Все новости

Танки с судьбой: как оживают машины, погибшие 75 лет назад

У каждого танка — своя судьба, иногда таинственная, иногда мрачная. Так считают реставраторы, иногда с нуля и по последней детали воссоздающие военную технику, участвовавшую в Битве за Ленинград

Энтузиасты из Петербурга и Ленинградской области более 20 лет восстанавливают боевую технику, участвовавшую в одном из самых кровопролитных и длительных сражений Великой Отечественной войны — Битве за Ленинград. Первые отреставрированные когда-то машины — теперь представляют уникальную коллекцию, которая станет основой музея имени легендарного танкиста Зиновия Колобанова.

Официальное официальное открытие музея состоится осенью. Примечательно, что его создали не профессиональные историки и оружейники, а обычные люди, которым интересна история своей страны. Об этой работе они могут говорить долго и самозабвенно, так что любая тема довольно быстро сводится к танкам.

"Все началось с того, что в ходе поисковых работ под Мясным бором, где весной-летом 1942 года воевала 2-я Ударная армия, нашли колонну брошенных "полуторок". Решили, что бросать эти исторические машины просто так нельзя. Собралась группа энтузиастов и попробовали отреставрировать одну из них", — рассказывает ТАСС замруководителя Военно-исторического центра СЗФО Сергей Мачинский.

Сегодня реставрацией занимаются 8 человек. "Это, можно сказать, кулибины, мастера. Восстанавливать каждую машину приходится начинать практически с нуля, изучая каждую деталь, документацию 70-летней давности. Среди нас нет профессиональных историков и оружейников, просто технически грамотные люди — кто-то имел опыт обращения с боевой техникой в армии, кто-то участвовал в поисковых работах на местах былых сражений, — продолжает Сергей Мачинский. — За каждой машиной для нас стоит история, и мы стараемся ее узнать, выясняем, кто сражался на этой машине, какой путь она прошла. Мы работаем сами, никто не субсидирует нашу деятельность, не делает нам заказов — мы делаем то, что нам интересно".

Нестандартный музей

Когда попадаешь на территорию музея "Битва за Ленинград" им. З. Г. Колобанова, первое, что бросается в глаза — огромное количество целых и полуразобранных машин, артиллерийских орудий и еще большее число запчастей к ним. Музей — не "классический" — посетители вживую могут видеть не только готовые экспонаты, но то, как они восстанавливаются.

Вот Т-34 довоенный, образца 1940 года. У него отфрезированы все углы. А после начала войны, на это внимание не обращали. У нас есть танк на восстановлении, уже выпущенный в войну, — там как вел газосварщик рукой, пошел криво — и даже не пытался выравнивать. Не до дизайна было
Виктор Смирнов
Сотрудник музея "Битва за Ленинград" им. З. Г. Колобанова

Сразу у входа гостей встречает корпус легкого танка МС-1 — первенца советского танкостроения. Реставраторы уже начали его восстановление, но до возвращения первоначального облика боевой машине еще далеко. Чуть дальше сложены детали от различной советской и западной техники, которые будут использованы в работе или останутся самостоятельными музейными экспонатами.

"В этих двух ящиках (размером где-то метр на метр. — Прим. ТАСС) находится "Тигр" под номером 001. Он был уничтожен под Мгой, недалеко от Синявинских высот, — это все, что от него осталось. Когда-нибудь он окажется одним из наших экспонатов", — рассказывает сотрудник музея Виктор Смирнов.

В 1942 году первые "Тигры" были отправлены на Ленинградский фронт. Однако недоработки и большая масса — 56 тонн — привели к тому, что танки глохли в синявинских болотах. Несколько из них немцам удалось отбуксировать, а один застрял на нейтральной полосе. Спустя месяц его подорвали свои же, чтобы еще секретный на тот момент тяжелый танк не достался СССР.

Техника с судьбой

А рядом с останками первого "Тигра", как будто на торжественном построении, стоят четыре восстановленных Т-34. Все — разных модификаций, по ним можно проследить эволюцию танка в зависимости от того, как разворачивалась ситуация на фронтах и в тылу.

"Вот танк довоенный, — показывает Смирнов Т-34 образца 1940 года — У него отфрезированы все углы. Дальше, после начала войны, на это внимание не обращали. У нас есть танк на восстановлении, уже выпущенный в войну, — там как вел газосварщик рукой, пошел криво — и даже не пытался выравнивать. Не до дизайна было — надо было поставить на фронт техники больше, быстрее. На довоенном, посмотрите, две фары, у механика-водителя — три перископа. В дальнейшем от этого отказались. Оставили по одной фаре и только два перископа — для удешевления конструкции".

У этого танка своя история. В сентябре 1941 года он поступил на Ленинградский фронт, отправлен в разведку, оказался в окружении. "У танка взорвался боекомплект, и, по всей видимости, там был экипаж. Собрали его в 2010 году. Башня неродная. Родная сохранилась, но это просто месиво железа", — продолжает Смирнов экскурсию.

Рядом стоит редкий огнеметный Т-34. Еще более уникальным его делает дополнительная наваренная на заводе броня. Чуть дальше — два Т-34-85. Появившиеся ближе к концу войны усовершенствованные модели потом еще долгие годы служили в армиях многих стран мира, а затем оказались в частных коллекциях. Экземпляры, попавшие в музей "Битва за Ленинград", были выкуплены в Эстонии и Польше. Они до сих пор на ходу.

Наглядная история

По словам Сергея Мачинского, основная задача и Центра, и музея — воспитание молодежи. 

"Сейчас залапали, затаскали слово "патриот". Мы предлагаем реальное дело, которое идет на благо страны и дает конкретный результат", — считает он.

Подростки, занимаясь с техникой, напрямую cоприкасаются с историей, могут сравнить советские и западные машины, сами делать объективные, без влияния со стороны, выводы.

"Сколько подвигов было совершено экипажами этих машин и каким шоком для немецких танкистов стало появление Т-34 на фронте в начале войны.Или танк КВ — рядом с ним можно стоять и часами рассказывать о подвиге роты Зиновия Колобанова (его рота КВ-1 в одном бою под Красногвардейском уничтожила 43 немецких танка, из них экипаж самого Колобанова — 22). И что после этого можно рассказать про Отто Кариуса (немецкий танкист. - Прим. ТАСС), который якобы настрелял сотни советских танков? Можно сравнить количество реально подтвержденных побед роты Колобанова, а где подтверждение побед Кариуса? Здесь все вот оно — живое, все можно руками трогать. Основная задача — сохранить то, что мы в свое время утратили, вернуть то, что разбазарили, ну и передать это новым поколениям, чтобы они сами решали, что с этим делать", — продолжает Мачинский.

Марши памяти

Подростки, с которыми работают в Центре, уже три года участвуют в Маршах памяти. В сопровождении взрослых, в военной форме времен Великой Отечественной на восстановленной технике они идут по местам боев.

"У них изымаются телефоны, им вручается вещмешок, котелок, кружка, плащ-палатка — и вперед. Они сами ставят лагерь, несут караульную службу, обслуживают эту технику. Своими глазами дети видят, как наша техника тогда шла, как ее обслуживали. И самое интересное, что эти три дня делают из них коллектив", — рассказывает Сергей Мачинский.

Подростки хотят сделать что-то хорошее, великое, а мы, взрослые, не даем, мы запрещаем полевые лагеря, бюрократизируем систему воспитания. Если мы сейчас это не возьмем на себя, что будет в старости? Может, кто-нибудь другой им вложит в головы что-то другое: где Маресьев будет бестолковым летчиком, где не будет 28 панфиловцев, а генерал Власов окажется защитником Родины? Наша задача — рассказать правду
Сергей Мачинский
Замруководителя Военно-исторического центра СЗФО

Во время одного из маршей отряд проходил около места гибели летчика Александра Хорошкова. Во время блокады он, раненный, возвращался с задания, и над Кобоной, куда эвакуировались жители осажденного Ленинграда, он заметил немецкий бомбардировщик "Хенкель". Тогда Хорошков решил пойти на таран, чтобы уберечь мирное население.

"Ребята сами, своими руками установили на месте его гибели памятник, отдали воинские почести. Они понимают, что они ненамного младше него" — рассказывает Мачинский.

"Они хотят сделать что-то хорошее, великое, а мы, взрослые, не даем, мы запрещаем полевые лагеря, бюрократизируем систему воспитания. Если мы сейчас это не возьмем на себя, что будет в старости? — задается вопросом Сергей Мачинский. — Может, кто-нибудь другой им вложит в головы что-то другое: где Маресьев будет бестолковым летчиком, который потерял ориентацию, где не будет 28 панфиловцев, просто потому что это миф, где Зоя Космодемьянская будет сумасшедшей, а генерал Власов окажется защитником Родины? Наша задача — рассказать правду".

Выполнить боевую задачу, поставленную 75 лет назад

В ангаре музея стоят 2 плавающих танка Т-38, которые были подняты со дна Невы в районе Невского пятачка. Как отмечают сами реставраторы, танками их можно назвать с трудом: из вооружения только пулемет, броня легкая, только против пуль, экипаж 2 человека. Эти и еще 7 машин под огнем шли ни укрепленные позиции немцев, но были выведены из строя и утонули.

"Две из девяти мы полностью восстановили, строим полные копии еще семи и хотим сделать так, чтобы они все-таки переплыли Неву и выполнили то, что не смогли выполнить тогда. И в этом принимают участие, в том числе, и подростки, которые, я надеюсь, поковырявшись с этим железом, поймут, что работать руками, это не только интересно, но и почетно. Прикоснувшись к этой истории, они понимают, что люди действительно совершили подвиг, потому что они на этом легком танке, который и танком-то называется достаточно условно, шли в бой, шли на огромные немецкие танки", — говорит Мачинский.

Неподалеку от Т-38 еще одна малютка — танк Т-60. Несмотря на слабое вооружение (20-мм пушка) и легкую броню и на таких машинах совершались подвиги. "Члены экипажа такого же танка получили звания Героев за уничтожение двух немецких "Тигров". Те не могли попасть по нему и в азарте стали гоняться по полю боя. Но экипаж не растерялся и вывел немцев под огонь нашей артиллерии. Одному "Тигру" удалось уйти, двух подбили. Но на этом бой для нашего танка не закончился, он вернулся к позициям врага и подавил до роты немцев", — рассказывает Виктор Смирнов.

Оживший гигант

Одним из самых известных экспонатов музея можно назвать КВ-1, сражавшийся на Невском пятачке и утонувший в Неве при эвакуации на ремонт. "Подняли его в ночь с 16 на 17 ноября 2011 года. Это была сложная инженерная операция, — вспоминает сотрудник музея. — Когда привезли сюда — это был комок грязи. Не было орудия, не было элементов брони, не было некоторых катков. Его разбирали, сделали пескоструйную очистку, поставили в теплую палатку, ее топили всю зиму. И он всю зиму "мироточил" — изо всех щелей текла вода. Если бы этих мер не предпринять — мы бы его утратили, его бы разорвало замерзшей водой".

Отдельным сюрпризом, по словам Смирнова, стала возможность выяснить историю танка. "Долго не могли найти номер. Клеймили практически каждый элемент, одно клеймо на глазах разрушилось. И вдруг попадается номер: М5200. Отправили в архивы – и вдруг приходят первые сведения: мы знаем командира вашего танка. Присылают фрагмент документа: Ласточкин", - рассказывает он. Как оказалось, этим танком командовал участник знаменитого боя Колобанова под Красногвардейском лейтенант Василий Ласточкин.

Дальше стала ясна и судьба поднятого танка. Он был поврежден в бою 30 ноября 1941 года и, оставшись без движения на Невском пятачке, стоял как крепость, поддерживая пехоту огнем из своего орудия. 15 февраля 1942 года было принято решение все-таки отправить его на восстановление. В районе танковой переправы рядом с деревней Арбузово он затонул, провалившись под лед.

Когда начали восстановление, реставраторов удивило состояние машины. "На удивление легко разбирался. Механик выкручивал болты большого сечения, и металл был белый. Литол в катках был желтый, как будто сейчас им смазали. На удивление, все было живое", — говорит Смирнов.

На 90 процентов в танке удалось сохранить родные детали. Заменить пришлось двигатель, несколько катков и элементов брони. 8 мая 2015 года возрожденный КВ-1 своим ходом проехал по территории Невского пятачка. Здесь же он встретился с ветераном Великой Отечественной, стрелком-радистом из экипажа Ласточника (правда, на момент боя этого КВ-1 он уже был переведен на другой танк) Владимиром Федоровичем Мельниковым. Сергей Мачинский доложил ветерану о восстановлении КВ-1 и зачислении его в состав экипажа навечно.

 Максим Ничипоренко, Иван Скиртач