Все новости

Во Франции готовятся отметить 150-летие Бунина

Творчество писателя станет одной из тем фестиваля "Дни русской книги", который пройдет 8-9 февраля в Париже

ПАРИЖ, 1 января. /ТАСС/. Юбилей Ивана Бунина (1870-1953) станет одним из важных культурных событий во Франции в 2020 году. В октябре исполнится 150 лет со дня рождения первого русского лауреата Нобелевской премии по литературе, работавшего над многими из своих книг в городе Грасс.

Творчество писателя станет одной из тем фестиваля "Дни русской книги", который пройдет в Париже 8-9 февраля, сообщил ТАСС президент этого литературного форума, французский писатель русского происхождения Дмитрий де Кошко. "Влияние русского классика на литературный процесс будет рассмотрено на круглом столе с участием литературоведов, историков", - отметил он.

"Лучший стилист эпохи", - так называл Бунина Максим Горький. По мнению французского филолога Марин де Тилли, Иван Бунин принадлежит к тем "мастерам престижнейшей русской литературной школы, чьи книги можно перечитывать бесконечно". "Когда я слушаю какой-нибудь из ваших рассказов, я забываю обо всем остальном, - признавался в письме Бунину французский нобелевский лауреат Андре Жид. - Не знаю других произведений, в которых мир внешний соприкасался бы с миром внутренним столь же тесно".

Во многих отношениях творческая судьба русского классика оказалась почти поровну поделенной между его родиной и страной, давшей ему приют в эпоху Гражданской войны в России, заметила президент русской миссии культурной ассоциации La Renaissance Francaise, одна из ведущих французских переводчиц Зоя Ариньон. В январе 1920 года, напомнила она, 49-летний автор повести "Деревня" поднялся на борт французского корабля в порту Одессы, чтобы отправиться в вынужденное изгнание.

"Наши дети, внуки не будут в состоянии даже представить себе ту Россию, в которой мы когда-то (то есть вчера) жили, которую мы не ценили, не понимали, - всю эту мощь, сложность, богатство, счастье, - отмечал сам писатель в дневниках "Окаянные дни". - И вот уже третий год идет нечто чудовищное. Третий год только низость, только грязь, только зверство".

Жизнь Бунина во Франции

Иван Алексеевич и его жена Вера Николаевна Муромцева поселились в Париже в небольшой квартире на улице Оффенбаха. Летом переезжали на юг Франции. "Лазурный берег, - считает Зоя Ариньон, - напоминал писателю так любимый им Крым". Первые два лета прошли в курортном Жуан-ле-Пен, но затем чета переехала в Грасс.

"Страшно подумать - 17 лет прошло с тех пор, как мы поселились в этом удивительном поместье Villa Montfleuri, где тогда как раз вскоре расцвели лилии... - такую запись оставил Бунин в своем дневнике в 1940 году. - Думал ли я, что в каком-то Грассе протечет чуть не четверть всей моей жизни!"

Поддержка Рахманинова

Именно в Грассе Бунин работал над романом "Жизнь Арсеньева". Почти не имея собственных средств к существованию, он мог, однако, опереться на поддержку своего друга Сергея Рахманинова. Композитор продолжал помогать даже после того, как писатель получил Нобелевскую премию. Рахманинов знал, что основную часть этой премии Бунин пожертвовал другим русским изгнанникам.

Нобелевским лауреатом писатель стал в 1933 году, как сам он считал, прежде всего, за "Жизнь Арсеньева". Клуб поклонников книги огромен. "Я советую всем вновь перечитать этот роман", - рекомендует писатель Андрей Макин - член Французской академии, лауреат Гонкуровской премии, автор диссертации о творчестве Бунина. Он называет книгу, включающую элементы автобиографии писателя, "настоящим шедевром".

Среди поклонников романа - французский сенатор Жан-Пьер Леле, представляющий департамент Приморские Альпы в верхней палате парламента республики. "Сожалею, что не знаю русского языка и мне пришлось читать в переводе, - посетовал Леле. - Но это не помешало почувствовать все обаяние этой книги".

В годы Второй мировой войны Бунин следил за положением на фронте. В Париже, записывает он в своем дневнике в июле 1940 года, все поражены и не понимают, как могло случиться "чудовищное поражение Франции". В том же месяце он фиксирует новость из Лозанны о "возможности выступления Америки". И не верит: "Нет, не выступит!"

В октябре 1941 года в дневнике появляется запись: "Самые страшные для России дни, идут страшные бои - немцы бросили, кажется, все, все свои силы". Но уже спустя два месяца в декабре на страницах дневника проблеск надежды: "В России 35 градусов мороза. Русские атакуют и здорово бьют".

Летом 1944 года Бунин отмечает, что у немцев к тому времени отбиты многие русские города и признается: "Радуюсь. Как все перевернулось!" А вскоре записывает, что "взят Псков, освобождена уже вся Россия! Совершено истинно гигантское дело!" В августе 1944 года Париж "наконец, совсем освобожден, туда прибыл де Голль".

"Праведник мира"

Личные дневники писателя и его жены содержат упоминания о том, что они в 1942 году в период немецкой оккупации Франции укрывали в своем доме от коллаборационистов бежавшего из Германии пианиста Александра Либермана и его жену Стефу. "Бунин настаивал, чтобы мы остановились у них", - вспоминал впоследствии Александр Либерман. В тот период коллаборационистское правительство Виши организовывало облавы на юге Франции, были депортированы десятки тысяч человек, большая часть которых погибла. Супруги Либерман не были единственными, кого укрывала в Грассе чета Буниных. Несколько лет в их доме прожил писатель Александр Бахрах.

Международная инициативная группа еще несколько лет назад номинировала Буниных на звание Праведника мира, которое присуждается тем, кто рисковал жизнью ради спасения евреев от нацистских преследований. Инициаторы номинации подчеркивали, что "решение Буниных приютить у себя евреев было связано с личной опасностью и для них самих - особенно в случае доноса в полицию соседей или кого-то из недоброжелателей, знавших о происхождении бунинских гостей". Вероятность репрессий была тем выше, что сами Иван Алексеевич и Вера Николаевна были во Франции на положении беженцев, "лиц без гражданства".

К юбилею писателя готовится сейчас и Грасс. Два года назад в городе появился памятник Бунину. "Он любил Грасс, работал здесь над романом, который стал вершиной его творчества", - отметил тогда мэр Жером Вийо.