Все новости

Суд 5 февраля закончит предварительные слушания по делу экс-главы ГУЭБиПК МВД Сугробова

Денис Сугробов создал преступное сообщество, в которое вошли подчиненные ему сотрудники. Всего по ч. 3 ст. 210 УК РФ (организация преступного сообщества) обвиняется 10 человек

МОСКВА, 1 февраля. /ТАСС/. Мосгорсуд 5 февраля закончит предварительные слушания по делу бывшего начальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России Дениса Сугробова и его бывших подчиненных, обвиняемых в превышении должностных полномочий и создании преступного сообщества. Об этом ТАСС сообщили в суде.

Судья удалилась в совещательную комнату для вынесения решения по всем заявленным ходатайствам.

В зависимости от роли и степени участия Денис Сугробов, Салават Муллаяров, Иван Косоуров, Виталий Чередниченко, Евгений Шерманов, Сергей Борисовский, Сергей Пономарев, Андрей Назаров, Игорь Скакунов, Борис Колесников обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 210 УК РФ ("Организация преступного сообщества или участие в нем, совершенные лицом с использованием своего служебного положения"), ч. 3 ст. 286 УК РФ ("Превышение должностных полномочий, совершенное с причинением тяжких последствий"), ст. 304 УК РФ ("Провокация взятки либо коммерческого подкупа") и др. Материалы дела насчитывают 393 тома.

Уголовное преследование в отношении заместителя Сугробова - генерал-майора полиции Бориса Колесникова - осуществляется посмертно (16 июня 2014 года во время допроса он выбросился из окна с 6 этажа - прим.ТАСС), по причине возражения его родственников против прекращения уголовного дела в связи с его смертью, добавили в ведомстве.

По версии следствия, в 2011 году Сугробов создал преступное сообщество, в которое вошли подчиненные ему сотрудники. Позднее одним из руководителей этого сообщества стал Колесников, находившийся в дружеских отношениях с Сугробовым и впоследствии назначенный на должность заместителя начальника ГУЭБиПК. Как полагает следствие, участники сообщества фактически сами создавали, а затем документировали не соответствующую действительности оперативную информацию о якобы преступной деятельности конкретных лиц.