15 августа 2019, 06:00
Мнение

Голый энтузиазм и музыка на траве. Как "Вудсток" обнажил противоречия в США

Александр Морсин — о важнейшем рок-фестивале в истории, прошедшем ровно 50 лет назад в США, его идеалах и последствиях для человечества, а также о любви к свободе и свободной любви на открытом воздухе

Ни один фестиваль в истории популярной музыки не вспоминают так часто и с такой завистью к его участникам, как "Вудсток". Удивительно, но именно это во многом случайное и несусветное действо превратилось в краеугольный миф, символ времени и самый одухотворенный портрет "детей цветов". И даже полвека спустя "Вудсток" — блаженный сон и рай на земле для тех, кому небезразличны идеи мира и свободы. Он же заветная мечта адептов легалайза, нудистских пляжей, бодипозитива, йоги, краудфандинга и свободных отношений. Даже если те не знают об этом.  

Фестиваль "Вудсток", 1994 год

Удивительно — потому что музыкальные слеты хиппи начались не с "Вудстока", а на два года раньше; потому что фестиваль был до последней минуты под угрозой срыва; потому что его спасло все то, с чем во многом боролись организаторы; потому что грандиозное шоу могло закончиться катастрофой. "Вудсток" стал вещью в себе, прецедентом, который невозможно повторить, точкой отсчета в никуда.

Примечательно, что первыми это интуитивно поняли авторы классической документальной ленты "Вудсток: три дня мира и музыки" (1970), собравшие из километров пленки пронзительный трехчасовой памятник эпохе. Под рев гитар и грохот барабанов на глазах зрителей возникало политически осознанное и критически настроенное сообщество молодых людей. Тех, что устали от Вьетнама и уклада старого мира. Тех, что, повторяя за Диланом, чувствовали, что времена меняются. Фильм взял заслуженный "Оскар" и на долгие годы сформулировал главную идейную ценность фестиваля как опыта — приезжай, чтобы переродиться и найти ответы на главные вопросы. 

Рок-н-ролл и священные коровы

У руля главного фестиваля столетия были четыре человека: два молодых и не по годам богатых бизнесмена, не знающих, куда девать сверхприбыль, и два амбициозных промоутера со связями в рок-тусовке. "Вудсток" виделся им отличным вложением без лишних хлопот и риска: гитарная музыка всех мастей была на подъеме, фестивали "психоделической поп-музыки" собирали десятки тысяч людей. Оставалось только найти подходящую площадку и созвать звезд.

В теории все выглядело понятно и предсказуемо: по этому сценарию проходили все сборные концерты тех лет. Именно это, как ни парадоксально, и стало первой проблемой горе-устроителей — у фестиваля раз за разом срывались площадки и крупные артисты, способные собрать десятки тысяч человек. 

Риелторы, местные власти и жители близлежащих городков штата Нью-Йорк месяцами выясняли отношения с организаторами "Вудстока". Первая площадка сорвалась почти сразу (но дала фестивалю название), вторая — парк на 120 гектаров в захолустье Уолкилл — спустя три месяца, когда в проект уже было вложено порядка миллиона долларов. За пять недель до фестиваля четверо рулевых были вынуждены начать с нуля. Артисты разбежались еще дальше: The Doors, The Byrds, Led Zeppelin, Фрэнк Заппа и еще десяток музыкантов первого эшелона, включая The Beatles и Боба Дилана, оказались недосягаемы. Первой серьезной добычей устроителей стали Creedence Clearwater Revival. 

На помощь терпящему бедствие шоу неожиданно пришел еврейский фермер-магнат Макс Ясгур, отдавший под концерт собственное поле, где еще недавно паслись коровы. Напоминавшая чашу площадка была, по свидетельствам очевидцев, "совершенным природным амфитеатром" и могла легко принять 50 тысяч человек. Именно столько заявили организаторы на переговорах с властями. Приехать на "Вудсток", как известно, решили больше 400 тысяч зрителей. 

Участники фестиваля "Вудсток", 1969 год

Самый крутой уик-энд

"Клубится чернь, восторгом безотчетным пылает взор бесчисленных очей", — писал поэт-декабрист Александр Одоевский как будто про "Вудсток". Первые группы зрителей (кто пешком, кто на мотоциклах и машинах, кто в грузовиках и трейлерах) стали стекаться к землям Ясгура за неделю до начала фестиваля. Проливной дождь и узкие подъездные пути, отнюдь не рассчитанные на такое количество людей, сделали свое дело: километровые пробки парализовали движение в соседнем городке Бетел и попали в федеральные выпуски новостей.

Тем временем на площадке все еще не было сцены и ограждения вокруг поля. Под вопросом оставалась охрана, питание, биотуалеты, медпомощь — словом, вся необходимая инфраструктура. Самый крутой уик-энд 1960-х грозил вылиться в неуправляемое людское море, отравленное наркотиками и алкоголем. 

Из-за недостроенного забора фестиваль, на который активно разлетались билеты, в ночь перед открытием превратился в бесплатный: входа и контроля билетов все равно уже не было. Прибывшие на поле 200 тысяч человек неожиданно для организаторов перекрыли путь не только будущим гостям, но и музыкантам. Доставлять хедлайнеров пришлось по воздуху. Обстановка грозила вот-вот выйти из-под контроля. Губернатор штата предупредил, что готов обратиться к президенту о введении в "Вудсток" войск. Газеты пестрели заголовками о "вавилонском столпотворении хиппи". 

Каким-то чудом в условиях средневековой антисанитарии, нехватки воды, еды и средств связи полумиллионной толпе удалось избежать насилия и правонарушений. От голода молодежь спасли пожилые фермеры, от потасовок — игровая коммуна фриков "Свиноферма". По официальной статистике, от передозировки наркотиков умерли два человека, а за помощью обратились около тысячи. Две беременные девушки не смогли вовремя покинуть территорию и стали матерями прямо на поле. Об одном случае организаторы во всеуслышание объявили со сцены. 

"Вудсток" превращался в настоящий живой организм, ежечасно растущий город — даром что без властей, полиции и бюрократии. Что было вместо них? Голый энтузиазм, взаимное уважение и симпатия как антитеза войне и насилию. И, конечно, сбывшиеся мечты о круглосуточной свободной любви и запрещенных веществах. Юноши и девушки совместно мылись в пруду, готовили друг другу завтраки, а днем слушали любимую музыку. 

Власти и родители вчерашних тинейджеров узнавали о происходящем на поле из газет. Они были в недоумении: вопреки их ожиданиям полмиллиона обкуренных хиппи не уничтожили друг друга. Угроза, которую они якобы несли американскому обществу, оказалась мнимой. Более того, чреватый беспорядками и акциями протеста "Вудсток" оказался одним из самых спокойных мест в стране. Настоящую же опасность для молодого населения, судя по сводкам о жертвах во Вьетнаме, таил в себе Белый дом. 

Посетители на фестивале "Вудсток", 1969 год

Темная сторона "Вудстока" 

И все же у "Вудстока" была и своя темная сторона. Речь не только о компромиссах, на которые приходилось идти свободолюбивым и независимым организаторам, оставшимся после фестиваля в глубоком минусе. Реальный "Вудсток" оказался куда более неоднозначным, чем принято считать, как минимум по трем вопросам. 

Первый — антимилитаризм. Какой бы критике ни подвергалось военное руководство США со стороны участников фестиваля, именно помощь армейской авиатехники сделала фестиваль возможным. В критический момент, когда счет шел на минуты, вертолеты доставляли на поле артистов и медикаменты. По иронии судьбы один из главных героев "Вудстока" — гениальный маг и виртуоз Джими Хендрикс — когда-то сам служил в воздушно-десантной дивизии. Когда он исполнил гимн страны на перегруженной эффектами электрогитаре, треск и грохот, доносящийся из динамиков, напомнил многим свист падающих бомб.    

Джимми Хендрикс на фестивале "Вудсток", 1969 год

Второй — экология. Оставшаяся на фото пастораль и почти Эдемский сад неподалеку от сцены не должны вводить в заблуждение. После фестиваля на площадке остались горы мусора, грязных спальных мешков и тонны окурков. Если "дети цветов" и думали о природе, то в лучшем случае пару дней. 

Третий — контркультура. Успехи независимых промоутеров, организовавших в обход истеблишмента самый грандиозный концерт своего времени, растворились уже в следующем году. Чиновники от культуры перехватили инициативу и замкнули все процессы на себя: отныне самые большие фестивали проводились при поддержке местных администраций и генерировали туристический трафик. Живая музыка преподносилась как дар и имела санкцию от высших органов. 

Позже к ним добавились транснациональные корпорации и крупные бренды. Сейчас их названия висят над каждой большой площадкой и видны едва ли не лучше, чем лица музыкантов на огромных проекторах. 

Конец прекрасной эпохи

Для СССР, как и для всего остального мира, "Вудсток" мгновенно стал легендой. Местные хиппи и пророки рок-музыки приравнивали к нему любые мало-мальски заметные концерты на открытом воздухе. "Советским Вудстоком" называли фестиваль в Тбилиси в 1980 году, в Подольске — в 1987-м, в московских "Лужниках" — в 1989-м, на аэродроме в Тушино — в 1991-м. 

Московский музыкальный фестиваль мира в Москве, 1989 год

"Вудсток" по праву стал именем нарицательным и запустил целый ряд направлений в изучении молодежи с точки зрения социологии и политики. Спустя полвека ясно, что "Вудсток" был не столько началом новой эры, сколько закатом старого мира. Того, где отстаивали права чернокожих, экспериментировали со свободными отношениями, увлекались расширением сознания и давали слишком большие авансы химии. Как говорили в фильме "Формула 51", шестидесятые кончались, братан.

Редакция напоминает о вреде, который наносят здоровью употребление наркотиков и злоупотребление алкоголем. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Цитирование разрешено со ссылкой на tass.ru