Все новости

Люди на труднодоступных станциях. Пока мы есть — здесь Россия

МГ-2 им. Г.А. Ушакова, остров Голомянный, архипелаг Северная Земля
© Вера Костамо/ТАСС
По всему Северному морскому пути раскиданы труднодоступные станции или, как их называют в обиходе северяне, ТДС. Добираться до них долго и сложно. Работают тут без отпуска по два года. Живут по соседству с белыми медведями. Несколько месяцев в условиях полярной ночи. И не уезжают. Почему?

Где-то здесь, между домами, по кромке моря бродит медведь. Ситуация нормальная, ничего удивительного. Дела у него, у медведя, и у нас — тоже.

Либо работаешь, либо бежишь

Судя по следам, зверь большой и неспешный. Уходит дальше от шума вертолета и людей.

К медведям привыкать нельзя — погибнешь. Нужно выработать привычку вертеть головой, даже если кажется, что хищника рядом нет. В этом году на мысе Челюскин зверей было немного, а еще недавно — сразу 11.

Мыс Челюскин Вера Костамо/ТАСС
Описание
Мыс Челюскин
© Вера Костамо/ТАСС

— Мишки одолели уже! — Николай Костиков работает на метеостанции четвертый год, а в профессии — семь лет. — Месяца два в соседнем доме живут, постоянно в окна заглядывают.

В семье Николая трое метеорологов: две сестры и он. Говорит, хотел сменить обстановку после службы в армии, а потом затянуло. И точно — Север затягивает.

Мыс Челюскин, самая северная материковая точка Евразии, Азии и России — место суровое, ветер бывает 25 м/с, морозы — за –30 °C. В сочетании — очень чувствительно. В любых условиях метеорологи выходят на площадку снимать показания приборов. Каждые три часа их нужно отправлять. Уже на основе этих данных синоптики составят прогноз погоды.

— Случайных людей на севере нет. Тут либо остаешься и работаешь, либо бежишь, — Николай закидывает на плечо мешок с мороженым мясом, несет в ледник, у его ног крутятся сразу несколько псов. Понятное дело — интересуются. — Приезжали к нам ребята из техникума, отработали год — и никто не остался. Конечно, хотелось бы увидеть возрождающийся Север. Для этого нужно много молодых специалистов. Из моего выпуска в университете поехали работать на труднодоступные станции трое из 25.

Николай Костиков Вера Костамо/ТАСС
Описание
Николай Костиков
© Вера Костамо/ТАСС

Все дома между собой связаны приподнятыми над землей деревянными мостками. Так делают на многих станциях — удобно и безопасно.

К людям выходят не только медведи — бывают песцы, олени и овцебыки. Как-то корова и теленок пережидали между домами метель.

Самое тяжелое время у метеорологов не зима с ее полярной ночью и морозами, а лето. Много работы по хозяйству. Нужно все успеть до темноты.

— Лето у нас жаркое было, доходило до +19 °C, даже загорали. Только купаться нельзя — вода всего +5−7 °C.

Мыс Челюскин Вера Костамо/ТАСС
Описание
Мыс Челюскин
© Вера Костамо/ТАСС

Купаться станционники ездят в места потеплее: на холодильнике — магниты из Сочи, Испании, Таиланда, Гоа. Хотя большинство предпочитает отпуск, который дается раз в два года, провести дома. По родным скучают все.

— Мой сын тоже собирается на Севере работать, хотя сейчас ему всего десять. Отговаривать не буду, пусть сам решает.

Пошел снег, и пейзаж окончательно погрузился в монохром: аскетично, строго и понятно.

— То, что мы здесь чувствуем, не романтика. Такое внутреннее состояние.

Предложения о другом месте и другой зарплате у Николая были, но он отказался. Для него деньги здесь не главное.

— Я считаю, что кто-то должен выполнять эту работу.

Когда соседи — белые медведи

— Никуда не уходите, по одному — запрещено! — хорошо встречают на Голомянном. Тепло. Недалеко от станции бродят девять медведей.

Рассветает — и все вокруг розовое: снег, небо и даже вертолет.

Остров Голомянный Вера Костамо/ТАСС
Описание
Остров Голомянный
© Вера Костамо/ТАСС

Светлана и Анатолий работают на острове 29 лет. Застали еще то время, когда в Диксоновское управление попасть было сложно. Многие хотели работать на Севере.

— Я ж такая девчонка была! За мной хоть на край света.

Так и вышло: Светлана познакомилась с будущим мужем на свадьбе у соседей, через два дня расписались и сами.

— Пришли в райком просить разрешение, а на мне розовое платье в оборочках, бант в косе. Там меня строго спросили: "Девочка, а тебе 18 лет исполнилось?"

Сразу после свадьбы Светлана улетела на Диксон, через два месяца туда приехал и Анатолий.

Остров Голомянный Вера Костамо/ТАСС
Описание
Остров Голомянный
© Вера Костамо/ТАСС

В 90-е и начало 2000-х через станцию на Голомянном проходило много экспедиций. В столовой-гостиной все стены — в вымпелах и эмблемах. Путник на Севере так и передвигается: от точки тепла до точки тепла. Со многими путешественниками метеорологи до сих пор дружат.

Собаки в Арктике особенные, без них никуда. Идешь к морю или на метеоплощадку — прихвати угощение. Псы хорошо чувствуют медведей и могут защитить человека.

В прошлом году все станционные собаки пропали: заинтересовались проплывающими мимо моржами и нерпами и уплыли на оторвавшихся льдинах. Совсем не значит, что погибли. Возможно, прибились на других станциях.

— Без собак плохо. Прошлое лето было страшным, — Светлана вспоминает истории, связанные с медведями. — В окно как-то один лез. Настолько наглый был, что просто вывалил раму. Занавеску ухватил и разорвал в клочья.

Светлана Омельченко Вера Костамо/ТАСС
Описание
Светлана Омельченко
© Вера Костамо/ТАСС

Не скажу, что мы все время в напряжении, но если ты не видел мощь медведя, то просто по рассказам сложно понять, насколько он опасен.

С одной стороны остров размывает, с другой — намывает. От станции до воды около 10 м. Уже смыло старую баню, дорогу и небольшой участок земли. Светлана говорит, что если будут сильные шторма, то исчезнет еще часть берега. Когда припай льда стоял круглый год, то такого не было. Да и медведи если заглядывали, то уходили дальше. В последние годы если хищники остались на острове, то им некуда уйти.

40-градусные морозы, которые метеорологи наблюдали еще в 90-х, больше не беспокоят. Говорят, что –30 °C уже редкость. От жары, по арктическим меркам, стоявшей в 2015-м, практически погибло и до сих пор не восстановилось мховое покрытие.

— Лето сколько длится? Да неделю, — веселится Светлана. — В этом году даже купались. Ощущение — как в кипяток окунулся, так обжигает ледяная вода. Это мы впервые за 29 лет собрались.

Остров Голомянный Вера Костамо/ТАСС
Описание
Остров Голомянный
© Вера Костамо/ТАСС

На станции установлен автоматический метеорологический комплекс — сильно выручает в полярную ночь.

— Темно, страшно, медведи. Раньше нужно было каждые три часа выходить на площадку, несмотря на погоду. А иногда ветер такой сильный, что я прошу мужа идти со мной — потому что сносит.

Несмотря на такой долгий срок работы на острове Светлана все еще поражена его красотой.

— Когда шторм, то сталкиваются два течения, как котел кипит. Ветер, дождь — а ты стоишь и смотришь. Невероятно. А за зиму собирается барьер торосов с трехэтажный дом. Солнце освещает эти "горы", они переливаются в его лучах — и можно смотреть бесконечно.

Прижились

Снег. Люди теряются в дымке, вертолет поднимает вихрь мелкой холодной пыли. Два медведя, потревоженные шумом, уходят дальше — в белое марево.

— Животных мы любим и жалеем. Я каждого медведя, верите или нет, знаю "в лицо". Помню, кто уже приходил на станцию, а кто зашел впервые, — Александра Комчубаева, начальник метеостанции на Санникова, показывает фотографии.

Начальник метеостанции на мысе Санникова Александра Комчубаева Вера Костамо/ТАСС
Описание
Начальник метеостанции на мысе Санникова Александра Комчубаева
© Вера Костамо/ТАСС

Вот мама-медведица спрятала за собой детенышей, а они все равно выглядывают; на другом кадре хищник сидит на фоне синего-синего глубокого неба, другого захлестнуло водой у скалистого берега.

— Медведи любознательные, — Саша фотографирует Арктику много лет. — Говорят, что они злые, а у нас таких не было. Может быть, все зависит от того, как к животным относишься?

Александра стала метеорологом случайно. Однажды она с сыном Дмитрием поехала на Камчатку отдыхать. И так ей понравилась земля вулканов и гейзеров, что Саша решила вернуться — уже жить и работать.

Мыс Санникова Вера Костамо/ТАСС
Описание
Мыс Санникова
© Вера Костамо/ТАСС

К двум образованиям получила еще и диплом метеоролога. Пока училась — познакомилась с будущим мужем Сергеем. И как-то спросила его: "Поедешь со мной на Север?" Он согласился.

Камчатки не случилось, зато был Дунай, затем Котельный и Санникова. За это время и Сергей выучился на метеоролога.

Александра показывает свой домашний огород: петрушка, зеленый лук, перец. Здесь, в Арктике, это серьезный труд. Даже грунт для растений нужно привозить. Летом сняли урожай огурцов, ели на станции и молодую картошку, выращенную в бутылях из-под воды.

— Скучно и одиноко только ленивым, — считает Саша. — Кроме работы надо еще привести в порядок дом, приготовить еду, что-то вкусное испечь к чаю.

Мыс Санникова Вера Костамо/ТАСС
Описание
Мыс Санникова
© Вера Костамо/ТАСС

Раз в два года у Александры и Сергея отпуск. На эти шесть месяцев на материке у Саши уже свои планы: курсы по математике и мастер-классы по кулинарии ("Что-то крем никак не получается...").

На Санникова Сергей и Саша работают с 2013 года, говорят — прижились.

— Мы полюбили этот край. С Севера непросто уехать, мы, наверное, уже и не соберемся. Квартиру в Тикси купили, — говорит Александра. — Важность работы здесь мы ощущаем. Раз здесь есть русский человек, значит, эта земля наша.

Вера Костамо