Все новости

Какая музыка сложнее — популярная или классическая?

Риад Мамедов — о том, можно ли ранжировать разные жанры музыки по степени сложности

Мне часто задают один и тот же вопрос — какая музыка сложнее: классическая, джазовая, поп или электронная? На него непросто ответить односложно, так как здесь необходим детальный анализ и выявление проблемы в жанре. В какой-то момент этот вопрос меня заинтересовал настолько, что я, предполагая ответ на чувственном, интуитивном уровне, решил превратить его из абстрактного в более или менее конкретный.

Итак, сначала необходимо понять, что значит "сложность" внутри каждого жанра в отдельности. Для этого нам необходимо обратиться к истории становления классической музыки.

Классическая музыка — широкое и многогранное понятие. Ее можно трактовать как эпоху, временной отрезок ("венский классицизм"), а можно — как жанр, который объединяет в себе академическую музыку разных традиций, направлений, стилей и т.д. вплоть до XX века. Рассмотрим классическую музыку и как жанр, и как эпоху.

Жанр

Классической называют музыку, в первую очередь отличающуюся своим академизмом. Это серьезная музыка, которая требует определенной интеллектуальной работы у зрителя в момент, когда она звучит. Кроме того, это музыка, написанная в исторически сложившихся образцах форм музыкального построения — соната, прелюдия, фуга и др. Внутри классической музыки существуют жанры, сложившиеся в XVIII–XIX веках, такие как опера, симфония, камерная, духовная и органная музыка. Классическая музыка — это искусство, которое прошло испытание временем и сейчас является основной частью репертуара музыкантов.

Эпоха

Эпоха классической музыки — это период "венских классиков", который славится такими яркими вспышками на музыкальном небосклоне и истории, как Гайдн, Моцарт и Бетховен. Однако сложно сказать, что венская классика, за которой следует романтизм, ограничивается именно творчеством Бетховена.

Людвиг ван Бетховен Three Lions/Getty Images
Описание
Людвиг ван Бетховен
© Three Lions/Getty Images

Классическая музыка основана на законах мироздания. Она, как эллинистическое искусство, — абсолютна. Бетховен умел суммировать чувства человека в такую форму, что это выглядело объективной истиной. Поэтому классика — это не застывший музей.

При этом наследовавший венской классике романтизм основан на индивидуальном подходе — страданиях и радостях конкретного человека (как у Шуберта в "Зимнем пути"). Но хотя Бетховен и Шуберт были современниками, все же Бетховен в большей степени венец классицизма и в меньшей — основоположник романтизма. Поэтому у Бетховена многое человеческое невозможно, а у Шуберта как раз наоборот — оно возможно и уместно. Конечно, начало нового жанра невозможно точно определить: мы не можем сегодня лечь спать в одной эпохе, а проснуться в другой. Эпоха в искусстве определяется по прошествии достаточного количества времени.

Законы классики — абсолютны и основаны не на личных переживаниях, страстях и чувствах, в то время как романтика требует индивидуального подхода. Это ключ и ответ. Малер — гений. Герой его сочинений страдает. Он подвержен сильному влиянию чувств, уязвим. Именно поэтому романтика при всей своей гениальности — ступень ниже классики. Шуман и Шопен — великие романтики, но они оба писали через призму чувств, а это ниже абсолюта, так как в чувствах есть элемент плоти. Важно отметить, что искусство имеет тенденцию уходить все дальше и дальше от абсолюта. Однако это не исключает того, что оно в то же время может быть гениальным.

Новизна в искусстве

В истории остается всегда что-то новое. Обратимся к живописи. Скажем, Поллок был гением, яркой вспышкой абстрактного экспрессионизма. Но когда его стилю стали учить в арт-школах, история этого течения тут же прекратилась. Потом был поп-арт как следствие Второй мировой войны и растущей экономики. Художники этого направления стали невероятными звездами, и следующее после них поколение выросло с презрением к этому делу: они ужасно не хотели, чтобы их кто-то продавал, и сделали все, чтобы искусство было не на продажу. Так появился концептуализм.

Позже художники снова вернулись к менее абстрактной живописи, так как концептуализм был минималистичным и сухим. В 1990-е годы был неогео, неопоп, неото, неосё, а сейчас вообще нет единого стиля.

Музыка XX века значительно удалена от венского классицизма, а следовательно, и от абсолюта. Она более расщеплена. Она — про человека, его чувства, окружающий мир, свободу в нем. С этой точки зрения мы точно не поднялись выше. Однако с точки зрения музыкального языка, средств выразительности, убедительности новых взглядов, формы в ней очень много новаторства, идей и самое главное — заложенный в нее пророческий месседж человечеству делает из этой музыки жемчужину человеческого наследия.

Описание
© AP Photo/Tim Ireland

Внутрижанровый абсолют

Тут не важно, о какой музыке мы говорим. Это может быть поп-музыка, джаз, эмбиент или классика. Все эти жанры несут внутри себя определенное послание, ключ, который помогает нам, исследуя прошлое, понимать, куда и как нам стремиться в будущем. Однако важно отметить, что в этих жанрах есть и образцы псевдоискусства. В них нет ни послания, ни тем более ответа на волнующие нас вопросы, нет вкуса, а только искусственно раздутые образцы маркетинга на фоне рыночной экономики. Да, таких образцов, к сожалению, много, однако много и хороших.

Песни Люиса Тэйлора, в частности его альбом Spectrum, принадлежат жанрам соул и R&B. Эти жанры находятся по ту сторону галактики от классицизма. Отдаленные на много сотен тысяч световых лет. Они расщеплены в человеческих чувствах до мельчайших частиц атома. Безвозвратно далеки от абсолюта. Однако внутри каждого жанра есть своя  точка абсолюта, свои строгие и сложные правила, выполнение которых — уже само по себе подвиг, так как это требует колоссальных затрат интеллектуального ресурса, многочасовой работы, тонкого вкуса и умения слышать свою музыку с критической точки зрения, то есть со стороны. Относительно абсолюта (классики) этот жанр — точка во вселенной. Но точка во вселенной может иметь совершенно разные размеры. Ведь Солнце тоже точка. Все зависит от того, откуда мы смотрим. Как у Бродского: "Он был всего лишь точкой. И точкой была звезда".

Все искусство проходит процесс так называемого расщепления и отдаления от истины. Меняется время, и строгие правила жизни меняются вместе с ним. На вопрос "что сложнее?" я отвечу так: с точки зрения вечности — классика; с точки зрения сути — суметь заложить в искусство ключ времени и лучшую частицу себя с уверенностью, что это создаст что-то новое в будущем, что невероятно сложно в любом жанре музыки и искусства.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru