Все новости

Вернуться нельзя остаться: кто поможет сирийским беженцам Ливана

Дмитрий Зеленин — о том, как решается вопрос сирийских беженцев в Бейруте

Бейрут форсирует процесс добровольного выезда сирийцев, обитающих в палаточных лагерях и бидонвилях по всей территории Ливана. По словам президента республики Мишеля Ауна, экономическая ситуация не позволяет, чтобы присутствие в стране 1,5 млн сирийских беженцев было неограниченным по времени. "Нет никакой необходимости дожидаться сложа руки политического урегулирования конфликта в Сирии, — считает глава государства. — Эти люди могут уже сейчас вернуться поэтапно в те районы, которые стали безопасными, туда, где установилась стабильность". Иного мнения, однако, придерживаются в Управлении верховного комиссара ООН по делам беженцев. Его руководитель Филиппо Гранди в ответ на требования ливанских властей однозначно заявил, что условий для возвращения на родину сирийцев, переместившихся из-за войны в соседние страны, до сих пор не создано.

Последняя операция по перемещению 448 беженцев через границу из горного района Эрсаль была проведена 7 июля. Эта была вторая группа сирийцев из 3,6 тыс. человек, заявивших о желании вернуться в свои дома, расположенные в местечке Флита и других селениях в горной местности Западный Каламун (60 км от Дамаска). 28 июня в эти районы уже направились 276 беженцев, большинство вернулись на родину на собственных транспортных средствах.

Как сообщил мэр пограничного города Эрсаль (90 км от Бейрута) Басиль аль-Ходжейри, операция проводилась под контролем Ливанского общества Красного Креста. За ней наблюдали сотрудники миссии Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ), но в организации переезда людей они участия не принимали. Договоренности с сирийскими властями о пропуске беженцев подготовил шеф ливанской спецслужбы Аббас Ибрагим, который тесно взаимодействует с Дамаском в этом вопросе.

Между прочим, этот силовик вызволил в 2016 году из плена 16 ливанских жандармов, которые находились в руках экстремистской группировки "Джебхат ан-Нусра" (запрещена в РФ). В 2014 году Ибрагим сыграл важную роль в операции по обмену пленными, в результате которой были освобождены 16 монахинь из сирийского монастыря Маалюля, захваченных террористами в заложники.

Ливанское терпение

Настойчивость ливанских властей найти решение проблемы беженцев путем двусторонних контактов с Дамаском (по сути, в обход УВКБ) сразу насторожила ооновских чиновников. Напряженность в отношениях между сторонами возникла после того, как 18 апреля был осуществлен вывоз на автобусах в населенный пункт Бейт-Джин в окрестностях Дамаска 496 сирийцев, которые укрывались в ливанском районе Шебаа-Аркуб. Сотрудники УВКБ не участвовали в этой операции и потому заподозрили, что людей принуждали выезжать из Ливана.

Реакция МИД Ливана последовала незамедлительно: от главы регионального бюро УВКБ Мирей Жерар потребовали в сжатые сроки разработать программу поэтапного возвращения сирийских беженцев на родину.

Наконец, 8 июня и.о. министра иностранных дел республики Джебран Басиль разразился тирадой в адрес УВКБ, обвинив эту международную структуру в том, что она якобы препятствует процессу возвращения беженцев в Сирию. Он сообщил, что специальная комиссия, направленная в пограничный город Эрсаль, установила, что "на беженцев, желающих вернуться на родину, оказывается давление". "У нас есть свидетельства того, что людей запугивают и отговаривают возвращаться в те районы Сирии, которые уже стали безопасными", — подчеркнул Басиль.

И.о. руководителя МИД указал, что такие действия сотрудников УВКБ "нарушают свободную волю сирийцев и затрагивают суверенитет Ливана". Шеф дипломатического ведомства открыто высказал опасения по поводу планов международного сообщества "расселить беженцев" в Ливане. Помимо словесной тирады Басиль объявил, что МИД республики не будет продлевать виды на жительство сотрудникам УВКБ.

Такой беспрецедентный шаг стал шоком для всех ооновских организаций, работающих в Ливане на протяжении десятилетий. В ответном заявлении глава регионального бюро УВКБ Мирей Жерар отметила, что "относится с уважением к позиции Бейрута и осознает тяжесть бремени, которую несет Ливан, принявший на своей территории столь большое число сирийцев".

При этом она подчеркнула, что, несмотря на требования ливанских властей ускорить выезд беженцев на родину, УВКБ "будет руководствоваться в отношении сирийцев, находящихся в лагерях на ливанской территории, общепринятыми международными стандартами по отношению к перемещенным лицам".

Жерар напомнила, что за последние десятилетия эта ооновская структура способствовала возвращению на родину свыше 40 млн беженцев по всем миру.

В свою очередь сам Гранди, с которым 14 июня встретился в Женеве Басиль, заверил его, что УВКБ "не проводит политики, направленной на расселение беженцев в Ливане, и не чинит препятствий беженцам, желающим вернуться в Сирию". Гранди посоветовал ливанцам "запастись терпением, учитывая, что возвращение беженцев целиком и полностью зависит от внутреннего положения в Сирии". Верховный комиссар ООН одновременно призвал страны-доноры увеличить финансовую помощь Бейруту.

Интересы

Следует сказать, что демарш Басиля встретил одобрение у значительной части политического бомонда в Ливане. Однако прозвучали и голоса возмущения. "Кто дал ему право бросать перчатку ООН от имени ливанского государства?" — заявил и.о. министра просвещения Марван Хаммаде. Этот пожилой политик напомнил, что ливанские правительства на протяжении всех кризисов и конфликтов на Ближнем Востоке всегда стремились "к наилучшим отношениям с ооновскими миссиями, работающими в стране". Слухи о том, что самоуправство шефа ливанской дипломатии вызвало раскол в кабинете, который после всеобщих выборов 6 мая продолжает выполнять свои обязанности до формирования нового правительства, однако, не подтвердились. Сам Басиль заявил, что "все члены кабинета, включая премьер-министра Саада Харири, понимают, что альтернативы возвращению сирийских беженцев на родину нет, и интересы Ливана должны быть поставлены превыше всего".

По словам доцента кафедры политологии Ливанского университета Джамаля Вакима, Басиль прав в том, что видит в присутствии беженцев, составляющих [вместе с 0,5 млн палестинцев] почти половину населения страны, угрозу существованию Ливана.

"В лагерях беженцев проживают преимущественно выходцы из суннитской общины Сирии, настроенной оппозиционно по отношению к режиму президента Башара Асада, — отметил политолог. — Эти люди переместились в Ливан из районов, где армия проводила операции против бандформирований. За шесть-семь лет в лагерях и трущобах выросло или подрастает новое поколение призывного возраста, то есть фактически пушечное мясо для тех, кто все эти годы спонсировал вооруженную оппозицию".

Ливан уже пережил гражданскую войну 1975−1990 годов, одной из причин которой было присутствие палестинцев и их вооруженных отрядов, и, по мнению Вакима, "какая есть гарантия в том, что не найдутся те или иные региональные или внешние силы, которые замыслят или уже замыслили использовать присутствие сирийских беженцев для раздувания нового пожара". Поэтому, как считает политолог, Ливан следует уберечь от продолжающейся по всему региону суннитско-шиитской вражды, а сделать это можно, поскорее начав перемещение беженцев на родину.

Ожидания сирийских беженцев

Официальный представитель УВКБ Лиза Бухалед передала журналистам результаты опросов, согласно которым 90% беженцев хотели бы вернуться на родину. Многих, однако, сдерживает безденежье и страх, что они не смогут выплатить налоги за принадлежащую им собственность за прошедшие годы. Другие сомневаются, в состоянии ли самостоятельно восстановить разрушенные дома и насколько эффективной будет помощь властей. Третьи обеспокоены будущим образованием своих детей, ибо в Ливане худо ли бедно усилиями властей и ооновских агентств значительная часть юных сирийцев обучается в государственных школах во вторую смену.

"Где будут учиться мои дети, если мой квартал в Алеппо до сих пор стоит в развалинах?" — задается вопросом 40-летний Абу Гасан.

Хасан Хлейф мечтает вырваться из лабиринтов трущоб на окраине города Захле, где он нашел пристанище с женой и двумя детьми. "Скажите, разве есть такой человек, который бы не желал вернуться к родительскому очагу?" — говорит он. Однако молодой сириец, как многие его 20−30-летние сверстники, боится, что будет сразу призван в армию в соответствии с законом о воинской повинности: "Кто тогда будет кормить моих малолетних сыновей? У родни в Идлибе по пять-шесть детей в семьях".

Общей для беженцев является проблема регистрации новорожденных. За шесть лет в лагерях появились на свет сотни тысяч малышей. УВКБ вместе с ливанскими властями пытается найти решение этой проблемы и организовать выдачу документов, которые позволили бы им в будущем въехать с родителями в Сирию.

Инициатива Насруллы

В последние дни к усилиям в организации возвращения беженцев активно подключилась шиитская партия "Хезболлах", бойцы которой сражаются на стороне сирийской армии с 2012 года. Ее лидер Хасан Насрулла заявил, что "использует свои добрые отношения с Дамаском для того, чтобы помочь людям вернуться из Ливана на родину". По инициативе шиитской партии в долине Бекаа и на юге страны сейчас созданы восемь центров для регистрации заявок на возвращение в Сирию.

Помощник премьер-министра Ливана Надим Мунла, однако, скептически отнесся к инициативе шиитской партии и выразил сомнение по поводу того, удастся ли ей добиться 100-процентного результата.

"Если они в "Хезболлах" действительно берутся помочь этому гуманитарному процессу, то пусть сделают хотя бы часть работы, — сказал он. — Мы не будем возражать, поскольку они имеют возможность повлиять на сирийское правительство в плане выполнения каких-то обязательств".

Однако, по словам Мунлы, "массовое возвращение беженцев может быть организовано только международным сообществом и его главным институтом в лице УВКБ". При этом, как считает помощник премьера, гарантами такой масштабной операции в будущем выступят Россия, США и страны Европейского союза.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru