Все новости

Первый российский биопринтер создан резидентом «Сколкова»

Сотрудник Лаборатории биотехнологических исследований «3Д Биопринтинг Солюшенс»
© «Сколково»
3D-печать человеческого органа, возможно, когда-то станет медицинской рутиной. В компании «3Д Биопринтинг Солюшенс» наш корреспондент познакомился с достижениями отечественного биопринтинга

Три этапа биопечати

В лаборатории «3Д Биопринтинг Солюшенс» под стеклом ламинара (стерильного бокса) стоит устройство, на первый взгляд напоминающее обычный 3D-принтер: механические приводы, а картриджи в виде стеклянных трубок: в них «чернила». Принтер шуршит, разворачивает картриджи, что-то выдавливается на стеклянную подставку – постепенно появляется какая-то крошечная студенистая конструкция. В данном случае элементарной каплей чернил являются не просто клетки, а так называемые тканевые сфероиды – шарики микронного размера, содержащие в себе до 2 тыс. живых клеток необходимого вида. Учитывая, что орган состоит из клеток разных видов, картриджей тоже несколько. Биобумага, то есть место закрепления биочернил, – гидрогель.

«Обычным» 3D-принтером уже мало кого удивишь: он был придуман в 1985 году американцем Чаком Холлом. По прошествии трех десятилетий 3D-принтеры производятся серийно, их главное коммерческое применение на сегодня – печать объемных прототипов чего угодно, от зданий до самолетов. Есть и бытовые модели, которые позволяют вам распечатать, например, чашку. В медицине 3D-печать тоже давно применяется: в хирургии, стоматологии для изготовления  протезов или имплантов. Но поистине революционными выглядят перспективы биопечати, следующей эволюционной ступени 3D-печати. Когда человечество научится печатать живыми клетками новые органы взамен изношенных, жизнь уже никогда не будет прежней.

Российский ученый Владимир Миронов задумался в 2003 году в университете Северной Каролины: а почему бы по точно такому же принципу, по которому 3D-принтер изготавливает полимерные конструкции, не воссоздавать биологические структуры, используя клетки вместо пластика в качестве «чернил». В том же 2003 он разработал общую технологию так называемого «органпринтинга» и выпустил статью, после которой в обиход и вошли термины «биопринтер», «биобумага», «биочернила». Сегодня Владимир Миронов – научный руководитель российской компании «3Д Биопринтинг Солюшенс», резидента кластера Биомедицинских технологий Сколкова.

Глазом не видно, но, как мне объясняют, биопринтер оснащен еще и источником ультрафиолета: излучение необходимо для отвердения биодеградируемого гидрогеля.

«Заметьте, мы занимаемся не выращиванием, а ассемблированием, то есть сборкой органов. Все начинается с цифровой 3D-модели органа – необходимо виртуально разрезать его на слои, задать распределение клеток разного вида в этих слоях, предусмотреть размещение полых внутри сфероидов, из которых образуются сосуды», – рассказывает Владимир Миронов. На экране видно, что именно только что на моих глазах делал принтер: на основу гидрогеля выкладывается слой шариков-сфероидов (разные цвета шариков – разные клетки), дальше опять слой гидрогеля, а на него – следующий слой сфероидов. А вот в объемной модели образовались цилиндрические отверстия – это каналы сосудов. Напечатанная конструкция – еще не готовый орган. Пока это просто именно конструкция, в которой сфероиды клеток поддерживает находящийся между ними гидрогель: отсюда и вид студня. Следующий этап – созревание ткани, то есть срастание вместе сфероидов с одновременным выведением гидрогеля. Этот процесс  происходит в специальном биореакторе: небольшая камера, помещенная в поддерживающий необходимую температуру и влажность шкаф-инкубатор. «То, что вы видели, это, собственно, и есть три основных этапа сборки органа: создание цифровой модели, процесс печати и созревание. Каждый из них сам по себе – отдельное сложное направление изысканий», – замечает Владимир Миронов. 

Клеточные технологии

Понятно, что каждый орган должен печататься из клеток, подходящих конкретному пациенту. Сырьем для изготовления «биочернил» являются стволовые клетки из трех источников. Из них можно вырастить клетки для любого органа. Первый, самый доступный – жировая ткань самого пациента. Другой источник – эмбриональные стволовые клетки. Клетки эти выделяются из пуповинной крови после родов и хранятся в специальных криобанках. Но мало кто из пациентов располагает таким запасом. Поэтому существует третий источник: индуцированные стволовые клетки, то есть с высокой степенью приближения, выращенные для пациента с использование донорских клеток.

«Мы не занимаемся производством алюминия – мы  строим самолеты», – Владимир Миронов находит все новые слова, объясняя, что задача лаборатории – отработать технологию по сборке органов, а не заниматься получением клеток (для этого существуют специализированные компании). Тем не менее, элементарные клетки из жировой ткани получают прямо здесь. А главное, сфероиды для экспериментов производятся прямо в лаборатории «3Д Биопринтинг Солюшенс». Мне демонстрируют пластиковые формочки с сетчатой структурой для изготовления сфероидов. Сфероид – капелька в 200-250 микрон. Под микроскопом видно, что в оболочке шарика множество клеток. Изготавливаются сфероиды и вручную (наносятся пипеткой), и с помощью специальной, созданной в «3Д Биопринтинг Солюшенс» машинки: автоматизированную технологию пока отрабатывают.

Автоматизированный микрофлюидный способ масштабирования сфероидов обеспечит биопринтер чернилами для большого тканевого конструкта: 1 тыс. сфероидов в секунду. 

На пороге практики

В  «3Д Биопринтинг Солюшенс» всего 16 человек, включая исследователей и менеджмент. По словам исполнительного директора Юсефа Хесуани, компания создана в начале 2013 года, и с этого времени в создание лабораторий и исследования вложены уже сотни тысяч долларов. Примечательно, что инвестором является известная сеть лабораторий «ИНВИТРО». Как заметил Владимир Миронов, обычно от идеи до готовой технологии проходит 15-30 лет. По его прогнозам, на поток имплантацию первых напечатанных на биопринтере органов (вначале сравнительно простых вроде щитовидной железы)  поставят примерно в 2030 году. Простота или сложность органа определяется наличием разных «опций» вроде каналов, клапанов и прочих элементов, которые зачастую непросто напечатать. «В будущем же отделение «биопринтинга» при каждой больнице будет таким же обычным явлением, как рентген-кабинет или операционная, – уверен Владимир Миронов. – Необходим какой-то орган – сразу на месте напечатали».

Однако монетизировать технологии биопринтинга можно, не дожидаясь этого светлого будущего. «Мы здесь создали первый российский коммерческий биопринтер – уже сегодня можем создавать такие под заказ. У нас есть заявки из разных стран», – рассказывает Юсефа Хесуани. Биопринтеры в мире стоят от $250 тыс. до $1 млн. Напечатанные на них биологические структуры используются, например, фармкомпаниями для тестирования новых препаратов. Созданный  «3Д Биопринтинг Солюшенс» первый российский биопринтер отличается от иностранных аналогов, во-первых, особым решением для ультрафиолетового облучения, которое попадает на гидрогель, не задевая клетки. Во-вторых, это единственный многофункциональный принтер – сочетает все известные методы печати (клетками, сфероидами, в гидрогеле, без гидрогеля).

И, наконец, специалисты  «3Д Биопринтинг Солюшенс» сделали свой принтер небольшим, то есть помещающийся в стандартный серийный ламинар – для западных аналогов обычно приходится заказывать отдельные ламинары, которые стоят по $20 тыс. «Мы собираемся заниматься совместными научными исследованиями на нашем принтере с научными группами со всего мира, работать над различными проектами, коммерциализация которых возможна, – рассказывает Юсеф Хесуани. – Выступать в качестве технологической площадки для испытаний биочернил и биобумаги, налаживать технологии биопечати, делать на заказ пробы материалов и т.д. В том числе, продавать наш автомат и формы для производства сфероидов».

Сегодня в мире меньше двух десятков компаний, имеющих готовые биопринтеры. Но мир верит в перспективы направления, которое сулит переворот в деле охраны здоровья: наладившая выпуск биопринтеров американская компания Organovo вышла в прошлом году на IPO с капитализацией $1 млрд. «Organovo отладила технологию от опытного образца до серийного за пять лет. Мы пройдем этот путь быстрее, – замечает Владимир Миронов. – В США свой последний биопринтер я делал полтора года, а здесь, в России, мы сделали за полгода. Также за полгода удалось наладить получение сфероидов: в бразильской лаборатории мы на это потратили два с половиной года».

«Проект по созданию 3D Биопринтера имеет две ступени коммерциализации. Первоначально принтер будет предлагаться для продаж science-2-science, и печать биологических тканей и моделей органов может использоваться для разработки лекарственных средств, – говорит  Кирилл Каем, вице-президент фонда «Сколково», исполнительный директор кластера биомедицинских технологий. – Мы рассчитываем, что, благодаря  экосистемному эффекту, разработки «3Д Биопринтинг Солюшенс» будут востребованы и другими резидентами «Сколково». На второй ступени коммерциализации мы ожидаем, что успешное развитие системы позволит уже через несколько лет печатать органы для использования в клинической практике, в том числе и в Научно-исследовательском медицинском центре на территории «Сколково». Проект «3Д Биопринтинг Солюшенс» находится на передовом рубеже науки и практики. В мире всего пара десятков подобного рода разработок, при этом, в отличии от проекта резидента «Сколково», достаточно большая часть из них ориентирована именно на печать тканей, а не цельных органов».

Владимир Миронов уверен, что уже в следующем году его команде удастся напечатать первый полноценный орган – щитовидную железу.

Содержание