Все новости

Европа поддерживает Мадрид в его схватке с Барселоной

Провозглашение Каталонией независимости может спровоцировать активизацию сепаратистских движений в ряде других регионов

Европейцы увлеченно следят за непримиримой борьбой "Барсы" и мадридского "Реала" на футбольных полях. Болельщиков у двух этих известных клубов примерно поровну. Но после состоявшегося 1 октября референдума, когда противостояние Барселоны и Мадрида перешло в политическую плоскость и вылилось в ожесточенные уличные схватки, симпатии почти всей официальной Европы явно оказались на стороне испанцев, а не каталонцев.

Объяснение простое: на кону не очередной футбольный трофей и даже не единство Испании, а будущее всего Европейского союза и многих входящих в него государств.

Угроза сепаратизма

Лидеры Германии и Франции - двух общепризнанных "локомотивов" Евросоюза - в телефонных беседах с главой испанского правительства недвусмысленно выразили ему полную поддержку и подтвердили приверженность идее территориальной целостности и единства Испании. Но даже и представители тех стран, где референдум, абсолютное большинство участников которого высказались за независимость Каталонии, сдержанно назвали "внутренним делом Испании", ясно дали понять: они на стороне закона и порядка. Иными словами, на стороне Мадрида, а не Барселоны, которая организовала плебисцит вопреки запрету конституционного суда.

Подобное единодушие вызвано тем, что европейские партнеры Испании прекрасно понимают: провозглашение Каталонией независимости может стать своего рода пусковой кнопкой, нажатие которой активизирует сепаратистские движения в ряде других регионов. А такие мечтающие отколоться регионы есть во многих странах ЕС.

К примеру, во Франции это и Корсика с ее боевитыми националистами, и французские территории той же Каталонии и Страны басков, и некоторые другие районы. В Бельгии - Фландрия, давно мечтающая расстаться с отсталой, по ее мнению, Валлонией. В Италии - конфликт Севера и Юга. Разделенный Кипр, венгерские и румынские меньшинства, Балканы... Даже в Польше, как выяснилось, есть свои автономисты, недаром глава польского МВД назвал итоги каталонского референдума "предостережением для Польши".

Одним из немногих европейских политиков, кто открыто выступил на стороне Каталонии, оказался глава МВД Бельгии Ян Ямбон. "Сердцем я с каталонцами, - признался он. - Я фламандский националист, и поэтому мне понятна ситуация в Каталонии".

Диссонансом прозвучало и мнение президента Сербии Александара Вучича, который назвал реакцию Евросоюза на референдум худшим примером двойных стандартов в мировой политике. "Почему провозгласили законным отделение Косова без референдума, и как 22 страны ЕС признали это отделение, нарушая европейское право и политику, на которых основываются принципы ЕС? Почему можно Косову, а Каталонии - нет? Что я должен сейчас сказать гражданам Сербии? Это худший пример двойных стандартов мировой политики", - заявил Вучич.

Подобным образом он отреагировал на высказывание официального представителя Еврокомиссии Маргаритиса Схинаса о том, что "ситуация в Каталонии и Косове несопоставима, так как Испания является страной - членом ЕС".

Страшный сон Брюсселя

Схинас также прямо назвал каталонский референдум "незаконным" и подчеркнул, что вопросы государственного устройства Испании должны решаться "в соответствии с конституционным порядком".

Европейские партнеры Испании не могли не отреагировать на проявления насилия со стороны правоохранительных органов, в результате чего в день референдума пострадало, по последним данным, около тысячи человек. Но эта реакция оказалась достаточно сдержанной. Например, депутаты Европарламента решили внести вопрос о каталонском референдуме в повестку дня текущей сессии.

При этом Европейская народная партия, которая является ведущей фракцией Европарламента, предлагала обсудить вопрос с точки зрения верховенства закона, тогда как евроскептики настаивали на дискуссии о "произволе и насилии" со стороны правоохранительных органов. В результате сошлись на компромиссной формулировке "Конституция, верховенство закона и права граждан в свете референдума в Каталонии".

Если же говорить о брюссельской евробюрократии, то для нее независимость Каталонии так же нежелательна, как и для национальных государств. Сейчас Брюссель контролирует входящие в ЕС страны, но что будет, если Старый свет пойдет по пути балканизации - распада крупных государств и формирования более мелких? Для Брюсселя это сродни кошмарному сну, фактически это будет означать распад Евросоюза, и без того подвергшегося удару после предстоящего выхода Великобритании. И неслучайно на переговорах с Лондоном об условиях Brexit Брюссель постарался занять максимально жесткую позицию - чтобы другим неповадно было.

Да и Барселоне Еврокомиссия направила вполне недвусмысленный сигнал: объявив независимость и выйдя из состава Испании, Каталония автоматически перестанет считаться членом ЕС со всеми вытекающими отсюда последствиями. А шансы вступить в Евросоюз в качестве самостоятельного государства будут у нее нулевыми, ведь решение о принятии новых членов принимается странами ЕС единогласно. Нетрудно предположить, что, помимо самой Испании, найдется немало других желающих проучить каталонцев.

Спад вместо взлета

В ходе подготовки к референдуму сторонники независимости Каталонии наряду с идеей национальной самоидентификации охотно продвигали и лозунг экономической самодостаточности региона. При этом они, судя по всему, не принимали в расчет риски, связанные с неизбежным выходом из структур Евросоюза. Да, Каталония и впрямь экономически развита, хотя вовсе не кормит всю остальную страну, как иногда принято считать. Но что произойдет, если она станет независимой?

Речь в данном случае даже не о длительном и весьма затратном процессе оформления государственности, включающем создание международно-правовой базы, армии, силовых структур и всего того, без чего не может существовать современное государство. Речь о том, что в экономике Каталонии велика доля экспортно-ориентированных производств, созданных с участием иностранного капитала. Пока Каталония остается частью Испании и, следовательно, Евросоюза, эти компании чувствуют себя комфортно. Но в случае независимости они окажутся в совершенно ином правовом режиме, в иной деловой среде.

То же и в сфере туризма: одно дело быть частью Шенгенского пространства и совсем иное - молодым независимым государством, вынужденным открывать диппредставительства и договариваться о визовых режимах с другими государствами.

Примечательно в этом смысле предостережение, которое адресовал Барселоне глава Федерального объединения немецкой промышленности Йоахим Ланг: обретение Каталонией независимости может обернуться серьезными экономическими последствиями для региона и для его партнеров в Европе. Признав, что Каталония "является экономически высокоразвитым регионом", он заявил, что немецкий бизнес "с озабоченностью следит за событиями", ведь в этом регионе "находится половина из почти 1,6 тыс. зарегистрированных в Испании компаний из ФРГ".

"Откол региона от Испании приведет к экономическому спаду и росту неопределенности для ориентированной на экспорт экономики", - предупредил Ланг.

Без диалога не обойтись

Через два дня после референдума ситуация остается неопределенной. Мадрид взял паузу, чтобы обдумать, какие действия следует предпринять в ответ на состоявшийся плебисцит. Тем временем в самой Каталонии проходит всеобщая забастовка и массовые митинги против полицейского произвола и нарушения демократических прав граждан.

В этих условиях скоординированная позиция европейских партнеров Испании может побудить Мадрид и Барселону к диалогу. Представители каталонских властей уже заявляли о готовности воспользоваться "международным посредничеством", и Евросоюз либо какое-то из государств - членов сообщества вполне может выступить в роли такого посредника, чтобы предостеречь обе стороны от дальнейшей эскалации насилия и попытаться их убедить в том, что независимость Каталонии не нужна никому, в том числе и самим каталонцам.

Обозреватель ТАСС Андрей Низамутдинов

Москва, 3 октября.