Все новости

Шаги командора: как Харуки Мураками завоевал Россию

В Японии вышел новый роман Харуки Мураками "Убийство командора", и сразу миллионным тиражом. В ожидании ее перевода на русский, Константин Мильчин рассуждает о природе любви нашего читателя к Мураками

В Японии начались продажи нового романа Харуки Мураками "Убийство командора", который вышел сразу миллионным тиражом. В ожидании ее перевода на русский, Константин Мильчин рассуждает о природе любви русского читателя к японскому писателю.

"Переходя из вагона в вагон, пересчитаю украдкой, сколько томов Мураками будет в руках у моих попутчиков? Четыре перегона: "Полежаевская" – "Беговая" – "Улица 1905 года" – "Краснопресненская" – "Пушкинская". Четыре вагона, соответственно. Тринадцать книг: две "Охоты на овец", три "Дэнса", четыре "Страны Чудес", три "К югу от границы…", один "Пинбол". Этот текст писательница Макс Фрай сочинила в 2004 году, когда Мураками был на пике своей российской славы.

Это ей еще не повезло, могла бы встретить и больше. Мураками ворвался на российский книжный рынок со скоростью и решительностью цунами. Кажется, что в первой половине нулевых читали только его, говорили только о нем. Даже самая снобская публика, всегда избегающая популярных авторов, и та делала исключение.

Споры велись о том, можно ли читать Мураками по-русски или нужно срочно учить японский, потому что только так удастся получить истинное наслаждение. Издатели решили выехать на славе Харуки Мураками — стали издавать его однофамильца Рю Мураками. Совсем другой писатель, кстати, не похожий.

Слава Мураками в России — это в первую очередь заслуга переводчика Дмитрия Коваленина. Как создавалась легенда, он подробно описывает в своей книге "Суси-нуар. Занимательное муракамоведение". В 1993 году Коваленин работал судовым агентом в японском порту Ниигата и откровенно скучал. А еще его "действительно угнетал тот печальный факт, что за последние двадцать лет практически ничего из современной японской литературы в России не переводилось". Но какого писателя выбрать?

Слава Мураками в России — это в первую очередь заслуга переводчика Дмитрия Коваленина. В 1993 году он работал судовым агентом в японском порту Ниигата и откровенно скучал. Коваленин зашел в рок-н-рольный бар, спросил совета у бармена, тот посоветовал Мураками

Дальше произошла символическая история: Коваленин зашел в рок-н-рольный бар, спросил совета у бармена, тот посоветовал Мураками. Который долгое время владел джазовым баром. Коваленин отправился читать "Охоту на овец" и пришел в полный восторг.

"Во-первых, в этой книге была история, и история отменная, — вспоминал он. — Во-вторых, уже на второй странице я совершенно забыл, что автор – японец. Я читал книгу просто потому, что мне нравилось, и еще потому, что герой воспринимал мир примерно так же, как я. В-третьих, дочитав роман, я понял: написать это мог только японец. Это был чистый Дзэн. Мне действительно казалось, будто я на время чтения и сам стал японцем".

Коваленин перевел книгу, но совершенно не понимал, что делать дальше. К счастью, в ту пору появился интернет, он выложил текст на "Лавке языков", культовом в те стародавние времена сайте о переводе и его тонкостях. Рунет был маленьким, слава по нему разносилась быстро. Мураками стали читать. Дальше таинственный благодетель дал денег на издание и в 1997 году "Охота на овец" появилась в России на бумаге.

И ничего не произошло. Книга разошлась мизерным тиражом.

Мураками-бум начался в 2000-е. Оказалось, что это именно то, что нужно русскому читателю. Японский колорит и американский стиль изложения, симпатичный и немного инфантильный герой, часто открытый финал, оставляющий после прочтения чувство недоумение и неудовлетворенности. Которое переходит в желание прочесть следующий роман

Понадобилось еще три года, чтобы в России начался Мураками-бум. Оказалось, что это именно то, что нужно русскому читателю. Японский колорит и американский стиль изложения, симпатичный и немного инфантильный герой, часто открытый финал, оставляющий после прочтения чувство недоумение и неудовлетворенности. Которая переходит в желание прочесть следующий роман.

Да, наверное в метро теперь людей с Мураками встретить сложнее, но всякий раз, когда приближается дата вручения Нобелевской премии, в России за Мураками болеют даже больше, чем в Японии.

Действительно, уже несколько лет подряд, букмекеры называют Мураками одним из лидеров нобелевской гонки, но каждый раз победа в последней раз уплывает от японца. Что-то мешает шведским академика отдать ему премию. Интересно, думал ли Мураками о Нобеле, сочиняя свой новый роман.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru