2 мая 2023, 13:05
Мнение

Саммит США и Южной Кореи: сдерживание КНДР и досады Сеула

Игорь Иванов — о результатах поездки президента Республики Корея Юн Сок Ёля в Вашингтон

Президент Республики Корея Юн Сок Ёль. Anna Moneymaker/ Getty Images
Президент Республики Корея Юн Сок Ёль

Президент Республики Корея Юн Сок Ёль в конце прошлой недели завершил государственный визит в США. Он был удостоен государственного визита, который стал лишь вторым при администрации Джо Байдена. К тому же в этом году страны отмечают 70-летие двустороннего альянса. Поэтому неудивительно, что было сказано много слов о прочности двусторонних отношений и глубине сотрудничества между "идеальными партнерами". Но результаты саммита в Вашингтоне скорее свидетельствовали о замалчивании разногласий, асимметричности взаимоотношений и определенной эрозии доверия.

Переговоры не принесли чего-либо революционного. Лидеры двух стран договорились о ряде шагов в сфере сдерживания КНДР, но южнокорейским "ястребам" они показались по меньшей мере половинчатыми. Не наблюдается и прогресса в проблемных для южнокорейского бизнеса вопросах, связанных с американскими льготами при покупке электрокаров и ограничениями в сфере производства полупроводников в Китае. Блеклыми в сравнении с обратными потоками кажутся планируемые инвестиции американских компаний в Республику Корея. Между тем политические и экономические требования США к Республике Корея из-за их соперничества с КНР лишь растут.

Вашингтонская декларация

Главным результатом саммита США и Республики Корея 26 апреля стала Вашингтонская декларация. В этом документе Сеул подтвердил приверженность принципам нераспространения ядерного оружия, а Вашингтон обещал увеличить частоту появления своих стратегических средств на юге Корейского полуострова в ответ на растущий военный потенциал КНДР. В частности, впервые за примерно 40 лет в южнокорейские порты с визитом зайдут американские атомные подводные лодки.

Кроме того, будет создана двусторонняя консультативная группа по ядерному планированию: Сеул получит больший доступ к информации о том, как будут реагировать американские ядерные силы в случае конфликта. Решение же о применении ядерного оружия в любом случае остается за американским президентом, и консультативная группа этого не изменила (и вряд ли когда-то изменит).

Совместное использование ядерного оружия

Судя по реакции южнокорейской стороны, это решение стало компромиссом между ее надеждами и предыдущим положением вещей, выгодным Вашингтону.

После саммита заместитель начальника управления национальной безопасности президентской администрации Ким Тхэ Хё сказал, что новые договоренности будут "ощущаться как совместное использование ядерного оружия с США". Американская сторона в свою очередь указала, что о совместном использовании ядерного оружия речи не было.

Сам Юн Сок Ёль пошел дальше и заявил, что Вашингтонская декларация из-за ее двустороннего формата будет работать эффективнее, чем многосторонние договоренности о совместном использовании ядерного оружия, принятые в НАТО.

Часть южнокорейских экспертов в этом сомневается. Если убрать за скобки прогнозы о том, насколько велико будет влияние Сеула в новой консультативной группе, налицо несколько различий. Во-первых, европейские союзники США собираются на уровне министров, в южнокорейском случае заявлено участие заместителей министров. Во-вторых, США хранят тактическое ядерное оружие на территории нескольких стран НАТО. Джо Байден после саммита заявил об отсутствии планов возвращения ядерного оружия в Республику Корея (которое они там держали до 1991 года). Кроме того, неядерные союзники США по НАТО в рамках совместного использования ядерного оружия отрабатывают нанесение ядерного удара в случае конфликта. Подобных планов по Сеулу не заявляется.

Реакция на декларацию

Сторонники независимой военной ядерной программы в Южной Корее сводят содержание декларации к отказу от их принципиальной идеи в пользу укрепления американских средств сдерживания. "Большое сожаление вызывает то обстоятельство, что Республика Корея добровольно отказывается от права на выход из Договора о нераспространении ядерного оружия, которое обеспечило бы выживание государства", — считает директор Центра исследований стратегий объединения Корейского полуострова южнокорейского Института Седжон Чон Сон Чжан.

Само возрождение дискуссий о собственном ядерном оружии скорее говорит о падении доверия к американским обязательствам относительно ядерного зонтика. Юн Сок Ёль лично поднимал эту тему в начале года. США выступают однозначно против этой идеи и сумели добиться от Сеула признания обязательств по ДНЯО в декларации. Впрочем, этот документ, видимо, прервет дебаты о южнокорейском ядерном арсенале на какое-то время.

Есть и те, кто сомневается в военной целесообразности направления атомных подводных лодок в Южную Корею. Главное преимущество субмарин заключается в скрытности, а подготовка к их прибытию в порт, которую нужно вести заранее, нивелирует его, рассуждают местные критики. В то же время появление "стратегических средств" непременно вызовет раздражение Пхеньяна, включая ответные действия в виде учебных пусков ракет.

Сестра лидера КНДР Ким Ё Чжон уже обозначила, что декларация стала следствием "жестокой политики", направленной против Пхеньяна, и отражением "склонности лидеров" США и Южной Кореи к "агрессивным и враждебным действиям". О дестабилизирующем характере новых договоренностей заявила и официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.

Сам южнокорейский президент считает, что декларация привела к выходу альянса на новый уровень и значительно укрепила расширенное сдерживание. Основное же внимание экспертов приковано к тому, как в действительности будет работать консультативная группа и насколько США готовы делиться чувствительной информацией.

Прослушка и Украина

Стоит отметить, что поездке южнокорейского лидера предшествовал скандал в не менее чувствительной сфере. В Сети распространились, как писала газета New York Times, предположительно, американские секретные документы, согласно которым спецслужбы США прослушивали сотрудников администрации президента Республики Корея.

Официальные лица Сеула всячески снижали значение этого инцидента. А в ходе визита в интервью телекомпании NBC Юн Сок Ёль фактически допустил, что его подчиненные действительно могли стать объектом прослушки, но сделал вид, что это не имеет значения: "Не думаю, что в реальном мире в государственных делах есть запреты. Самое главное — доверие". Он подчеркнул, что этот случай не повредит двустороннему альянсу. Главное, что у американских спецслужб не было злого умысла, подчеркнул ранее чиновник из администрации.

Кроме того, во время интервью был задан вопрос о политике Сеула в вопросе поставок оружия Украине. Южнокорейский президент сказал, что Сеул присоединится к "усилиям международного сообщества", если "настанет такое время" или "изменится ситуация на поле боя". В совместном заявлении вооружение напрямую не упоминается, конкретных высказываний об этом не было и во время пресс-конференции в США.

До начала саммита южнокорейские чиновники говорили, что обсуждение этого вопроса на переговорах не планировалось. Однако эксперты предполагают, что Вашингтон просто не смог добиться от Сеула дополнительных шагов в этом направлении.

Экономика

В ходе государственного визита президента Республики Корея сопровождала большая делегация из 122 представителей крупного южнокорейского бизнеса. Одним из первых пунктов поездки Юн Сок Ёля была встреча с руководством компании Netflix, которая объявила о плане инвестировать $2,5 млрд в производство южнокорейских фильмов и сериалов. Всего американские предприниматели обещали вложить $5,9 млрд в экономику Республики Корея.

В свою очередь южнокорейские Hyundai Motor и SK On вложат $5 млрд в производство батарей для электрокаров в штате Джорджия. Samsung SDI и американская General Motors объявили об аналогичном совместном предприятии стоимостью $3 млрд. За все время работы администрации Байдена южнокорейская сторона объявила об инвестициях в США на сумму почти $100 млрд.

При этом саммит не стал прорывом в ключевых экономических вопросах двусторонних отношений. Лидеры лишь "положительно оценили" совместные усилия, направленные "на снижение обеспокоенности корейского бизнеса" из-за законов о снижении инфляции и о микросхемах (CHIPS and Science Act).

Между тем эти нормативные акты напрямую затрагивают интересы южнокорейских компаний: в первом законе льготы не распространяются на покупку южнокорейских электрокаров, а во втором — взамен на субсидии накладываются ограничения на рост производства полупроводников в Китае. Закон о снижении инфляции, ставший неприятным сюрпризом для южнокорейских автопроизводителей, был подписан спустя несколько месяцев после встречи Байдена с руководителем Hyundai Motor в Сеуле. Компания тогда анонсировала инвестиции на $10 млрд.

Поднебесная пока еще остается крупнейшим торговым партнером Южной Кореи и важной производственной площадкой для ее полупроводниковых компаний. США же, видимо, не хотят считаться с издержками южнокорейской стороны в своем стремлении замедлить технологическое развитие Китая. Требования и ограничения американской стороны только растут. За несколько дней до саммита газета Financial Times сообщила, что США обратились к Южной Корее с просьбой убедить Samsung Electronics и SK Hynix не восполнять дефицит на рынке КНР в случае введения китайских санкций против американской компании Micron.

Таким образом, складывается впечатление, что южнокорейский бизнес получил от саммита меньше всех. Он словно вынужден вкладывать все больше денег в США в связи с протекционизмом, упуская выгоду от торговли с Китаем из-за политических интересов не только Вашингтона, но и собственных властей. Правительство Республики Корея в результате встречи на высшем уровне получило хотя бы консультативную группу по ядерному планированию. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения

правил

цитирования сайта tass.ru