Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Как матерые казаки станицы Наурской батюшку "воспитывают"

13 февраля, 7:15 UTC+3

Корреспондент ТАСС побывала в православном храме станицы Наурской и узнала, как живет православный священник в Чечне, почему терские казаки особенные и зачем монаху швейная машинка

Поделиться
Материал из 1 страницы
Настоятель храма Рождества Христова в станице Наурской отец Амвросий

Настоятель храма Рождества Христова в станице Наурской отец Амвросий

© Елена Афонина/ТАСС

"Жара, мы стоим в сапогах, по самое горло застегнутые, жилетки надеты. Отец Илья говорит: сразу видно — кавказское духовенство! У них в Крыму подрясники укороченные, а у нас — все в пол, не дай Бог обувь будет видна. Собрались мы уходить, а он опять: нет, оставайтесь, пускай ваша кавказская благодать всех вразумляет! В общем — вогнал нас в краску". Иеромонах отец Амвросий, благочинный Наурского церковного округа в Чеченской Республике (относится к Махачкалинской епархии РПЦ — прим. ТАСС), вспоминает свою поездку со ставропольским духовенством в Ялту.

От ворот православного прихода — всего 600 метров по прямой до Наурской мечети, одной из пяти в станице. Когда-то соединяющая их улица называлась Московская, сейчас — Газимагомадова. В народе — просто "Новый Арбат".

Наурская до сих пор официально является станицей, хотя после двух чеченских войн казаков здесь осталась едва ли шестая часть от общего числа населения: вместе с детьми около тысячи человек. Когда в 2010 году отец Амвросий (Марченко) приступил здесь к своей первой службе, собралось всего десять прихожан. Великолепного храма, в котором он сейчас служит, — 33 метра с колокольней — тогда еще не было. Богослужения совершались в помещении бывшего станичного клуба, да и тот передали под церковь всего за пару лет до первой войны.

"Икон было очень мало. Подсвечники из песка, все такое унылое и печальное, — вспоминает настоятель. — И я столкнулся с тем, что русское население мне пришлось фактически воцерковлять".

Прямолинейные и матерые

Наурская — это бывшая Терская губерния, позднее Терский округ. После расказачивания и административного расформирования, ссылок за сословные атрибуты в одежде и усиленной агитации в первые десятилетия советской власти атеизм пустил глубокие корни среди местного русского населения. "Люди были просто нравственные и считали, что этого достаточно. Многие до сих пор любят советскую власть, думают, что все было хорошо — мир, труд, май".

Во дворе храма только что закончили монтировать колодец-сруб. Мастер из числа прихожан приглашает отца Амвросия поднять первое ведро. Гремит цепь, и мужчины обсуждают, что хорошо бы покрасить бревна "под березу" и поставить рядом детские качели.

Специфика местного прихода — минимум стариков и большая доля мужчин (вера естественным образом "легла" на казачьи традиции). Средний возраст 40−55 лет, в основном, это интеллигенция из бюджетников — врачи, учителя, бухгалтеры.

Прихожане в станице, говорит отец Амвросий, "своеобразные": очень прямолинейные. "Когда езжу в Ставрополь, сразу ощущаю разницу. Там много бабушек, которые в глаза заглядывают: "Батюшка-батюшка". А здесь нет. Могут сказать: "Отец, вы должны. Вы не правы. Вы наше лицо. Не можете сами — отдайте, мы сделаем".

А еще, говорит отец Амвросий, наурцы очень закрытые, долго присматриваются к человеку. Но если уж заслужил их оценку — то потом все, свой. "Здесь никто не выпячивает, что, мол, я казак, не демонстрирует внешне. Но по поведению они просто матерые казаки — что женщины, что мужчины".

Прихожанки наурского батюшку не только воспитывают, но и опекают. Во время нашей встречи у него звонит мобильный — кто-то из казачек принес батюшке томленых в сметане пирожков с домашним творогом.

Кадий сказал, будет из тебя толк

Отец Амвросий проводит для нас экскурсию по станице. Сразу за стеной храма — райотдел МВД. Дальше парк, детский сад, клуб с колоннами. На главной площади — администрация и идущая от нее к дому священника аллея голубых елей. "Там дальше ФСБ и районная мечеть", — показывает рукой настоятель.

Одним из первых местных чеченцев, с кем познакомился тогда еще 23-летний священник, был местный кадий. "Это как у нас благочинный — муфтий, который отвечает за Наурский район. Я когда приехал, он меня спрашивает: "Амвросий, тебе охрана нужна?" Не знаю, говорю, я здесь не жил. В общем, отказался и забыл. А через некоторое время Ризван-Хаджи мне про тот разговор напомнил. Говорит: сразу понял, будет из тебя толк", — смеется батюшка, вспоминая их первую встречу.

Взаимодействовать с представителями мусульманского духовенства время от времени приходится. Если кто-то нарушает спокойствие ("три года назад один человек был замечен в Рамадан выпимши"), то к воспитательной работе подключаются все, невзирая на конфессиональную принадлежность. Плюс у отца Амвросия есть общественная нагрузка — участие в конференциях и круглых столах, которые в большом количестве проводит в Грозном Министерство по делам национальностей Чеченской Республики. Благочинный Наурского района дольше всех из православных священников служит в Чечне и в качестве эксперта входит в состав этнического консультативного совета при главе республики.

"Я всегда с таким удовольствием на эти заседания еду. Собирается цвет чеченской интеллигенции. Например, Исмаил Мурнаев из Академии наук ЧР — такое счастье, когда он рядом садится. Всегда степенный, соблюдает чеченские условности: к кому подойти, как поприветствовать. Так за этим интересно наблюдать, так красиво!"

Куртка замшевая

Отец Амвросий сам готовит еду: на столе салаты, сельдь моздокского посола, домашняя рыба по-корейски и настоящая уха. Суп по всем правилам: позавчера казаки варили его четыре часа на открытом огне в ведерном котле тут же, во дворе казачьей управы, с которой соседствует батюшкин дом. Из деликатесов — гранаты и фейхоа. Фрукты завез по пути с родины, из Азербайджана, отец Сергий, настоятель грозненского храма Михаила Архангела.

Душица и шиповник для чайного сбора растут рядом на Тереке. Еще в кипяток идет разрезанный пополам свежий бутон турецкой розы. "Она неприхотливая, из лепестков раньше делали вино, считалось изыском. Да и виноградарство у терцев раньше было очень развито". Старую икону терских казаков и сейчас можно узнать по специфическому окладу с орнаментом из гроздей винограда.

В одной комнате у него шесть дровяных и угольных самоваров разного возраста и калибра. "У меня много и чугунков, недавно подарили двухведерный. Хочу еще сложить русскую печку. Сегодня приходил глава администрации Наурского района, интересовался, на какой стадии работы, завезли ли цемент".

Планировка в квартире типичная конторская: коридор и четыре кабинета. Священник живет в здании бывшей конторы при клубе. Большая часть стен занята образами и портретами близких и дальних братьев по вере — от друзей по учебе в семинарии до патриархов Русской православной церкви и оптинских старцев. Имя одного из них, святого Амвросия, Александру Марченко когда-то было дано при посвящении в монахи. Служителей церкви в его семье никогда не было. Хотя родители были верующие, но на получении "нормальной" профессии тем не менее настаивали. Так будущий иеромонах получил мирскую специальность.

"Я как подумал: 10−11 класс, потом еще пять лет какого-нибудь института — я просто не доживу. Поэтому пошел на хитрость: после девятого класса поступил в профучилище на закройщика-модельера. Закончил с отличием, защитил дипломную работу на пять — изготовление замшевой куртки. Сдавал весь процесс от и до: эскиз, лекальная часть, кройка, сноровка, две примерки, пошив. И с тех пор никогда этим не занимался".

За перегородкой у отца Амвросия хранится необходимый набор служебных облачений и покрывал: белые, пурпурные, зеленые, черные. Раньше их везли из Киево-Печерской Лавры, сейчас только российского пошива. Недавно священнику подарили списанную с какого-то производства промышленную швейную машинку — она стоит в спальне, укутанная в ткань, и ждет своего часа. "Хочу реанимировать. Часто нужно что-то пошить".

Кроме ремесла и семинарского духовного образования, благочинный имеет еще и два высших — педагог-теолог и юрист. "Всегда любил учиться. В детстве у меня был старинный букварь, а в нем жития святых мучеников — я буквально зачитывался. Лет 8−9 мне было, и я мечтал, что стану мучеником".

Иконы хранили в зерне

"Тут хорошая акустика, — стоя в пустом ярко освещенном соборе, отец Амвросий запевает красивым тенором: "Величай, величай, душе моя, преславное рождество Божия Матери".

Новый наурский православный Храм Рождества Христова освятили совсем недавно, в 2016 году. Он стоит на том же месте, где раньше располагалась церковь дореволюционной постройки, разворованная и разрушенная до основания безбожниками в 1936 году.

Все это время немногочисленные православные казаки сохраняли территорию от застройки. Станичные власти в разное время пытались ставить и летний кинотеатр, и беседку, но все гибло от необъяснимых возгораний. Уже в конце 90-х соседи-милиционеры хотели отвоевать место под автостоянку, но и тогда пустырь удалось отстоять. В 2000 году Высокопреосвященнейший Варлаам, Архиепископ Махачкалинский и Грозненский, будучи в то время благочинным Чечни и Ингушетии, освятил на этом месте поклонный крест в память стоявшей здесь некогда деревянной церкви. И вот, намоленное место и единственная уцелевшая икона (прятали при коммунизме и под крышей, и в зерне) дождались своего часа.

"Спонсора нам нашел Рамзан Ахматович. Это бизнесмен из Екатеринбурга, глава "Русской медной компании" Игорь Алтушкин. Все привезено из Свердловской области: из Ревды несколько железнодорожных составов специального "состаренного" кирпича пришло. Купола покрыты сусальным золотом. Иконостас писали в екатеринбургском Новотихвинском женском монастыре".

Икон в новом храме сейчас десятки. Есть старые, из разрушенного во время войны грозненского храма, сейчас тоже отстроенного заново, и новые — дары прихожан и гостей Наурской. Настоятель задерживается у каждой, чтобы рассказать ее историю. "Эту подарил начальник из Росгвардии. Он тогда еще возглавлял объединенную группировку войск, я даже и не знал, кто это…"

Подаренная генерал-полковником Сергеем Ченчиком икона — старинная казачья, старообрядческая, очень необычная. У нее есть съемные детали: большой тяжелый крест и образ-складень, которые на время похода казак вынимал и забирал с собой. "Видите, они гвоздиками прикреплены. Когда молились, видели эти пустоты и вспоминали в своих молитвах воюющего отца или брата. Если казак погибал, крест хоронили вместе с ним".

Рядом у стены хранится хоругвь и знамя Наурского особого казачьего отдела Терского казачьего войска. Синий фон, на нем вышит золотом герб c парящим над крепостью горным орлом в обрамлении колосьев и дубовых листьев. Есть свидетельства, что в разрушенном наурском храме вдоль стен хранилось около 200 таких знамен — дары терцам за Турецкую войну, за Балканскую, Крымскую и другие кампании, где участвовали казаки. Были среди них настолько древние, что никто не знал их происхождения.

Проповеди отца Амвросия в основном касаются духовных тем. "Я никогда не говорю о вреде алкоголизма, наркомании — меня здесь просто не поймут. Многие прихожане вслед за мной отказались и от телевизора — часто говорю им, какой это страшный враг нашего времени".

Объяснять наурской интеллигенции разницу между нравственностью и духовностью наурскому батюшке приходится до сих пор. "Попробуйте сказать учителю, что надо каяться в своих грехах. Говорят, я никого не убил и не ограбил. А вы что, на убийц равняетесь? Это норма жизни, а ты медаль себе повесил… Ты старушку досмотрел, сироту вырастил? Десять лет письма в тюрьму писал? Мы должны равняться на святых, духовная жизнь требует усилия, даже подвига".

Ольга Калантарова

Показать еще
Поделиться
Новости smi2.ru
Новости smi2.ru
Загрузка...
Реклама
Новости партнеров
Реклама