Все новости

Глава "Русала": декарбонизация — необратимый тренд

Евгений Никитин Пресс-служба "Русала"
Описание
Евгений Никитин
© Пресс-служба "Русала"

О том, почему растут цены на алюминий, что предпринял "Русал" после экологической аварии на ТЭЦ-3 "Норникеля" и чем обернется для российской промышленности европейский углеродный налог, в интервью ТАСС рассказал генеральный директор "Русала" Евгений Никитин.

— Говоря о влиянии пандемии на мировую экономику, все обычно вспоминают падение цен на нефть. Алюминиевая промышленность так же сильно пострадала в 2020 году?

— Рынок алюминия оказался затронут пандемией так же, как и все остальные отрасли промышленности. Только к началу декабря 2020 года цены на алюминий вернулись на докризисный уровень. Это объясняется возобновлением мирового спроса.

Сейчас мы видим, что заказы со стороны большинства отраслей, затронутых локдауном, восстанавливаются. Это связано с общим состоянием рынков и конечных потребителей, получивших меры поддержки. Например, сегмент упаковки и энергетики проходит через кризис с минимальными потерями в отличие от сферы строительства и автомобилестроения. Но и там идет восстановление, и мы полагаем, что оно будет поступательным.

Для "Русала" прошедший год оказался очень продуктивным, потому что, несмотря на глобальную нестабильность, мы смогли нарастить продажи продукции с добавленной стоимостью на падающем рынке, а это значит, что мы оперативно отработали запросы наших клиентов, учли их потребности, смогли адаптировать производство к таким волатильным условиям.

— На работе компании ограничительные меры отразились?

— Первостепенной задачей было уменьшить количество контактов, поэтому большинство сотрудников центрального офиса и часть работников предприятий были переведены на удаленную работу. На производстве для обеспечения бесперебойной работы были сформированы бригады ключевых сотрудников.

Всего в 2020 году на борьбу с пандемией "Русал" направил около $80 млн.

Вернемся к ситуации на рынке. Рост цены алюминия, который продолжается с апреля 2020 года, имеет долгосрочные перспективы? Какой ваш прогноз по цене на этот год?

— Прогноз по цене давать опрометчиво, так как на нее влияет большое количество факторов. Мы рассчитываем, что спрос будет расти вслед за восстановлением наших ключевых рынков, и в целом мы ожидаем в этом году дефицит предложения. Это, конечно, будет зависеть от дальнейшей ситуации с коронавирусом, от темпов вакцинации, а также от того, какие усилия правительства развитых стран предпримут для поддержки своих экономик.

— Происшествие с разливом топлива на ТЭЦ-3 "Норникеля" в Норильске как-то повлияло на мировоззрение в "Русале"? Какие выводы сделали для себя из этого?

— Авария в Норильске стала шоком для нас и, честно скажу, вызвала недоумение, как такое могло произойти с компанией, которая имеет масштабную инвестпрограмму и вкладывает миллиарды рублей в безопасность и защиту окружающей среды.

Итоги расследования показали, что, наверное, такую ситуацию можно было предвидеть, но мы считаем, что в ликвидации чрезвычайного происшествия "Норникель" сделал все возможное для минимизации ущерба, и это должно было отразиться на размере штрафа. Я считаю, что это урок для всей промышленности в принципе.

Что касается "Русала", то по следам аварии на "Норникеле" мы решили провести внеплановый технический аудит всех объектов подобного типа, проработать дополнительные меры промышленной безопасности, исходя из того опыта, который нам эта авария показала. К сожалению, на промышленных объектах случаются происшествия, наша задача минимизировать и вероятность их возникновения, и потенциальный ущерб. Так что мы максимально внимательно отнеслись к произошедшему в Норильске.

— Последний раз "Русал" выплачивал дивиденды в 2017 году. Планирует ли компания вернуться к выплатам акционерам по итогам 2020 года?​​​​

— Для "Русала" по известным причинам сложными были последние три года, не только 2020-й. Но мы не приостановили ни одного значимого проекта. Все последние годы мы вкладываем значительные средства в экологическую модернизацию предприятий, строим, в том числе за свой счет, новые заводы. В целом за последние десять лет в строительство новых мощностей, экологическую модернизацию и техническое перевооружение действующих предприятий "Русал" направил порядка $6 млрд.

На эти цели развития и поддержания в том числе идут и дивидендные выплаты, которые компания получает от своей инвестиции в "Норникель" ("Русал" владеет 27,8% акций ГМК — прим. ТАСС) и на которые мы и в дальнейшем рассчитываем с учетом масштабов реализуемых нами в России проектов. 

Один из таких проектов — строительство Тайшетского алюминиевого завода? Пандемия повлияла на сроки запуска проекта? Сколько уже было вложено денег в завод, если все подытожить?

— Мы продолжаем реализацию этого проекта согласно планам и наметили пуск первого металла на Тайшетском алюминиевом заводе на этот год, рассчитываем, что на проектные показатели он выйдет в течение последующих после запуска 12–18 месяцев.

С учетом постепенного выхода на производственные показатели мы уверены, что продукция Тайшета будет очень востребована на рынке, принимая во внимание все нарастающий тренд на экологизацию мировой экономики. Общий бюджет строительства первой очереди мощностью 428,5 тыс. тонн оценивается в сумму около $1,6 млрд без НДС.

— Вы недавно объявили о покупке германской Aluminium Rheinfelden. Что даст вам этот актив? Когда ожидаете одобрения сделки регулирующими органами Германии и как "Русал" намерен развивать данное производство?

— Одобрение местного антимонопольного органа уже получено, но мы еще ожидаем других согласований, которые позволят нам перейти к финализации сделки.

В целом Европа — традиционно один из ключевых рынков для "Русала", прежде всего потому, что там растет спрос на низкоуглеродную продукцию, на качественные алюминиевые сплавы, которые в силу своих характеристик постепенно вытесняют традиционные материалы во многих отраслях.

Эта сделка может иметь значительный синергетический эффект, увеличив предложение инновационных сплавов и другой продукции с низким углеродным следом для автомобильной отрасли.

— Значит, вы уже готовитесь к предстоящему углеродному регулированию со стороны ЕС? Как вообще углеродный налог, если он будет введен, скажется на бизнесе компании?

— Как основной в мире производитель низкоуглеродного алюминия мы можем только поддерживать стремление европейцев к декарбонизации и климатической нейтральности, в том числе с помощью поставок нашего металла. Мы однозначно понимаем, что декарбонизация — необратимый тренд.

Тем не менее планы ЕС по введению трансграничного углеродного регулирования вызывают у нас много вопросов. В частности, пока мы не видим непредвзятого анализа влияния этой меры на динамику развития европейской обрабатывающей промышленности, компаний, которые являются нашими клиентами. Нет даже приблизительных оценок того, как повышение цен на импортные сырье и материалы, неизбежное при любом пограничном налоге, скажется на конкурентоспособности наших клиентов в Европе.

Напомню, что существующие в ЕС мощности по производству первичного алюминия обеспечивают не более чем 25% внутренних потребностей. В случае введения углеродного пограничного налога как изменится конкурентоспособность местных производителей изделий из алюминия? Очевидно, что она снизится из-за роста входных цен на сырье и материалы. А это, в свою очередь, будет неизбежно приводить к росту импорта готовых изделий. И, уверен, не всегда самых низкоуглеродных.

Поэтому мы в рамках проведенных комиссией ЕС консультаций призвали европейские институты внимательно посмотреть на применимость такого механизма в нашей отрасли, чтобы ущерб не превысил ожидаемые выгоды.

— Как вы оцениваете принятие климатической стратегии в РФ?

— На текущий момент данный документ еще не принят, поэтому предлагаю дождаться его утверждения. При этом следует отметить, что правительство России предпринимает значительные усилия на климатическом направлении.

— "Черное небо" — главная экологическая проблема Красноярска, одной из причин которой называют выбросы от промышленности. Что "Русал" делает со своей стороны, чтобы в городе было комфортнее жить?

— Вы очень правильно заметили, что на экологию Красноярска влияет большое количество факторов, каждый из которых надо учитывать. И режим НМУ — неблагоприятных метеоусловий — это следствие целого ряда причин: географических, климатических, исторических и так далее.

Мы можем долго рассказывать, сколько конкретно "Русал" инвестировал в экологическую модернизацию Красноярского алюминиевого завода, но для людей важны не эти цифры, а возможность самим увидеть качественное улучшение в экологии города. По моему мнению, усилиями одной промышленности заметного результата не достичь, нужно улучшать экологию всего, включая жилой сектор и автотранспорт, которые дают более половины всех выбросов в городе.

"Русал" начал масштабную модернизацию КрАЗа еще в 2004 году. За это время мы вложили в улучшение экологического профиля завода более $400 млн. Результатом 16-летней работы стало снижение выбросов предприятия на 38%, а основного маркерного вещества — фторидов — на 76%. В ближайшие годы запланирован 100% перевод КрАЗа на использование экопека в анодной массе. Благодаря этому и другим техническим решениям на предприятии будут снижены выбросы бензапирена не менее чем на 60% в ближайшие годы. Но совершенно очевидно, что сколько бы КрАЗ ни модернизировался, если больше ничего не делать, смог так и останется в городе. Надеюсь, что такого не будет и что много раз уже озвученные планы по газификации региона будут реализованы.

Беседовал Максим Корчагин

Теги