Все новости

Ядерная сделка с Ираном: пациент скорее жив, чем мертв?

© EPA-EFE/ABEDIN TAHERKENAREH
Хотя Иран уже, по сути, отказался от всех ограничений в ядерной области, но подписанный в 2015 году Совместный всеобъемлющий план действий по ядерной программе Исламской Республики все же еще рано окончательно хоронить, полагают некоторые наблюдатели

В Америке в любой деревенской посудной лавке на стене можно увидеть забавную надпись: "Что разбил, то твое" — в том смысле, что если ведешь себя как слон, то за ущерб придется платить. Нехитрое правило существует, скорее, как дань старым традициям, но может также служить предостережением от необдуманных действий, адресованным современным политикам. В 2003 году этими словами госсекретарь США Колин Пауэлл предупреждал президента Джорджа Буша — младшего об опасности вторжения в Ирак. Теперь предупреждают Дональда Трампа в связи с ситуацией вокруг ядерной сделки с Ираном.

В последние дни эти предостережения зазвучали с новой силой, поскольку Тегеран отказался, по сути, от любых ограничений в ядерной области, а Великобритания, Франция и Германия решили использовать так называемый механизм разрешения споров в соответствии со статьей 36 Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе. Пытаясь надавить на Иран, "европейская тройка" призывает его к соблюдению своих обязательств и хочет рассмотреть этот вопрос на специальной комиссии, а возможно, и в Совбезе ООН. Со своей стороны, Тегеран резонно напоминает, что начал постепенно отказываться от выполнения обещаний только после того, как в мае 2018 года о выходе из соглашения объявили Соединенные Штаты. Да и сами страны ЕС следуют далеко не всем пунктам договоренности, по крайней мере, в ее экономической части.

Вдобавок в начале января ВВС США по приказу Трампа уничтожили иранского генерала Касема Сулеймани, командовавшего спецназом Корпуса стражей исламской революции и координировавшего, по утверждению Вашингтона, нападение иракского ответвления группировки "Хезболлах" на американскую военную базу в Ираке. Бывший вице-президент США Джозеф Байден, считающийся наиболее вероятным кандидатом Демократической партии на президентских выборах в ноябре 2020 года, сразу же заявил, что Трамп "бросил динамит в пороховую бочку" и что у него нет никакой стратегии дальнейших действий. Другие претенденты-демократы, а также многие американские сенаторы и конгрессмены высказались примерно в том же духе, подчеркнув, что Трамп рискует втянуть Соединенные Штаты в войну.

Хотел как лучше

Конечно, критика Трампа со стороны демократов во многом объясняется интересами межпартийной борьбы, до предела обострившейся в США в период предвыборной кампании, однако о независимых экспертах, в том числе ведущих специалистах в области ядерного нераспространения, сказать это гораздо сложнее. А они тоже убеждены, что, отказываясь в одностороннем порядке от выполнения СВПД и используя военную силу против Ирана, нынешний американский лидер играет с огнем.

"Когда в первую неделю 2020 года мы оказались на грани войны, стало очевидно, насколько опасен конфликт между Соединенными Штатами и Ираном, а он станет еще более опасным, если Иран будет обладать ядерным оружием или возможностью его внезапного создания", — отметил бывший специальный советник Госдепартамента по нераспространению и контролю над вооружениями Роберт Айнхорн, работающий сейчас в вашингтонском Институте Брукингса. Он считает, что при всех своих недостатках ядерная сделка, заключенная в 2015 году пятью постоянными членами СБ ООН и Германией, была чрезвычайно важна, поскольку "блокировала путь Ирана к производству ядерных вооружений по крайней мере в течение 10–15 лет". Теперь такой путь открыт.

"Если Иран начнет дополнительно использовать для обогащения урана небольшое количество центрифуг старой модели на своем объекте в Натанзе, где их нынешнее число уже превышает 5000, то это не произведет существенного эффекта. Ничего особенного не произойдет и в том случае, если Иран слегка увеличит запасы обогащенного урана, которые ограничены ядерной сделкой в объеме 300 кг,  отметил, в свою очередь, бывший советник президента США по Ближнему Востоку Филип Гордон, сотрудничающий ныне с нью-йоркским Советом по международным отношениям.  Однако если Иран предпримет более активные действия, в частности, будет использовать сложные центрифуги и обогащать уран выше согласованного уровня 3,6%, например до труднодостижимого уровня 20%, что станет серьезным шагом к наработке расщепляющего материала, пригодного для создания оружия, то это будет совсем другое дело. Возобновление строительства ядерного реактора на тяжелой воде в Араке, которое тоже было приостановлено в соответствии с ядерной сделкой, в конце концов даст Ирану возможность нарабатывать плутоний в объемах, достаточных для производства одной-двух бомб в год, если он создаст мощности по переработке плутония".

Иначе говоря, Трамп своими руками зажег зеленый свет на пути Ирана к ядерной бомбе, хотя и заявил, что ни в коем случае не допустит ее создания. В этих словах  угроза применения военной силы, а говоря более точно — ракетного удара по иранским ядерным объектам. Пойти на такой шаг готов и Израиль, который в 1981 году уже бомбил ядерный реактор в соседнем Ираке. Но это, во-первых, чревато все той же войной на Ближнем Востоке, а во-вторых, не дает гарантий полной ликвидации иранской ядерной программы. По оценкам военных, некоторые подземные объекты Ирана уцелеют даже после ударов самыми мощными обычными боезарядами, имеющимися у США и Израиля, а сами удары могут лишь загнать его ядерную программу в буквальном смысле в подполье и подтолкнуть руководство страны к созданию ядерного оружия.

О политических последствиях таких событий можно вообще не упоминать. Кстати, как отметили бывший первый заместитель госсекретаря США Строуб Тэлботт и его нынешняя коллега по Институту Брукингса Мэгги Теннис, "Вашингтон может нанести дополнительный ущерб отношениям с европейскими союзниками, если Иран постарается теперь как можно скорее заполучить ядерное оружие". И если Трамп отказался от СВПД, утверждая, что это "плохая сделка" и ей на смену должна прийти хорошая, то пока "все получается с точностью до наоборот", добавляет Филип Гордон.

Спасти нерядовую сделку

Трампа, разорвавшего уже не одно международное соглашение, заключенное его предшественником на посту президента, давно обвиняют в том, что он придерживается стратегии "Обама это построил. Я это сломаю. Вам это предстоит чинить". Однако на этот раз Трамп заявляет, что собирается взяться за ремонт самостоятельно, то есть разработать новую договоренность с Ираном, и для этого, по сведениям из источников в Белом доме, он готов чуть ли не лично встретиться с президентом ИРИ Хасаном Роухани, как он встречался с лидером КНДР Ким Чен Ыном. Понятно, однако, что подобные планы, если даже они и существовали, после убийства генерала Сулеймани остались в прошлом. Во всяком случае, в обозримой перспективе придется довольствоваться малым — хорошо, если стороны смогут удержаться от сползания к военному конфликту.

В связи с этим многие американские эксперты пытаются сейчас ответить на вопрос, можно ли вообще спасти ядерную сделку? В свое время европейцы осудили решение Трампа о выходе из СВПД, однако теперь попытались возложить ответственность за невыполнение соглашения на Исламскую Республику. Стоит ли удивляться, что в ответ духовный лидер Ирана Али Хаменеи заявил, что "Европе нельзя доверять" и "на самом деле эти страны лишь повторяют слова США".

Механизм разрешения споров, предусмотренный СВПД, достаточно сложный, и в соответствии с ним на изучение вопроса в различных комиссиях уйдет не меньше двух месяцев, но в любом случае министр иностранных дел России Сергей Лавров назвал такое развитие событий "опасным разворотом". В МИД РФ признали, что "внутри договоренностей" накопились противоречия, однако предложили всем странам продолжать работу по их устранению. "Не видим иного действенного рецепта для спасения "ядерной сделки",  подчеркнули в министерстве.

Между тем ни европейцы, ни Иран не отказываются от СВПД. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель подтвердил приверженность общим договоренностям, а правительство Ирана заверило, что продолжит сотрудничество с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) и обеспечит допуск его инспекторов на свои ядерные объекты. Тегеран заинтересован в выполнении соглашения, которое сулит ему отмену международных санкций, хотя и недоумевает, почему он должен выполнять свои обязательства, когда другой ключевой участник сделки  Вашингтон  от своих обязательств отказывается.

По словам Филипа Гордона, "после выхода Соединенных Штатов из соглашения в 2018 году оно оказалось на искусственном жизнеобеспечении, но официального объявления о его кончине пока не было". "Трудно представить себе, как оно может выжить, но формально оно все еще существует", — считает бывший советник президента США по Ближнему Востоку.

Со своей стороны, Роберт Айнхорн полагает, что в первоначальном виде ядерную сделку с Ираном сохранить уже не удастся, однако есть шансы реанимировать ее в виде версии 2.0. Однако, чтобы "проложить мост" к новому СВПД, следует сохранить как можно больше элементов нынешней договорной конструкции, которые послужат основой для переговоров о будущем соглашении, подчеркивает эксперт. "Несмотря на многочисленные трудности, необходимо предпринять активные дипломатические усилия, чтобы найти промежуточное решение ядерной проблемы, которое по крайней мере временно позволит не допустить наращивания Ираном своей ядерной программы и предотвратит дальнейшее ухудшение ситуации", — убежден бывший советник Госдепартамента.

Подождем до ноября

Очевидно, что никаких переговоров на эту тему до тех пор, пока в США не состоятся президентские выборы, ожидать не приходится. Все без исключения претенденты-демократы, включая Байдена, осудили решение Трампа о выходе из СВПД, и легко предположить, что в случае победы одного из них договоренности с Ираном, возможно, не сразу и не в прежнем виде, но все-таки возобновятся. Если же победителем на ноябрьских выборах окажется нынешний президент-республиканец, то ситуация будет менее оптимистичной.

Пока никто из серьезных американских экспертов не берется прогнозировать, кандидат какой из двух партий одержит победу в президентской гонке. Опросы показывают, что если бы выборы состоялись сегодня, то Трамп проиграл бы Байдену по общему числу голосов избирателей, но вполне мог бы завоевать большинство мест в коллегии выборщиков, как это было в 2016 году. Двухступенчатая избирательная система США вновь может сыграть на руку республиканцу, и не исключено, что он задержится в Белом доме еще на четыре года.

Иван Лебедев