Плюс заражены цеха. Их предварительно нужно обследовать, делать проекты и демеркуризировать. Кроме ртути там много других химических веществ, там вся таблица Менделеева.

— Какие силы направил город на то, чтобы пресечь мародерство на промплощадке, которое грозило утечкой химических веществ?

— Привлекали полицию, местные частные охранные предприятия. 6 ноября 2018 года в городе объявили режим чрезвычайной ситуации. Обратились в правительство Иркутской области за помощью и поддержкой. В 2019 году были выделены средства и охрану уже осуществляли на областные деньги.

Площадка огромная — 610 га. В этом году была усилена охрана частной фирмой. Да и люди, которые ранее проникали на промплощадку, уже, наверное, поняли, что просто так никто не даст вывезти, даже если они что-то спилят. Но в этом году было несколько пожаров. Это значит, что в каких-то цехах были попытки что-то срезать. Сейчас зашла Росгвардия. Я думаю, в ближайшее время они полностью охватят периметр и проблема мародерства уйдет.

— С того момента, когда остановилась вся производственная деятельность на территории "Усольехимпрома", что было сделано для ликвидации загрязнения? Был разработан проект демеркуризации (обеззараживания — прим. ТАСС) ртутного цеха, который в 1998 году списали, и он больше не числился на балансе предприятия. Что еще?

— Все. Ведь это не муниципальная, не областная и не федеральная собственность. Это собственность частная. Площадка "Усольехимпрома", "Усолье-Сибирского силикона" в конкурсной массе. Кто будет что-то делать, если она в чужой собственности? Кто разрешит?

— Известно, сколько сейчас у площадки собственников?

— Собственников — 37, из них 11 ведут хозяйственную деятельность. Имущество находилось в конкурсной массе, и вся конкурсная масса выставлялась на торги. Разные лица покупали цеха, здания и так далее.

— Чем занимаются эти 11 собственников?

— Например, компания "ПМК" — это крупное производство металлического калия, работает на оборонный комплекс. Компания "Кристалл" выращивает кристаллы для геодезистов, космонавтики и так далее. "Химбыт" производит "Белизну". Есть пара мебельных предприятий, ферма майнеров.

— Что с ними будет, когда начнется ликвидация загрязнения? Они же не смогут остаться на промплощадке.

— С теми предприятиями, которые находятся рядом с цехом ртутного электролиза и это представляет для них опасность, сейчас ведется работа по предоставлению земельных участков, рассчитывается компенсация для переезда, переноса предприятия. Идет подготовительная работа, встречаемся с каждым предприятием.

А крупные предприятия, такие как ПМК и "Кристалл", мы в еженедельном режиме мониторим на состояние воздуха, чтобы не было превышения ртути. Я буду отстаивать позицию, чтобы эти предприятия остались на своем месте, потому что они работают, во-первых, на оборонный комплекс, во-вторых, это предприятия уникальные. То оборудование, которое там находится, собрано со всей России. Их закрыть или перенести невозможно. Уничтожить да, а перенести нет. ПМК — это восемь цехов. Никто не возьмется выплачивать такие компенсации. Поэтому нужно вести мониторинг состояния воздуха и, когда закончится демеркуризация на всей площадке, эти цеха тоже обработать. На данный момент там превышения ртути в воздухе нет.

— Эти предприятия работают на базе цехов, принадлежавших "Усольехимпрому"?

— Да. Они уже много лет там работают. ПМК и "Кристалл" в перестроечный период перешли в частную собственность и стали самостоятельными.

— А что делают собственники "Усольехимпрома" и "Усолье-Сибирского силикона"?

— Предприятия в стадии банкротства, [собственники] уехали, все бросили.

По "Усольехимпрому" конкурсное производство продолжается. Но правительство РФ распорядилось, что все имущество должно перейти в муниципальную, областную или федеральную собственность. В ближайшее время конкурсная масса "Усолье-Сибирского силикона" будет передана в муниципалитет. Следующий этап — передача имущества "Усольехимпрома". Это основная масса. Речь идет о земельных участках, корпусах и прочих производственных объектах.

Муниципалитет будет признавать их как особо опасные объекты, вносить в государственный реестр объектов накопленного вреда окружающей среде, входить в программу "Чистая страна". И определен единый оператор, который будет заниматься ликвидацией загрязнения. Это Росатом.

— Почему вопрос ликвидации загрязнения затянулся на долгие годы? Потому что собственники в этом были не заинтересованы? Или не хватало федеральной поддержки?

— Если вы закрываете свое опасное химическое предприятие, вы должны провести полностью рекультивацию. Собственники пошли другим путем — сняли из реестра опасных объектов и стали все продавать. Но в этом уже разбираются правоохранительные органы.

— Кто интересовался этой территорией, какие приходили инвесторы и почему никто из них так и не решился развивать "Усольехимпром"?

— Приезжали из Монголии, Китая, со всей России, смотрели площадку, но, понятно, всех отпугивает тот факт, что она заражена.

— Через какое время может быть ликвидировано загрязнение?

— Я думаю, это не так быстро. Территория очень большая. 610 га — это непосредственно химпром, 130 га — это рассолопромысел, еще 110 га — шламонакопитель, гектаров 30 — это химическая свалка. Я думаю, не найдется сейчас ни одного ученого, который бы вам сказал, когда может быть ликвидировано загрязнение. Каждый проект оделен, каждый проект будет проходить экологическую экспертизу. Но существуют первостепенные задачи, которые поставлены президентом перед Росатомом, и задачи, которые требуют более долгосрочного этапа.

— Что сейчас происходит на площадке?

— Еще до доклада временно исполняющего обязанности губернатора Игоря Кобзева президенту было сделано обследование промплощадки. Сейчас ставится централизованная охрана. Войска будут заниматься охраной площадки также во время непосредственно утилизации, чтобы быть готовыми защитить город в случае чрезвычайных ситуаций. Ростатом уже в августе начнет перекачку химических веществ из старых ржавых цистерн в хорошие емкости. За этим надо следить, контролировать, мониторить.

Представители Росатома уже находятся здесь, работают главные проектировщики. На следующей неделе начнут брать пробы земли, производить геологию и геодезию. В принципе, мы уже вошли в практическую стадию.

Росатом — это единственный оператор в России, который может работать с отходами первого и второго класса опасности. Кроме того, у нас другого варианта и нет. Была в свое время идея вывозить отходы в Кубань, 6 тыс. км везти. Но если под цехом ртутного электролиза предварительно 500 т ртути, то сколько это будет с землей? Не один эшелон вагонов. Кто разрешит ее везти? Конечно, утилизация возможна только на месте.

— Какое производство возможно в будущем создать на промплощадке?

— Об этом пока не будем говорить. Сейчас надо хотя бы пережить ликвидацию загрязнения. Хоть что можно создать на территории в 610 га. Но, конечно, на этой площадке не могут расти голландские цветы или тюльпаны. Это промышленная площадка и город химиков. Под нами находится соль, рассол. Конечно же, это химическая промышленность, металлургия, машиностроение. Варианты разные.

Беседовала Светлана Латынина