Все новости

Пророк не в своем отечестве. К юбилею автора "Я, робот" Айзека Азимова

Лиза Биргер вспоминает, что фантаст, родившийся почти 100 лет назад, — 2 января 1920 года, хотел сказать в своих многочисленных произведениях

Айзек Азимов — один из самых известных фантастов ХХ века. За свою весьма долгую жизнь написал более 500 романов, повестей, рассказов и просветительских текстов — их не берутся сосчитать и азимовские биографы.

Лекции, романы, повести, путеводители по науке, Библии, Шекспиру и истории, космические детективы и сказки о роботах — Айзек Азимов был, пожалуй, одним из самых продуктивных писателей своего времени. А еще обожаемым студентами профессором биохимии в Бостонском университете и просветителем, издавшим невероятное количество популярных научных проспектов. Его прозвали "печатной машинкой": редко когда ему удавалось, сев за стол, встать из-за него без готовой книжки.

И даже те, кто сегодня эти книги не читает, волей-неволей используют придуманные им слова и понятия ("роботехника", "позитронный") и знают сформулированные им три закона роботехники: робот не может навредить человеку, должен жить по правилам и заботиться о своей безопасности, пока это не противоречит первому и второму закону. Более того: мы все живем в придуманном Азимовым мире, где технологический прогресс не слишком нас тревожит, а в будущее можно смотреть со сдержанным оптимизмом. И если мы не боимся, что на нас нападут роботы или нас завоюют инопланетяне, то, возможно, этим мы обязаны именно Азимову.

Начало пути

Исаак Юдович Азимов родился в селе Петровичи Смоленской области молодой Российской Социалистической Республики. Но этой родины он почти не помнил: ему было три года, когда родители увезли его в США. "В чемодане", как говорил сам Азимов и, кажется, не слишком грешил против истины. Путешествие окончилось в Бруклине, где отец открыл кондитерскую лавку, а сыну велел постигать премудрости учебы. К этому времени Азимов говорил на идише, знал всего несколько слов на английском и с увлечением читал Шолом-Алейхема. Подделав свидетельство о рождении, родители уже в пять лет отправили его в школу.

В школе молодой Айзек учился без труда — уже тогда оказалось, что у него уникальная память и все прочитанное он запоминает с первого раза. Позже он еще не раз будет поражать собеседников способностью вынимать любой факт из головы, словно ходячая Википедия. Школу в итоге он окончил в пятнадцать, перескакивая через старшие классы, и единственное замечание в его почти безупречном аттестате было за поведение — будущий писатель болтал на уроках.

В освобожденное от зубрежки время Айзек Азимов запойно читал. В семь лет он уже был записан в местную библиотеку. Он никогда не читал сказки, его влекли мифы и герои, и он нашел их в древнегреческом эпосе, а литературные совершенства — в томе Шекспира. Еще до того, как он начал зачитываться журналами фантастики в отцовской лавке, Азимов знал наизусть "Илиаду" и "Гамлета".

В автобиографии он предполагает, что наверняка верил и в греческих героев, и в датского принца, как другие верят в Санта-Клауса. Тем большим откровением оказались первые истории, где все было так явно вымышлено, — рассказы из журналов научной фантастики. Отец поначалу это чтение запрещал — что еще за рассказы да фантастика?.. Но Айзеку удалось убедить его, что журналы, в названии которых есть слово "Наука", не только развлекательны, но и полезны ему как будущему ученому. 

Ученым Айзек Азимов, правда, стал не сразу. Сначала он мечтал стать медиком, но так и не смог побороть страха перед кровью. Увидев иголку, он в буквальном смысле падал в обморок. В наше время его назвали бы образцовым гиком. Невероятно развитый интеллектуально, он так и не научился плавать и кататься на велосипеде, а когда в 1940 году повел будущую жену на свидание кататься на аттракционах, чуть там же и не умер от неподдельного ужаса. Шутка ли — писатель, всю свою жизнь описывающий космические полеты, сам панически боялся летать и только два раза в жизни оказывался на борту самолета во время военной службы.

Зато его самый знаменитый рассказ "Приход ночи", в котором целую планету сводит с ума открывающийся раз в две тысячи лет вид бесконечных звезд, вполне можно считать автобиографическим: писатель боялся открытых пространств и мог работать только в комнатах без окон.

Когда стало ясно, что медицинский доктор из Азимова не выйдет, он решил стать доктором наук и поступить на химическое отделение Колумбийского университета. В первый год его не взяли, и виновата была литература: во вступительном сочинении Азимов красочно расписал свою болтливость и вспыльчивость. Он поступил только через год, в 1936 году, но быстро нагнал отставание: в 1939-м он стал бакалавром химических наук, в 1941-м — магистром, а после перерыва на войну уже сам читал лекции в Бостонском университете, где в 1978 году его, наконец, назовут профессором.

Точно таким же, не моментальным, но и не слишком тернистым, был путь Айзека Азимова к литературному успеху. Свой первый роман, историю о мальчике в провинциальном городе, он начал писать в 11 лет. И не закончил. Но когда рассказывал ее друзьям, те так рьяно требовали продолжения, что Азимов убедился в своих литературных талантах. Оставалось убедить в них того самого единственного редактора, который станет для Азимова проводником в литературный мир. 

Знания и роботы

В 1938 году пост главного редактора журнала Astounding SF занял Джон Ф. Кэмпбелл, двадцативосьмилетний, но уже легендарный. Восемнадцатилетний Азимов преклонялся перед ним настолько, что лично относил свои юношеские опыты в редакцию. Хотя их уже с радостью печатали другие журналы, Кэмпбелл отвергал одну историю за другой. Но зато проводил с начинающим фантастом часовые беседы, и первые рассказы Азимова были написаны не без его влияния. Оценить это влияние трудно: Азимов утверждал, что Кэмпбеллу принадлежат и знаменитые три закона роботехники, и идея "Прихода ночи". Кэмпбелл отвечал, что только помог вычленить законы роботехники из уже написанных писателем рассказов, а что до идей, так он подсказывал идеи многим писателям, но только один из них оказался Азимовым.

Несомненно одно — в беседах юного фантаста и редактора сложились и главные темы, и убеждения молодого Азимова. Многое из того, что он напишет позже, станет продолжением тех самых разговоров. Две главные темы его ранних рассказов: знания и роботы — это все Кэмпбелл. В "Приходе ночи" существовавшая на планете Калгаш цивилизация раз в 2049 лет погибала, увидев звезды. Задачей героев рассказа было понять, почему это происходит, и сохранить цивилизацию через темные века. Из этого рассказа затем вырастет, пожалуй, главное произведение Азимова — космоопера "Основание", в которой психоисторики, рассчитав неизбежное падение Империи, создают организацию по сохранению ее науки и культуры для будущего возрождения.

Эта идея, что науку и культуру надо приумножать и сохранять и от этого зависит сохранение цивилизации, вообще оказалась очень азимовской: все свои программные рассказы он написал в 1940-е годы, а начиная с пятидесятых гораздо больше времени посвящал просветительской деятельности. Незадолго до смерти, в 1990 году, Азимов совместно с Робертом Силвербергом переписал и "Приход ночи" из рассказа в роман. Теперь история оканчивалась не массовым помешательством под светом равнодушных звезд, а созданием нового правительства, которое совместно с учеными сохранило бы знания и больше не дало бы цивилизации исчезнуть.

Но больше про другие планеты молодой Азимов еще долго ничего не напишет, и причина — тот же самый Кэмпбелл. Оказалось, что отец и наставник современной фантастики по политическим взглядам был "чуть правее Чингисхана". По его представлениям, героями фантастики могли быть только белые мужчины, которые бесконечно подчиняли и властвовали, и ни о каком равенстве инопланетных цивилизаций речи не шло. Все это было очень в духе фантастики того времени, где бесконечно шла война миров и восстание машин. Люди боялись слишком широко шагающего прогресса, и фантасты играли на этих страхах.

Азимов же был человек убеждений демократических: он был уверен, что даже у робота можно разглядеть бессмертную душу. Уже в первом его рассказе о роботах, "Робби" (1939), маленький робот становится лучшей нянькой маленькой девочки, а, например, в "Уликах" робот оказывается еще и лучшим возможным мэром. Мы же помним, что по законам роботехники робот не может причинить человеку вреда. В рассказах Азимова роботы стали метафорой для всех притесняемых меньшинств.

После того как в 1950 году вышла книга "Я, робот", объединившая все истории о роботах, написанные Азимовым в 1940-х, представления о роботах изменились кардинально. Законы роботехники делали невозможной войну роботов и людей, открыв дорогу новым, морально-этическим вопросам: а если робот чувствует и думает, как человек, то не лишаем ли мы его права на личность? В 1976-м, в рассказе "Двухсотлетний человек", робот захочет стать человеком и получит на это законное право, через суд. Этот рассказ позже будет переписан и уже после смерти Азимова, в 1999-м, станет фильмом с Робином Уильямсом в роли андроида страдающего.

Социальная фантастика как фантастика будущего

В своей статье 1953 года Айзек Азимов разделил фантастику на три вида: технологическую, приключенческую и социальную. Его интересовала именно третья — та, что показывает, как технологический прогресс влияет на состояние общества. Но в отличие от фантастов прошлого, он этого прогресса не боялся. В его рассказах будущее не завоевывают роботы, не побеждают инопланетяне. В "Сами боги" (1972), который сам Азимов закономерно считал своим шедевром, инопланетяне оказываются еще более сочувствующими, еще более сложноустроенными существами, чем люди, и сами, преодолевая различия языков и культур, останавливают уничтожение Земли.

Единственное, чего он опасался, — что прогресс и возможность государства управлять благами человека приведут к тому, что чрезмерная опека ограничит развитие общества, как в романе "Конец вечности" (1952). Но и тогда всегда найдется одиночка, который всю эту государственную махину остановит. Такой герой, выходящий из системы, осознающий ее несовершенство и побеждающий ее, есть практически в каждом большом произведении Азимова, от ранних рассказов до поздних детективных романов. В этом смысле, как и во многих других, он был неисправимым оптимистом.

Краткая история будущего

"Жизнь была хорошей" — такими, как передает вторая жена писателя, психолог Джанет Джеппсон, были последние слова Айзека Азимова. Он умер в 1992 году от остановки сердца и почек, вызванной СПИДом, который получил от переливания крови во время операции на сердце. У него было время на пересмотр собственного наследия — и в последние годы он успел и дописать "Основание", и совместно с Робертом Силвербергом переписать в романы некоторые ранние свои рассказы: помимо "Прихода ночи" и "Позитронного человека" (на основе упоминавшегося "Двухсотлетнего человека") это относится и к "Уродливому мальчугану".

Ведь запросы научной фантастики сильно изменились за 50 лет. В 1940-х важна была идея, которая подавалась максимально бесхитростно. В 1990-х вокруг идеи уже надо было строить историю. Лишенные литературной сложности ранние его тексты кажутся сегодня нарочито, слишком простыми.

Но, дожив до преклонных лет, Азимов чуть-чуть не дотянул до того будущего, о котором фантазировал молодым. Действие его первых рассказов про роботов происходит в начале XXI века. В этих рассказах у человечества уже есть космические базы, рабочие андроиды и железные няньки. Написанное Азимовым выстраивается в единую галактическую историю, которую он вывел так далеко в будущее, что настоящее из него просматривается призрачной далекой точкой.

Но уже сейчас прогресс идет не совсем в запланированную сторону. Мечты о космических путешествиях остались эксцентричным миллионерам, а Софии, первому роботу с человеческим лицом, уже дали паспорт Саудовской Аравии, так что заботиться о своих правах ей не приходится, и она выступает на фестивалях и снимается в кино. В мире инклюзивности и искусственного интеллекта идеи Азимова о будущем часто кажутся устаревшими, особенно в том виде, в каком он их воплощал: во всех уголках Вселенной у него за редким исключением правят белые мужчины. Другое дело, что мир, где такое стало возможным, был создан не без участия самого Айзека Азимова: не зря же он на протяжении 50 лет воспевал милость к роботам и торжество знаний.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru